pluie du soir

      Днём дождь кажется не таким приемлемым нежели ночью. Он лишний. Днём все куда-то спешат, торопятся и проклинают дождь, потому что он доставляет множество неудобств в виде зонтика и хмурого настроения. Обычно в дождь случается много плохих вещей, поэтому он носит клеймо «плохой погоды». И такое прозвище Сигме не нравилось.       Сигма сидел в уютной квартире на девятом этаже в Йокогаме, и высунув голову из окна смотрел вниз, рассматривая различные зонтики. Чёрные, радужные, прозрачные, красные… Все такие разные. И куда-то бегут. Движутся. За этим в какой-то степени смешно наблюдать, будто шарики бегают по земле, играя в догонялки. — Что ты делаешь? — Раздался голос где-то из прихожей. Погрузившись в свои мысли он и не заметил прихода своего любимого. — Любуюсь видом из окна, — Сигма закрыл окно и отошёл от него. — извини, я не заметил как ты пришёл. — тихие шаги по светлому паркету слышались все громче и ближе.       Николай положил сумку на тумбочку в коридоре и снял верхнюю одежду. В дверном проёме показался Сигма, и улыбаясь смотрел на него. — Ничего страшного, — Гоголь усмехнулся и подошёл к возлюбленному, целуя в нос, от чего заставил парня неловко сморщиться. — К слову, зачем ты высунулся из окна? Это опа-асно! — чуть недовольно протянул Коля. — Из окна не видно, что находится рядом с домом, — Сигма потёр нос пальцем, тихо шмыгая. — так было удобнее смотреть, что находится внизу. Извини? — на щеках парня появился лёгкий румянец. Такая реакция заставила Колю растаять, рассеивая всё недовольство на его парня. Он быстро прижал Сигму к себе, зарываясь носом в его волосы. Вообще, Коля и не злился на Сигму, просто вот так наблюдать за его реакцией было мило и в какой-то степени смешно. Действие Николая заставило Сигму впасть в маленький ступор, медленно «обрабатывая» происходящее. Гоголь хмыкнул с лёгкой усмешкой и отстранился, чмокая того в висок. — Не извиняйся. Лучше скажи: ты голодный? — поинтересовался Коля. — А? — Сигма отвис и моргнул, уставившись на парня. — Голодный ты, или нет? — сдерживая смех, но улыбаясь, переспросил он. — Да нет, вроде… — теперь взгляд был устремлён в пол. Красивый паркет у них, однако.       Обоим их дом очень нравился. Он был пропитан их энергией, создавая уютную атмосферу. Здесь всегда было тепло и радостно. А главное — всегда ждал любимый человек. Это и заставляло возвращаться в дом вновь и вновь. И независимо от дня, хороший или плохой, оба получали поддержку друг друга и радовались каждой минутой проведенной вместе. — Нет, не хочу. — закусывая нижнюю губу, пробурчал Сигма себе под нос, все ещё рассматривая паркет. Гоголь коснулся рукой щеки парня, заставляя приподнять голову, и аккуратно коснулся большим пальцем нижней губы Сигмы. — Я же говорил тебе не кусать свои губы, — вдыхая, произнес Николай. — они же потом болят, разве нет? — он очертил пальцем нижнюю губу и убрал руку от лица. Ой. — Прости? — румянец на щеках Сигмы стал явно сильнее виден. — И вот опять ты извиняешься, — улыбнулся Гоголь парню и погладил того по макушке. — Как проведём оставшиеся часы этого дождливого дня? Сигма задумался. В такие «серые» дни они чаще всего сидели в обнимку на белом кожаном диване в зале и смотрели какой-нибудь фильм, либо просто отдыхали в компании друг друга. В принципе, каждый их вечер проходил в компании друг друга, что заставляло чувствовать спокойствие и умиротворение. Это было очень хорошо, но сегодня хотелось чего-то нового. Необычного. Того, чего раньше они не делали вместе никогда. Тем более в такой?..Хм. «Особенный» день! — М-м-м… — протянул Сигма. — На улице! — Что? — Остаток дня мы проведем на улице! — С чего вдруг такое желание? — Гоголь вскинул белые брови, смотря на Сигму с явным интересом. — Я хочу покачаться на качелях в дождь. — уверенно произнес парень. — Такого мы раньше не делали! — Ну… Хорошо? Только не боишься заболеть? — хихикнул Николай. — Если мы сразу придем и примем теплый душ, переоденемся и отогреемся, то не заболеем, так? — Ты прав, — Гоголь вновь погладил Сигму по волосам.

***

      Вечерний дождь уже никого не раздражал так сильно, как днём. Вечером все были либо дома, слушая стук дождевых капель по крышам или окну и попивая горячий чай, либо же только ехали домой уже на машинах. Стёкла были усыпаны мелкими каплями, стекая вниз и создавая неровные мокрые полосы. Зонтики вновь «весело» бегали по земле, убегая от кого-то. Рекламные ролики на больших экранах становились ярче и неприятно светили в глаза, ослепляя людей.       Гоголь и Сигма уже сидели на мокрых качелях на детской площадке и качались, слушая тихий скрип от железных цепей. Одеты они были не сильно тепло: в футболках и джинсах. Сигма поднял голову вверх, прикрыв глаза и наслаждаясь каплями дождя, медленно раскачиваясь, а Николай рассматривал профиль парня, держась за железные цепи руками, тоже неспеша покачиваясь. «До чего же ты красив…» — подумал про себя Коля, уже представляя в голове реакцию Сигмы на такие слова. Он бы точно засмущался, отвёл взгляд и по привычке закусил бы нижнюю губу, снова оставляя на ней маленькую болячку. Привычка Сигмы немного разочаровывала Николая, потому что он очень любил каждую частичку его тела, и не любил, когда он страдал или получал хоть малейшую боль. И, не на удивление, Сигма чувствовал тоже самое по отношению к Коле, но ничего со своей привычкой поделать не мог.       Капли дождя падали на лицо, впитывались в волосы, стекали по щекам и шее, исчезая на одежде, оставляя мокрые следы. Но… Это приносило удовлетворение и небольшую детскую радость. Наверное, каждый ребёнок любил сидеть часами в песочнице, пачкая руки и вытирая их об свою одежду и лицо, а потом приходя к родителям до жути пыльными, грязными, но зато до невозможности счастливыми! Вот и Сигма также, только вместо песка — дождь. Конечно, вода не пыль — не стряхнуть рукой, но хотя бы лицо не пачкает и одежду, а приятно рассеивается по лицу. — Почему тебе захотелось посидеть так? — поинтересовался Николай, продолжая рассматривать Сигму. — Не знаю, — рассмеялся парень и опустил голову, смотря на Колю в ответ. — просто мне нравится вечерний дождь.