Reflection

      Гарри был не из тех, кто спал по ночам.       Часто бывало, когда его мучили кошмары или бессонница. В такие моменты парень открывал нараспашку окно и вместе с Буклей глядел на тучное небо глубокой ночи.       Иногда, надевая мантию невидимку, он бродил по коридорам замка, тихо проскальзывая мимо профессоров, что работая до поздна, хмуро прислушивались к отдаленным звукам мягкой обуви Гарри. Иногда юноша заглядывал в библиотеку и, осторожно обходя Филча, рассматривал корешки старых книг, борясь с желанием открыть одну из них.       Он не разглагольствовал о своем увлечении, как и о той самой комнате, где время проскальзывало настолько незаметно, что, торопясь, парень возвращался в свой корпус под звуки просыпающегося света.       Поттер перестал задумываться о том, почему он видит в своем отражении именно то, от чего не может оторваться часами. Сначала это смущало и сбивало с толку, ведь совсем неправильно хотеть своего профессора по зельеварению.       Гарри пытался противостоять тому, что видит, обманывая сущность своих желаний, но каждый раз старое волшебство не поддавалось слабой борьбе и, будто насмехаясь, разгоралось только сильнее. И каждый раз, когда ноги заводили на нужный этаж, а руки открывали нужную дверь, зеркало блестело все ярче, показывая сюжеты тайных фантазий, о которых стыдно признаться даже самому себе, но именно там, именно в тот момент, все, о чем мог думать Гарри, это о Северусе Снейпе. Да, Поттер пытался обходить это место стороной, однако побывав там один раз и получив то, о чем нельзя было и мечтать, оно становится навязчивой идеей.       Это началось не так давно, а точнее, парень не указал бы на определенный момент перелома. Гарри просто словил себя на мысли, что быть под давлением этих черных глаз стало так же волнительно, как и его первый поцелуй с Чо.       Ни с кем этим не делившись, даже со своими лучшими друзьями, парень предпочел скрывать, что у него в голове. Это правда показалось самым лучшим решением проблемы, но когда был утерян контроль над телом, Поттер стал удовлетворять свои желания каждую ночь, стоя перед зеркалом и наблюдая за каждым движением несуществующего мужчины, и, представляя его прикосновения, становился не похожим на себя.       Было поздно. Гарри снова брел по коридорам, уже бездумно сворачивая в нужную сторону и особо не заботясь о своей мантии, которая чуть задралась и показывала часть лодыжки. Юноша это просто проигнорировал, как и то, что проходя мимо какой-то чуть приоткрытой дверцы кладовки, обратил своим шорканьем чье-то внимание.       Гарри бы не удивился увидеть Снейпа, ведь тот вечно ночами напролет занимался какими-то странными делами, закрываясь в своем кабинете или просто нахмурившись, листал доисторические книги слабыми покачиваниями волшебной палочки. На этот раз парень просто прошел мимо, безэмоционально уставившись в пол и уже сворачивая на очередную мраморную лестницу, поспешил добраться до комнаты скорее. Ему не терпелось узнать, что оно покажет на этот раз.       Дикий интерес ослабил былую осторожность, но Гарри уже не думал о той кладовке или о страхе быть пойманным, он как обычно осторожно закрыл за собой старую дверь и, сразу скинув мантию, подбежал к зеркалу.       Перед ним, как обычно, стоял чуть растрепанный парень, который, оттянув горло майки, глубоко выдохнул. Он уже и забыл, когда перестал чувствовать особенный стыд. Гарри сделал еще один шаг себе навстречу, всматриваясь в черты лица. На щеках просматривался румянец. Подрагивающие пальцы приподняли края ткани и, слегка разжавшись, отпустили футболку на пол. Грудь дрожаще приподнялась, ладони потянулись к ремню джинс, однако в этот момент возле него оказался хищно улыбающийся Северус, что не спеша, раслабил высокий ворот своей мантии, оторвав пару пуговиц резкими движениями рук. Его взгляд горел диким желанием, и, давно уже не имея сил сдерживаться, юноша мягко закусил губу, опуская глаза по оголяющемуся торсу мужчины вместе с собственными пальцами, что прижались к полувставшему члену. Снейп скинул мантию, встряхивая волосами, и с приоткрытыми губами наклонился к шее вздрогнувшего Гарри, который действительно почувствовал чье-то дыхание. Руки профессора потянулись к его ногам, невесомо поглаживая и приподнимаясь выше, неожиданно застыли, как и сам юноша, ясно ощутив, как его резко разворачивают и, сжимая за плечи, встряхивают.       — Насколько нужно быть безрассудным мальчишкой, чтобы запрыгнуть в это чертово зеркало с головой! — раздраженно процедил Северус Снейп. — Вы меня слышите, Поттер? — еще раз встряхнув туманно глядящего парня, мужчина тяжело вздохнул, отводя глаза в знаке полного негодования.       Сначала все, на что хватило парня, был удивленный вздох, но, наверное не совсем такой, если бы Гарри действительно поверил в действительность происходящего.       — Профессор, это правда вы? — вдруг подал голос нахмурившийся парень. — Я знал, что однажды, все, что я видел в зеркале, кого я там видел, станет правдой, — даже не задумавшись, поднимает руку и, нежно убрав черную прядь волос за ухо оценившего Северуса, продолжил. — Пусть даже это и будет всего лишь какой-то магией, но я готов обмануть себя в обратном, — переводит ладонь на затылок и, заглядывая в остолбеневшие глаза, пьяно ухмыляется. — Чувствовать вас намного лучше, чем представлять, как бы вы касались меня, — вторая ладонь оказывается на напряженной пояснице. — Вы бы знали, как было обидно видеть вас совсем рядом, — говорит почти шепотом. — Но не иметь возможности дотронуться до вашей шеи, — губы проскользнули по вскочившему кадыку. — Или провести по спине, прижаться, — резко выдыхает. — Ближе…       — Потт-тер, — руки висят у боков, пока горячо задышавший парень начал мокро целовать скулы Снейпа и сминать его жесткую одежду. — Поттер, — более настойчиво повторил мужчина, наконец сумев справиться с собственным телом, что отзывалось на чужие поглаживания и загоралось от близко подступившего Гарри. Тот не особо реагировал на отклики, лишь неверяще вдыхая запах терпкого одеколона и оттягивая мешающую ткань, покусывал кожу выше ключиц.       — Что случилось, профессор? Вы же всего лишь моя больная фантазия, — возбужденно выдыхает, с жадностью поедая Снейпа глазами и медленно скользя по торсу, цепляет каждую выступающую пуговицу. — Вам все равно не будет иметь никакого дела, что сейчас происходит… — снова целует в шею, услышав первый трудный вздох. — К тому же, если бы вы были настоящим, то не позволили бы расстегивать свою мантию и целовать вас в губы, — приподнимается на носочки и без сомнений прикусывает холодные губы Северуса, который, потеряв всякий дар речи, сначала вздрогнул, потом неуверенно ответил таким же робким движением, вдруг резко отстранившись и цепко перехватив руки юноши.       — Почему вы так уверены, что я иллюзия? — неуклонно сощурился, облизнувшись.       — Настоящий профессор Снейп не возбудился бы от движений моих пальцев и не стал бы отвечать взаимностью, — слишком спокойно и тихо ответил парень, слегка пожав плечами, и грустно добавил. — Может, где-то мне жаль, что вы всего-лишь волшебство, но я слишком долго ждал, чтобы отказываться, — начинает поглаживать сухую кожу рук, умело выворачиваясь и кладя те на свою талию, довольно шепнул. — Пожалуйста, профессор, нас никто не увидит, — призывно приподнимает подбородок, дыша тому в самые губы.       — Значит, вы уверены, что я всего лишь часть вашей фантазии? — Северус стоит все на том же месте, так и не позволив своим рукам остаться на предложенном месте. — И вы точно убеждены, что нас никто не увидит? — просипел тот. — Плод ваших мокрых фантазий, — надменно приподнимает бровь. — Не думал, что вы уже настолько отчаялись, — хмыкает. — На вашем месте, я бы предостерегся, все же сейчас вы опускаете свою ладонь мне на пах, — останавливает чужие движения, странно выдыхая. — Я… — вдруг запинается, встретившись с зелеными глазами полными непонимания и дикого желания. — Я… — еще раз сглатывает мужчина, вздрогнувши и замявшись, и, неуверенно сжав зубы, надсадно втягивает воздух.       — Да, профессор Снейп? — тот невинно хлопает ресницами. — Эта часть моей фантазии самая странная, обычно… Вы ни в чем не сомневаетесь… — почти одними губами усомнился Гарри.       — Лишь фантазия, — разжав губы, прочистил захрипевшее горло Северус.       — Да, — кивнул юноша головой и с надеждой во взгляде, словил уголок опущенных губ Снейпа кончиком языка. — Пожалуйста, поцелуйте меня, — проводит по нижней губе, порывисто прижимаясь к невероятно холодному и неподвижному телу. — Прошу… — умоляюще шепчет.       Северус мнется, впервые чувствуя себя загнанным в угол. Он никогда не задумывался о Гарри, кроме как в ключе к чему-то придраться или снять очки его факультета. В голове не было даже мыслей, что к юноше можно прикоснуться как-то по-иному, если не считать происходящее в проклятой комнате, где для мужчины все это — казалось заманчивым безумием. Снейп не всегда позволял себе расслабиться, но когда он разорвал зрительный контакт и взглянул на себя и Гарри в отражении, то почувствовал, как что-то взрогнуло внутри него. Северус задышал чаще, вдруг позволяя своим рукам очутиться на тонкой талии, забылся в стуке собственного пульса, резко разворачивая парня к себе спиной и, прижавшись к тому сзади, заставил посмотреть перед собой.       — Такой Северус Снейп попадается мне впервые, — дрожаще выдохнул Поттер, развязно прогибаясь и наблюдая, как мужчина неуверенно притрагивается к его шее и, глубоко вдыхая, прикусывает мочку уха. — Северус… О Боже… — Гарри зажмурился, прижимая того ближе грубым движением за бедра, его рот приоткрылся и, приподняв подбородок, его ловит Снейп, проскользнув по горячему языку и вернувшись к губам, кусает.       Парень давно прекратил контролировать свое сбивчивое дыхание, все чаще вынуждая вздрагивать от своих тихих всхлипов или стонов. Гарри даже не осмелился вновь открыть глаза, полностью отдавшись в вечно прохладные руки, что уже более уверенно обхватили за торс и, заскользив по груди, игриво сняли мешающие очки. Те были отброшены на кучу валяющейся одежды.       — Почему не открываете глаза, мистер Поттер? — Северус глухо задышал, теряя всякий контроль и не позволяя тому ответить, схватил за шею, чуть поворачивая растрепанную голову к себе. — Неужели стесняетесь?       — Н-нет, я, — сухо сглатывает, в ответ чувствительно поглаживая и мягко прикасаясь к шее, взволнованно целует. — Я боюсь, что если открою глаза, то вы исчезнете, — сдержанно срывает стон, оттягивая чуть растегную мантию с плечей, позволяя той соскользнуть на пол. — На вас всегда было слишком много одежды… — недовольно добавляет, вдруг приподнимая веки и заморгав, слабо улыбнулся.       Под мантией была еще одна тонкая рубашка, что незамедлительно последовала вниз. На этом моменте мужчина почувствовал себя странно. Его руки сами тянулись к незамысловатым пуговицам, однако холод заплесневелой комнаты ударил по груди. Снейп думал остановиться, пока не поздно, однако Поттер снова прижимается к нему спереди и пораженно выдыхает.       — Смотрите… Вас стало двое, — он указывает на еще одного рядом стоящего Северуса Снейпа, который, хитро ухмыляясь, покачивал головой в знак одобрения. — Что происходит?.. — хотев было развернуться, Северус возвращает чужое внимание на отражение него самого, искренне не понимая, почему он видит тоже самое, что и юноша — Профессор, — Гарри непонимающе закрутился, вынуждая настоящего Снейпа схватить его за запястье и, резко направив взгляд к отражению, мягко поцеловать в загривок.       — Разве вам не хочется понаблюдать за двумя мужчинами одновременно? — спускается поцелуями по позвонкам, показывая свои руки на прессе парня, неосознанно посматривая, что делает нескромная иллюзия, которая оголившись еще больше, задышала Гарри в самые губы, неожиданно опускаясь на колени. Снейп в отражении выгибается, всячески поправляя длинные волосы и прикрывая собой возбужденный член юноши, похотливо смеется.       — Вы правы, — Гарри склоняет голову, игриво наблюдая и смело прижимая руки Северуса к своей пульсирующей плоти, громко выдыхает. — Два воображаемых профессора Снейпа, которые творят какое-то безумие, это слишком даже для моих фантазий… — на это, мужчина сдавленно хмыкает, уже полностью не отдавая себе отчета и ловко растегивая блеснувший ремень, справляется с тихой ширинкой и, аккуратно приспустив джинсы, проскальзывает под ткань боксеров, накрывая тяжелый член Гарри ладонью и под чужой протяжный стон, полностью освобождается от мешающей одежды. Ладонь провела чуть вверх, затем вниз, чувствуя горящее возбуждение еле держащегося на ногах парня.       Снейп пьяно наблюдал за своей рукой, посматривая на довольно скалящуюся иллюзию, что оставшись совсем без одежды, прогибалась в пояснице, откидывала голову назад и жмурясь, поглаживала внутреннюю часть бедра, развратно облизываясь. Чуть раньше Снейп бы с омерзением отвернулся, в лучшем случае просто ушел, однако сейчас, когда рядом дрожал потерявший здравомыслие парень, Северус лишь наблюдал, позволяя задышать громче и прижаться вставшим членом сзади, неосознанно вздрагивая бедрами. Пальцы сжимались сильнее, двигались быстрее, принося мужчине лишь невыносимое наслаждение, которое оборвалось темнотой от отчаянно закрытых глаз.       — Северус, я-я… — сквозь тугое дыхание обоих, Снейп сжимает губы, двигаясь резче, доводя Гарри до полного изнеможения и протяжного стона, после которого, по поверхности огромного зеркала потекли белые капли. Гарри не мог вздохнуть полной грудью, изнуренно повиснув на Северусе, что унимая собственное возбуждение, тяжело дышит в унисон непонимающе заморгавшему юноши. — П-почему вы не исчезли? — долго держать глаза открытыми не вышло, поэтому за слабым вопросом, последовали уставшие вздохи и неуверенные попытки подняться, которые тут же закончились поражением.       Нервно убрав волосы на затылок, мужчина решает осторожно опустить парня на пол, быстро хватая свою одежду и кое-как накинув ту на тело, поспешно подхватил заклинанием заснувшего юношу на руки. Он не хотел, чтобы парень что-то заподозрил, поэтому на решение этой проблемы, не потратилось много времени. Не забыв очистить поверхность зеркала, Снейп решил не оставлять того одного, ловко выбираясь в пустой коридор и замечая первые, проступающие лучи рассвета, что позволили не использовать волшебную палочку, направился вглубь коридора. Однако не желая быть замеченным, Северусу пришлось ускорить шаг и всячески оглядываться по сторонам. Добравшись до общей комнаты Гриффиндора, профессор тихо положил спящего Гарри на диван, торопливо натянул на того майку и больше не задерживаясь, скрылся.

***

      — Гарри-и! — кто-то отчаянно тряс за плечо и не прекращал звать юношу по имени. — Эй, ты чего здесь разлегся? — заметив, что его друг наконец-таки приоткрыл глаза, Рон недоуменно выгнул брови. — У нас скоро занятия, а ты какой-то потрепанный спишь на диване в общей комнате… — поджимает тот губы.       — Гарри? Что ты здесь делаешь? — парень лишь сонно закатил глаза, отмечая странную головную боль и полное нежелание сдвигаться с места. — Почему ты спишь в общей гостиной? — вслед за Роном к дивану торопливо подошла Гермиона, заглядывая в отчаянно прячущиеся глаза Поттера, который заставил себя откинуть подушку в сторону и, оттянув майку, шатаясь, подняться.       — Ребят, я понятия не имею, как здесь оказался, — это было чистой правдой, потому что последнее, что помнил парень, был грузно дышащий Снейп и его горячие объятия. — Я-я, наверное, лунатил, — неопределенно жестикулирует. — И пришел сюда… Не знаю, я просто хочу привести себя в порядок, — тяжело выдохнув, он направился к лестнице в спальню под непонимающие взгляды друзей.       — Что это с ним? — зачесав затылок, говорит Уизли, складывая губы уточкой в недоуменном жесте. — Разве он когда-то лунатил?       — Не знаю, Рон… — также выдохнула девушка, нахмурившись. — Давай спросим его еще раз, но чуть позже.       Согласившись с таким решением проблемы, друзья принялись собираться на первый урок, что, как на зло для Гарри, было в подземелье Северуса Снейпа. Парня выводило из себя, что после своих ночных фантазий, ему приходилось снова и снова окунаться в острую сущность профессора. Терпеть его пропитанный кислотой взгляд, при этом помня, что эти глаза могли бы посмотреть совершенно по-другому. Иногда Поттер сомневался в том, что ему стоит продолжать ходить в ту комнату, однако желание оказалось слишком настойчивым, в отличии от здравого рассудка.       — Гарри, ты как? — Гермиона осторожно прикоснулась к плечу юноши. Она переживала за него, пытаясь как можно мягче спросить о самочувствии.       — Давай потом, — лишь тихо ответил Гарри, садясь на свое место и устало подпирая голову кулаком, безэмоционально взглянул на задумчиво смотрящего прямо на него профессора. Тот был задумчив, пристально наблюдал за вмиг непонимающе нахмурившимся парнем, всячески подтягивая ворот мантии.       — Что это с ним? — рядом прозвучал голос Рона.       Парень не ответил, поднимая руку и прикоснувшись к мягкой коже своей шеи, вдруг ошеломленно округлил глаза, одергивая ту под стол, и, снова встретившись с тем взглядом, сжал зубы. Перед глазами их четкое отражение, разрядка и долго неисчезающая фантазия Северуса, после чего его сил не хватило, чтобы усомниться в происходящем снова. Это ввергает в шок, что видимо слишком ярко отразилось на лице побледневшего Гарри, так как профессор заметно потемнел в глазах и, резко развернувшись к классу спиной, сухо продиктовал список ингредиентов вслед за появившейся записью на доске. Откинул подол мантии в сторону и без лишних слов, скрылся в подсобке.       Поттер дрожаще выдохнул, опуская глаза на свои вспотевшие пальцы. Он стал до последнего отнекиваться, обескураженно сглатывая и с животным страхом понимая, что теперь им придется все обсудить, ведь сомневаться в том, что это не была всего лишь мокрая фантазия, было бы уже слишком глупо, отчаянно или ненадежно и, как бы он не имел понятия, что вообще говорить, парень решает оставить все на предстоящую ночь. Может, именно тогда, разговор пройдет немного проще?