At the headquarters

      Единственное, что мне сейчас хотелось – кому-либо вмазать в рожу. Желательно, с выбиванием всех зубов, ломанием челюсти или носа и капитальным перекосом глаз. Но мог лишь стоять и тупо смотреть, как Пэгги во второй раз за день делает инъекцию нашему больному, на плече у которого до сих пор красовались покрытые кровавой коркой глубокие царапины. Вид последних сразу и раздражал, и волновал. А еще – злился на самого себя за позднее прибытие. Да если бы я знал, что все обстоит настолько серьезно, то добрался бы до пещеры еще в тот, первый вылет, даже на вконец раздолбанном до крепежей Вариблуне!       Матсуяма протянула руку за аптечкой, положенной прямо на пульт управления, когда решился прервать ее занятие и резко схватил девушку за запястье.       – Я сам все завершу! – коротко бросил ей. – Иди отдыхай!       Разумеется, мои слова услышали все, кто находился сейчас в помещении. Но если Кайджо-кун понимающе улыбнулся одними глазами, то вот коммандер, как и Аска с Пэгги с легким удивлением уставились на меня.       – Идем! – взяв аптечку, я схватил за здоровую руку уже самого парня и, когда он поднялся со стула, потащил за собой сперва в коридор, к лифту, а спустившись на третий уровень, подвел к его комнате.       – Открывай!       В глазах Аски проявилось замешательство, смешанное со вполне понятной робостью, но дверь он все же отпер. Едва шагнув внутрь, понял, с чем были связаны его эмоции: похоже, здесь кто-то не очень часто проводит уборку. Нет, бардака не было, просто вид разваленных вещей на двух подвесных полках и тумбочке, равно как и мятый костюм цвета хаки, перекинутый через спинку кресла, стоявшего у стола, уже наводил на соответствующую мысль. Но отчитывать парня именно за это не видел смысла, ибо есть дело поважнее.       Усадив Аску на кровать, быстро вытащил из аптечки перекись водорода и вату и, обработав второе первым, развернул младшего пострадавшим плечом к себе. Тот без лишних звуков вытерпел процедуру обработки, хотя я видел, как он периодически морщится от остаточной боли. Когда же царапины были очищены от засохшей крови, быстро смазал их нужной лечебной мазью и лишь после этого отложил все в сторону.       – Готово! – коротко бросил парнишке. – Можешь расслабиться.       Быстрый и отчетливо смущенный взгляд в мою сторону, брошенный искоса, сразу дал понять, о чем думает в данный момент младший. Невольно улыбнувшись, поднялся с края кровати, сидя на котором, проводил всю необходимую процедуру, и, шагнув вперед, опустился на корточки, оказавшись с Аской лицом к лицу:       – Что-то еще?       Он на секунду прикусил нижнюю губу, при этом опустив глаза вниз. Однако долго разглядывать ему пол не дал, задав другой вопрос:       – Чем молчать, может, поделишься тем, что тебя так сильно волнует?       – Вы!       Такой порыв здорово озадачил, во всяком случае, я какое-то время соображал, что бы ответить, хотя один ответ, в принципе, был на плаву:       – Поясни.       Темно-карие глаза вновь на время скрылись из виду, но ответ последовал более быстро:       – Вам необязательно было лично обрабатывать мое плечо, Шинмей-сан.       – Я лишь сделал то, что хотел. Не одной же Пэгги заниматься твоим лечением!       В лицо младшему бросилась краска при упоминании Матсуямы. Впрочем, он быстро справился с волнением и тихо отозвался:       – Лучше пусть она занимается этим, чем вы.       Внутри от таких слов враз вспыхнули досада и обида. Вот уж чего не ожидал, так это косвенного признания в своеобразной любви к нашей красотке! Нет, понятно, что Пэгги представляет собой лакомый кусок, к которому даже я иногда испытываю естественную тягу, но услышать о подобном из уст Аски... Интересно, чем его околдовала первая леди нашего отряда: своими формами, лицом, голосом? А, может, чем-то духовным? Причем, настолько, что он готов по любому поводу и без находиться подле нее, избегая меня и остальных?!       – Шинмей-сан!       Вскинув голову, в момент встретился глазами с парнишкой, где заметил сильное волнение, сдобренное изрядной долей смущения, от которого сам испытал легкий дискомфорт в груди.       – Извините.       Честно говоря, от такого вновь впал в легкий шок. Однако поинтересоваться, с чем связано такое обращение, не успел.       – Если бы не моя дурацкая рана, Вариблун не пострадал бы настолько сильно. Простите.       Невольно улыбнулся его словам: надо же, даже в такую минуту этот юнец думает о том, что виноват едва ли не во всех смертных грехах! Не сомневаюсь, что, будучи на его месте, считал бы точно так же, лишь бы взять на себя всю возможную вину! Поэтому возражать не стал, вместо этого несильно сжав ему левый локоть.       – Все и так уже позади, так что забудь об этом! – прямо посоветовал Аске. – Лучше полежи, отдохни как следует, а потом спускайся в столовую. Уверен, все будут рады увидеть тебя в добром здравии!       – А вы сами?       Судя по всему, вопрос этот вырвался у младшего помимо воли, поскольку он слегка покраснел, а под моим взглядом и вовсе опустил голову. Вновь улыбнувшись, поднял руку и, отведя в сторону одну из прядей его полудлинных темных волос, наполовину скрывших знакомое лицо, на мгновение коснулся губами его щеки.       – Буду только рад увидеть тебя снова здоровым и веселым! – шепнул парню на ухо, после чего, поднявшись на ноги, не оглядываясь, вышел в коридор.