Мечты сбываются

Мой Химчан. Мой любимый Чанни. Сейчас ты не со мной, сейчас ты лежишь в этой чёртовой больнице со сломанными пальцами и страдаешь, потому что из-за своей травмы ты пропустишь ближайшие выступления группы. Я тоже страдаю. Было очень больно, когда во время comebeck’а на Music Core тебя не было рядом. Я пытался не подавать вида, играть роль крутого лидера, потому что не хочу, чтобы фанаты волновались. Бейбис и так все на нервах после твоего неудачного падения. Надеюсь, ты видел наше выступление по телевизору? Мы молодцы? Все ради тебя старались. Выздоравливай побыстрее, потому что многие по тебе скучают. Я скучаю… Хочу вновь обнять тебя, прикоснуться к твоим нежным мягким губам, и вообще, я просто хочу тебя! Всё никак не могу налюбоваться на твой образ в клипе «ONE SHOT». Ты там такой мужественный, сексуальный, притягательный. Но знай! – На первом месте для меня всегда будет домашняя хозяйственная мамочка Чанни, которую никакая другая мамочка k-pop’а не заменит. Батя ждёт тебя. Выздоравливай побыстрее… *** - Джело, не толкайся! – возмущенный Дэхён всё никак не мог нормально устроиться за ноутбуком, который стоял на столике в гримёрной, потому что макне постоянно загораживал экран своей большой головой. Ну что поделаешь, если младшенький B.A.P. такой огромный! Приходится приспосабливаться. - Да хватит уже ныть, - пробубнил Джело, словив на себе недовольный взгляд Дэ. Эта парочка смотрела какой-то фильм, потому что нужно было как-то скоротать время, ожидая Химчана. Да, да! – Именно Химчана! Сегодня парня выписывали. Менеджер не разрешил группе поехать в больницу, сказав, что они не должны нарушать спокойную обстановку этого общественного места своими радостными криками. А ведь B.A.P. так хотели заключить свою мамашу в крепкие дружеские объятия. Но, увы, сейчас они сидят в одной из гримёрных (недавно было выступление) и проклинают время, которое длится, по их мнению, вечность. Счастье тем парням, которые нашли себе занятия по вкусу: Джело и Дэхён смотрели фильм, Ёндже спал, сидя на мягком креслице, Чоноп слушал в наушниках Криса Брауна, закрыв глаза и иногда пританцовывая, но горе тому, кто не сумел себя чем-то занять. А именно – Ёнгуку. Лидер просто с ума сходил, потому что не мог, не мог не заглядывать каждые две минуты в телефон, чтобы посмотреть время. Он нервно стучал пальцами по столу, постоянно облизывал пересыхающие губы. Гук себе места не находил, потому что ждал. Очень сильно ждал, потому что любил. Очень сильно любил. Но это не значит, что другие участники группы питали к Химчану менее тёплые чувства, нет. Просто они молодые, и они молодцы – нашли выход из своего положения, и Гук отметил это про себя. На его лице нарисовалась добрая довольная улыбка. Хорошо, что ребята сейчас не видели его, потому что были увлечены своими делами, а то подумали бы, что их лидер сошёл с ума. Но вот он! Вот он, долгожданный момент, когда в комнату входит сияющий менеджер, а за ним не менее радостный Химчан. И вот уже гримёрка заполнилась сумасшедшими воплями B.A.P., которые кидаются на своего друга, даря ему крепкие объятия. - Ну, вы поосторожнее! У него ведь гипс! – не унимался менеджер. – А ты, Ёнгук, почему в сторонке стоишь? – обратился он к лидеру, который, и вправду, не принимал участия во всём этом хаосе счастливых людей. - Да, я просто… - почесал затылок Гук, скромно улыбаясь, - просто не успел… После этих слов все парни мигом освободили недавно выписавшегося из своих объятий и выстроили небольшой коридорчик, чтобы лидер смог подойти к Чану. Оба очень сильно покраснели от таких действий своих молодых согруппников, но вскоре за считанные секунды преодолели расстояние между собой. - «Наконец-то», - пронеслось в голове Ёнгука, который крепко обнимал самого дорогого для себя человека. – Наконец-то, - уже вслух произнёс он, но так тихо, что эти слова мог услышать только тот, к кому они относились. - Я прочитал твоё письмо, - прошептал Химчан, обжигая своим горячим дыханием ухо лидера. - Ладно, хватит с нас телячьих нежностей, пора ехать домой, потому что, я думаю, все устали после концерта! – прервал великолепную обстановку менеджер, который начал толкать всех в дверь, чтобы те поторопились. Ёнгук недовольно отцепился от Чана и последовал в нужном направлении. Он шёл за предметом своего воздыхания, пялясь то на его шею, то на спину, мысленно прочерчивая линию от химчановского позвоночника к попе. Ох, эта попа! Он любил её. Особенно когда штаны сползали с неё, и была видна цветная полосочка трусов. А Химчан, в свою очередь, чувствовал все эти прожигающие взгляды, которые возбуждали… - Ёнгук, подтяни Чану штаны, а то он сейчас не в состоянии! – скомандовал менеджер. Лидер медленно приблизился к парню, что тот смог почувствовать горячее дыхание на своей шее. Так же медленно взялся за край штанов и потянул его вверх, при этом нежно касаясь пальцами кожи под цветным материалом. По телу Хима прошлись мурашки возбуждения. У него давно не было секса, так же как и у Ёнгука, ибо они являются партнёрами друг друга в этом деле. *** Фургон наконец-то довёз уставших айдолов до дома. Самые молодые участники группы в изнеможении разошлись по комнатам, чтобы лечь спать. Лишь одной сладкой парочке, которая заперлась в ванной, было не до сна. Гуки-и, - стонал Химчан под многочисленными ласками своего парня. Лидер прижал мамочку группы к холодной кафельной стене, покрывая его тело поцелуями, засосами и иногда лёгкими покусываниями. Возбуждение росло с неимоверной скоростью, оба уже не в силах были терпеть, но, так как рука Химчана была в гипсе, парни действовали очень осторожно. - Хим, я хочу тебя, - прошептал Ёнгук, медленно расстёгивая ширинку парня. - Ты знаешь… я твой, - простонал Чан, когда Гук дотронулся до его, уже твёрдого, члена через ткань трусов, - не медли. Несмотря на просьбы любимого, лидер не спешил. Так же через ткань нижнего белья, он начал массировать возбуждённый член Химчана. - Скажи, ты думал обо мне там, в больнице? – Ёнгук посмотрел на своего любовника затуманенными от страсти глазами. - Даа, я каждый день мечтал… - Хим просто задыхался от острых ощущений, по которым он так давно соскучился. - Ну, и о чём же ты мечтал, малыш? - О том, что ты целуешь меня… трогаешь… ласкаешь… трахаешь… - Чан говорил с остановками, глотая воздух после каждого слова. - Мечты сбываются, - Ёнгук резко стянул трусы с Химчана и сразу же полностью вобрал в рот возбуждённый орган. Сосал лидер быстро, активно работая языком. Он дал кончить парню себе в рот, без стыда проглотив затем всю сперму. Пока мамочка отходила от первого оргазма, Гук повернул его себе спиной так, чтобы Хим мог опереться на стиральную машинку. - Аккуратней, гипс же! – возмутился Чан. - Да, да, помню, - промурлыкал Ёнгук. Лидер медленно ввёл один палец в отверстие своего парня, оценивая, насколько узким он стал за время отсутствие секса. - Больно? – спросил он, добавив сразу два пальца. - А как же, мистер актив, - любя съязвил Химчан. - Потерпи, - Гук стал растягивать анус, при этом ища простату. - ВСТАВЬ УЖЕ МНЕ! – психанул Хим, когда нужная точка уже несколько раз была задета. Ёнгук вошёл в парня до самого основания и немного дал привыкнуть не к новым, но всё же немного забытым ощущениям, а потом начал двигаться, с каждым толчком набирая темп. И вот уже стиральная машинка трясётся, два обнажённых тела сплелись в одно едино, даря друг другу пошлые стоны, словно комплименты. От интимных движений оба полностью в поту с ног до головы. Гипс весь размок и обмяк, но это никого не волнует. Химчану противопоказаны сильные нагрузки – это тоже сейчас никого не волнует. Оргазм. Это будоражащее сознание чувство накрыло их. Ёнгук медленно спустился на пол, не отпуская из объятий Хима, поэтому второй тоже оказался внизу. Они сидели так минут пять, не меньше, восстанавливая сбившееся дыхание. - Может, встанем, а то ещё простуды не хватало, - первым подал голос Чан, нежно улыбаясь своему любимому человеку. - Ну, давай, калека ты мой, - съехидничал Гук. - Эй! Вот снимут мне гипс, и я тебя отымею по полной! – Химчан легонько ударил Ёнгука в грудь своей здоровой рукой. – Будешь снизу! - Я снизу? Не-не…