Я существую

Грейс позвала меня к чаю. Я, придя в себя, быстро оделась в первый попавшийся наряд, который был в маленькой гардеробной Саммер. Все ее вещи были либо серыми, либо белыми, как я и раньше упоминала. Они не отличались особой оригинальностью цветов. Я оделась в серое трико и в толстовку такого же цвета. А потом направилась на кухню. Грейс налила мне кружку горячего чая без молока и подвинула ко мне. За время нашего совместного чаепития, она молча наблюдала за мной. Я запивала чай с мягким песочным печеньем. Печенье восхитительное. Я не стала болтать во время еды, особо и не хотелось, поэтому я просто молча восхищалась перекусом, параллельно размышляя о том кошмаре. После, решила исследовать свой маленький и уже новый дом. Дом наш, по сути являлся квартирой на четвертом этаже. Как я уже ранее упоминала, в квартире две спальни, одна ванная с туалетом, кухня тире мини столовая, и гостиная, в центре квартиры. Двери от спален, находились в дальней стене от гостиной. Правая дверь - спальня Саммер, в то время как левая - комната Грейс. Слева ванная с туалетом и напротив кухня тире мини столовая. В центре гостиной, широкий мягкий диван, с замысловатыми разноцветными узорами, напротив ко входной двери расположился маленький телевизор. Прихожая, узкая, но достаточно просторная чтобы там поместилось хотя бы три человека максимум. Рядом со входной дверью шкаф, естественно для верхней одежды, и полки для обуви. Все дома, которые я посещала, будь то дом друзей, родственников, каких-либо знакомых, имели свой специфичный запах. Как и этот, мой, теперь уже «родной» дом. Дом очень даже уютный, как я ранее упоминала, чем мне очень понравился. В этом доме не было понятия неправильная вещь, которая стояла не на своем месте. Стены гостиной небесно голубые, украшенные либо тоже картиной к месту, либо просто пустые, не перегружающие зрение. На кухне стены приятного желтого оттенка, всегда убранные и чистые приборы, гладкая кухонная гарнитура, вымытая до блеска. Белая, стандартная ванная и туалет, чистота которой я, наверное, не могу передать словами. И серая спальня Саммер, с приятным запахом лаванды. Первый раз когда я зашла в ее комнату, мне, на мгновение вспомнился случай, когда мама постирала мои цветные вещи кондиционером с ароматом лаванды, после я пришла в себя и делала вид, что ничего не заметила. На самом деле я скучала по своим родным. По родным своего прежнего я, Кайлы. По ворчаниям мамы, и сестры, которая слишком часто стала помогать маме, что в свою очередь отражалось на ее отношении ко мне не лучшим образом. И нет, за это я никого не виню. Просто я уже привыкла, что за меня делает моя младшая сестра Хейли. Младший брат Сет, в свою очередь, ничего не делал. Просто он пятнадцатилетний подросток, который только и умел, отпускать умные шутки и подкалывать за столом. Не знаю как, но это создавало особенную атмосферу за ужином с семьей. Сладенький второй младший брат Закари, постоянно рубился в свой планшет. После того как мама поворчит своим повелительным тоном, он недовольно цокнув, отпускал планшет. Но вскоре, когда мама уходила в другую комнату, он снова начинал рубиться в свои игры в планшете. Ему только восемь, но хочется его обнять, и бесконечно целовать в щечки. Готова поспорить, сейчас он наверное, не очень-то любит когда его сестры и брат делают так постоянно. Самый спокойный отец, за ужином который, всегда молчит. Но если у него очень хорошее настроение, за ужином и он не умолкал. Было тоже очень интересно слушать, как отец задает остроумные вопросы, своим детям, как все начинают обсуждать этот вопрос и вместе искать ответы. Да, именно, «было». Теперь все воспоминания Кайлы остались у меня. Я потеряла счет времени, и даже не спрашивала себя, именно какой сегодня день, месяц или хотя бы год. Все изменилось слишком быстро, и для меня, Кайлы, и для, соответственно Саммер. О ее жизни я знаю слишком мало. У нее есть Грейс. По инстинктам она мать Саммер. Женщина лет сорока пяти, почти ровесница моей мамы, с приятной внешностью, часть из которых, по наследству она скорее передала своей дочери. Не знаю каким образом, но ее имя я вспомнила сразу после того как проснулась в ее теле в больнице. Больше мне ничего не известно. После долгих мыслей о прошлом, я допила свой чай, и по привычке, встала с места и начала убирать со стола. Грейс удивленно наблюдала за мной, потом встала с места и попросила оставить все ей. Я возразила, честно, мне не особо хотелось спорить и тем более я это делала из уважение к ней. Так уж я воспитана, ничего не поделаешь. После я не знала чем мне заняться, корме как исследовать комнату Саммер. Комната узкая, с белыми стенами и со шкафом в углу комнаты, напротив двери. Рядом со шкафом кровать с прикроватной тумбой рядом. Шкаф с одеждой девушки был самым обычным и не представлял ничего необычного для шкафа девушки: сложенная аккуратно одежда, в трех встроенных полках из четырех, а на последнем были личные вещи Саммер, на подобии личной косметики, тетрадей и последняя альбом с фотографиями девушки. Я вытащила из вещей этот самый альбом и стала листать ее, в надежде, что узнаю что-нибудь еще из жизни девушки. Первые страницы альбома и фотографии представляли за собой детство Саммер: где она маленькая и радостная обнимает большую коричневую мишку Тэдди, где с счастьем на глазах она утопает в объятиях Грейс, где в белом платьице улыбается в камеру. Следующие фотографии уже Саммер постарше: на первом был указан ее возраст, ей было 14 лет, она задумчиво смотрит вдаль через плечо, следом еще одна, ей 12 лет, она сидит на траве, взор ее устремлен опять же, куда-то вдаль. Остальные фотографии были точно такие же. После 12 лет во взгляде девушки что-то явно изменилось. Даже в школьных фотографиях на подобии виньетки она не улыбалась лучезарно как в маленьком возрасте. Самая последняя фотография – это выпускной Саммер. Она в бордовой мантии смотрит в камеру, слева стояла радостная Грейс, а справа стоял парень с ослепительной улыбкой в простой одежде из джинсов и футболки. Внизу фотографии было написано: «Поздравляю тебя с выпуском! Желаю всего наилучшего, искренне твой брат Остин.» Эти слова были написаны кривым почерком, снизу которого красовалась также подпись. А сам хозяин слов, то есть Остин, имел высокий рост, темные короткие волосы, глаза тоже темные и светлая кожа. В его улыбке чувствовалось мужское очарование и искреннее счастье. Только вот по внешности он не был похож на Грейс. На остальных фотографиях не было никого кроме самой Саммер. По правде говоря, я искала отца Саммер, но мои поиски не увенчались успехом. Поставив на место альбом, я решила для себя поспрашивать позже про Остина у Грейс и об отце Саммер. Последний раз окинув, теперь уже мою, комнату, мне захотелось приобрести зеркало.