Всё в порядке, если это ты

      Первые лучи воскресного солнца едва успели осветить коридоры Великой школы, как из своих комнат уже начали выходить некоторые студенты: одни по привычке, вторые планировали расслабится в факультетских ванных, третьим просто уже не хотелось спать.       Драко Малфой покинул холодное подземелье и направился в совятню. Отправив родителям письмо, он присел на подоконник небольшого окна, погружаясь в свои мысли. С самого начала восьмого повторного курса он старался находиться подальше от остальных студентов, несмотря на то, что его оправдали, многие продолжали шептать за его спиной, не решаясь высказать своё недовольство напрямую. Наверняка это Поттер приложил руку к тому, что к блондину не лезли. Парни хоть и не общались, но уже более терпимо относились друг к другу, по сравнению с предыдущими годами, а иногда, пересекаясь в коридорах, даже здоровались друг с другом. Первого сентября, когда они ехали на алом поезде, Гарри вытащил Малфоя из толпы мальчишек, которые желали хоть раз лично ударить блондина в лицо или пнуть в живот, а некоторые даже успели совершить задуманное. Герой всей магической Британии в тот день лично наносил на синяки и ссадины своему школьному врагу заживляющую мазь.       Драко провëл по уже зажившей щеке кончиками пальцев, вспоминая как умело Поттер наносил на это место специальное средство. На лице блондина появилась слабая улыбка, парень смотрел в сторону Гриффиндорской башни и думал о лохматом брюнете, который, скорее всего, до сих пор спит в своей тëплой кровати.       Скрип старой двери заставил Драко отвлечься и взглянуть на вошедшего. На пороге стоял сам Гарри Поттер в магловских джинсах, клетчатой рубашке и куртке, на шее парня был завязан красно-жёлтый шарф, а в руке он держал мешок с кормом для сов.       — Привет, — произнёс Гарри, закрывая за собой дверь. Драко поздоровался в ответ и повисла тишина, нарушаемая лишь уханьем сов. Поттер принялся кормить всех присутствующих птиц, а некоторых гладил по нежным перьям. Блондин просто наблюдал за всем происходящим, постепенно вновь погружаясь в собственные мысли. Корм у Гриффиндорца вскоре закончился, но он пока не спешил уходить. Подойдя ближе к Драко, он глубоко вдохнул и отстранился, заглядывая в серые глаза напротив.       — Если у тебя еще нет партнёра на ближайшие несколько дней, тебе стоит после обеда посетить закрытое крыло. — Немного хриплым голосом посоветовал Гарри. — Твой аромат скоро смогут почувствовать и остальные.       — Я тебе настолько противен, что несмотря на сущность альфы ты не хочешь своего же омегу в период течки? — С усмешкой поинтересовался Малфой. Его сердце бешено забилось в груди, а сам он застыл в ожидании ответа, на давно волнующий его вопрос. Ладони вспотели, а кончики пальцев оставались такими же холодными как и всегда. Но он продолжал смотреть в зелёные глаза, словно надеясь увидеть там что-то очень важное.       — Это не так. — Наконец заговорил Поттер, казалось, что он подбирает подходящие слова чтобы не обидеть слизеринца. — Я не могу себя контролировать, находясь рядом с течными омегами, боюсь сделать тебе больно. Не хочу на тебя давить или обидеть, я боюсь причинить тебе вред.       — И поэтому ты решил, что с кем-нибудь другим мне будет лучше! Я не хрупкая девчонка, не нужно быть со мной нежным! — Драко уже перешёл на крик, от которого перепуганные совы заухали, сидя на жёрдочках. — Ты же знаешь, что я чувствую к тебе? — Более спокойно произнëс блондин. — Ты хоть представляешь, как мне больно каждый месяц переживать течку в одиночестве зная, что где-то в стенах замка ходишь ты, моя истинная пара. Мне не нужен кто-то другой, сама мысль об этом мне противна. Лучше скажи, что презираешь меня, это будет лучше твоих оправданий.       Вновь повисла тишина, Гарри посмотрел в пол и тихо извинился, после чего виновато посмотрел на блондина и ушëл, оставляя парня одного. Как только дверь в совятню закрылась, по щекам Драко побежали крупные слëзы, оставляя позади влажные дорожки.       На завтраке Малфой не появился, и Поттер подумал, что омега уже находится в специальной комнате для омег. После утреннего короткого разговора с ним, на душе было неспокойно, казалось что Драко хотел сказать гораздо больше, был готов сказать, слова, которые Малфою говорить не положено. Гарри слышал, стоя за дверью, что Драко плачет и так хотелось вернуться и обнять его, но он сдержался и ушёл, не давая лишних поводов парню на надежду. Есть Гарри совершенно не хотелось, поэтому он ещё какое-то время посидел с друзьями, а потом покинул большой зал.       Поскольку большинство студентов ещё сидели за факультетскими столами, в коридоре было довольно тихо. Вдруг из-за угла вылетел Пивз, размахивающий своими тонкими ручонками, хватающийся за губы, которые кто-то, похоже, склеил заклинанием и показывал в тень под лестницей. Поттер сначала отмахнулся от полтергейста, но тот уселся ему на плечи и стал дёргать за волосы, мыча что-то не внятное. Гарри попытался скинуть с себя старикашку, но это оказалось труднее, чем кажется. А Пивз продолжал тащить его к темноте в конце коридора, знакомый сладкий аромат, заполнявший пространство, проник в лёгкие Поттера и тот, скидывая с себя полтергейста, попутно снимая с того чары, кинулся к лестнице.       Слабенького огонька от света на конце палочки хватило, чтобы понять ужас происходящего. Драко лежал на каменном полу, в рваной рубашке, без штанов, но ещё в боксерах, с завязанными глазами и склеенным заклинанием ртом. Не в силах позвать на помощь, парень рыдал и тихо всхлипывал, на его щеке выделялся красный след от удара. Какой-то крупный альфа нависал над течным омегой, пуская слюни на подтянутое, бледное тело, не замечая подошедшего Поттера. И поэтому парень не сразу понял, что произошло, когда его отшвырнуло к стене, но это точно немного сбавило его возбуждение.       Гарри хотелось избить этого урода до полусмерти, но переживания о состоянии блондина пересилили. Он аккуратно взял на руки Драко, шепча тому на ухо, что всё будет хорошо, укутал подрагивающее тело в мантию слизеринца, которая валялась неподалёку. Малфой прижался к горячей груди, вдыхая любимый аромат. Гарри снял с его глаз повязку, и невербално расцепил склеенные губы. Драко прятал опухшее от рыданий и ударов лицо, в плечо Поттера, но альфа чувствовал, как намокает от слёз рубашка. Он продолжал успокаивать блондина и одновременно с этим самого себя. Контролировать собственные инстинкты, находясь так близко к истинному, было не просто, желание наставить на бледной шее собственных меток не пропадало даже после того, как он отнёс блондина в больничное крыло.       Три дня Поттер ходил настолько злющий, что даже Рон боялся в очередной раз поинтересоваться, почему брюнет заступается за Малфоя, а Гермиона молча наблюдала за другом, чтобы тот не натворил глупостей. В тот день Пивз сразу сообщил Макгонагалл о случившемся, ведь похоже даже он понимал что это уже чересчур, и со счёта Пуффендуя, откуда и был тот альфа, улетели шестьдесят очков.       Вечером, во вторник, Гарри сидел в общей гостиной, зарывшись в книги по зельеварению и не сразу заметил подошедшего Невилла.       — Гарри, тебя там ждут. — Произнёс негромко парень, касаясь плеча брюнета.       — Где и кто? — не отрываясь от чтения, спросил Поттер. Ему жутко не нравилось когда ему мешали, но игнорировать Невилла не мог, учитывая тот факт, что его явно просто попросили позвать Гарри.       — Малфой, он стоит за картиной полной дамы. — Неохотно ответил парень и был крайне удивлён, когда Гарри подскочил с насиженного места и ринулся к выходу, ловко маневрируя между диванами, креслами и первокурсниками. Гермиона лишь посмотрела другу вслед и принялась складывать раскрытые книги.       У лестницы и вправду стоял Драко, проходящие мимо него гриффиндорцы косились на парня, но ничего не говорили, проходя дальше. Гарри взял блондина за руку и повёл в неизвестном направлении, подальше от любопытных глаз. От омеги до сих пор исходил сладкий аромат, который кружил Поттеру голову, но уже не так сильно как в прошлый раз. Оказавшись в пустом коридоре, они сели на лавочку у окна.       — С тобой всё в порядке? — Тут же спросил Гарри, касаясь ладонью щеки, на которую несколько дней назад нанесли неслабый удар. Сразу поняв, что стоит избегать прикосновений, он хотел убрать руку, но ему не дали этого сделать. Малфой положил поверх неё свою ладонь, слегка наклоняя голову, плотнее прижимаясь к ладони Гриффиндорца.       — Угу, раны зажили. — Ответил Драко.       — Что он успел с тобой сделать? — обеспокоенно продолжил задавать вопросы Поттер.       — Обездвижить, раздеть, облапать… — Голос блондина подрагивал, а в уголках глаз вновь скопились слёзы. Гарри обнял парня, не зная, как ещё он может его успокоить, длинные бледные пальцы сжали его рубашку. — Это было так мерзко, я ещё никогда так сильно не ненавидел свою сущность, как в тот день… Я думал меня уже ничего не спасёт… — Всхлипывая, продолжил парень. — А самое ужасное, что после того как ты отнёс меня к мадам Памфри, я ощущал жжение везде, где он коснулся, и так хотелось чтобы на его месте был ты... Даже если бы ты был груб, я не возражал бы, а лишь продолжал бы просить о большем…       — Драко, пойми, я люблю тебя. И сама мысль о том, что я могу причинить тебе вред – не позволяет мне сблизиться с тобой. — Малфой обвил шею Гарри руками, прижимаясь ещё крепче и вдыхая насыщенный аромат любимого. – Драко! Ты! Твоя течка!       — Она ещё не закончилась, я выпил подавители и выбрался из закрытого крыла. — Произнёс Малфой, чувствуя что действие лекарства закончилось.

***

      С того дня прошло много лет, а Драко по прежнему вспоминал их первый раз. Как Гарри ласкал податливое тело омеги, готовил его к проникновению... Он помнил всë до мельчайших деталей и омут памяти ему для этого не нужен. Вот и сейчас, сидя в объятиях истинного Альфы, Малфой наслаждался этим моментом и школьными воспоминаниями.