Я, ты и чашечка кофе

И не думай об этом парне больше. Спустя какое-то время. Очень долгое время, где-то несколько недель, а может и месяц. Джисон вновь возвращается в ту самую кофейню, только уже один, без парней. Вечер, людей что на улице, что и внутри заведения мало. Можно сказать, их вовсе нет. Хан проходит внутрь, поправляя воротник своего пальто. За стойкой как всегда никого нет, поэтому приходится звать. И, о Боже, как был доволен Джисон, когда увидел знакомый взгляд, а потом ещё и улыбку. — Ты же тот парень, да? — спрашивает Минхо, накидывая фартук. — Тот парень в серой толстовке, что был здесь примерно месяц назад в компании шестерых парней, — уточняет Хан, — Да, тот самый. — Тебя давно здесь не было, я удивлен, что ты пришел. — Удивлен? — и как-то жарко стало для Джисона вокруг. И сердце бешено стучит, да так, что кажется вот-вот пробьет грудную клетку и выскочит наружу. И щеки снова залились румянцем, прям как месяц назад, когда Минхо впервые ему улыбнулся. — Удивлен, — говорит Минхо и достает стаканчик, — Ты будешь что-то заказывать? — Да! — как-то громко отвечает Хан, — Конечно… Не постоять же я сюда пришел. — Хах, — усмехается Ли, который не может не замечать покрасневшие щечки Джисона, — Что же? — Один айс американо. Стаканчик, который Минхо держал в руке, чуть ли не падает, когда он слышит эти три слова. Это значит, что тогда, месяц назад, ему понравился, выбранный Минхо, напиток? Скорее всего! Или он выбрал то, что первое пришло в голову? Айс американо именно айс американо. Почему? Но вместо всех этих вопросов, которые один за другим пронеслись в голове Минхо, тот лишь кивает, ставя стаканчик на стол от греха подальше. — Ваш айс американо, — спустя минут пять Минхо ставит готовый напиток на стойку, — Надеюсь, ты еще заглянешь сюда, — произносит Ли, когда Джисон забирает свой заказ. И Джисон снова краснеет. Хватает стаканчик, расплачивается и быстро уходит. «Странно», — думает Хан, попивая напиток и направляясь домой, — «Тот парень… Он красивый.? То есть, да, он красивый.» — Джисон останавливается, — «Он милый? И его голос приятный, разве не так?» — он чешет макушку, пытаясь понять, что же не так во всей этой ситуации, — «Но почему я чувствую себя так странно, когда… Он улыбается? Нет, когда он смотрит на меня и говорит со мной!» Но Хан быстро выкидывает эти странные размышления из головы. Ну как выкидывает, по крайней мере пытается, ведь всю оставшуюся дорогу до дома он все-равно думает о том, почему же тот бариста из кофейни заставляет трепетать сердце Джисона так, что то готово выпрыгнуть из груди. *** Ноябрь, а точнее его конец. На улице уже прохладно, хочется чего-то теплого, чтобы согреться и отдохнуть. Поэтому Джисон сломя голову выбегает из универа, чтобы вновь посетить ту кофейню с тем точно-не-самым-красивым-и-милым-баристой-на-свете. Внутри как назло есть посетители, правда не так много, но Хану все-равно печально оттого, что он не сможет полюбоваться этим красивым парнем за стойкой, который, когда-то предложил Джисону айс американо, который когда-то сказал, что надеется увидеть Хана вновь и который, кажется, специально заставляет самого Джисона трепетать и краснеть. Джисон подходит к стойке. На этот раз Минхо на своем рабочем месте в том самом фартуке с надписью «Coffee time» и рисунком трех кофейных зёрнышек. — Ого, — вырывается у Минхо, когда оборачиваясь он видит Джисона, — Когда я говорил, что буду надеятся на твой приход сюда снова, я не имел ввиду, что ты должен приходить сюда раз в месяц. Джисон смущается. А ведь и правда, он приходит сюда раз в месяц. Не странно ли это? Он мог бы приходить сюда каждый день, каждую неделю, но почему-то выбрал именно каждый месяц. Хан и сам не замечал того, как быстро летит время. Кажется, он даже не знал, какой месяц сегодня или день? — И что же вы будете заказывать? — спрашивает Минхо, вытягивая Джисона из собственных мыслей, — Айс американо, да? Джисон сглатывает и кивает. Запомнил что ли? Опускает голову и вновь краснеет. — Я заставляю тебя краснеть? Почему ты все время смущаешься? — Минхо опускается ниже, так, чтобы наклонив голову, ему было видно лицо Хана, — Мне самому неловко оттого, что ты все время смущаешься, когда я разговариваю с тобой! Нельзя же так! И Джисон еще ниже опускает голову, мямля что-то вроде «Извини». — Ты милый. Произносит Минхо и тихонько смеется. Милый? Джисона ноги не держат, под ними будто не пол, а зыбучие пески, что медленно тянут вниз. Снова это чувство жара внутри, вновь всему телу становится жарко. То есть милый? Без каких-либо подвохов и шуток? Милый? Джисону визжать хочется, пищать и кричать, как маленькая девочка. Не верится собственным ушам от услышанного. У Хана голова кругом, руки и ноги дрожат, как на самом сильном холоде. Он забирает свой заказ, надеясь, что не услышит и слова от этого чересчур смелого баристы, но не тут то было. — Кстати, — как специально, по какому-то сценарию, останавливает Джисона Минхо, — Ли Минхо. — Хан Джисон, — не оборачиваясь говорит Джисон и быстрым шагом выходит из кофейни. Глупый, глупый, глупый! Глупый Ли Минхо! Назвал Джисона милым, а теперь у того сердце стучит так громко, что, кажется, слышно где-то за несколько километров! «Милый?» — произносит Джисон и тает, — «Правда? Тогда ты тоже, Ли Минхо… Милый».