Вишневые сигареты

      Шерил стояла на балконе, укутавшись в махровый теплый халат. Все-таки уже был конец августа, что отчетливо напоминало о себе холодным воздухом после заката солнца. Легкий ветерок обдувал ее лицо и босые ноги. Она ловким движением подожгла вишневую тонкую сигарету и сделала первую затяжку. Сложно уже вспомнить, когда она точно начала курить. Было много «первых разов», но тот, с которого всё началось никак не приходил на ум. Она медленно курила, окутывая себя с каждым выдохом легкой дымкой с вишневым ароматом. Она смотрела на красную полосу на горизонте, солнце уже село. Она любила этот балкон, всегда, даже когда разделяла этот дом со своей ужасной матерью. Именно здесь она находила душевное успокоение. Но теперь она полноправная хозяйка. Теперь на балконе всегда стоит пепельница с замысловатыми узорами и красная зажигалка. Девушка совершенно не думала ни о чем. Ей просто было хорошо. Она оперлась на перила и сделала очередную затяжку. Из такого умиротворенного состояния ее вырвали смуглые и теплые руки, которые легли ей на талию. — Опять куришь? — сладкий шепот, такой же как и аромат от сигаретного дыма, раздался прямо около уха. — Как видишь, провожаю нашу молодость и беспечное детство, — она улыбнулась уголками губ и развернулась, чтобы посмотреть в глаза своей девушке. Тони всё еще крепко сжимала ее талию. — Я думала, наше детство закончилось давно, — с легким оттенком грусти прошептала Тони. В ответ она получила легкое облачко вишневого дыма, которое быстро рассеялось из-за совсем не летнего ветерка. Она глубоко его вдохнула. — Я обожаю этот запах. — Я знаю, — Шерил тоже перешла на шепот, это добавляла какой-то таинственности и романтичности. Свободной рукой она приобняла свою девушку, желая ощущать ее ближе. — Ты закончила со своим чемоданом? — Да, наконец. Теперь всё точно готово к нашему отъезду, — Топаз не пыталась скрыть улыбку. Блоссом наклонинлась вперед и снова выпустила дымное облачко прямо у губ напротив: — Я люблю тебя, — вслед за этим она невесомо поцеловала девушку с волосами каштанового цвета. Да-да, здесь нет ошибки. От розовых волос пришлось избавиться после посещения приемной комиссии университета. Женщины пришли в ужас, заявив, что по требованиям их учебного заведения, цвет волос должен быть естественный. Топаз не сопротивлялась и тем же вечером они вместе с рыжеволосой возвращали ее родной цвет. Получилось очень даже хорошо. — Аккуратно, Шер, в твоей руке все еще сигарета.       Шерил не церемонится и тушит окурок об дно пепельницы. Теперь уже двумя руками она зарывается в такие родные, еще слегка влажные после душа, волосы. Ее губы уже сильнее прижимаются к слегка сухим губам Тони. Топаз проводит языком по верхней губе своей девушки и самодовольно улыбается. — Обожаю этот привкус вишни после сигарет, — она снова целует ее, — такой же приторно сладкий, как и ты.       Блоссом кротко улыбается и кусает свою любимую змейку, руки уже спускаются на шею и плечи. Поцелуй углубляется, заставляет желать большего, распыляет внутри каждой пожар, который теплом отдает в кончики пальцев. Они слишком любили целоваться. И они делали это всегда и везде: по утрам, лениво потягиваясь в кровати; на кухне во время готовки; в машине на светофоре; на последней парте в школе, посреди коридора, в раздевалке, в кабинете Шерил… Так можно перечислять до бесконечности. Страсть медленно заполняла их тела, как накануне никотин заполнял кровь рыжей. Она уже проводила языком по нёбу своей девушки, не скрывая удовольствия и вырывая из глубин груди томный стон мулатки. Языки сплетались и боролись в непонятной битве. Руки блуждали по всему телу, проникая под одежду. Тони вздрогнула, когда холодные пальцы проникли под ее свитшот. Для Шерил было приятным открытием, что девушка не надела нижнее белье . Теперь она могла касаться ее груди, нежно сжимая ее и заставляя ту стонать еще громче. — А тебе, я смотрю, не хватило наших утех между собиранием вещей, — Блоссом слегка прикусывает нижнюю губу мулатки, ответом ей служит только похотливый стон. Удивительно, ведь они в самом деле вместо сборов вещей постоянно увлекались друг другом и прерывались на страстные ласки, которые вырывали гортанные стоны. Но это не могло остудить пыл, который переполнял их. — Может мы зайдем в комнату? — еле выговорила Топаз. — А что, секс на балконе больше тебя не привлекает? — ответ с легким смешком в конце, — но да ладно, идем в комнату. Хочу напоследок насладиться нашей шикарной кроватью.       Она толкает свою девушку внутрь и захлопывает балконную дверь. В комнате полутьма. Единственный источник света — прикроватная лампа. Через пару секунд два тела уже мягко падают на красное атласное покрывало. — С какой целью ты не носишь белье? — немного отстранившись от желанных губ, спрашивает Блоссом. — А ты? — Топаз уже успела распахнуть халат и оголить грудь своей девушки. — Вопросом на вопрос, — с ноткой злости шепчет девушка снизу и проводит ноготками по спине. — Много разговоров, — Тони не желает тянуть. Тугой узел внизу живота сжался до предела, она легким движением стягивает халат и отбрасывает его подальше. — Будешь потом убирать? — Блоссом хитро ухмыляется, заметив удивление на смуглом лице. Удивление вызвало полное отсутствие белья на бледном теле. Не получив ответа, она слегка касается ее щеки и мурлычет: — Детка, ты как будто первый раз меня увидела. — Ты же знаешь, каждый раз с тобой, как первый — Топаз наклонилась и принялась целовать каждый сантиметр такого желанного тела. Но настойчивая рука остановила ее. — Ты всё еще в одежде, — недовольно прошептала Шерил и стянула свитшот, открывая перед собой утонченное смуглое тело. Топаз снова принялась за свои ласки, тем самым заводя свою девушку еще сильнее. Она плавно скользила языком по изгибам тела, опускаясь с каждой секундой всё ниже. У заветной точки, Шерил вдруг потянула ее за руки обратно. — Что-то не так? — Детка, я просто хочу немного по-другому сегодня, — хитрая улыбка придавала интриги. Блоссом одним резким движением сменила позицию и оказалась сверху. — Чего ты хочешь? — Тони откровенно не понимала и не знала, что ожидать дальше. Шерил иногда пугала ее своими желаниями, особенно учитывая, что в последний раз она заставила Тони поедать с ее оголенного тела ломтики фруктов. Рыжеволосая бестия просто хихикнула: — Позволишь мне оказаться над твоим лицом? — хоть они и были давно вместе и испробовали кучу всего, но именно этот вопрос загнал в краску щеки брюнетки. Она слабо кивнула, и в следующую секунду ее глазам открылась великолепная (по ее мнению) картина. Она обхватила руками бледные бедра и притянула ближе возбужденный центр. Язык прошелся вдоль складок, собирая влагу. Шерил стала покачивать телом в такт движений ее девушки. Тони увлеклась, она только слышала бешеный стук в висках (ее давление резко подскочило от такой страсти) и громкие стоны сверху. Шерил не собиралась быть тише, она всегда была такой. И не важно, кричала ли она от гнева в ссоре или стонала от ласк своей умелой девушки. Блоссом понадобилось немного времени, чтобы раствориться в своем оргазме. Тони всё еще продолжала работать языком, ощущая легкие сокращение мышц. Рыжая рухнула на спину и тяжело дышала. — Довольна? — Тони провела рукой вокруг ее груди, которая содрогалась в такт дыханию. — Слишком, — она выдохнула, — теперь твоя очередь. Приготовься к долгому марафону.       Топаз не успела до конца осознать суть сказанных слов, как была перевернута на живот. Одним рывком с нее была снята последняя одежду — насквозь промокшие трусики — и отброшена подальше. Шерил проводила языком вдоль позвоночника, заставляя бывшую змейку изогнуться и томно простонать. Она еще долго ласкала языком смуглое тело, а руками сжимала упругие ягодицы. Тони не могла долго терпеть. И если в жизни она могла часами ждать свою девушку, пока та наконец накрасится или выберет наряд, то именно в сексе она отличалась жуткой нетерпеливостью. — Шерил, пожалуйста, — она прохрипела, а своей рукой потянула ее рыжие локоны, которые были разбросаны на ее спине. — Эй, детка, не делай так, а то мне придется принять крайние меры, — Шерил приподнялась и звонко шлепнула бронзовые ягодицы. Топаз громко вскрикнула, явно не ожидая такого. Она надеялась, что Шерил перейдет к активным действиям. Но она ошиблась. Девушка стала проводить языком вдоль подкачанных ног, она слегка прикусила кожу на внутренней стороне бедра, срывая с губ громкий стон. Ей нравилась эта игра. Тони уже терялась во времени, ей казалось, что это будет длиться бесконечно. Поэтому, наплевав на предупреждения от рыженькой, она попыталась рукой дотянуться до ее локонов. Ее рука тут же была перехвачена. — Маленькая непослушная девочка, — хрипло произнесли губы около уха и обхватили мочку, слегка прикусывая. Стон один за другим стали вырываться из груди (для Тони уши были слишком чувствительной зоной). Шерил отпустила руку и встала с кровати. Топаз приподнялась на локти и непонимающе оглянулась. Она что обиделась и ушла? Серьезно? Но Шерил шла уже обратно, вызывающе покачивая бедрами, а в руках раскручивая пояс от халата. Ее нахальная улыбка натолкнула на мысль, что сейчас смуглые ягодицы будут отшлепаны. Но нет. Одним ловким движением она перехватила руки мулатки и связала их, фиксируя над головой. Теперь Тони лежала на животе и могла только беспомощно вертеть головой. — Ты что творишь? — ее голос был слишком удивленный. — Не хочу, чтобы твои шаловливые руки мне мешали, — и Шерил опускается вниз, — а теперь будь добра приподними свою шикарную задницу.       Мулатка выполняет эту полупросьбу-полуприказ. Блоссом слегка раздвигает ноги своей девушки и припадает губами к влажному центру. Она начинает с нежных касаний, а затем языком обводит самую чувствительную точку. Она дразнит, чувствуя, как тело под ней напрягается. Она не спешит добавлять пальцы, а руки Топаз только беспомощно подергиваются, а пояс немного болезненно впивается в запястья. Но ей нравится эта боль, она добавляет пикантности моменту, она заставляет помнить, что власть в данную секунду у Шерил. Топаз любила быть активом в их паре, но жесты величия от ее кленовой принцессы сводили с ума. Этот приказной тон, напор в действиях, ощущение беспомощности сводили с ума и возбуждали в разы сильнее. Ей нравилось отдаваться с головой своей возлюбленной. — Шерил, умоляю, — мулатка стонет и утыкается лицом в подушку, из ее горла раздается легкое рычание, когда Блоссом слегка прикусывает ее между ног. Еще некоторое время она дразнит ее. И она так делает всегда, даже в обычной жизни Блоссом любила выводить Тони из себя, чтобы та забавно сводила брови вместе и поджимала губы. Сейчас она не видела этого, но знала наверняка. Наконец ей это надоело и рыжеволосая всем своим горячим телом легла на мулатку. — Ох, Шер, — протянула та, явно не ожидая ощутить ее так близко. — Что такое, любимая? Я слишком тяжелая? — Нет, ты слишком горячая, — она пытается прогнуться , чтобы потереться о тело сверху. Но Шерил надавливает на нее и возвращает в исходное положение. — Ты такая беспокойная сегодня, — она скользит своей рукой, направляя ее между ног. Она поглаживает ягодицы, а потом слегка опускается всем телом, чтобы ее пальцы свободно касались главной точки Топаз. Тонкие пальцы ласкают влажные складки, это несомненно заводит. — Ты такая мокрая, — Шерил сегодня была очень разговорчивой. В ответ она слышит очередной похотливый стон. Она достает пальцы и подносит их к губам девушки. — Ты знаешь, что делать, — и слегка потрескавшиеся губы обхватывают два пальца с красным маникюром. С характерным звуком Шерил забирает пальцы и возвращает их в место назначения. Легким скольжением она проникает глубоко внутрь. — Ох, да, Шер, — такие возгласы ласкают слух рыжеволосой королевы. Ей нравится держать под контролем эту девочку, заставлять ее громко стонать и закусывать губы. Она интенсивнее двигает своей рукой и прижимается бедрами. Она знает, что надолго Топаз не хватит и почти доведя ее до оргазма, останавливается. — Блоссом! Какого черта?! — Топаз в бешенстве, она пытается хоть что-то сделать, но только забавно дергает руками и натягивает пояс. Она поворачивает голову в попытке найти ответ на свой вопрос. Загорелое тело требует разрядки, и как можно быстрее, а ее оттягивают. — Не так быстро, малышка, — Шерил явно решила вывести ее из себя. Рывком она перевернула ее на спину, руки снова зафиксировала над головой, привязав их плотно к железному изголовью кровати, которое постоянно становилось объектом пошлых шуток на тему БДСМ и немецкого порно. Топаз нервно ерзала по атласным простыням. Блоссом снова поднимается с кровати. — Ты долго еще будешь ходить сегодня? — Оу, крошка Тони злится? — раздается из недр комнаты, а затем раздается легкое жужжание. Топаз не сразу осознает, что это, ее мозг затуманен, она ничего не могла думать. В горле жутко пересохло, она интенсивно облизывала губы. Когда наконец светильник открыл ее взору рыжую девушку с вибратором в руках и абсолютно голую, Топаз показалось, что она кончит прямо сейчас, просто от увиденного. — Нет, ты шутишь? — ее голос уже охрип от желания. — Разве это похоже на шутку? — игривая улыбка озаряет бледное лицо, со слегка покрасневшими щеками. Все движения замедляются. Шерил наклоняется, раздвигает худые ноги и подносит вибратор к нужному месту. В комнате раздается пронзающий вскрик. Топаз была уже слишком чувствительна и рыжая это прекрасно знала. Прижимая игрушку сильнее, она уповалась сладкими стонами и грязными ругательствами. И снова, заметив, что ее девушка очень близка, она отключает вибратор и отбрасывает на другую сторону кровати. — Твою мать! Шерил! — Топаз со всей злостью дергает руками, но пояс только больно сжимает руки. — Проси, — шепчет прямо в губы виновница гнева брюнетки. — Шерил Блоссом, трахни уже меня наконец, трахни меня напоследок, пока мы не свалили в студенческую общагу ! — в словах слышится бесконечный гнев вперемешку с похотью. — Хорошая девочка, — и Шерил наваливается своим телом сверху. Она укладывается как раз между ног своей девушки и начинает легкие и плавные движения рукой. Пальцы проникают очень глубоко и ощущают жар. Шерил сама уже стонет, предвкушая оргазм своей девушки. Топаз не сдерживает ни единого стона, она уже протяжно кричит, когда Блоссом присоединяет третий палец и надавливает сильнее. Раз, два, три. Вспышка, крик, несколько матов. Смуглое тело прогибается до боли в позвоночнике, а потом расслабляется и обмякает, падая в объятия смятых простыней. Девушка тяжело дышит, мышцы слегка подергиваются. Блоссом улыбается. Она считает оргазм своей девушки отдельным видом искусства. Она достает пальцы, которые полностью покрыты теплой жидкостью и жадно их вылизывает. И хоть глаза Тони всё еще закрыты, она прекрасно слышит эти пошлые звуки. Рыжеволосая целует искусанные губы, параллельно развязывая пояс халата. Руки Топаз обессиленно падают. Рыжая берет их и слегка растирает, поочередно целуя каждое запястье, как бы извиняясь за причиненный вред. — Ты как? — она сладко смотрит на свою возлюбленную. — Шерил, это был лучший секс, — она укладывается на бледную грудь. — Не ври, ты говоришь это каждую ночь, — она слегка целует ее в висок, перебирая каштановые волосы. — Лучшие проводы нашей беспечной молодости. — Ну да, в общежитии ты так кричать не сможешь. — Шер… — Ммм? — Ты знаешь это тот случай, когда ученик превзошел учителя, — девушки улыбаются и мирно усыпают, окутанные любовью и нежностью.