Вопрос.

— Гэвин, вы когда-нибудь занимались сексом с машиной? — диод резко засверкал красным, это резало глаза. Но Гэвин удивлённый вопросом не обращал внимания. — Что? Может в машине? И вообще к чему такие вопросы? — Нет, детектив. С машиной. — диод всё продолжал мигать красным, но только после этого утверждения, у Гэвина сложился пазл. — О, чёрт! Не говори, что ты гребаный Девиант! — Рид ничего не чувствовал, кроме ярости. Если Ричи окажется девиантом, то.то Рид расплавит этого ублюдка. Ведь такой ублюдок, когда-то убил его лучшего друга, друга, которого он любил, больше чем друга. Больше чем возлюбленного. Больше всего и всех. — Извините детектив, мне не стоило. — спустя долю секунды после того, как он это проговорил, Гэвин закричал. — Ответь! Просто ответь! — Рид резко постучал по панели автомобиля. — Нет детектив, я не девиант. Простите. — Но Ричард был на удивление спокойным. Красный цвет диода сменился на голубой. Гэвин успокоился. Парни уже подъезжали к месту преступления. Рид вежливо пожал знакомым руки, но на самом деле ему было настрать на эту «Вежливость.» — Так.что тут у нас? — Гэвин сказал это так, будто разговора 10 минут назад и не было. Но на самом деле он просто хотел забыть про это. Ричард расковырял давно зажитые раны прошлого. И это не особо его радовало, но лучше окунуться с головой в работу, чем париться, а потом париться об увольнении. — Убийство, изнасилование. В общем жуть полная. — с каким-то комом в горле говорил парень из полиции. — Чёрт! Сколько этой девочке лет? — Гэвин был в ужасе, ведь на земле у дерева лежала девочка, на вид 10-ти лет. — это Элизабет Свифт. Ей 9 лет. Ученица 2 класса. Растёт в полной семье. Братьев и сестёр нет. Родители пьяницы и наркоманы — всё так же продолжал говорить парень из полиции. После его слов к телу подходит Ричард. Садится на корточки и рассматривает тело. — Её убили 15 часов назад. — Ричард говорил это бездушно. И это выглядело устрашающе. — Стоп железка. Хочешь сказать её убили вчера вечером, когда здесь была куча народа? — Нет детектив, её сюда притащили. Изнасиловали её несколько раз. — как только закончил говорить Ричи, Гэвин спросил — А родители, они что говорят? — ничего. Они даже не сообщали в полицию о пропаже ребёнка. Гэвин, они пьяницы и наркоманы, что с них взять? -М-да.семейка у девочки. Так ладно, поехали жестянка, поговорим с её родителями. — после этого Гэвин повернулся и якобы жестом показывал " Идём.» Ричард посмотрел на Гэвина, после на тело девочки, а уже потом встал и пошёл за Гэвином. Гэвин сел за руль. -Вам лучше пристегнуться.- Ричи посмотрел на Гэвина. А он посмотрел на него. -Так пластмассовый ублюдок, это моя машина, и я езжу…- не успел он закончить как Ричард перекрыл лобовое стекло своим телом, схватился за ремень безопасности и пристегнуть Гэвина. Рид впервые увидел серые глаза РК900 так близко, но он был в ярости — какого хуя, какая-то жестянка решает за него? -Придурок, тебе кто давал команду? -На что Ричи ответил — Моя задача обезопасить вас, детектив. — Он говорил это так будто в армии, своим идеальным голосом, это всё было так не естественно. Что кстати ещё больше раздражало Гэвина. Он схватил Ричарда за белые воротники его формы, и сказал — Лучше следи за собой, гвонюк. — Ричард сжал запястье левой руки Гэвина. Так сильно, что остались следы. Гэвин сжал зубы. Посмотрел на запястье, а потом в бездушно, будто кукольные глаза Ричи. — Детектив не советую вам угрожать мне. Мне бы очень не хотелось — Ричард сжал запястье сильнее — с вами ссориться. — Отпусти, придурок — будто задыхаясь сказал Гэвин. Ещё бы чуть-чуть и у Гэвина потекли слёзы. Ричард отпустил Рида. После чего тот отстегнулся, открыл дверь, фыркнул, а затем захлопнул её. Отойдя чуть дальше от машины, Гэвин достал сигарету и поджог её. Запястье ещё болело, и ощущение руки Ричарда тоже осталось. — Вот ублюдок! — пробормотал Гэвин. Выпустив ядовитый дым и изо рта. Полиция всё ещё находилась на месте преступления, но на Гэвина они не обращали внимания. Тем временем Ричи сидевший в машине, не понимал, что происходит. Программа выдавала сбой. Подбрасывая миллионы вариантов действий. Диод пылал красным. А перед его глазами был снимок взгляда Гэвина. Да, тот самый взгляд, который так обидно смотрел ему в глаза. Докурив сигарету, сердце сжало. Так сильно, что Гэвин согнулся. Боль стала ещё сильнее и он упал. На это обратили внимание прохожие и работники. Когда Ричи заметил шумиху, он вышел и увидел Гэвина, который был уже без сознания. Он подбежал к нему, расталкивая всех. Диод мигал красным, программа выдавала кучу вариантов действий. Но Ричард не раз сталкивался с подобными ситуациями и понимал, что нужно отвезти его в больницу. Взяв Гэвина на руки, он положил его в машину, а сам сел за руль. Больница находилась рядом, поэтому ехать далеко не пришлось. Выйдя из машины, Ричард взял на руки Гэвина и зашёл в больницу. К нему подбежали медсёстры и положили его на каталки. Ричард побежал за ними. Врачи завезли его в палату, спустя 10 минут его повезли в операционную, но Ричарда не в пустили. Через пару минут вышел врач, который сообщил, что у Гэвина был сердечный приступ, и сейчас ему нужна операция. Но эта операция стоит дорого, и ещё нужно согласие родственников. Он попросил поговорить Ричарда с его родными, дабы те дали согласие. Сейчас врачи сделают ему операцию, которая немного продлит ему жизнь. Врач ушёл. Ричард до сих пор был в шоке. Да шок андроиды чувствуют немного иначе, но суть в том что программа по-прежнему выдавала сбой. Постояв немного у дверей операционной, Ричард собрался, ну по крайней мере пытался собраться с мыслями. Пришёл к такому выводу- если он как можно скорее свяжется с родственниками Рида, то тем быстрее тому сделают операцию. Но Ричард понятия не имел есть ли у Гэвина кто-то. Он никогда не говорил с ним на такие темы. Да и вообще Гэвин был не из тех, кто говорил по душам, и он был не особо разговорчив, тем более с андроидами. Он отправил краткое сообщение Фаулеру, который закидал Ричарда кучей сообщений. И выйдя из больницы он отправился в департамент полиции. Находясь уже там, он взял личное дело Гэвина. Там было указано, что у него нет братьев и сестёр, а родители умерли в автокатастрофе. О дальних родственников ничего не известно. — Он совсем один — Ричард никогда не думал об этом. Он совсем ничего не знает о нём…