Историю пишут кровью

      Тишина. Лишь звуки леса,шептавшие отовсюду,разбавляли непривычное спокойствие. Робкий спутник молчал,словно боясь заговорить в присутствии Саньду Шеньшоу,что,впрочем,было правдой. Новоявленный мертвец пугал Вэнь Нина едва ли не больше,чем живой глава Цзян,чей характер,как подсказывала интуиция,станет куда более яростным. Отчего скромная натура содрогалась от одного только взгляда на молчащего, с самого начала их подобия прогулки,лютого.       Цзян Чен, в свою очередь,настолько погрузился в собственные мысли,что, казалось,абсолютно позабыл о Призрачном генерале,что неназойливо продолжал маячить в поле зрения. Получив такое воплощение он лишь заново поражался всему что попадалось на глаза и сильно изменившимся ощущениям. Вновь и вновь тусклый взгляд пробегался по бескровной коже,с печальным интересом изучая просвечивающие сквозь тонкую поверхность черные сосуды. Он и представить не мог,что все обернется вот так. Разум лихорадочно пытался извлечь плюсы из сложившейся ситуации,однако в сознании главы то и дело всплывала мысль,не позволяющая успокоиться. "Что теперь будет? Как вернуться в орден? Разве примут его таким?"       Люди большие охотники мести языками,а вот какой же лакомой темой станет для них то,что прославленный Саньду Шеньшоу,самый большой противник сторонников темного пути,внезапно стал вторым разумным лютым,что априори подчиняются Старейшине Илин.        Еще и этот стрелок. Его личность особой ценности не представляла,в отличие от того,кто подослал его. Или же... - Господин Цзян...       Цзян Чен недовольно зыркнул в сторону Призрачного генерала,останавливаясь и подмечая,что ушел уже достаточно далеко от своего провожатого. Нехотя развернувшись он выжидающе принялся выжигать взглядом дыру в Вэнь Нине,что испуганно замолк. - Что?- тусклая сталь обжигала,попадая прямо в душу раскаленным металлом.       Мертвец осторожно приблизился,чуть звеня цепями. - Господин Цзян,думаю.... Я думаю,что Вам наверняка интересно узнать о том,что с Вами произошло.- на сером лице расцвела неловкая улыбка,придавая Вэнь Нину еще более безобидный вид. - Я умер,меня убили. Что тут еще узнавать?- Цзян Чен нахмурился,уверенный,что теперь понимает своего шисюна куда лучше. Говорить о собственной гибели совершенно не хотелось. Ярость медленно закипала в замершей навеки крови. - Я не совсем это имел в виду,- Вэнь Нин немного обиженно покачал головой,приводя растрепанные от сражения волосы в полный беспорядок. - Вам нужно научиться... - Быть трупом?       Мертвец,не обладай он мягкой натурой,уже давно бы закатил глаза,пренебрегая страхом перед более сильным противником. Да и действительно ли глава Цзян был сильнее?       Вновь улыбнувшись,генерал опустился на ствол поваленного временем дерева. Кора умершего гиганта жалостливо захрустела,осыпаясь. - Вам повезло восстать практически мгновенно,- бледная зелень зрачков скучающе оглядела стоящий напротив труп. Закинув одну ногу на другую Вэнь Нин переключил внимание на затаившуюся в корнях змею. Не то чтобы его волновал совершенно не нужный комфорт или та же усталость. Ни в одном,ни в другом он потребности не испытывал,усаживаясь поудобнее лишь по воле привычки. - Ядро не успело истощиться,а плоть начать разлагаться. Это определенно идет Вам в плюс.       Цзян Чэн громко фыркнул,как бы заявляя о том,что и так это знал. Целость золотого ядра оказалась замечательной новостью,не лишая Ваньиня Цзыдяня,что представлял куда большую ценность для главы,чем кто-то мог подумать. - И это все,что ты хотел мне сказать?- скептично выгнутая бровь поползла выше,достигая своего предела. Зубы угрожающе скрипнули,жаля слух неприятным звуком. - Ты казался куда более уверенным,когда рассказывал мне о происхождении ядра,а сейчас что? - Нет-нет,что Вы! В самом деле,я хотел объяснить Вам связь,которую образовала тьма меж Вами и господином Вэем...       Саньду Шеньшоу снисходительно цыкнул,наблюдая за змеей,безуспешно пытающейся впрыснуть как можно больше яда в мертвую плоть. Остатки самообладания покидали владельца,словно песок верхнюю часть часов. - Ну так объясняй,гуль тебя дери! *********       Цзинь Лин неспешно поглощал рис из деревянной плошки,сидя на убранной постели. День близился к завершению,на что указывало склонившееся к западу солнце. Где-то на задворках сознания мелькнуло понимание полностью сбитого режима,но,судя по всему,обитатели горы были совами,что угадывалось по активности Сычжуя,все более возрастающей по мере приближения темного времени суток. А-Жуланю жуть как хотелось увидеть дядю,но какая-то его часть содрогалась от осознания новой сути Саньду Шеньшоу. Но... Он все равно его любил. Искренне,как любят только самого родного человека. Цзян Ваньинь был рядом столько,сколько Цзинь Лин себя помнил,оберегая и воспитывая,порой позволяя нежности выглянуть из под строгой брони. Ругался за разбитые колени и печально вздыхал над украденными лотосами,забавно злился на разжеванную Феей обувь... Но той ночью... Неужели он и правда хотел его убить? По спине пробежали крупные мурашки. А тот ли теперь его дядя? Что ж... как бы то ни было,решимость увидеться с ним не стала меньше.       Опустевшая чашка была убрана на край невысокого столика. Острый взгляд скользнул по закончившему трапезу Вэню. - И всегда ты молчишь за едой?       А-Юань сдержанно улыбнулся,убирая посуду. - Нет,так делает только папа. Ну и я иногда,хотя,в компании матушки можно и разговориться. - Совсем забыл,- Цзинь Жулань прикрыл глаза, тихо цыкая. - Он ведь раньше был в клане Лань - Да,но матушка говорит,что там скука смертная. Количество правил уже наверняка за четвертую тысячу перевалило,- Сычжуй поморщился,словно ему в рот попало что-то кислое. - уверен,молчание во время еды - одно из них.       Лицо А-Лина вытянулось от удивления,вмиг распахнутые глаза светились неподдельным интересом. - Но если это так скучно,зачем следуешь? - Не знаю,- юноша простодушно пожал плечами,облокачиваясь об оконную раму. Аккуратно собранные в хвост волосы скользнули с плеч,оказываясь за спиной. - Сказал же,что папа так делает       Цзинь Лин фыркнул,складывая руки на груди. Вот вроде Вэнь,а упертость истинно Ланьская. - Чем бы тебе хотелось заняться?       Юноша в золотых одеждах уставился на заклятого друга с еще большим непониманием. Праведный гнев обжег сердце,разливаяясь по телу. - Ты спрашиваешь человека,у которого недавно умер дядя? - Да,- Сычжуй явно знал,что говорит и определенно специально задал такой вопрос. Глаза цвета ядовитого металла сверкнули сочувствием,впрочем,тут же возвращая себе обычный блеск. - Не хочешь увидеть его? Уверен,он с дядей Вэнем. А позже зайдём к папе,хорошо?       Половицы заскрипели,сопровождая сошествие тела на пол. Тонкие ладони пробежались по дорогому ханьфу,приводя его в надлежащий вид. Смысла задавать глупые вопросы не было,а отказывать не хотелось. Он действительно хотел увидеть дядю. Загоняя страх в задворки сознания,А-Жулань тихо подошел к собеседнику,с решимостью заглядывая в едкие омуты. Сердце на мгновение пропустило удар,предупреждая,что утонув в этой ртути он никогда не сможет выбраться,навсегда оставшись пленником жидкого серебра. Но он не был против. Хозяин опасных глаз тепло улыбался,протягивая Цзинь Лину руку. Он решился,кивая. Дороги назад нет. - Хорошо,идем       Тяжелый металл морской поверхностью буйных волн захлопнулся над головой,заключая в ловушку. Он утонул. Утонул в этих глазах.