Дьявол в деталях

Стояла холодная зима. Утро первого января было морозным и каким-то гнетущим. Воздух в моей съемной квартире пробирал ещё сильнее, чем обычно. Первым делом, проснувшись, я побежала в ванную, дабы привести себя в порядок. То, что я увидела в зеркале меня отнюдь не порадовало: глаза опухли, губа разбита, на щеке ссадина. Интересно, когда я успела подраться? Чтож, над этим я смогу подумать и позже, сейчас у меня есть и более насущная проблема: как мне явиться в таком виде на концерт? Ведь меня представляли как очень интеллигентного пианиста, а тут я, в этом амплуа грациозного гопника-музыканта. Нет, так не годиться! Наконец наведя марафет, я решила выбрать, какую одежду я надену. Выбор пал на брючный костюм: строго, но при этом стильно. Дополнив образ кроссовками и шарфом, я двинула в путь. На пол пути, я остановилась у ларька с кофе, и взяла один стаканчик, дабы согреться. Но не успела я сделать и глотка, как какой-то блондин ненарочно толкнул меня, и я пролила свой кофе на новую блузку. Вот чёрт! Всё, что мне оставалось, это застегнуть пиджак на все пуговицы, и надеяться, что никто ничего не заметит. Уже на месте, я мельком заметила того блондина. Неужели он тоже пианист? Досадное совпадение, иначе не скажешь. Наступила моя очередь. Руки неистово тряслись. Казалось, с каждым вдохом мои рёбра всё сжимаются и сжимаются. Сердце заколотилось, будто я выпила две чашки тройного эспрессо за раз. Кое-как доковыляв на подгибающихся ногах до сцены, я уселась за фортепиано. Зрители затаили дыхание. Воцарилось молчание. Как вдруг, гробовую тишину разрезал первый аккорд. Мои длинные пальцы порхали по клавиатуре, рождая музыку. Напряжение спало. Последний такт. Я была полностью расслаблена. Казалось, вот она: победа близка как никогда! Годы мучений не прошли даром! Последний аккорд, решающий. Предвкушая славу и известность, я… ошиблась. Вся моя жизнь разрушена! Труды, достижения, победы… Для чего это? В один миг, меня захлестнула волна отчаяния. Хотелось только одного: умереть. И я, не сдержавшись, закричала. Кровь брызнула во все стороны, мой крик звонко отдавался внутри черепа. Осколки стекла разлетелись вместе с этим душераздирающим воплем. В мозгу, пульсирующей болью отдавалась лишь одна мысль: это конец. Всё. Мир рухнул. Наверное, для этой дамы сломанные судьбы так же привычны, как и вкус овсянки. А этот джентельмен? Должно быть, ему уже наскучило рушить жизни молодых людей. Кто-нибудь из этих людей вообще мне сочувствует? Все мои достижения улетели в трубу меньше, чем за секунду! А они… Постойте, почему они шепчутся? Что происходит? Откуда эти улыбки на их лицах? Так много вопросов, и так мало ответов. Сквозь пелену разочарования до меня донеслись голоса судей. — ПРЕВОСХОДНЫЙ ПЕРФОМАНС! Десять из десяти, — в один голос кричали они. В недоумении, я повернулась лицом к фортепиано. Там уже сидел тот самый неуклюжий блондин. Зацикленная на своём разочаровании, я и не заметила, как он сыграл свою композицию. Что странно, на полу не было ни крови, ни стекла. Юноша встал из-за инструмента, поклонился, и пошёл прочь со сцены. На пути, он, будто невзначай, коснулся моей руки. Кожа его была на ощупь будто кипящий чайник, словно его кровь прямо-таки кипела. Он поманил меня пальцем, а я, против своей воли, последовала за ним. Блондин сжал мою руку. В первую секунду моё запястье обожгло его прикосновение, но уже в следующий миг, жжения как и не было. Первым рефлексом было зарядить незнакомцу в лицо с ноги, но я ограничилась свирепым взглядом, что буквально кричал: -Да кто ты такой, чтобы нарушать моё личное пространство?! Увидев мою злость, смазливый блондин расплылся в приторной улыбке. Его наигранная вежливость окончательно вывела меня из себя, и я сделала шаг, о котором потом буду жалеть годами. Вспомнив все лучшие приёмы самообороны, которым учил меня отец, я развернулась в грациозном пируете, воспарив над полом, и, рассчитав траекторию, точно ударила парня в нос. Я услышала хруст хрящей. Издав протяжный стон, обидчик скорчился в гримасе боли, и наугад ударил кулаком в пространство. Я думала, что окажусь проворнее. Я уже уклонилась от удара, как вдруг ощутила резкую боль в правом виске. Я начала падать, уже ощущая спиной сырость холодного пола, как меня подхватила пламенная рука. Блондин заглянул мне в лицо своими глазами, цвета чистейших изумрудов, и прошептал: — Если хочешь, я могу оказать тебе услугу… Честно говоря, я ожидала от такого красавца приятного голоса, но его говор напоминал скорее скрип двери на сквозняке. Лёгким движением, он засунул мне в карман картонную визитку, с написанным на ней номером телефона. — Если захочешь подумать, то всегда знаешь, кому звонить. Всё ещё находясь в положении на весу, я попыталась увернутся из ловких рук незнакомца, скользнув влево. Ну… Пожалуй, я слишком хорошо о себе думала, если собиралась оттуда сбежать. Вообщем, теперь я лежу на полу за кулисами, стону от боли, и беспомощно оглядываюсь на окружающих музыкантов.