Розовые отблески прощающегося на ночь багряного солнца танцевали на горизонте, касаясь поверхности спокойного моря. Совсем скоро ночь захватит власть над этим островом, и мир утонет в ее объятиях. Но пока небо живет закатом в оранжево-вечерних тонах, пока на нем не зажглась первая звезда и чайки не закончили свою песню, этот остров невозможно найти на карте мира. Только эти два часа он подлинно волшебен. Эти короткие два часа вливают в него жизнь. Но никто не видел его красоты. Люди, потерянные во времени в своих делах и заботах не замечали красоты природы, волшебства своего острова. Лишь один из них открыл для себя эту тайну - иностранец, прогуливающийся по пляжу Фрейзера. Каждый вечер он приходит сюда, чтобы проводить являющийся только его взору закат, услышать мелодию моря, поющего только для его сердца, коснуться теплого белоснежного песка, согревающего только его ладони. Он так устал от постоянной спешки, городского шума и людей, не оставляющих его ни на минуту. Он устал, но никто не видел грусти на его лице. Ему было больно, но никто не слышал его жалоб. Лишь его друзья знали, что на самом деле происходит с его душой. Именно с ними он приехал сюда, проводя очередной тур. Никогда еще судьба не забрасывала его так далеко от родной Великобритании. И никогда прежде ему не было так одиноко. Лишь этот пляж успокаивал его. В течение двух часов он забывал о своих проблемах.
Он медленно прогуливался вдоль берега, наслаждаясь открывшимся ему видом. Отмечая особую миролюбивость моря, он снял обувь и позволил воде окружить свои проваливающиеся в песок стопы. Легкий ветерок слегка развивал его вьющиеся волосы и воротник клетчатой рубашки. Ему хотелось петь, но он не смел нарушать идиллию этого пляжа. Наконец, он остановился, ненадолго прикрыв карие глаза, позволяя своим черным длинным ресницам коснуться кожи. Рухнув на песок, он устремил свой взгляд вдаль, любуясь закатом. Еще пара недель и он покинет это божественное место. От этих мыслей в груди болезненно защемило. Подставив лицо сбегающему прочь солнцу, он почувствовал прикосновение холодного стекла к своей ноге. Нежная морская пена скрывала неизвестный предмет так, что он не мог его видеть. Положив ладонь на поверхность воды, и отгоняя пену, он увидел небольшую прозрачную бутылку. Внутри была записка. Немного помедлив, тонкие пальцы достали старый пергамент, сбившийся по краям. Красивый мелкий почерк аккуратно выводил небольшой текст.
Я не знаю, зачем это делаю... Да нет же, прекрасно знаю. Не хочу беспокоить родителей тем, что тревожит мою душу. Вести дневник, словно я вновь маленькая девочка. Да, это глупо писать письма морю, но… Волны унесут мои тревоги на растерзание Посейдону, а мне станет легче. Я видела то, что скрывает этот остров. Видела ту неземную красоту, что не дана мегаполисам. Но я не могу постоянно находиться здесь, вдали от чужих глаз. Совсем скоро я и вовсе покину это место. Я вынуждена его покинуть. Родители надеются, что я привыкну к Лондону, полюблю его так же, как свой Фрейзер, но они понятия не имеют, что это такое. Я знаю, что если окажусь там, то уже никогда сюда не вернусь. Учеба, следом работа, семья, старость… Все это словно торнадо унесет меня на веки вечные. НО так надо. Я не могу разочаровать своих родителей. Не могу подвести свою семью. Я обязана уехать.
Карие глаза внимательно изучали записку. Спустя несколько минут парень осознал, что читает чужое, то, что ему знать не следует. Услышав голоса, он поспешно засунул пожелтевший пергамент в карман рубашки, чтобы он не попал в чужие руки. Он невольно украл тайну девушки и не может допустить, чтобы это сделал кто-либо еще.
