Гильотина

      Юноша сидел около горшка с цветком и что-то чертил в своем блокноте. На минуту его лицо осветила улыбка, но потом снова пропала, уступив место тревоги. Юноша кого-то ждал.       По коридору прошлась невысокая девушка и на секунду опустила глаза сначала на цветок в горшке, потом молниеносно на выступающие из-под одежды острые плечи юноши.       Юноша вздрогнул и резко обернулся, прикрывая рукой блокнот. Девушка уже шла дальше, будто и не смотрела.       Юноша ненадолго задержал взгляд на тонкой талии и снова уткнулся в блокнот. «Сегодня будет день битвы. Это потрясающее зрелище! И я наконец-то могу туда пойти! Сума сойти!» - он отложил карандаш и захлопнул блокнот.       Сегодня ему предстояло посетить одно из самых популярных мест в мире. «Площадь льва». Само по себе место нисколько не примечательнее остальных, но то, что происходит здесь - привлекает внимание многих людей. Ещё это место называют «Гильотина». - Ты идешь? – с конца коридора зазвенел тонкий голос матери юноши. Парень соскочил с подоконника и сломя голову побежал к маленькой женщине с миловидным лицом. - Уже? – с нетерпением спросил он свою мать, придерживая её за рукав длинного цемориального платья. - Да, - кивнула женщина и подала локоть сыну. Тот ухватился за руку женщины и повел к выходу. – Сегодня будет твой первый раз, поэтому нужно огласить некоторые правила. Первое, никогда не кричи. - Разве там бывает тихо? – удивился юноша. - Второе, молчи. - Но… - юноша тут же замолчал под взглядом матери. Он понял правило. - Третье, чтобы не произошло, будь спокоен и властен над своими эмоциями.       Пара вышла на свет из темноты коридоров. Здесь было душно. Юноша робко повел плечом, увидев девушку, недавно прошедшую мимо цветка, где он писал в блокнот. Он отвел глаза и огляделся. Много мужчин в темных одеждах и мало женщин в красном. Ещё меньше тут было юношей в белом. Мать подвела сына к одному из мужчин. Тот внимательно осмотрел с головы до ног юношу и кивнул. - Чистая дева будет с вами, - словно пообещав, произнесла мать и ступила в темноту коридоров, уводя сына.       В голове у юноши было много вопросов, но он молчал. Правило есть правило. Мать уверенно вела юношу в темноту, уводя всё дальше от света, где собрались люди. Пройдя очередной коридор, она встала около колонны и посмотрела на сына. - Помнишь ли ты правила? – спросила женщина. Юноша моргнул. – Да пробудет с тобой чистая дева.       Юноше открыли дверь в ярко освещённое помещение. Свежий воздух льнул в темноту коридоров, изгоняя с собой тьму и тухлость. Юноша растеряно стоял перед входом в огромное пространство, залитое необыкновенно ярким светом и переполненное невероятно чистым и прозрачным воздухом. - Ступай же, - молвила мать.       Юноша медленно прошел вперёд, отпуская рукав матери. Теперь он один. Дверь закрыли. Мать осталась там, в темноте. Мужчина в черном поклонился юноше и пригласил жестом следовать за ним. Юноша уверенно ступил вслед.       Открытое пространство было окружено высокими деревьями так тесно сплетённых между собой, что казалось происходящее на площади обнесено живой стеной. Юноша поднял глаза выше. Небо. Голубое ближе к земле и ярко синее с тонкими перышками облаков к выси. Ещё выше яркое белое солнце, словно его наряд.       Воздух задрожал. Миг. Порыв ветра взъерошил одежды и волосы людей, зашумели стены. Мир словно ожил на мгновение и зажил своей жизнью. Юноша сглотнул. Ещё одно мгновение и все прекратилось. Теперь перед ним ничего не было кроме белой ткани, повешенной мужчинами в чёрном перед ним. Юноша сел на белую подушку рядом с другими юношами. Их было четверо вместе с ним. И с каждым рядом стояло двое мужчин: один, словно на вечно согнутый в поклоне, другой с прямой осанкой и коротким мечом в руках.       Юноша опустил голову. Ему было не по себе. Но правило гласило, что нужно не поддаваться эмоциям. Юноша закрыл глаза.

***

      «Могучий лев прыгнул на моего отца в тот момент, когда воин заносил свой клинок над раненым. Это было весело», - юноша опустил карандаш в блокнот и спрятал все в рукаве одеяния. Полотно снова опустилось перед глазами. Снова было видно только тени сражающихся воинов в доспехах. Все четверо юноши сидели вряд, и, в ожидании, во все глаза смотрели на белое полотно с танцующими на них тенями. Никто ничего не писал, кроме одного. Да это и не было замечено никем. Даже мужчины в чёрном неотрывно наблюдали за боем. Они-то видели происходящее сражение. Ничто не закрывало им глаза.       Полотно снова поднялось. Кровь брызнула на белые одеяния юношей. Лев прошел совсем близко. Тишина воссоздалась на «Гильотине». Никто не проронил ни слова. Полотно опустилось. Оно было белоснежным.       Юноша тихо улыбнулся и закрыл глаза в надежде отвести от себя взгляд полный ярости. Даже полотно не спасало его от этого взгляда. Взгляда льва.

***

      «Я ничего не помню», - были слова юноши, записанные в блокнот.       Окровавленные странички тихим шелестом переворачивались ветром. На «Гильотине» никого не было кроме него и льва. Кроме взгляда, опущенного вниз, и взгляда, безумно смотрящего на юношу в белом.       Тяжелая лапа ступила в сторону юноши. Черные когти со скрежетом прошлись по каменной плите. Длинные клыки блеснули на солнце. Златогривая кошка шла вперёд, покачивая бедрами. Участь белого мальчика была определена. Лев съест его. Беспощадно.       Юноша поднял глаза. Ему не хотелось умирать. У него должен быт хоть один шанс. Он должен ещё сказать той девушке, прошедшей мимо своё имя. Правило есть правило.       Лев стоял рядом с ним. Глаза в глаза. Ярко-желтые глаза кошки, переполненные яростью и тёмные глаза юноши, поглощающие безумие. Лев сузил свои зрачки до тонкой ниточки так, что глаза казались белыми, потом опустил голову и поднял лапу вверх. Юноша с замирание сердца смотрел в глаза кошки. Тяжёлая лапа тихо опустилась на грудь юноше. Кошка подняла глаза, и теперь её зрачки стали круглыми. Хвост заметался из стороны в сторону. Послышался громкий рык, будто из далека, с неба.

***

      "Площадь льва» наполнилась шумом. Все кричали. Юноша наклонил голову набок, чтобы солнечные лучи не падали в глаза. Лев был повержен воином прямо против места, где сидел юноша. Совсем близко. Алая кровь густой волной шла из львиных боков и рта. Ярко желтые глаза бледнели, а зрачки становились круглее. Взгляд безумия становился пустым. Юноша смотрел прямо в глаза льву. Мальчик съел льва. «Я помню», - быстро чиркнул он в блокноте и спрятал бумаги, пропитанные кровью. Только теперь он заметил своё алое одеяние и такие же одежды других юношей. Их глаза были полны страха и безумия. Черные.       Мужчины в черном подняли полотно и изрезали его на мелкие клочья. Теперь ничто ни мешало лицезреть всю площадь, наполненную смрадом тлеющих тел.       Женщины в красном подняли юношей, и повели под руку за собой. Все было в тишине. Из светлой «Гильотины» их повели в не менее светлые живые стены, ведущие к купальне.       Юноши были омыты и приодеты в светлые одежды. Женщины в красном ушли, забрав с собой все красное.       Юноша с блокнотом не был замечен. Он успел спрятать свои записи в новые одеяния. «Мне кажется, я должен продолжать запись, но почему-то никто рядом со мной этого не делает. Я не могу написать всё, что помню за сегодня, но самое интересное, что я не один в этой комнате», - написал юноша, сидя в спальне.       Кто-то вышел из темноты ночи и приблизился к фонарю юноши в светлом. Это была девушка. Та самая. - Я буду верна вам, если вы окажете мне услугу.       Юноша молчал. - Вы – лев?       Юноша молчит. - Я хочу услышать вас.       Юноша лег в постель и закрыл глаза. - Я буду верна вам.       Юноша почувствовал, как кто-то накрыл его покрывалом и затушил фонарь. Легкое дыхание прокатилось по комнате. Девушка сидела рядом с кроватью на полу и легко дышала.       Юноша уснул.

***

      Глаза, полные боли.

***

      Девушка приготовила для юноши еду и поставила рядом с кроватью. За ночь ничего не произошло. Никто не пожелал навредить человеку, прошедшему обряд льва в белой одежде, как это было в прошлый раз. Девушка встала рядом с кроватью и дотронулась до юноши. Тот за ночь так и не изменил своё положение в кровати, казалось, он не дышит.       Бледное лицо пронзилось темными зрачками яблок. Юноша встал. Еда ему была не нужна. Он хотел кого-то увидеть. - Если вы что-то желаете, я могу привести чистую деву, что направила вас, - прошептала девушка, выходя из спальни с полным подносом еды.       Юноша моргнул.       Через несколько минут перед ним стояла мать в темном. - Ты можешь говорить, - шепнула она и наклонила голову. - Скажи, кто я? - Вы, один из наследников. - Где мой отец? – громко спросил сын. - Он в мире том, где дева. - Где я? – ещё громче спросил сын. - Вы в мире том, где девы нет, но есть её слезы, - мать перешла на шепот. - Могу ли я испить слезы чистой девы? – юноша поднял пустой взгляд на мать. - Только король может, - мать опустила голову в поклоне. - Вы только наследник. - Когда я стану королем? – юноша обернулся к окну и начал смотреть на небо. Оно было черным. - Как деве будет угодно поцеловать льва, - мать вышла из комнаты и быстрым шагом направилась прочь. Это был уже не её сын. Это был лев.

***

      «Девушка познакомила меня с воином», - юноша начертал в блокноте запись и спрятал в рукав. Перед ним стоял высокий мужчина в доспехах. Он шел на войну, но девушка приказала ему остановиться, и тот повиновался ей. Воин оказался тем, кто участвовал в «Гильотине». Юноша попросил его рассказать о льве. Воин с опаской поклонился и, резко развернувшись, пошел дальше. - Простите, наследник, - девушка наклонила голову и позвала воина ещё раз. Он снова пришел, но теперь не смотрел на юношу. Девушка попросила его рассказать ей о льве, и тот ответил, что не сражался с ним, а был изранен другими винами.       Девушка поклонилась и отпустила воина.       «Воин – мой отец», написал юноша, сидя на скамье у живой стены, ведущей в спальни. Наследники не должны помнить, кто они. Отец не хотел с ним разговаривать, ибо это был не его сын. Это был лев.

***

      «Отец ударил меня».       Юноша написал в блокнот то, что видел во сне. - Значит, отец соврал мне, что его ранили воины. - Простите? – девушка позвала наследника, сидящего в тени сада. Лицо юноши стало совсем бледным. Теперь он был гораздо уже в плечах, а лопатки выпирали гораздо сильнее. Девушка часто смотрела на них. - Скажи, ты знаешь, как тебя зовут? - Да.       Юноша встал со скамьи, но тут же упал на пол. Его тело обессилило. Он уже не ел и не пил три дня. Девушка подбежала и подняла наследника, усаживая обратно. - Так как твоё имя? – осипшим голосом спросил наследник. - Вы дадите мне новое, как станете королем. Вам незачем знать то, чего скоро не будет, - девушка опустилась на колени рядом со скамьёй. - А если мне не быть королем? – шептал юноша, роняя голову на скамью. - Тогда верная вам уйдет с вами, - отвечала шепотом в ответ девушка, укладывая голову своего господина удобнее.

***

      «Я забыл своё имя».

***

      «Кто такой лев?»       Наследник опустил голову на колени и снова и снова прочитал записанные слова. Ему не верилось, что он это писал. Он не понимал, зачем это писал. Он не помнил, писал ли он это вообще.       Сны, приходящие на рассвете, похожи на цвет солнца утром. Глаза льва и цвет его гривы такие же. Наследник помнил льва. Помнил, как женщина в красном вела его, как мужчина в черном садил его, как полотно в красном поднялось в последний раз. И последнее – глаза льва, наполняющиеся смертью либо же ей опустошаемые.       Лев – знак этого мира. Лев – возлюбленный чистой девы. Душа льва должна быть в теле человека, сына воина, убившего льва. Душа должна напиться слез девы, чтобы воссоединиться с ней. - Наследник, - прозвучал голос девушки с подносом.       На подносе было много еды, но не было желаемого. - Поплачь, - наследник поднял глаза на девушку. Та наклонила голову под его взглядом. Она оставила поднос возле своего господина и опустилась на колени. - Отрежьте мне голову, - прошептала девушка.       Наследник распрямил колени и взял с подноса ножичек. Он подошел к девушке и присел рядом. Девушка подняла голову, оголяя тонкую шею, испещренную голубыми венами. Наследник провел по тонкой коже ножичком и сделал неглубокий надрез. - Желаешь ли ты смерти? - Я не могу быть верной господину, - шептала девушка. - Почему? – наследник подцепил пальцем несколько капель алой крови. Он поднёс кровь сначала к носу и вдохнул её запах. Его глаза стали безумными. - Я не могу плакать, если только это не горе господина, - ответила девушка, зачарованно смотря в тонкие зрачки льва. - Тогда, познай моё горе, - лев слизнул с пальца кровь, и его зрачки стали круглыми.       Слезы градом покатились со щёк девушки. Она не знала это чувство, побудившее её плакать. Это чувство, которое так сильно теснило грудь. - Какого же моё горе? - Вы желаете видеть чистую деву.       Наследник резко поднялся с пола и сверху вниз посмотрел на девушку, рыдающую в его ногах. - Не говори о своей смерти, пока не узнаешь моего горя, - прорычал лев.

***

      «Мой голос очень низкий, а глаза точно глаза кошки. Почему-то я хочу есть. Мне хочется пить и есть».       Дверь в спальню отворилась, и вошел человек в черном. Он вынул короткий меч из ножен и направил его на наследника.       Наследник не изменил своего положения.       Человек в черном вскрикнул и напал на наследника.       Через мгновение в комнату вбежала окровавленная девушка с растрепанными волосами. Она кинулась следом на человека в черном, но не успела. Короткий меч был почти у самого сердца наследника. Время словно застыло. Девушка обезумела. Её господина сейчас погубят.       Лев медленно перевел взгляд на человека в черном.

***

      В центре «Гильотины» стоял небольшой стол с чашей, наполненной хрустально чистой водой. Вокруг разместились четыре жрицы в белоснежных одеяниях. За ними сидели мужчины-воины в блестящих на ярком свете луны доспехах с обнаженными мечами. К самой чаше вела одна тропа, выстланная белым ковром, в ночи казавшимся ковром, сотканным из лунного света.       Наследник гордо ступал по ней, дабы заглушить своё горе и быть рядом с той, которую желает видеть больше всего не свете. Столб света падал точно на чашу, когда наследник приблизился к воде. Сверкающая жидкость, переливаясь в свете, так и манила осушить чашу.       Наследник поднял воду к небу, показывая луне своё львиное величие. Жрицы начали читать свою молитву. Лев пал на колени перед девой. Его шерсть озарилась серебром, а грива золотом. Глаза стали черными. Чаша слез была выпита.

***

      «Я король. Я первый лунный лев. А верную мне зовут …». - Мой король, лунный лев, дадите ли вы своей верной имя? – вопрошала одноглазая девушка в серебряной одежде. Её белые длинные волосы, поседевшие от горя, растекались в лунном свете, сливаясь с миром. Лев моргнул. Он сел рядом с девушкой. - Твоё имя – лунная дева, верная серебряному королю и чистой деве, Цуки.