Это даже мило!
2 марта 2021 г., 23:53
Дома Санджи заставил нового ушастого знакомого сидеть на полу перед ванной, чтобы не испачкал мебель, пока он сам яростно натирался губкой в душевой кабине. Запах свалки буквально въелся в кожу. И только после двадцати минут намываний он решил, что готов идти на работу. Как ни странно, Зоро так смиренно и сидел там, где Санджи его и оставил — почти что носом упираясь в дверь ванной.
— Помойся и жди меня дома. Еду я оставлю. Я вернусь с твоей катаной после десяти. Не беспокойся, я никому тебя не сдам. Во всяком случае, меня просто сочтут за сумасшедшего, если я начну рассказывать всем, что у меня дома сейчас качок с тигриным хвостом и тремя катанами. Да меня просто обсмеют за три катаны!
Зоро прижал уши, покорно сидя на полу. Не то чтобы ему нравилось сидеть и ждать свою катану до ночи, но на самом деле простреленный бок болел гораздо сильнее, чем он показывал, не помогала даже ускоренная кошачья регенерация. Он не хотел доставлять неожиданно доброму новому знакомому с завитушкой на лице еще больше хлопот.
Потому, когда вкусно пахнущий Завитушка, как звал его про себя Зоро, хотя Санджи уже представился, ушел, Зоро постоял под холодными струями душа. Они были похожи на струи водопада, под которым он привык мыться в поселении полузверей. И принялся обследовать дом в поисках самого уютного местечка, чтобы подремать. Дом Зоро очень понравился: тут была гостиная с большим и очень мягким диваном и с открытой стеной на кухню — можно было лежать и наблюдать лениво одним глазом, как хозяин готовит. Спальня Санджи пропахла резким мужским одеколоном, практически заглушая запах владельца, и Зоро она потому не понравилась — он недовольно стукнул тяжелым хвостом по деревянному полу, стащил подушку и закрыл дверь. Комната, куда его положил этой ночью новый знакомый, ему понравилась — стены мягкого оттенка, выходит окнами в маленький садик, Зоро уже думал устроиться тут, пока не увидел выход на мансарду.
Она была застекленная, и одна стена внутри коридора тоже была застекленная, потому можно было уютно спать на деревянных досках внутри дома и нежиться под теплым утренним солнышком, наблюдая за птицами в очень маленьком садике на заднем дворе. Не долго думая, Зоро снял футболку и улегся прямо на доски, сладко и широко зевнул и уткнулся лицом в украденную подушку с чужим запахом — если он проспит до вечера, не придется томиться в ожидании человека с Завитушками. В одиночку есть не хотелось.
— Ты хотя бы помылся?! Это что — моя подушка?
Зоро сонно приоткрыл один глаз, наводя уши на звук. Солнце все еще припекало через стекло, но над ним уже нависал сердитый Завитушка, подмышкой у него торчала…
— Вадо! — Зоро прыгнул с пола — из положения лежа, как пружина распрямилась. Он так вцепился в катану, что уронил Санджи на пол. Его хвост колотил лежащего на спине хозяина дома по бокам от радостного возбуждения.
— Ты тяжелый, придурок! Скотина неблагодарная, хочешь и катану, и мои ребра?! — прохрипел из-под него Завитушка, и Зоро смущенно выпрямился. Он постоянно забывал о том, что уже не в поселении, и его окружают такие хрупкие люди, на которых нельзя вымещать принятую среди полузверей радость.
— Извини, — пробубнил он. — Я не хотел пугать. Я от радости.
— Да вижу, что не от печали, — фыркнул Завитушка, отряхиваясь и поднимаясь. — Я пораньше освободился. Старикан меня выставил! Сказал, что от меня несет помойкой! А я ведь дважды душ принимал. Вот скажи, разве пахнет от меня! — с этими словами Завитушка сунулся ближе к обнимающему счастливо катану Зоро, и даже оттянул ворот своей рубашки.
Зоро невольно хрюкнул, подавливая смешок. Люди такие странные, обнажить и преклонить шею перед кем-то среди полузверей означало вверять другому свою жизнь. Становиться полностью беззащитным. Если бы Завитушка жил в лесу, он был бы вкуснопахнущим чудаком, и на него бы нашлось немало хищных желающих. Зрачки Зоро опасно расширились от этой мысли, хотя они и стояли в ярком солнечном свете. Нет, помойкой от Санджи все еще несло, но на этот запах наслаивался приятный теплый, словно недавно испеченный хлеб, запах тела, выветрившийся одеколон, утренняя сигарета, запах уличной дорожной пыли и немного летней пыльцы, что летала снаружи в воздухе.
Не дождавшись ответа, Завитушка выпрямился, и Зоро неволей потянулся носом за источником запутанного, но притягательного запаха.
— Вот и я думаю, что нет. Старикан меня просто изводит, потому что я нагрубил ему, когда он стал говорить, что Пуддинг и в этот раз не вернется и продлит обучение. Она очень хочет вернуться, просто какой смысл был улетать так далеко, чтобы бросать учебу на полпути?!
Завитушка уже не слушал, деловито вернулся на кухню, тут же принялся греметь посудой и доставать продукты.
Зоро потянулся за ним, шлепая босыми ногами по доскам пола.
— Это что там клацает? — вдруг поднял голову Санджи. –Это ты там… Это у тебя на ногах такие когти, что ты мне сейчас весь пол расцарапаешь?!
Он вышел из-за кухонной стойки, упираясь руками в бока. Зоро опасливо обошел его по полукругу, разумно отделяя себя спинкой дивана. Инстинкты не говорили ничего хорошего.
— Зеленая башка, ты когда в последний раз когти свои стриг? У тебя от них носки не рвутся?
— Нет, — буркнул Зоро. Носков он не носил.
— Ну-ка, вот тебе ножницы, и давай орудуй, пока я делаю обед. Ты же не думаешь, что я дам тебе постельное белье, пока ты такой росомаха?!
— Я полутигр, — опасливо поправил Зоро, очень ему не нравилось, куда все это шло. Сенсей тоже вечно заставлял Зоро стричь ногти на ногах, и он чувствовал себя без них незащищенным. В знак дискомфорта часто нервно дергался хвост.
— Ну-ка, — Санджи пошел за ним в гостиную. Зоро плавно огибал диван, не давая человеку с неприятно поблескивающими ножницами коснуться себя. — Не будешь стричь, не будет обеда!
— Я не очень-то и голодный… — Зоро стыдливо отвел взгляд. Ну не любил он обрезать прочные крепкие ногти, правда больше похожие на звериные, когда им удавалось отрасти без присмотра сенсея. А без присмотра сенсея он был потеряшкой уже довольно давно.
— Харе от меня убегать, ты еще и ковер мне сейчас зацепишь! — Санджи стал быстрее преследовать его по гостиной.
— Ничего они не цепляют, — Зоро тут же стал нелепо ходить на пятках, словно шарнирная кукла, лишь бы не зацепить палас.
— Это уже смешно! Иди сюда! — Зоро не ожидал, что Санджи будет таким подлым. Он внезапно схватил с дивана подушку и залепил ей в лицо Зоро, пока тот пытался ее отбить, он нагнулся и резко бросился вперед, заваливая Зоро на диван. Он сам для себя неожиданно мявкнул от боли, удар повредил рану под повязкой.
— Черт! Прости, я не хотел тебя ранить, — усевшийся на него верхом Санджи с испугом глянул в глаза поваленному Зоро. «Какой он быстрый!» — удивленно подумал Зоро, почти как полузвери, с которыми он сражался на тайной арене. Санджи же убедился, что с Зоро все в порядке, и сделал ему захват ноги, прочно фиксируя ее обеими своими ногами. Зоро попытался его отцепить — безуспешно, Санджи оказался сильный и гибкий. Зоро мог поднять его на своей ноге, но не избавиться от него. Хвост бился в безумной истерике, выдавая панику Зоро.
— Так. Без нервов, — сказал Санджи. — Будешь хорошо себя вести, приготовлю что угодно, что захочешь.
Хвост слегка успокоился, Зоро прислушался к словам, а еще к успокаивающему рокоту речи. Сидящий на нем Завитушка вкусно пах.
— Отлично, какая у тебя любимая еда, — вкрадчиво спросил Санджи.
— Онигири, — выдавил Зоро, все еще прижимая уши к голове. — И суши еще…
— Как любопытно. У вас в поселении популярна японская кухня… — Чик! Отвлекая жертву разговорами, он отстриг первый острый ноготь на ноге. Сам Санджи так увлекся делом, что не отдавал себе отчета — он сейчас здоровому мужику ногти на диване стрижет, последнее, чем бы он хотел заниматься в свой выходной.
Зоро нервно завозился и схватил в руки диванную подушку для успокоения, крепко сжимая ее в руках.
— У нас всякую еду готовят… У нас же тоже есть повара, мы же не дикари какие-нибудь… — Чик! Еще ноготь, и еще. Зоро ненавидел стричь ногти, всегда казалось, что от него отрезают живые куски.
— Как интересно, на самом деле любопытно, если у полузверей такое хорошее обоняние, у вас наверняка очень утонченные повара. Хотелось бы попробовать их блюда… — забалтывал его Санджи, и Зоро был благодарен. Он смог побороть желание зарычать и скинуть с себя Санджи, принося ему боль. Его мерный голос, не грубые, аккуратные руки, и то, что он накрывал рукой ноготь и не показывал Зоро момент отсечения, очень успокаивали. Стрижка приносила гораздо меньше стресса, чем раньше. Он даже позволил себе быть загипнотизированным мерным течением чужой речи.
— Вот и все, отлично! — когда Санджи резко отпустил его ноги, Зоро даже был немного разочарован. И с легкой обидой посмотрел на аккуратно обстриженные ногти на ногах. — Не дуйся, кто знает, сколько тебе еще среди людей торчать, пока не найдешь сенсея. Так что пока придется вести себя по-человечески, — ободряюще похлопал его Санджи по ноге. — Тебе, наверное, не стоит возвращаться туда, где ты раньше ночевал. Никто не знает, что ты здесь, потому можешь остаться, пока не выздоровеешь. Вряд ли ты можешь обратиться в полицию, не хочу, чтобы эти ублюдки тебя угробили и им все сошло с рук.
— Правда? — Зоро сразу повеселел. Как настоящему полузверю, ему ничего не стоило скрыться на пару недель в ближайшем лесу, но перспектива пожить еще в этом уютном доме с приятными запахами поднимала настроение.
Он даже встал и потопал следом за Санджи, вернувшимся к готовке обеда.
— Твою ж кочерыжку! — тот опять чуть не выронил ложку, когда повернулся и уткнулся в мирно стоящего прямо у него за спиной Зоро. — Какого хрена ты творишь! Не говори мне, что я пригрел маньяка, и меня найдут расчлененным в собственном доме месяц спустя!
— Ничего такого, — насупился Зоро, но отступил немного, памятуя об уроках общения с людьми от сенсея. Зоро просто нравился запах и температура Санджи, а он так мало его постриг и сразу ушел. Единственное, что ему оставалось — лечь на диван и не мешать, просто следя из-под полуприкрытых в дреме век за хозяином дома.
Тот вертелся, как миксер, по кухне, удивительно быстро собирая из базовых ингредиентов красивые сложные закуски. Приятно бурлила вода в кастрюле на плите, только тигриные уши иногда вздрагивали от звонких ударов о ее края половника.
— Эй, засоня, обед готов! — Зоро опять разбудили, на этот раз со смехом. Запах любимых блюд тут же заставил его открыть глаза, а слюну во рту выделиться. Обед! Ему хватило воспитания схватить предложенные к японским блюдам палочки и уже с их помощью приняться со скоростью света набивать себе желудок.
Санджи по-доброму засмеялся, но Зоро с опаской притормозил — он не знал всех человеческих правил, но было грубо и не по чести обижать гостеприимного хозяина. На щеке забавно прилипла одна рисинка.
— Ешь. Тебе нужны силы на выздоровление. Рана серьезная.
Сам владелец дома задумчиво откинулся на кресле, рассматривая нового жильца своего дома. На самом деле по итогу он был рад странной находке, по вечерам в доме в последние месяцы было нестерпимо пусто. Пуддинг и правда опять задерживалась во Франции, он старался проводить побольше времени на работе, чтобы накопить выходные. Скопил немало за последний год, они поедут в длительный отпуск, когда Пуддинг вернется! Он летал к ней в прошлом году, а в этом она все говорила ему не прилетать самому, собираясь вот-вот вернуться и откладывая каждый раз. Потому хвостатый парень в доме никак не помешает, будет хотя бы для кого готовить по вечерам, а не вырубаться тупо под телек, ожидая, когда у Пуддинг появится минутка позвонить ему по видеосвязи. Из-за разницы во времени его вечерние часы как раз выпадали на ее утренние занятия.
Говорят, люди заводят себе котов от одиночества. Как же сильно он скучает по Пуддинг, что завел себе целого долбанного тигра, усмехнулся своим мыслям Санджи, и Зоро непонимающе наклонил голову, ставя торчком уши.
— Вкусно, — коротко сказал Зоро.
— Пахнет?
— И это тоже, — смутился полутигр, хвост стыдливо спрятался за ногой. Санджи опять засмеялся, наблюдать, как хвост то и дело выдает истинное смятение своего угрюмого хозяина, было довольно забавно.
В кои-то веки Санджи был дома днем. Он воспользовался моментом, чтобы проверить свои грядки со специями и зеленью во дворе, протереть от пыли пол. Правда, пришлось гонять то и дело попадавшегося на пути полуголого Зоро, который укладывался дремать именно в то место, где Санджи еще не убирал. Вот ведь упрямый остолоп!
Когда с делами было покончено, Санджи уселся на диван, разминая плечи.
— Эй, Зоро, давай поищем сведения о твоем сенсее в сети? Быть может, ты знаешь какие-нибудь тайные коды полузверей, чтобы найти, куда все переехали?
Зоро пришлепал босыми ногами, сладко зевнул, демонстрируя не по-человечески острые боковые клыки. И плюхнулся на диван точно между подлокотником и Санджи, в узкую дыру, хотя с другой стороны было еще полно места. По комнате поплыл странный утробный звук.
— Эй, придурок! Сядь в кресло! — возмутился Санджи, отодвигаясь. Звук прекратился.
— Не хочу, — настырно отмахнулся Зоро. И пододвинулся к нему ближе на диване. Звук возобновился.
— Какого хера ты ко мне притискиваешься?! — и тут Санджи осенило. Он даже пропустил пару секунд, укладывая неформатную мысль в своей голове. — Ты что — МУРЛЫЧЕШЬ, когда жмешься ко мне?!
Зоро выглядел испуганным, почти оскорбленным. Он сбивчиво выдал:
— И-и-и-и вовсе нет! — упрямо сложил руки на груди, отворачиваясь в другую сторону. Звук продолжал идти, утробный, прямо из самой сердцевины накачанной забинтованной груди.
Санджи отодвинулся. Звук прекратился. Теперь уже из любопытства, от которого, как известно, кошка сдохла, а сам Санджи впутал себя в цепочку переворачивающих его жизнь событий, Санджи придвинулся обратно. Тихий уютный звук возобновился.
— Ага, как же, — скептически смерил он взглядом зеленоволосого качка. Тот поймал руками хвост, чтобы тот его не выдавал подергиваниями. Жулик.
— А вот и нет, — что характерно, сам Зоро и не думал отодвинуться. Тогда отодвинулся Санджи — звук опять затих. Лицо и шея Зоро покрылось легким румянцем, но он все еще сидел, гордо отвернувшись.
— Хах, — сказал коварный Санджи. И в общем сам виноват — уже из вредности он придвинулся обратно. Тогда-то все в его жизни и изменилось, а не когда он притащил домой бродягу от мусорных баков. Мурчание снова пошло, и Санджи подленько улыбнулся. Ну давай, отрицай очевидное.
На самом деле мурчание Санджи нравилось, оно делало Зоро еще больше похожим на большое домашнее животное, а не на полуголого качка, которому Санджи готовит и стрижет на диване ногти. Так Санджи было психологически спокойнее, подумаешь, завел большую кошку — просто он так сильно скучает по Пуддинг!
Санджи с ухмылкой уставился на Зоро. У того дрогнули губы, он смешно фыркнул носом и вскочил с места, вихрем уносясь куда-то уже в темнеющий с наступлением сумерек коридор. Послышался звук падающей мебели — придурошный тигр зашкерился где-то в будущей детской, даже не включив свет. Санджи тихонько засмеялся, по крайней мере, эти деньки до выздоровления Зоро будут очень забавными.
Предполагал он верно, появление нового жильца в доме принесло Санджи вдохновение. Он больше не лежал безвольно на кровати в темноте, в полудреме ожидая звонка все чаще слишком занятой из-за выпускных тестов Пуддинг. Он проводил много времени на кухне и в гостиной, болтая с Зоро о полузверях и их обычаях. Зоро наивно выкладывал все, а потом смешно пугался: «Ох, наверное не стоило рассказывать это человеку», у него даже волосы на холке поднимались от напряжения. Но стоило Санджи задобрить его любимой едой, как тут же забывал обо всем и растекался по дивану.
Удивительным образом, но Зоро спал везде. Больше всего ему нравилось на солнышке на заднем дворе, но Санджи устроил ему взбучку, обнаружив вмятины от накачанной спины прямо на одной из грядок с укропом. Вторым любимым местом было где угодно на полу, где о чертову тушу можно было споткнуться. И главное, когда Санджи был занят на кухне и не ходил по делам по дому, Зоро был тут как тут паинька — лежал на диване и смотрел за мельканием его рук из гостиной.
Иногда хвост Зоро терял шерстинки, в честь чего ему была вручена щетка для чистки мебели. Пристыженный, он очень старательно катал ей по каждому сантиметру дивана, так что Санджи не мог не фыркнуть от умиления. Домашнее животное на самообслуживании.
Рубашек Зоро не любил, разгуливал по дому с нереально рельефным торсом, слегка перетянутым бинтами. Санджи сбрасывал все на счет животного метаболизма, и старался не завидовать. Тем более у Зоро температура тела была чуть выше человеческой, так что он всегда был горячим и не мерз.
Из минусов — у него все же были когти! Когда они один раз хотели посмотреть страшное кино, Зоро мало того, что искусал острыми клыками от напряжения любимую думку Санджи, так в момент скримера еще и разорвал ее своими острыми ногтями. Стоит ли говорить, что Зоро был наказан — наряжен в футболку и кепку и отправлен ставить сваи для нового более высокого забора. Забор, правда, Санджи наращивал для того, чтобы Зоро мог разгуливать по участку, не скрывая хвоста и ушей без опасения быть уличенным соседями.
Иногда Зоро мурлыкал и всегда этого жутко стеснялся. Его суровый мужской или тигриный кодекс не позволял ему показывать наслаждение от уютного положения на диване, но организм предательски запускал мурчало, стоило им вдвоем нечаянно заснуть за фильмом и повалиться один на другого. Санджи даже проснулся один раз среди ночи на теплом мурчащем Зоро, приподнял голову: полутигр тоже спокойно спал, закинув руку за голову. Санджи не стал его будить, чтоб подразнить, быть может, Зоро было одиноко среди людей, враз лишившись всех близких и став чужаком в опасном, вечно угрожающем его рассекретить мире. Говорят, многие кошки тактильны.
Санджи просто выключил приглушенный телевизор и вернулся в свою комнату.
Но Зоро скучно было сидеть дома, потому иногда тот выбирался на ночную прогулку. Как раз к сумеркам, когда заканчивалась смена Санджи. Обычно он ждал его за оградой «Барати», опасаясь людных мест, или снова на помойке на заднем дворе, там на него, правда, косились пришедшие за оставшимися блюдами в контейнерах бездомные. Он хмурился, смотрел в землю, но поста не покидал, ожидая, когда выйдет Санджи с лотками. И все бездомные заберут еду, а он — Санджи, чтобы вернуться домой.
Через неделю таких прогулок, когда они возвращались от «Барати» и до дома оставалось буквально пара кварталов, на самом тихом перекрестке дорогу им преградили, образовав тупик, сразу два черных автомобиля с затонированными стеклами.
