Красавица и Чудовище. Новая история

Тэхену плохо. Плохо так, что мутит, срывает крышу и разбиваются в кровь костяшки пальцев. Плохо, но еще хуже от осознания, кто лежит под хлипкими дощечками перед ним. Чертов Мирослав. Успокоиться не получалось. Воздух рвался из глотки с хрипом, с трудом, как будто бы не хотя уходить из тела, а новая порция необходимого кислорода вовсе отказывался входить в нос. А еще Кима придавило огромным, неподнимаемым, просто убийственным осознанием: его девочка в беде. Он втянул ее в это дерьмо и сейчас он изо всех сил затыкал в себе отчаянный вопль. Деревянными ногами сделал шаг назад и осел на промерзлую землю. Что надо сделать в первую очередь? Просто ждать он не сможет, сдохнет как собака от точки и безысходности. Побежать за НамДжуном следом не выйдет — он, как выяснилось тоже ударился в бега. А еще недоступен Чимин, а это чертова задница, ведь оружия больше нет и достать негде. — Ким Тэхен? Холодный, безразличный бас заставляет застыть ледяной статуей. Оборачиваясь и поднимая взгляд на шкафообразного лысого Ким изо всех сил напрягает мозги, просчитывая силу удара, скорость, ходы-выходы из ситуации, прикидывая план местности и маршрут по которому придется позорно бежать. — Вас ожидает для разговора- выделяет мужчина — мой босс. Тэхен видит неподалеку машину и идет следом за провожатым. Усаживаясь в тачку он подмечает, как кисло кривиться босс, скучающую бабу в одном белье, убогий вид машины, который внутри наоборот необычайно шикарен и оглушающую тишину. Босс тянет руку, заговаривает на русском, при этом явно презрительно кривя рот. — Ну здравствуй, Ким Тэхен — полуголая девица, как будто между делом, не отрывая взгляда с телефона начала на чистом корейском переводить речь своего начальника — А ты, оказывается, проблемный мальчик. Мало того, что по твоей вине мы потеряли Мира, так и пол страны из-за тебя на ушах. Как разбирать будешь? На последних словах она поднимает на него пронзительные серые глаза, на дне которых он видит еле сдерживаемую ярость. Ким решает не отвечать. Они долго не отрывают взглядом друг от друга и Тэ видит, как боль рушит ясную серость таких красивых глаз. Мирослав был ее любимым понимает он. Первой глаза отводит девчонка. Сжимает глаза и откидывает голову на подголовник кресла. Тут снова заговаривает босс, а девушка глухо переводит: — Сестра Мира у нас, в безопасности. — на этих словах мир Техена снова перевернулся. В безопасности! Вздох облегчения сдеражать не удалось, на что босс лишь хмыкнул понятливо и продолжил — Мир успел ее отправить к нам, сам, видимо хотел отвлечь или тебе помочь, не знаем, в общем он остался и твои его похоронили, как видишь. Мы очень не хотим влезать в твои разборки и, если будет надо сами сдадим тебя. Наша страна тебе не игровая площадка, итак на гнилой ниточке все держится, начнешь здесь активничать все полетит к чертям, а этого я ой как не хочу, поэтому не обессудь. Ким усмехнулся. Честный босс мафии, твою мать. И ведь вежливо разговаривает, просит не шуметь сильно, упрекает и не разу не сматернулся. Говорить особо не хотелось и в ответ Тэ лишь кивнул. Сейчас они скорее всего едут на базу. Там все ему дадут, как и срок разобраться, наконец, с тем говном в которое он вляпался. Больше они не говорили, лишь перед самым домом, к которому они приехали мужчина удержал его и сказал: — Мужчина не позволяет своей женщине переживать. Он решает проблему до того, как она узнает об этом. Не повторяй своей ошибки. Наши бабы на вес золота, больше таких нигде не найдешь. Не будешь беречь, самолично тебе все причиндалы оторву, евнухом моим станешь. И оскалился. Реально ебанутый. И вроде упрекнул, и поддержал и угрожал. Но сейчас об этом думать не хотелось. Мила. Сейчас на первом месте Мила и пусть весь мир идет к чертям. Мила встречала на пороге. Ровная, бледная, без тени прежней себя. Увидев его, на мгновение прикрыла глаза и сжала губы. Техен захотел провалиться сквозь землю. Девушка напротив сейчас переживала свое горе и он причина этого горя. — Мила? Она не ответила, только судорожно вздохнула и положила свою голову ему на грудь. Немного отлегло, но горечь, которым пропахла Мила, кислотой разлилась по горлу. — Я скучала — на выдохе сказала она — Рада, что ты здоров. Ким почувствовал, как будто ему сейчас без анестезии вырезали кусок мяса. — Прости… — шепчет он пытаясь изо всех сил совладать с собой, но это дается из вон рук плохо: голос дрожит, сердце не может остановить свой рваный бег, знобит, слезятся глаза и кружится голова. — Я не в обиде. — жмется сильнее девушка — Ты просто хотел свободы… Смертельный удар. Прямо в сердце. — Я обязательно найду и отомщу! — шепчет он в попытке справится с ужасом: пусть уж лучше кричит и обвиняет его, чем вот так тихо, покорно смиряется и принимает реальность. Киму показалось, что мир окрасился красными разводами крови. — Я сама. — Вдруг упрямо и твердо говорит Мила и поднимает голову. Глаза девушки лихорадочно блестят, а губы упрямо сжаты. Не смирилась. Это хорошо. Но Ким ей не позволит. — Нет, — мотает головой он — я сам. Я не могу позволить, чтобы ты пострадала. Ты мне дорога. Очень… И прошептал проникновенно и посмотрел, как надо, но добился лишь нахмуренных бровей. Кажется, назревал скандал. — Хорошо — вдруг соглашается она, чем очень удивляет Кима — Сам так сам. И уходит. Холодно, резко. — Мила! — зовет он, но безуспешно — Мила! Бежит следом, только не успевает ее поймать: прямо перед его носом она с грохотом захлопывает дверь. Стучит. В ответ тишина. — Мила, давай поговорим? — Ты упустил шанс — хмыкают рядом и Ким ловит холодный взгляд переводчика. Сейчас она уже одета в белую блузку, на все пуговки, юбку-карандаш, даже очки нацепила. — Идем, поговорим. Идти приходится. Техен буквально отрывает себя от двери комнаты Милы. Он обязательно с ней позже поговорит. Убедит, что правильнее и безопаснее будет, если она подождет его с головой убийцы наперевес. А он обязательно ей его принесет. Всенепременно. Разговор выходит тяжелым. Босс всю душу вымотал своими условиями, недомолвками, саркастическими замечаниями. В итоге они договорились, что Техен сам пойдет войной, а с них боеприпасы и техническая поддержка. И особая тема — Мила. Тут Кима натурально вывернули. Оба — и босс, и переводчик — в один голос утверждали, что она имеет право на месть и никто ей не указ. Дело шло к драке. Выходя из кабинета он устало прислонился к стене и взлохматил волосы. Теперь надо поговорит с Милой. Только разговора не вышло. Милы не было в комнате.