Hit me(or kiss)

После их последней драки прошло три недели. Все шло просто прекрасно. Тэхен, как и предлагал, прекратил все издевки и драки. Он действительно начал делать вид, что не знает Гука. Гук сам тоже остыл и больше не питал сильной ненависти к персоне Кима. Сны тоже прекратились, чему Чон был несказанно рад. Напряжение спало, и сейчас он готов был поклясться, что ничего не чувствует к Тэхену, ни страсти, ни желание, ни даже ненависти. Все что осталось, равнодушие. В данный момент Гук сидит в столовой и поедает свой пресный обед. Чимина не было сегодня в универе, по крайней мере, Чон его не видел. Но как говорится— << Помяни черта, и он появится >>. Чимин на всех парах бежал к нему. Скинув рюкзак на соседнее место, он радостно плюхнулся на свое. Дышал часто, пытаясь перевести дыхание. Чон смотрел на эту картину молча, жевал жареный рис с кимчи и ждал, пока Чимин сам заговорит. Тот, наконец, отдышавшись, орет почти на всю столовую. — Чонгук-аааааа, в пятницу вечеринка! Понимаешь? Нас ждет туса, музыка, выпивка, танцы, и возможно, приятные знакомства,— говорит он последнее более тихо и заигрывающе дергает бровями. Чонгук почти не реагирует, лишь кивает и продолжает жевать свой рис. — Тьфу, своей реакцией все мое настроение убил. Пойду, возьму себе обед,— разочарованно произнес Чимин и пошел за едой. Чонгук думал, почему же не особо обрадовался новости, ибо он мечтал об этом еще в школе? Тем не менее, даже если он сейчас не горит желанием посетить тусовку, он все равно пойдет на нее, так как потом, скорее всего, пожалеет, что не пошел.

***

Чонгук стоял на улице, не решаясь войти в дом одному, лучше он подождет Чимина, но тот, как всегда, опаздывал. Чон не предполагал, что апрельским вечером будет настолько прохладно, поэтому, со спокойной душой, он надел легкую рубашку и рванные во многих местах светлые джинсы, хорошо хоть сверху накинул легкую, такую же джинсовою, курточку. Ветер скользил по оголенным частям кожи и заставлял Чона ежиться. Вскоре, на горизонте показался Чимин, наряженный как петух. — Ты, как всегда, шикарен и, как всегда, заставляешь меня тебя ждать,— беззлобно пробурчал Чонгук.— Давай зайдем уже, а то я тут окоченел от холода. Помещение встретило их громкой музыкой, шумной толпой и запахом дыма и алкоголя. Чимин сразу же потянул Чона в сторону барной стойки. Там стояло множество бутылок, и Чимин намешал в стаканчике ядерный, по мнению Чона, коктейль. Он радостно протянул стакан с ядом Чону и начал намешивать себе тоже самое. Гук сделал пробный глоток и был крайне удивлен, яд оказался вкусным. После четырех стаканчиков волшебного коктейла от Чимина, Чон достиг нужной кондиции. Дурацкая улыбка не сползала с его лица, а тело плавно двигалось под музыку. Вскоре ему становится жарко, и он, скинув с себя куртку, бросает ее куда-то, не удосужившись запомнить куда. Вдоволь натанцевавшись, Чон идет снова к барной стойке. Он уже запомнил, что туда добавляет его друг-алкаш. Закончив с коктейлем, он поднимает голову и видит опиравшегося на барную стойку Ким Тэхена. Образ Кима приятно удивил Чона. Волосы были зачесаны назад и зафиксированы, наверное, целым баллончиком лака. В ушах блестело множество сережек. Широкую загорелую шею украшали массивные цепи. На нем была черная футболка, с каким-то угрожающим рисунком. На правой руке Чон увидел тату— << Новая? Или я просто не замечал раньше?>>, пронеслось в голове Чона. Она начал изучать рисунок, он был довольно большим, почти закрывал всю кожу на предплечье. Композиция состояло из разных цветов, смотрелось красиво. Что показалось Чону странным, это то, что она поблескивала под светом, и он сделал вывод, что это, скорее всего, переводное тату, наклейка. Чонгук взглядом спустился вниз. Футболка на Киме была заправлена в широкие светлые джинсы, которые держались на нем благодаря массивному ремню. Все стильно. Чон взглядом снова возвращается к лицу Кима. — Привет, — невольно вырывается у Чона. Ким устремляет свой взгляд в его сторону, смотрит скептически, но, все-таки, отвечает. — Ну, привет,— говорит он и взглядом изучает стоящего напротив Чона. У него блеск в глазах и азарт, губы приоткрыты, и уголки устремлены чуть вверх. Сейчас он похож на веселого щеночка. Чон хотел было сказать что-то Киму, возможно, что тот хорошо выглядит, но их идиллию прерывает Чимин. — Ребята решили поиграть в бутылочку, идемте, — произносит Чимин и хватает Чона за руку и тянет в толпу, а Ким плетется вслед за ними. Парни и девушки уже сидели на полу, образовав круг, где посередине лежала бутылка выпитого виски. Чон присел рядом с какой-то девушкой, а Ким сел напротив него. Студенты крутили бутылку и те, на кого показывала бутылка ,целовались. После десятого раза горлышко бутыки указала на Чона, тот удивленно посмотрел на нее, и на того, кого указывала обратная сторона бутылки. По велению судьбы, она указывала на Кима. Вот это поворот. Чонгук замешкался, он не знал, что делать. Целовать Кима ему хотелось и не хотелось одновременно. Решив не портить настроение играющим и показаться занудой, он чуть привстал и на четвереньках приблизился к Киму. Тому явно не нравилась ситуация, он не горел желание целовать парня, тем более Чона. Чон остановился в паре сантиметрах от его лица. Вблизи Ким был еще красивее, его губы призывно блестели. Ким уставился на Чона в ответ. Их разделяло лишь пара жалких сантиметром и Ким не выдержав, резко вскакивает, говорит, что не будет играть в эту дурацкую игру и уходит прочь. Чон чувствует некое облегчение, но в то же время и разочарование. Ему в какой- то степени хотелось воплотить свои сны в реальность. Узнать такие ли губы Кима мягкие, как он себе представлял? Он неловко смеется и говорит. — Меня отшили, так что, я тоже не хочу больше играть,— неловко смеется и встает из круга. Он снова направляется к барной стойке, где оставил недопитый коктейль. Гук берет стаканчик и разом опустошает его. Он чувствует укол обиды. Это же просто игра, что стоило Киму его поцеловать? Неужели тому настолько противно? Он среди толпы глазами находит Тэхена и начинает прожигать того взглядом. Ким стоял в обнимку с той самой Минхи. Ну конечно, Чон уже забыл, что у того имеется девушка. На вечеринке Гуку становится скучно. Он начинает искать свою куртку, и через пару минут найдя ее в каком-то углу, он берет ее, находит Чимина, прощается с ним и покидает дом. По дороге домой Чон чувствует легкое раздражение и что-то другое. Гук понимает, что его поведение нелогично. Он не должен чувствовать обиду из-за того, что Ким не захотел его целовать. А еще, возможно Чон почувствовал капельку ревности, когда увидел Кима обнимающего девушку. А в это время Ким тоже думает о Чонгуке. В какой-то момент он почувствовал что-то, Чон был красивым и ему на секунду захотелось впиться в губы напротив. Но он быстро пришел в себя, и послал эту мысль куда подальше, однако в нем нарастал интерес к персоне младшего. Домой Чонгук добирается за час и сразу же, не снимая одежды, валится на кровать и засыпает.

***

Проснувшись утром следующего дня, Чон чувствует ужасную головную боль. Он проклинает себя за выпитое и кое-как встает с постели. Он снимает с себя вчерашнюю одежду и, покачиваясь, плетется в ванную комнату. Прохладный душ должен взбодрить его. Он встает под прохладную воду и подпрыгивает от перепада температуры. Смыв с себя весь вчерашний день, он обматывает бедра полотенцем и направляется на кухню, заваривать кофе. Придя в университет, Чон замечает, что многие студенты выглядят такими же патрепанными и уставшими, как он сам. Пары проходят довольно спокойно. Гук пытается из-за всех сил сконцентрироваться на лекции, но мысли плавно уходят в вчерашний день. Опять этот Ким Тэхен не выходит у него из головы, а ведь он думал, что его отпустило и Ким ему уже безразличен. Его мысли прерывает паренек, ворвавшийся в аудиторию. Он просит прощения у преподавателя и обращается к сидящим студентам. Говорит, что президент студсовета собирает всех после пар, в шесть часов, в актовом зале.

***

Время проходит довольно быстро и ровно в шесть, Чон на пару с Чимином идут в назначенное место. Они занимают места на задних рядах и ждут, когда же президент студсовета, коим являлся Мин Юнги с четвертого курса, расскажет, зачем всех здесь собрали. Когда зал наконец полон, Юнги встает за амбион и объявляет, что к ним в универ придет выступать приглашенная группа, и зал нужно привести в божеский вид. После речи он со своими подопечными начинает распределять обязанности. Кто-то отвечает за уборку, кто-то за оформление сцены, кто-то за декорации, а кто-то за аппаратуру и звук. Студенты тянут из корзины листочки , где указана их обязанность. На листочке Чона написано <<оформление и украшения>>. Всех, кому выпало то же самое, зовут в отдельную группу, дабы подробнее уже объяснить и дать указания. Среди кучки студентов он замечает Кима. Ну конечно, по-другому не могло быть! Когда же уже закончатся все эти случайности, сводящие их вместе? — Ты, ты и ты,— рандомно указывает парень из студсовета на студентов,— вы отвечаете за плакат. Так, что у нас дальше? Вот, всякая мишура и украшения, нужно все купить. Этим займетесь вы двое,— произносит он и пальцем указывает на стоящих рядом Чона и Кима. — Приехали,— тихо бубнит себе под нос Тэхен, но Гук, все-же, слышит его. Не то, чтобы Чон горел желанием делать что-то вместе с Тэхеном, но со стороны Кима это было грубо. Им дают дальнейшие указания и направляют к Юнги, за деньгами. Уже у выхода из универа Гук говорит, что видел нужный им магазинчик на Мёндоне. Путь не короткий, и пешком туда они дойдут только завтра, поэтому решают поехать на автобусе. В транспорте они сидят рядом, но не разговаривают от слова совсем. Гук бедром чувствует бедро Кима и тепло исходящее от него. Положение ему кажется каким-то интимным. Чон чувствует некое волнение и не знает, что Ким чувствует сейчас то же самое. Ким сам провоцировал Гука столько раз, прижимал свое колено к его паху, но тогда он не думал об интимности или о чем-то таком, а сейчас простое касание бедер казалось ему чем-то волнительным. Он смотрит на Чона. Тот какой-то весь напряженный и нечитаемым взглядом смотрит в окно. Когда они, наконец, добираются до нужного места, на улице уже стемнело, и горят уличные фонари и вывески магазинчиков. Мёндон довольно оживленный район. На улицах всегда много людей. На каждом шагу можно найти уличную еду. Учуяв запах еды, Чон почувствовал голод, желудок неприятно сжался и заурчал. Гук быстро направился к одному из фургончиков с едой. Там продавались токпокки, всякие рыбные пирожки и сосиски на палочке. Запах стоял аппетитный. Он восторженно смотрел на всю эту еду, а во рту собиралась слюна. — Я очень голоден, ты, наверное, тоже. Давай сначала поедим чего-нибудь,— предложил Гук, умоляюще смотря на Тэхена. Ким отрицать не станет, он действительно очень голоден, последнее, что он ел, был рис в столовой универа, в час дня. Он встал рядом с Чоном и стал разглядывать еду. Ему хотелось всего и сразу, но нужно было выбрать одно. Пока Ким думал, Чон уже сделал свой выбор, он купил сосиску в тесте на палочке, заправленную кетчупом. Тэхен остановил свой выбор на горячих рыбных пирожках. Взяв свой заказ, они направились к магазинчику, о котором говорил Чонгук. По пути они с удовольствием кушали свою еду. Чон был настолько голодным, что обычная сосиска казалась ему гастрономическим искусством. Он воодушевленно грыз ее, чем вызвал смешок у Кима. — Ты похож на кролика грызущего морковку, просто у тебя вместо нее сосиска, — сказал Ким, засмеявшись. Чон уже был готов возразить ему, ответить колкостью, но завис, когда услышал смех Кима. Тот смеялся лучезарно и был похож на летнее солнышко. Гук видел его улыбающимся только раз, и то тогда он был далеко. А сейчас, когда он стоит меньше чем в метре и улыбается, у Гука сердце замирает. Разве может у кого-то быть настолько красивая улыбка? В магазинчике Чонгук и Тэхен провели почти час. Они постоянно спорили, не могли выбрать. У них явно не совпадали вкусы. Гук настаивал на темно синих украшениях, а Ким вставлял аргументы в пользу серебристых. Продавец, даже устал от их перепалок, и сел на свое место, дожидаясь, когда, наконец, упертые молодые люди что-то решат. Решение пришло лишь тогда, когда они сыграли в <<Камень-ножницы-бумага>>. Тэ выиграл все три игры , и они пошли платить. Чон был подавлен, все былое настроение испарилось, и он скис. Заметив это, Ким решил сжалиться над ним. — Ладно, давай, возьмем еще и синие, потом красиво сочетаем их вместе,— сказал Ким и увидел как Чонгук на глазах снова расцветает, и его глаза загораются. Парни в целом весело проводят время, подшучивают над друг другом, подкалывают. Былой неприязни почти не осталось. Закончив с покупками, они снова сели в транспорт и вернулись в универ. Время было позднее, но студенты все еще были там и усердно работали. Работы слишком много, а концерт уже послезавтра, поэтому оставаться в универе придется всю ночь. Отчитавшись перед заместителем Юнги, показав украшения, Чон решил пойти на задний двор и закурить. В связи с последними событиями у него расшатались нервы, и ему часто хотелось курить. — Пойду, покурю на заднем дворе, — оповестил он Кима, и, получив кивок, направился в сторону выхода. Проходит пятнадцать минут, а Чонгука все еще нет. Им нужно работать, а тот пропадает, прохлаждаясь во дворе. Ким злится и идет искать ленивую жопу Гука. Когда он приходит на задний двор, то слышит ругань и болезненные стоны. Он направляется в сторону шума и видит, как четверо парней избивают одного, лежавшего на земле, парня. Ким не из героев и скорее всего развернулся бы и ушел, но в лежащем он узнает Чона, поэтому подрывается с места. Кучка задир не сразу замечает Кима, продолжая избивать парня, но когда Тэхен разозлившись, кричит всем убраться нахрен, парни сразу же пугаются Кима и уходят прочь. Чон кое-как встает на негнущихся ногах и опирается о стену. Он начинает дико смеяться, и Ким смотрит на него ошарашено, не понимая, что происходит. — Знаешь, почему я так ржу?— Ким отрицательно мотает головой,— Потому что меня сейчас избивали из-за тебя, из-за того, что ты пустил слух, будто я гей, и смешно, что спасать меня пришел именно ты,— у Чона подрагивает губа и дрожат руки, ему было обидно слышать необоснованные гадости в свою сторону.— Они обозвали меня мерзким педиком, сказали, что я омерзителен и что должен сдохнуть. На земле нет места таким отродьям, как я . Киму нечего на это ответить. Он действительно виноват. Именно он ради собственного веселья окрестил Гука перед всеми геем. Тэхен молча достает из кармана пачку сигарет, достает две, одну себе, другую Чону. Он протягивает сигарету к губам Гука, и тот обхватывает его губами. Ким услужливо зажигает сигарету Гука первой, а затем уже свою. Они молчат минуту. Ким внимательно смотрит на Чонгука. У того разбита губа и кровь уже свернулась. Слегка виднеется синяк на скуле. Затем он замечает пару травинок в волосах младшего и протягивает руку, чтобы убрать. Чон вопросительно смотрит на него. — Трава, — констатирует он факт и тихо добавляет,— Прости меня за все. — Все нормально, я тоже не оставался в долгу,— искренне улыбается младший и смотрит на Кима, затягиваясь поглубже, пытаясь успокоить быстро бьющееся сердце. Ким кивает, смотря на траву под ногами и слабо улыбается. Пусть младший и говорит, что все нормально, но ничего не нормально. В их отношениях, с первого дня, не было ничего нормального. Ким поднимает голову и смотрит на улыбающегося Гука и понимает, что действительно ничего не нормально. Не нормально то, как его сердце реагирует на эту улыбку.