Нет, мы больше не расстанемся!

Ребята гуляли всю ночь, пели песни, танцевали с незнакомыми людьми на площади, кушали, выпивали и просто были счастливы. — И-Ива-чан. Время кажется уже 4 утра. — Ого, кажется не нужно было пить. Как теперь возвращаться домой, мама будет зла? — Напиши ей СМС, что ты в порядке и можем поехать ко мне домой, родители вернутся только через 2 дня. — Ну, как-то не удобно, Ойкава-сан. — Тсс, пиши уже. Хаджиме послушался Тоору и сделал так, как он говорил. После они поехали домой к Ойкаве. — Ива-чан, иди первый в душ, а то ты весь в шампанском. — Удивительно, кто же меня облил? — Ха-Ха-Ха, давай быстрее, ща усну. Помывшись в душе, Иваизуми понял, что не попросил полотенце. — Чёрт, ладно, пойду прям так. Он оделся и сказал Тоору, чтобы тот шёл в душ. — Как же я устал! — Хаджиме кинулся на спину на кровать и закрыл глаза. Минут 7 спустя он почувствовал, как к нему кто-то подлёг на кровать. От неожиданности он вздрогнул и открыл глаза. — О-Ойкава-с-сан? В это время Тоору уже спал, видимо он больше всех перебрал с алкоголем. Хаджиме повернулся к другу. Он начал не спеша, но внимательно разглядывать его лицо. Эти черты казались ему идеальными. Он ухмыльнулся, погладил Тоору по волосам, обратно положил голову и начал засыпать. — Ива-чан, знал бы ты как ты мило спишь, — сказал Ойкава, проснувшись, — Я не всегда могу устоять перед давлением между нами. Алкоголь делает своё дело, но сейчас я больше всего хочу… Хаджиме во сне повернулся к Тоору. — Ха, значит это судьба, что ты ко мне повернулся во сне. Сейчас больше всего я хочу прикоснуться своими губами у твоему лицу, оно же потрясающее, тёплое и родное. Ойкава наклонился к Иваизуми ещё пару секунд посмотрел на него вблизи. После этого он легонько губами коснулся территории щеки Хаджиме. Но эта территория была близка к губам Иваизуми. — Я доволен, Ива-чан, прости, пожалуйста, надеюсь ты об этом не узнаешь. Он лёг рядом и уснул. -Чёрт, как голова болит… Ойкава-сан ещё спит? Иваизуми понял, что голоден, ведь его живот громко урчал. На часах было 9:20 утра. Он умылся и решил приготовить завтрак сам, чтобы не будить Тоору. — Ммм? Ива-чан? Ты где? — О, Ойкава-сан, доброе утро. — Сколько уже времени и чем так пахнет? — 10 утра, я приготовил завтрак. Ой, надеюсь ты не против? — Против? Ты смеешься что-ли? Тоору был без футболки и путь Хаджиме видел его уже полуголым, но сейчас его это почему то смутило. — Умывайся и пошли завтракать. — Иду-иду, Ива-чан. Пока Тоору умывался и приводил себя в порядок, Иваизуми доделывал дела на кухне. — Я пришёл. — Садись, надеюсь моя память не изменяет мне. — Вааа! Да это сырники! — Не творожные булочки, но все же. — Ива-чан, зачем мне жена, если есть ты? -… — Садись сам покушай. Они сидели и завтракали, вспоминая то, как они встречали Новый год. — Знаешь, Ива-чан, мне было очень хорошо в этот Новый год. Спасибо, тебе. Его губы растянулись в широкой и доброй улыбке, от которой невозможно было не улыбнуться в ответ.