Семь дней

Мир вокруг удивительно красив и чист. Умытый недавно прошедшим дождем, он сияет - каждая не высохшая еще капля словно сверкающий бриллиант. Солнце глядит сквозь тучи, ложится на плечи не иссушающей летней жарой, а невесомым теплом. Пахнет вереском. Лиминг впервые в своей жизни не обращает на это никакого внимания. Она идет по пустой дороге, и сердце так бухает в висках, что перед глазами сплошное черное марево. Она бы встала на меч, который до судорог сжимает в пальцах, если бы не это. Она бы, в конце концов, побежала, но ноги дрожат, и при первой же попытке перейти на бег она падает на колени. Опираясь на ножны, как на трость, девушка кое-как встает и больше не стремится ускориться. Нет, имеет значение не то, попадет ли она в Знойный Дворец прямо сейчас. Сейчас важно просто дойти туда, и она плетется. Она не знает, что делать, если ее попросят о помощи. И когда кто-то действительно окликает ее, Лиминг бесполезно сглатывает сухим горлом и замирает, пригвожденная к месту и натянутая, словно струна. - Вы плохо выглядите, госпожа Нэ, - слышит она тревожное сквозь шум в ушах. - Могу ли я чем-то помочь вам? Девушка поворачивает голову - это движение отзывается фейерверком в голове. Рядом с ней остановилась повозка с сеном; мужчина на козлах смотрит с волнением и участием. - Подвезите меня, - просит она и не узнает собственного голоса. - Подвезите, докуда сможете. Ей помогают забраться на теплое, пропахшее летом сено, и девушка сворачивается в комочек, пытаясь спрятаться в сухой колкой траве от продирающего до костей ужаса. Она боится за Гу Су, за Вэнь Сюя, за Цинхе и за себя. Последний страх слабее прочих, но все равно заставляет жмуриться до ярких цветных вспышек перед глазами. Что будет дальше? Что сделает убийца ее отца - жестокий и своенравный - с ней? Какова будет цена спасения Облачных Глубин, и получится ли спасти их? Вопросы бьются в голове, мечутся пойманными в силки птицами, и ничем их не прогонишь. Но запах сена забивает панику хоть немного. Лиминг словно заново учится дышать, лежа в его теплых объятиях, словно в коконе. Когда телега останавливается и девушка спрыгивает на землю, она с удивлением обнаруживает, что они с подвезшим ее человеком стоят у дома. - Не беспокойтесь, госпожа, - кланяется мужчина в ответ на ее удивленный взгляд. - Я отдам вам лошадь, но я не дотащил бы телегу сам. Наследница долго смотрит на него, в голове стучит "и почему я не взяла лошадь дома?", потом склоняется в ответном глубоком поклоне: - Благодарю. Чернота перед глазами немного рассеивается. *** В Безночный Город она приезжает, неимоверно уставшая, утром следующего дня. Он встречает ее привычной, хлестнувшей плетью по спине, жарой. Ощущение такое, словно кто-то наложил на него проклятие, потому что даже в окрестностях обычно было не так иссушающе-душно. Обычно Лиминг не обращает на это внимания, но сейчас, после бессонной проведенной в пути ночи, едва не сваливается из седла из-за резко усилившегося головокружения. Добраться до Знойного Дворца оказывается совсем непросто, тем более она понимает: там сейчас стоит та же самая жара. Хотя, конечно, немного прохладнее, чем на улице. Привратники на входе ей знакомы, хотя сейчас она совершенно не в силах вспомнить их имена. Видя ее состояние, они помогают девушке спуститься на землю, один из четверых берет лошадь под уздцы и ведет за собой. - Госпожа Нэ, что с вами? - спрашивает другой, протягивает флягу с водой. Воду девушка не взяла с собой тоже. Она вообще ничего с собой не взяла, только переоделась в тесное ципао и собрала волосы в по-настоящему подобающую статусу прическу. И в кои-то веки покопалась в шкатулке с драгоценностями, выбирая украшения. Как будто в подарочную упаковку себя запаковывала. Пьет она с благодарностью, но всего несколько глотков: юноше еще стоять тут и стоять долго, прямо под палящим солнцем. Утирает губы, тяжело дышит, облокотившись на стену. Ее осторожно придерживают под локоть, и от этой заботы совершенно незнакомых людей на душе становится тоскливее. Ведь если там, дома, что-то произойдет с А-Сюэ, им придется обнажить друг против друга оружие. - Пожалуйста, - наконец выталкивает из себя она. - Доложите о моем прибытии Верховному Заклинателю. Передайте, что я прошу аудиенции. Она слышит изумленный вздох. Все знают, что приезжая в Знойный Дворец, наследница Нэ старается избежать Вэнь Жоханя, проводя время лишь с его детьми. Все понимают, почему. Наконец кто-то из юношей спешит внутрь, а оставшиеся двое переглядываются с таким явным недоумением, что губы сами собой складываются в улыбку. - Все меняется, - мягко говорит она, и на сей раз голос почти не дрожит. *** Вэнь Жохань принимает ее в главном зале своего дворца. Гранатовые глаза удивленно щурятся, когда он окидывает ее взглядом: он редко видел девушку не в привычном для нее мужском ханьфу. Она выдавливает из себя улыбку и кланяется: - Повелитель. - Нет нужды притворятся, - слышит она прибивающий к земле голос и шелест одежд, сменяющийся звуком шагов. От осознания того, что этот человек подходит к ней близко, разгибаться вовсе не хочется. Но она заставляет себя выпрямить спину, смотрит в спокойное лицо. - Я ждал тебя. - Ждали?.. Смех у мужчины тяжелый, словно град камней. Находиться рядом с ним - настоящая мука. Он вызывал ужас даже у собственных сыновей, которых обожал до невероятности, и Лиминг тоже всегда его боялась. Даже в детстве, когда отец был еще жив, и иногда брал ее с собой в Знойный Дворец. Хотя тогда он еще не причинил их семье никакого вреда. - Я не дурак, А-Минг, - он этого обращения девушка дергается, будто от пощечины, и ее мягко и даже как-то ободряюще удерживают за плечо. Это совсем не помогает. - Я догадывался, что мой сын для начала отправится к тебе. Сядь. Он ведет ее к собственному трону, усаживает, поправляет бережно подушки. Ужас выворачивает девушку наизнанку, и она бессознательно жмурится, пытаясь отстраниться от этого. Вэнь Жохань хмыкает и отходит на несколько шагов, и у нее получается снова дышать. Он терпеливо ждет, когда она приходит в себя, поэтому Лиминг шепчет тихое: - Спасибо. На лице мужчины почему-то горечь, но она быстро сменяется маской невозмутимости, и рубиновые глаза становится непроницаемыми, так что наследница Нэ даже не может быть уверена, что ей не померещилось. - Приказать принести чай? - предлагает верховный. - Разговор будет долгим. Девушка кивает, комкая в пальцах юбку. Они молчат, пока служанка не приносит поднос с ароматным напитком и сладостями. Глава клана забирает поднос и отпускает ее; бедная девушка чуть ли не в обморок падает от подобного и почти сбегает за двери. Жохань же спокойно разливает чай, протягивает Лиминг чашку и садится прямо на пол напротив. Длинные даже для заклинателя волосы струятся по его спине, гранатовые глаза смотрят неотрывно и хищно. Однако же он позволяет ей привыкнуть и вернуть самообладание. - Вы приказали сжечь Гу Су для того, чтобы я приехала к вам? - наконец спрашивает девушка. - Нет. Если бы я решил, что ты обязана здесь находиться - я просто отдал бы приказ. Но я надеялся, что ты приедешь. Это правда. - Зачем тогда... Наследница обрывает вопрос. Он глупый и детский, просто ей не понять причин, по которым люди так радостно обращают друг против друга оружие. Однажды А-Яо сказал ей, что все люди рождаются без каких-либо поводов для ненависти, но кто-то все равно бьет первым. - Они - куда большая проблема, чем Цинхэ, - спокойно отвечает Вэнь Жохань. - Мне нужно заставить их подчиниться. Губы девушки дрожат, когда она задает следующий вопрос: - Я могу сделать что-то, что заставит вас передумать? Она уверена, что ответом станет такое же спокойное и холодное - нет. Однако глава подается вперед, сжимая пальцами чашку, всматриваясь в ее лицо резко потемневшими глазами: - Можешь. Интонации понизившегося голоса говорят сами за себя. Девушка выдыхает воздух сквозь сжатые зубы. Он хочет себе любовницу. И почему-то именно ее. Вот почему он так искал с ней встречи. - Стань моей женой. Этого она не ожидала. Знала, что у Жоханя когда-то была жена, и очень любимая; с чего бы ему предавать ее память, когда можно просто развлечься с понравившейся девушкой? Растерянно Лиминг моргает. В любом случае, права на отказ у нее не было. Если все настолько серьезно, ее просто не выпустят, пока она не даст согласия. Или же случатся куда более страшные вещи. Однако Вэнь Жохань продолжает говорить. - Ты можешь отказаться. Если ты умеришь свой страх, то поймешь, что я никогда не стремился получить тебя силой и смирялся всякий раз, когда оказывалось, что ты не хочешь меня видеть. Это было правдой. Это было правдой, о которой Лиминг не думала. У нее просто не было сил анализировать поступки этого человека, слишком сильна была боль за отца. Она лишь дружила с его детьми, надеясь, что когда-нибудь это поможет. Что ж, помогло. - Если ты скажешь нет, я не буду удерживать тебя здесь, принуждать к чему-либо, отыгрываться на твоем доме или твоем брате. Но Гу Су - сожгу. Девушка облизывает пересохшие губы, но это ни капли не помогает - язык так же сух. Она опускает взгляд в чашку, но там ожидаемо пусто. Заклинатель напротив поднимается плавным движением крупного хищника, и девушка заставляет себя не отшатываться от него, вжимаясь в спинку трона. - Не бойся, - он говорит все с тем же неизменным спокойствием, и это изумляет. Все знали его как вспыльчивого человека. И почему-то именно ей выпала честь познакомиться с другой его стороной. - Я просто налью тебе чай. Действительно, он всего лишь наполняет ее чашку и сразу же садится обратно. Лиминг тут же делает несколько жадных глотков уже остывшего, но все еще очень вкусного напитка. - Тебе нужно время на размышление? Она наконец поднимает глаза. Размышление? Наследница грустно улыбается и качает головой: решение уже принято, и настала пора его озвучить. - Я согласна. Она смотрела своему будущему мужу в глаза, когда говорила это, и дыхание перехватило от ужаса - рубиновый взгляд стал черным и полным хищной жажды. Которую теперь утолит она. *** Конечно же, в обратный путь сразу же ее не отпустили. Глава настоял на том, чтобы девушка погостила в его ордене, и хотя она понимала, что все еще может отказаться, решила этого не делать. В конце концов, ей нужно было привыкать. Комнату ей выделили в апартаментах будущего мужа, через стенку от его. Это страшно, но еще страшнее то, каким взглядом на нее смотрит этот человек. Так смотрит блуждающий в пустыне на родник с водой. Она понимает сразу две вещи: Вэнь Жохань, возможно, любит ее. А еще - он не сможет сдерживаться долго. Она оказывается права. Он приходит в ее комнаты ночью, замирает у входа недвижимой статуей. Лиминг думает, что ей стоит притвориться спящей, но не позволяет слабости и страху взять над собой верх и садится на кровати. - Я разбудил тебя? - Нет, - она качает головой, оглаживает смявшееся нижнее одеяние. - Я не могу уснуть. Мужчина медленно подходит к ней, смотрит пытливо, и девушка вдруг понимает, что он ждет, когда ее страх станет слишком сильным. Тогда он, скорее всего, снова опустится на пол. Поэтому она освобождает место на кровати и приглашающе хлопает по ней трясущейся рукой. Удивленный хмык раздается прямо над ее головой. Он подошел быстро, невероятно быстро, и не отшатнуться по-настоящему сложно. Но она сцепляет пальцы в кулаки - и терпит. Потому что он станет ее мужем. Потому что она ни за что не будет бояться в своей семейной жизни. Кровать прогибается под его весом, но садится он все равно достаточно далеко. Так, чтобы не напугать. - Вы стали бы хорошим дрессировщиком, - вырывается необдуманно, и Лиминг тут же ругает себя за необдуманные слова. Губы Вэнь Жоханя складываются в горькую улыбку: - Я не пытаюсь дрессировать тебя. Я всего лишь не хочу, чтобы ты боялась слишком сильно. Они молчат некоторое время, потом он признается: - Я не пришел бы, зная, что ты не спишь. Он просто хотел посмотреть на нее. Это удивляет. Пугает. Дает надежду. Но глаза его темны, и дальнейшие слова эту надежду разбивают на мелкие осколки: - Однако я не отпущу тебя, пока не буду уверен в том, что ты принадлежишь мне. Лиминг закрывает глаза, и голос ее ровный и безэмоциональный: - Так получите свои гарантии прямо сейчас. Он снова смеется. А потом вес с кровати исчезает. Слышатся шаги и шорох одежд, звук закрывающейся двери. Открыть глаза девушка решается только через несколько минут. Уснуть, конечно же, не получается вовсе. *** Следующий день она проводит в одиночестве, и носа не высовывая из своей клетки. Ей приносят еду и напитки, но пища не лезет в глотку, один взгляд на нее вызывает тошноту, поэтому девушка просит унести приготовленные для нее блюда. Несмотря на то, что это именно то, что она любит. Насколько много Вэнь Жохань знает о ней? - Господин сказал, что вы должны поесть, - падает перед ней на колени давнишняя служанка. - Я не смогу, - тихо откликается Лиминг. - Тут слишком жарко. Но если вы принесете фруктов... Девушка быстро кивает и словно подгоняемая кнутом, бежит за дверь, чтобы вскоре вернуться с тарелкой нарезанных яблок и персиков. Это наследница Нэ худо-бедно может есть, и это немного радует. Морить себя голодом - плохая идея. Чертовски плохая. - Проклятое ципао, - бормочет она под вечер, стиснутая слишком, невыносимо тесными одеждами. - Зачем я нацепила его? - Мне тоже интересно, - доносится глубокий голос от входа. Что ж, это было ожидаемо. Ей итак дали целый день на то, чтобы привести мысли в порядок. - Снимай. Девушка вздрагивает, поднимается на ноги, не смея поднять взгляд, тянется к поясу. Но ее останавливает тихий смех. Лиминг вскидывает голову, чувствуя, что сейчас заплачет. Ну конечно, он наслаждается властью над ней. Но это все равно обидно - по крайней мере, после того, как этот мужчина делал все, что было в его силах, чтобы не причинить ей лишнего страха или боли. Смех резко обрывается, и Вэнь Жохань качает головой: - Глупый ребенок. Я не буду насиловать тебя. Наследница непонимающе хмурится. - Я вижу, насколько тебе тяжело ходить в этой глупой тесной одежде, - поясняет наконец мужчина. - И вчера ты вполне спокойно сидела передо мной в нижних одеяниях. Облегчение искрами проносится по позвоночнику. С чуть большей уверенностью она развязывает пояс и сбрасывает одеяние прямо на пол. Она его ненавидит. - Я найду для тебя мужское ханьфу подходящего размера, - обещает Жохань, подходя ближе. Очень, очень близко. Так близко, что девушка может чувствовать жар его дыхания. Рубиновые глаза смотрят цепко, пристально, жадно, но девушка не может отвести взгляда. - Иногда я забываю, что тебе едва ли исполнилось семнадцать, - наконец говорит он. - Всякий раз, когда я смотрю на тебя или слышу твои рассуждения, я вижу кого-то, равного мне. Синие глаза изумленно расширяются. Слышать подобное от верховного заклинателя - невероятная честь для нее. Даже с учетом всех прочих обстоятельств. Она хочет сказать это, но не находит слов. Вместо этого с губ срывается полное боли: - Зачем же вы убили моего отца? Жохань долго молчит, потом кладет тяжелую руку на ее плечо: - Я сожалею. Девушка тихо всхлипывает, стиснув кулаки и опуская голову. Ей ужасно не хочется показывать свою слабость, но она больше не может терпеть. Мужчина осторожно привлекает ее к себе, кладет руку на затылок, пропускает между пальцами жесткие спутанные пряди. И молчит. *** Третий день в его компании проходит относительно спокойно. Вэнь Жохань всего лишь показывает ей Знойный Дворец. Тот оказывается удивительно красивым. Просто до невероятности. Настолько, что Лиминг удается забыть о тревогах и просто наслаждаться убранством коридоров, витражами, выложенными из разноцветного хрусталя, и солнцем, рассыпающимся по устланным коврами полам. Она касается стен, потому что многое запоминает наощупь, рассматривает картины, удивленно останавливается напротив лавового озера - и узнав, что оно абсолютно безопасно, смело шагает на его поверхность. Глава Вэнь смотрит на нее, ловя каждое движение, но даже это уже не пугает так сильно, как раньше. После того, как вчера она отчаянно рыдала в его объятиях, многое воспринимается легче. Так что она просто кружится на слегка пружинящем заклинании, превращающем лаву во всего лишь предмет декора, и находит в себе силы искренне улыбнуться. Потом они ужинают вместе на террасе, открывающей вид на горы. Закат отсюда выглядит настолько пронзительно-прекрасным, что захватывает дух. Мужчина улыбается: - Я хотел показать тебе, что Знойный Дворец вовсе не ужасен. Ты любишь красоту - надеюсь, когда-нибудь полюбишь и это место. Лиминг поворачивается к нему, крутя палочки в руках: - Я и не считала это место ужасным, - осторожно отвечает она. И честно добавляет: - Вас - возможно. - А теперь? - откликается заклинатель, и лицо его темно. - Теперь - нет, - говорит девушка, и в голосе ее мягкость, которую она никогда не проявляла по отношению к этому человеку. - Не буду скрывать, мысль о том, чтобы стать вашей женой, все еще пугает меня. Мне придется привыкать к этой мысли, и это будет непросто. - Вот именно поэтому я хочу гарантий, - голос главы непривычно тих. - Вы сожжете Гу Су, если я откажу вам - какие гарантии еще нужны? - Нет! - рычит мужчина, и чашка крошится в его ладони на множество осколков. По пальцам течет багряная кровь. Тяжело дыша, мужчина подходит к перилам. Некоторое время ничего не происходит, и сердце Лиминг колет острая игла жалости. Но когда девушка хочет встать, Владыка разворачивается к ней, и в его глазах бушующий ураган. - Уходи. Уходи, я снимаю с тебя твое обещание, - его голос вообще не походит на человеческий. Это рык голодного зверя, у которого отняли добычу. Однако видя, что девушка снова напугана, он закрывает глаза и с явным трудом обуздывает себя. - Я не трону Облачные Глубины, девочка. Ты можешь спать спокойно, - наконец роняет он и разворачивается, чтобы уйти. - А-Хань, - зовет Лиминг, и когда это действительно срывается с ее губ, по ее спине и правда идет волна холода*. - Прошу, вернитесь. Мужчина каменеет. Его спина напряжена настолько, что у девушки возникает ощущение, что лопатки свело судорогой. Она нервно сминает в пальцах подол ханьфу, чувствуя как по телу ползет липкая дрожь. Она. Сама. Сказала. Это. После того, как он ее отпустил. Но теперь наследница клана Нэ знает точно - этот мужчина действительно любит ее. Любит настолько, что готов отказаться от собственных планов. Даже не во имя того, что заполучить ее себе. И она не сможет, не посмеет выкинуть эту любовь после того, как пообещала принять. - А-Хань, - зовет она сиплым подрагивающим голосом, чувствуя, как бешено колотится сердце. Вэнь Жохань медленно разворачивается, подходит к ней, смотрит вынимающими душу гранатовыми глазами: - Хорошенько. Подумай, - чеканит он. И лишь по тяжелой, темной вибрации его голоса можно понять, насколько тяжело ему сейчас. - Я подумала, - хрипит девушка. Дышать тяжело - как будто чья-то жестокая рука сжалась на ее горле. Взгляд мужчины смягчается, он касается ее волос пальцами: - Не бойся. Не бойся меня. Но все же подумай о своем решении, потому что... Она вскакивает, хватается за ворот его одежд: - Я подумала! Не думаете же вы, что я способна говорить подобное просто так?! Широкая ладонь ложится на ее пальцы: - Конечно же нет. *** Проснувшись, Лиминг думает, почему именно она. Ведь с ее характером и уступчивостью Вэнь Жоханя по отношению к ней, ему придется оставить слишком многое из своих планов. А еще ей очень страшно - от того, что она вверила себя этому мужчине вчера. Сама. Полностью. Страшно настолько, что девушка сворачивается в комочек и плачет. Когда слезы уходят, она умывается, накидывает ханьфу и стучит в двери соседней комнаты. Она открывается почти сразу, и глаза-рубины изумленно расширяются. Владыка не ждал ее тут увидеть. Конечно же нет. - Входи, - тихо говорит он, пропуская девушку. Она не удерживается от изумленного восклицания, оглядев его комнату. Там бардак. Везде валяются смятые листы, клочки бумаги, сломанные кисти для каллиграфии, на стене чернеет след от туши - наверняка вспыльчивый мужчина швырнул в нее баночку. - Это однозначно комната, которая принадлежит Бессмертному Владыке, - качает головой Лиминг. Сзади раздается тихий хмык - так близко, так неожиданно, опасно близко, и наследница едва сдерживает порыв поежиться. Обычно Вэнь Жохань старался не пугать ее и ходил так, что девушка явственно его слышала, однако сейчас он приблизился слишком легкой поступью. Наверняка ему приходилось делать над собой усилие, чтобы идти более тяжеловесно. Горячие ладони ложатся ей на плечи, осторожно притягивают ближе, прижимают к каменной груди, чтобы обвиться вокруг ее талии. Дыхание мужчины слышится на макушке, а затылком заклинательница чувствует его сердцебиение. И оно ни капельки не ровное. Лиминг кладет подрагивающие ладони поверх его рук, откидывает голову на его плечо и заставляет себя расслабиться. Это почти невозможно сделать, особенно с учетом того, что сердце мужчины бьется рвано, и совсем несложно понять, о чем он думает и чего хочет. Она не удивляется, когда жесткие губы касаются ее шеи. Она удивляется очень сильно, когда Вэнь Жохань отпускает ее сразу же после этого короткого поцелуя. - Я покажу тебе еще несколько мест, которые тебе наверняка понравятся, - сулит мужчина, и в его голосе необычная теплота. Нет, он обращался с ней со всей бережностью, на которую был способен. Однако сейчас что-то в его поведении изменилось. И девушка прекрасно понимала, почему. До этого она была той, кто остается рядом с ним, по сути, силой. Теперь же все иначе. Это ее выбор. *** Ночью она наконец крепко засыпает - и просыпается лишь к вечеру, чтобы поужинать заботливо оставленными для нее фруктами и уснуть снова. Все предыдущие ночи она проводила в тяжелой полудреме, которая вовсе не давала отдыха. Напротив, открывая глаза по утрам, Лиминг чувствовала себя только еще сильнее уставшей. Однако тревоги слегка отступили, нервное напряжение улеглось, и она проспала больше суток. Шестой день в клане Цишань Вэнь встречает ее пасмурной погодой и укутавшей Безночный Город благословенной прохладой. Девушка с наслаждением потягивается и отправляется к тазу с водой - умыться. У кровати все еще стоит поднос с фруктами, и с ними она жадно расправляется. Звук открывшейся двери уже не заставляет ее вздрагивать - а вот искреннее облегчение на лице будущего мужа слегка пугает. - Ты спала так долго и крепко, что я дважды звал целителей, - признается он. - Прошлые ночи были... тяжелыми, - откликается наследница Нэ. Мужчина кивает. - Сегодня прохладно, - говорит он. - Хочешь погулять по Безночному Городу? Лиминг задумчиво наклоняет голову набок. Она давно обещала себе эту прогулку, но всякий раз находились причины ее отложить. - Очень, - признается она, накидывая ханьфу и пытаясь сделать привычный хвост. На губах Вэнь Жоханя появляется улыбка: - Знаешь, меня даже немного испугал твой вид, когда ты приехала. Девушка держит во рту конец ленты для волос, поэтому может только вопросительно промычать. - Помимо того, что ты выглядела так, словно упадешь в обморок от любого движения... Я никогда не видел тебя в ципао. С идеальной прической. Обвешанную украшениями. Наследница бросает взгляд на прикроватный столик. Да уж, побрякушек она на себя напялила слишком много, делая это абсолютно бездумно. - Если бы ты еще и накрасилась, я бы сам в обморок упал. У нее наконец получается победить непокорные волосы, так что получается ответить: - Я хотела. Но поняла, что скорее всего буду плакать по дороге. На лицо Владыки набегает тень. - Я сожалею, - говорит он. - Неправда. Если бы не это, ты не получил бы меня. Он приближается мягко и плавно, поддевает ее подбородок пальцем: - Я все равно получил бы тебя. Однажды я отыскал бы способ подступиться к твоему сердцу. Лиминг смотрит ему в глаза и верит: отыскал бы. Да, пожалуй, он все равно смог бы завоевать ее, пусть и далеко не сейчас. И похоже, она - единственное, ради чего Бессмертный Владыка готов быть терпеливым. Ждать месяцами и годами. - Я действительно сожалею. Мне не жаль, что я собирался сжечь Гу Су, я хочу этого до сих пор, - он криво усмехается, зная, что его честность полоснет по сердцу девушки отравленным клинком. Но она понимает - этот заклинатель не станет ей врать. - Но мне жаль, что я вынудил тебя быть со мной. Ты должна была принимать мое сердце с радостью, а не страхом. Он смотрит серьезно, молчит несколько секунд, поглаживая большим пальцем ее подбородок, а наследница Нэ не решается даже пошевелиться. Не потому что боится, а потому что подобные слова - величайшая ценность. Даже сказанные этим мужчиной. Тем более скоро он станет ее мужем. - Тем более я почти потерял тебя. И все еще не могу тебя отпустить. Да, точно. Гарантии. Неужели он настолько боится? На секунду Лиминг пытается представить, насколько напуганным нужно быть, чтобы требовать подобное от той, кто дважды дала свое согласие? Решает, что очень и очень сильно. - Сегодня ты получишь свое доказательство, - говорит она, пытаясь заставить свой голос звучать ровно. Гранатовые глаза вспыхивают одновременно довольством и горечью. - Я сожалею, - повторяет мужчина. Девушка знает, что он говорит искренне. *** Прогулка действительно прекрасна. Оказывается, Вэнь Жохань решил покататься верхом, а девушка всегда любила лошадей этого ордена. Преимущественно огненно-рыжие, высокие, с грациозными шеями и тонкими длинными ногами, они могли развивать огромную скорость и отличались великолепным умом и бесстрашием. Однако их почти невозможно было встретить за пределами территории клана Цишань Вэнь, за что они невероятно ценились. Лиминг за свою жизнь каталась на таких всего дважды, несмотря на тесную дружбу с А-Сюем. Верховая прогулка с главой ордена оказалась странным ощущением. Люди почтительно кланялись, расступались перед ними - однако с удивлением девушка поняла, что они не так-то уж и боятся. Не больше, чем боятся ее брата. Это было странным открытием: осознать, что мужчина держит в страхе в основном чужаков и самых близких. Хотя опять же, Вэнь Сюй пришел к ней и был абсолютно уверен, что ему не причинят вреда. Это А-Чао боится отца как огня... - Я дам тебе полгода, - произнес заклинатель, когда они ехали по изящному мостику. - Что? - Я знаю, что ты отвечаешь за слишком многое в Цинхе. Я не стану требовать, чтобы ты оставила их сейчас. Но я думаю, за полгода ты сможешь натаскать своего ученика. Лиминг медленно кивает. Да, он абсолютно прав. И как только угадал ее невысказанный ужас о том, что она сбросит на А-Яо слишком много незавершенных дел? - Спасибо, - выдыхает она искренне. - Я буду рад, если иногда ты станешь навещать меня. Но это не требование. Еще я оставлю тебе А-Сюя. Пусть поможет готовиться к свадьбе. Да и твоему мальчишке он поможет. - Мой брат... - девушка запинается, не в силах выразить терзающие ее подозрения словами. Вэнь Жохань поворачивает к ней голову. В глазах виднелись грозовые раскаты. - Что - твой брат? - Он ненавидит... Вы же знаете. А-Хань, вы все прекрасно знаете, раз уж в курсе, какие блюда я люблю больше всего! Мужчина улыбается, вскидывая брови. - Я шпионил за тобой. - Он ненавидит А-Сюя. И всех, кто носит вашу фамилию. Я боюсь... - Чего? Того, что он убьет моего сына в тот момент, когда ты в моих руках? Или того, что он решит избавиться от собственного родственника? Лиминг опускает голову и закусывает губу. - Неужели я думаю о твоем дагэ лучше, чем ты? - наконец нарушает тяжелую тишину Владыка. Наследница Нэ нервно трет лоб. - И верно. Я совсем схожу с ума... Теплые пальцы мягко касаются ее щеки. - Я хочу показать тебе нашу достопримечательность: лавовый водопад. Девушка округляет глаза: - Так озеро это еще не самое странное? - Клану Цишань Вэнь всегда найдется, чем удивить, - хмыкает заклинатель. Лиминг удивляется тому, что он вовсе не таков, каким она всегда рисовала себе его образ. И у него имеется определенная мудрость и доброта. Но тогда почему он делает все то, что делает? *** Комнату освещает лишь небольшой изящный фонарь, изготовленный семьей Сяо*. Лиминг нервно теребит пояс одежд, избегая смотреть на оставшегося только в штанах Бессмертного Владыку. Щеки горят огнем, тело охвачено страхом, и она прекрасно понимает, что все еще может попросить дать ей отсрочку - и получит ее. Мужчина терпеливо ждет, глядя на нее жадными гранатовыми глазами. И девушка решается - тянет пояс прочь, что становится сигналом. Она даже не успевает скинуть ханьфу - Вэнь Жохань оказывается рядом, ведет пальцами по ее щеке, останавливает тянущиеся снять одежду ладони. - Владыка... - растерянно шепчет наследница Нэ. - Не так. Его голос низкий. Вибрирующий. Полный страсти и жажды. Лиминг моргает растерянно, но вскоре понимает. - А-Хань. Он кивает, аккуратно подхватывает ее на руки, прижимая к горячему телу, и она осознает, что когда слышала стук этого сердца в прошлый раз, тот был еще спокойным. - Не бойся, - говорит мужчина, укладывая ее на кровать и опускаясь рядом. Он не нависает и не давит. Он просто сидит, скользя пальцами по коже ее ладони, посылая по всему телу странные мурашки. И лишь когда девушка немного успокаивается, касается ее руки губами и языком, лаская бережно и мягко. Медленно поднимает широкий рукав, добирается до локтя, спускается обратно, вбирая ее пальцы в рот, облизывая бесстыдно и жарко. Но это действительно не страшно, хоть и мучительно-стыдно, и приходится жмуриться и кусать губы. Чтобы не видеть. Чтобы не стонать. Она слышит тихий хриплый смешок, полный удовлетворения, и понимает, что только у нее были закрыты глаза, что Вэнь Жохань все видит, и ее реакция ему нравится. От этого лицо полыхает еще сильнее, бешено просто горит - и хищник рядом тихо рычит, продолжая ласкать ее руку. Вылизывает каждый палец, поднимается вверх, целует и прикусывает сквозь ткань ханьфу, массирует, гладит - девушка теряется в ощущениях, тяжело и часто дыша. Она не замечает, как остается в нижних одеяниях. И как он внезапно оказывается нависшим над ней - тоже. Так и не решаясь открыть глаза, она чувствует, как мужчина смотрит - жадно, пристально, неотрывно. И медленно наклоняется, давая ей почувствовать его дыхание на губах. Позволяя сделать выбор. Снова позволяя. Лиминг уверена - Владыка возбужден до предела. Его взгляд обжигает, как раскаленное тавро. Но он сдерживается. И девушка подается вперед, тут же чувствуя сминающий губы поцелуй. Властный. Подчиняющий. Огненно-жаркий. Ладони заклинателя судорожно сминают ткань ее нижних одежд, и те трещат и рвутся. Девушка распахивает испуганные глаза, и ее тут же гладят по щеке, касаются губами шеи: - Не бойся. Владыка Бессмертный отодвигается, ложится рядом, осторожно поглаживает ее лицо и шею, вылизывает плечо, аккуратно прикусывает кожу, и тугая натянутая струна внутри нее снова расслабляется. Мужчина спускает руку вниз, нежно касается ее груди, и ласка невесома и бережна, похожа на касание перьев трепетной птицы. Не чувствуя ее отторжения, Вэнь Жохань смелеет, очень осторожно склоняется над ней, целует розовый сосок, вбирает его в рот, а ладонь спускается вниз по животу. Однако он все еще лежит рядом, опираясь на локоть, все еще не нависая - он запомнил ее страх и больше не хочет пугать. Он снова не идет дальше, пока девушка не расслабляет бедра и не разводит их - совсем немного, но отслеживающий каждую ее реакцию Владыка понимает, и рука его скользит вниз, аккуратно касается ее жемчужной раковины, поглаживает, ласкает клитор, и сдерживать стоны становится все сложнее. - Не бойся, - повторяет мужчина в третий раз, скользит губами вниз по ее животу. Девушка ахает и дергается, когда он устраивает голову меж ее ног и целует, пытаясь то ли уйти от касания губ, то ли напротив податься навстречу. Слышит тихий звериный рык, чувствует как мужчина кладет ее ладонь на свои волосы, а потом в уши раскаленными спицами вонзается страстный шепот: - Направляй меня. Словно бы она решилась! Впрочем, он все знает и без нее, вылизывает ее выворачивающе-ласково, простанывает ее имя - так, словно сам себя клеймит, с горячечной болью, пламенной нежностью. Она уже совсем не может сдерживаться, стонет, откидывая голову, бессознательно сжимая пальцы в его волосах, царапая ногтями загривок, а потом ее накрывает волна наслаждения настолько мощная, что из горла вырывается крик. Когда она приходит в себя, он лежит рядом, смотрит темными глазами: - Завтра ты можешь покинуть территорию Цишань Вэнь. Но я прошу тебя - останься еще на день. Пальцы его бережно и невинно касаются щеки девушки, а затем Владыка уходит. И лишь отдышавшись и напившись воды, Лиминг осознает: себя он так и не удовлетворил. *** И она остается. Действительно остается, просто потому что не может встать и уехать так легко, оставив его просьбу без ответа. Не теперь. И мысль о вчерашней ночи - об их ночи - не вызывает протеста, только обжигающий стыд и легкую горечь на языке. Ей, конечно, все еще страшно. И когда она возвращается домой, страх остается, и тоска никуда не девается. По запнувшемуся А-Яо, по ошарашенному лицу брата, по глазам своего будущего пасынка она понимает, что и выглядит не слишком хорошо. Но в голосе звучит уверенность, а короткие слезы в плечо Минцзюэ - это уже не от той леденящей душу тоски, которую девушка испытывала всего неделю назад. Она возвращается в свои покои, срывает чертово ципао и вдруг понимает, что оставила все свои украшения там же, в комнате на прикроватном столике. Что ж. Будет повод вернуться.