В двух шагах

Танака Рюноске никогда и никому не рассказывал о своей ориентации. Откровенно говоря, ему даже и не приходила эта идея в голову. Он слишком хорош в том, чтобы походить на гетеро, и не вызывать никаких подозрений. И, ну, даже если бы он и хотел рассказать об этом кому-нибудь, у него никогда не было достаточно близких друзей для этого. Саеко, вероятно, догадывается об этом, по крайней мере, он так думает. Но даже если она знает, то ничего не говорит, позволяя ему продвигаться в своем собственном темпе. Он не готов говорить обо всем этом сейчас. Но, по крайней мере, он уверен, что она будет первой из тех, кто когда-либо узнает, он должен ей хотя бы это, раз уж не мог рассказать сразу. Это то, что он говорил себе годами, еще с начальной школы, когда он осознал, что с ним что-то не так. Он расскажет Саеко первой. Саеко единственная, кому он может доверить эту информацию. Он расскажет Саеко первой. А потом он начал учиться в старшей школе, и увидел двух целующихся в спортзале парней. Они прятались за стеной так, что их возможно было увидеть только с одного определенного ракурса, с которого Рю как раз и наблюдал. Стена практически полностью скрывала их, но он все еще мог видеть их покрасневшие щеки и мягкие улыбки и чувствовать атмосферу, которая витала вокруг них. Рю был достаточно близко, чтобы лишь едва ощущать это, и это то, что он не особо может понять. Он задается вопросом, так ли выглядит счастье? Один из них высокий, с короткими каштановыми волосами, и чисто выбритым лицом. Из-за всего этого, он выглядит старше, чем он есть на самом деле. Другой парень немного ниже, но он стройнее, и его чуть более длинные волосы серого цвета. Когда Рю думает о целующихся людях, он знает, что там всегда должен быть кто-то, кто стоит на цыпочках. Эти два парня стоят лицом к лицу, но все равно выглядят прямо как все пары из романтических фильмах, которые он смотрел за свои годы. Что-то внутри Рю шевелиться. Он не совсем уверен, что это означает. Всего лишь несколькими минутами позже, когда он стоит рядом с четырьмя другими первогодками, он узнает, что тех двух парней зовут Савамура и Сугавара. Там были и другие второгодки, и даже часть третьегодок, но Рю практически не обращал на них внимания, даже когда он представлял себя им. Он слишком занят наблюдением за Савамурой и Сугаварой, которые хоть и стоят на противоположных сторонах спортзала, но продолжают бросать друг на друга взгляды сквозь группу, когда думают, что никто не видит этого. Может быть, никто другой нет. Его внимание впервые отвлекается, когда маленький ребенок выходит из линии первогодок. Он лишь чуть выше ста пятидесяти сантиметров, и с его зачесанными вверх волосами, которые добавляли немного высоты к его низкому росту. Рю не уверен видел ли он вообще когда-либо кого-то настолько низкого в волейбольной команде, но это не совсем то, что привлекает его внимание. — Я Нишиноя Юу, из средней школы Чидорияма! — объявил он с большой усмешкой. Его мышцы напряжены, но это не из-за нервов, или, по крайней мере, Рю так думает. — Я либеро! — с нахальной ухмылкой Нишиноя показывает на себя большим пальцем, и, внезапно, он больше не кажется таким маленьким. Рю знает, что он не натурал, но он никогда особо не думал об этом. У него никогда не было такого «вау» момента, когда в голове что-то щелкает и все встает на свои места, и он точно знает, что он должен делать. У него вообще никогда не было «вау» моментов, правда, если не считать его тринадцатого дня рождения, когда он наконец получил ту «Nintendo 3DS», которую так хотел. Но когда он смотрит на Нишиною, который подпрыгивает на подушечках его ног, сжимает и разжимает руки, с нетерпением ожидая первой тренировки в этом году, Рю думает что он хотел бы узнать его немного лучше. Он задается вопросом: это и называется краш?

* * *

По словам Суги, это практически точно влюбленность. Рю нарушил свое молчаливое обещание самому себе, и рассказал ему о своей ориентации первым. Но он говорит себе, что извинится потом перед Саеко, когда до этого дойдет дело, потому что, правда, что еще он может сделать? Он не хочет говорить о влюбленностях со своей сестрой. Он едва ли хочет разговаривать с ней вообще. А Дайчи все еще кажется немного слишком устрашающим, чтобы говорить с ним, несмотря на то, что он, очевидно, будет капитаном команды в следующем году и он «намного добрее, чем выглядит». Или, по крайней мере, Суга так говорит. Но Суга его парень. Он и должен так думать. Наверное. Рю в любом случае не готов это проверять. По крайней мере, он выглядит не так страшно, как остальные второгодки, но они проводят почти все время вместе, и хотя Рю не боится ни одного из них, он не собирается иметь тройной каминг-аут, точно не тогда, когда он даже не особо знает, как назвать себя. Но Суга приятный и идущий на встречу, и он выглядит намного опытнее и мудрее, чем Рю когда-либо надеялся быть, даже несмотря на то, что он всего лишь на год старше. Так что он первому рассказал Суге о себе, и решил, что расскажет Саеко второй. — Так значит, ты гей? — спрашивает Суга с легкой улыбкой, и это первый раз, когда Рю вообще слышит как, говорят это слово вслух. — Я… Полагаю? — говорит он, уткнувшись лицом в руки. Он не знает, кто он. Но раз Суга говорит так, то это должно быть правдой. — Я не знаю, девушки мне тоже нравятся. — Би? Пан? — Суга гадает, и Рю даже не пытается делать вид, что следит за его словами. Он наклоняет голову, и приподнимает губы в каком-то спутанном бормотании. Суга даже не выглядит слишком обеспокоенным из-за этого. — Я так понимаю, что это все новое для тебя. Рю кивает — Я не думал об этом. Меня это не слишком волнует. — Ну, это нормально, — говорит Суга, — ты не обязан думать об этом. — Я хочу быть другом Нишинои, но… Это отличается от всех других чувств, которые я испытывал раньше. Я никогда особо не хотел отношений с кем-то так сильно. — Это выглядит как влюбленность. — подтверждает Суга. По какой-то причине это слово не чувствуется ему подходящим. Но Рю не знает ничего лучшего, так что он выбирает принять это так или иначе. — Я думаю, что я гей, — Рю говорит это больше для себя, нежели для Суги, — или что-то вроде того. — Могу я спросить у тебя кое-что сейчас? — спрашивает Суга, незаметно наклонившись вперед. Его голос падает на несколько децибел, несмотря на то, что в клубной комнате они одни и их в любом случае никто не услышит. Это заставляет Рю чувствовать себя некомфортно, но он все равно отвечает: — Эм, да, конечно. — Почему ты пришел с этим ко мне? — Рю съежился, и Суга мгновенно отступил, и замахал руками в воздухе. — Нет-нет, не то чтобы я не ценю то, что ты решил поделиться этим со мной, но?.. — Ох, эм, — Рю поднимается и неловко почесывает шею и затылок. — Ну, я, эм… видел тебя и Дайчи, ну, вы… вы, ребята, были, ты понимаешь… Суга бледнеет, и его глаза расширяются от ужаса. Но это длится всего мгновение, а затем он встряхивает головой, и, улыбаясь, хватает Рю за руку. Это вынужденно и напряженно, но тем не менее Рю ценит это. — Я рад, что это был ты.

* * *

Рю больше не видит, чтобы Дайчи и Суга целовались в спортзале перед тренировкой.

* * *

Ноя — прозвище, которое он дал Нишиное, около трех недель после начала года, и он рад, что это было так хорошо воспринято им — принимает мяч от атаки Рю так гладко и чисто, что еще раз напоминает, насколько Ноя талантлив. Неудивительно, что он был в такой сильной школе, и что он может принимать даже самые мощные атаки Рю. Он определенно что-то особенное. И Рю влюблен. Он полагает. Если он гей, означает ли это, что он должен целовать парней, как Суга и Дайчи? Должен ли он ходить на свидания, влюбляться, и постареть вместе с другим мальчиком? Это не особо понятно для него, но он в любом случае не знает, чего другого ожидать. Но, если ему нужно целовать парня, чтобы быть геем, он предпочел бы, чтобы это был Ноя, чем кто-либо еще. Он полагает.

* * *

Каким-то образом, Рю и Ноя сближаются из-за их менеджера, Шимизу. Рю соглашается, что она потрясающе красива, и думает, что тоже хотел бы подружиться с ней. Это тоже влюбленность? Делает ли это его гетеро? Только Ноя, кажется, намного больше заинтересован во всем этом, в отличие от того, что чувствует Рю. Ему нравится наблюдать за ней издалека, и отгонять всех тех гадких парней от нее. Тем не менее, Ноя возвращается однажды с пульсирующим красным отпечатком руки на лице, и Рю понимает, что между тем, чего они хотят, большая разница. Но он не собирается давать Ное знать об этом. Прошла примерно половина третьего триместра их первого года обучения, и они стали хорошими друзьями. Ноя регулярно навещает его дом, и даже кажется, что он заинтересован в Саеко, что создает две проблемы. Первая — это то, что она его сестра, и с чего бы вообще кому-то такому крутому, как Ноя, быть заинтересованным в ком-то таком скучном, как Саеко? Вторая — это то, что Рю до сих пор не может понять, что вообще включает в себя эта «заинтересованность». Он видел раньше встречающихся людей. Он знает, как это выглядит. Два человека, которые держатся за руки, целуются, делятся тайными взглядами и проводят все свое время вместе. Он потерял множество друзей в ужасном омуте свиданий еще со средней школы. И у него более чем достаточно опыта от просмотров романтических комедий с Саеко в те моменты, когда ему было нечем заняться. Он знает о любви и романтике, и даже немного о сексе. Несмотря на то, что Саеко отказывалась показывать ему такой вид фильмов. Он не совсем уверен, что в этом есть что-то особенное, но интернет явно с ним не согласен. Так что да. Он знает, как это выглядит, но хоть убей, не может понять, как это чувствуется. Суга сказал ему, что именно это он сейчас чувствует к Ное, но даже это кажется не совсем правильным. Он чувствует, что чего-то не хватает, чего-то, что есть у Нойи, а у него нет. Все что он знает, это то, что он чем-то отличается, и как бы он ни старался догнать всех остальных, он, похоже, не может понять то, что они так легко держат в своих сердцах. Однако он никому не говорит этого. На следующий день он получает пощечину от Шимизу, и Ноя азартно просит его сравнить их «боевые шрамы».

* * *

Он упускает свой шанс. Он считал, что с Ноей все идет хорошо, потому что, конечно, так и было. Они ведь лучшие друзья в конце концов! Это все, чего он хотел! Или, по крайней мере, это то, что он думал, что он хотел. А потом он замечает, как Ноя украдкой держит ладонь Асахи. И понимает, что, нет, он абсолютно не доволен тем, что у него было с Ноей. Уже прошло несколько недель с начала Апреля и они второгодки. Многое изменилось, но команда все еще вместе. А новые талантливые первогодки в команде, только добавляют им еще больше сил. Их Ас и Либеро тоже возвращаются, и все хорошо. Правда. Рю считал, что этого было достаточно. Однажды, под конец тренировки, он замечает Нойю и Асахи в раздевалке спортзала. И хотя уже темно, Рю определенно видит, как они держатся за руки, притворяясь, что берут метлы. Сначала он решает не спрашивать об этом. Следующие пару недель он проводит большинство времени с Дайчи и Сугой. Нойя теперь почти всегда слишком занят. — Что он вообще делает? — жалуется Рю, валяясь на кровати Суги. Дайчи и Суга же сидят на полу, соприкасаясь бедрами и плечами, в то время как просматривают полку с дисками в поисках фильма. Дайчи смотрит на него и одаривает своей обычной сочувствующей родительской улыбкой, которая появляется на его лице каждый раз, когда Рю начинает жаловаться. — Он встречается сегодня с Асахи. — Опять? Рю берет подушку из изголовья кровати и крепко прижимает к груди, обнимая. — Он ничего тебе не сказал? — спрашивает на этот раз Суга, вытаскивая еще одну коробочку с диском с полки и осматривая ее, прежде чем положить обратно на место. — Асахи упоминал, что после тренировки они пойдут к Нойе домой. — Этот подлый маленький ублюдок, — бормочет Рю, и его слова слегка приглушены и искажены из-за подушки, в которую он уткнулся. — Я не хочу строить догадки, но… — Суга прерывается на полуслове, затем качает головой, решая, что лучше ничего не говорить. Но Рю не дает ему так просто сойти с темы. — Догадки о чем? — переспрашивает он, выпрямляясь. Дайчи берет еще один диск, но его взгляд сосредоточен на Суге. — Суга… Мы не можем. Суга вздыхает и берет фильм из рук Дайчи. — Ты прав. Прости, Рю, но я не вправе говорить что-либо об этом. Рю разочарованно стонет и падает обратно на кровать. Но на полпути его голова встречается со стеной, и он громко вздыхает от боли и неожиданности. Когда они раздельно, каждого из них довольно легко уговорить в чем-либо. Рю может перевести каждого из них на свою сторону, благодаря его обаянию и остроумию. Но вместе они обладают более сильной волей, чем железная стена Датеко. И даже Рю не может добиться от них ничего. Они слишком синхронизированы, слишком хорошо уравновешивают друг друга. Если бы только это не так бесило его, возможно, он тоже хотел бы иметь такого партнера. Но Ноя не такой человек, и Рю в любом случае не хотел бы в нем ничего менять. И хотя вообще-то Ноя не его партнер, Рю совершенно не может, да и не хочет, думать о ком-то другом, с кем бы он мог быть в таком статусе. — Я ведь все равно когда-нибудь это узнаю… — угрожает Рю, в безнадежной попытке выжать у них хоть какую-то информацию. — Почему бы тебе не попробовать самому спросить Нойю? — предлагает Дайчи. — Ты отлично справляешься с прямым взаимодействием. Суга посмеивается и слегка толкает Дайчи в грудь, прежде чем наклониться и легонько поцеловать его. — Не будь таким злым, Дайчи. — Я просто говорю правду! — он поднимает руки, чтобы защитить себя, но Суга берет их, кладет себе на колени и нежно держит. Рю чувствует себя странно, наблюдая за этими действиями. Как будто это то, чего он должен желать для себя. Если он гей, то, может, и должен. Он больше не знает.

* * *

Оказывается, они встречаются. Дайчи прав, он хорош в конфронтациях. Так что он отбрасывает нервы и сомнения, которые имели наглость появиться в его сознании, и без колебаний задает интересующий его вопрос. — Что происходит между тобой и Асахи? Это застает его врасплох, и Ноя ошеломленно замирает. Они находились посреди их дороги домой, и у них еще было время и часть пути, которые они проведут вместе. С остальной частью команды они расстались еще около магазина тренера Укая, и сейчас это единственное время, когда они только вдвоем. — Что… Что ты имеешь в виду? — спрашивает Ноя, глядя на Рю так, словно его поймали с поличным за совершением какого-то ужасного преступления. — Ну, эм-м, ты, ты вроде как… Ты намного больше времени проводишь с Асахи и ты почти не отвечаешь на мои сообщения, — говорит он, обвинительно указывая пальцем на него. — Ты даже не флиртуешь больше с Киоко так, как раньше. Слово «флирт» звучит странно из его рта, словно оно не предназначено для него. Но он отмахивается от этого. Его лицо осунулось, но, по крайней мере, он больше не выглядит встревоженным. — Ну, это… Эм, понимаешь, некоторые вещи… Изменились. — Изменились? Рю не понимает, что все это значит, но он чувствует, что ему не нравится то, к чему все идет. — Ты ведь знаешь, что мне нравилась Киоко. Хоть Ноя и говорит с ним, но он избегает смотреть Рю прямо в глаза. Он несколько раз нервно проводит руками сквозь волосы, до тех пор, пока они не теряют часть своей упругости и перестают торчать полностью вверх, как обычно. Сердце Рю громко колотится в его груди, и он чувствует, что не может дышать. — Мне не просто нравятся… Девушки. Рю знает, к чему все это ведет, но он не может заставить себя сказать хоть что-то, заставить себя двигаться или сделать уже ну хоть что-нибудь. Так что он просто смотрит на Ною, до тех пор, пока он не продолжает говорить. — Под конец прошлого года я… Мне, вроде как, начался нравиться Асахи. И теперь мы встречаемся. Вот оно. Ему никогда не нравилось это слово, потому что оно всегда означало, что он вот-вот потеряет друга. Он действительно не хочет терять Нойю. — Это же нормально, да? Его голос звучит так неуверенно, тревожно, словно он думал, что Рю не воспримет это нормально. Ну, Рю не воспринимает это нормально, но точно не по тем причинам, о которых думает Ноя. — Конечно, это нормально. Ложь, но что еще, кроме этого, он может сказать? Ноя облегченно вздыхает, и Рю почти чувствует исходящие от него эмоции. Он не знает, как он может расстраиваться, когда Ноя так очевидно радуется этому. Затем Ноя бросается вперед, и почти утыкается своим лицом в лицо Рю. — Обещай, что ты никому не расскажешь об этом, — требует он, и Рю собирает все свои силы, чтобы кивнуть. После Ноя немного отодвигается. — Хорошо. Я, эм, еще не совсем уверен, как все это работает, и это немного тревожит и пугает меня. Так что я не хотел бы, чтобы кто-нибудь знал об этом. — Ты рассказывал об этом кому-то еще? — нет, это не то, что он хотел спросить. Ноя качает головой. — Нет, только тебе. На ум сразу приходит Суга, и он говорит не успев даже задуматься:  — Ты должен рассказать Дайчи и Суге. Лицо Нойи искажается в каком-то ужасе, и он отступает назад. — Что? Почему? Хоть и с опозданием, но до него доходит, что он может быть единственным человеком, который знает об их отношениях. Или, по крайней мере, одним из немногих. Они не были особо открыты в этом. Поэтому он сразу отступает. — Ну, Дайчи наш капитан, а Суга дает хорошие советы, так что… Ноя вздыхает и проводит рукой по лицу. — Полагаю, ты прав. В любом случае, Асахи, вероятно, уже рассказал им об этом. Он абсолютно не умеет скрывать от них что-либо. Рю закрывает глаза, благодарный за то, что избежал случайного раскрытия своих друзей. Но облегчение быстро исчезает и заменяется нахлынувшим напряжением, которое словно вот-вот лопнет внутри него. — А-ага, у чувака абсолютно нет закалки. И все-таки он хорош в сохранении внешнего вида. У него ведь было много практики в этом. Ноя закатывает глаза и ухмыляется, но его взгляд наполнен нежностью, которую Рю никогда раньше не видел на его лице. Он бы хотел, чтобы Ноя и на него смотрел так же. — Но он действительно милый. Мы даже были на свидании, ну, вроде как. Это было в парке, после наступления темноты, так что вокруг не было никого. И мы просто сидели там на скамейке, болтали и ели мороженое. Но он также принес мне пару цветов перевязанных лентой, и это было так неловко. Я думал, что умру прямо там от смущения! — Ноя продолжает выпаливать все эти вещи, словно в нем открылись какие-то шлюзы и он наконец-то может не держать все это в себе. И он, наконец, идет вперед, чтобы они могли продолжить путь в сторону своих домов. Рю отстает на пару шагов. — Но, конечно же, я не умер. Просто я совсем не привычный к подобным вещам и я не уверен, чего ожидать. Но вот Асахи всегда выглядит так, будто знает, что нужно делать. Мне немного завидно, что я не могу быть таким же идеальным, как он. Зависть. Рю полагает, что это слово лучше всего подходит для того, чтобы описать то, что он чувствует сейчас. Однако что-то в этом все равно чувствуется не до конца правильным. — Он невероятно романтичный, а я ведь даже и не встречался ранее ни с кем! Я абсолютно не знаю, что с этим всем делать, но он меня очень поддерживает во всем и он абсолютно не против того, чтобы мы не торопились в своих отношениях. О, и он тоже не хочет рассказывать о нас другим. Рю кивает его словам, но Ноя не оборачивается, чтобы заметить это. — Я никогда раньше не был в таких ситуациях, даже с девушкой, что уж говорить о парне. А вот ты наверняка уже встречался с кем-нибудь ранее, не так ли, Рю? Я уверен, что ты можешь много всего подсказать и посоветовать в этом. Ноя наконец-то оборачивается в его сторону, и Рю быстро меняет свой хмурый взгляд, на широкую ухмылку. Он с трудом выдавливает из себя смешок. — Извини, бро, но я сохраняю себя ради Киоко-чан! Ноя недоуменно моргает, и выглядит внезапно задумавшимся. — Полагаю, что я не слышал, чтобы ты когда-нибудь ранее говорил о своих прошлых отношениях. Похоже, что я обогнал тебя в этом, да? Он насмешливо высовывает язык, и сердце Рю сжимается, и он не уверен сколько еще он сможет продержаться. Он снова смеется, опережая Нойю. — Просто подожди, пока я наконец не начну встречаться с Киоко, и обойду тебя в этом. Тогда ты будешь поклоняться земле, по которой я хожу! Как только Ноя отводит от него свой взгляд, он позволяет улыбке сползти со своего лица.

***

Кроме того времени, что они проводят вместе на тренировках, они общаются не так часто, как раньше. Ноя практически все время проводит с Асахи. Рю все еще не уверен, что именно он хочет, только знает, что он уже упустил свой шанс получить это, чем бы оно ни было. А еще он наконец-то открывается Дайчи. Хотя он и так это уже знал, с тех пор, как Рю в течении последнего месяца жаловался Дайчи и Суге на Ною. Но Дайчи хотел подождать пока Рю прямо скажет ему об этом, прежде чем обсуждать это и что-либо советовать. Но он до сих пор не открылся Саеко. Она неуклонно движется вниз по списку, но он клянется, что однажды расскажет ей. Как только закончится вся эта драматичная история с Ноей. Намного легче говорить об этом совместно с Дайчи и с Сугой, чем с одним лишь Сугой. Ну, в основном потому, что Суга практически никогда не бывает на самом деле один. Хоть они до сих пор не афишируют свои отношения, но все свободное от школы время проводят вместе. Учатся, делают уроки, гуляют, ходят на свидания или просто бросают друг другу мяч в парке. И теперь он может говорит с ними обоими, не пытаясь обходить стороной или скрывать некоторые детали. — Мне он очень нравится, — ноет Рю, драматично падая в объятия Дайчи. Рю знает, что он поймает и удержит его, ведь Дайчи — их прочная и надежная опора. Хоть он и ворчит под тяжестью Рю, но все равно не отпускает. — Да, мы знаем. Суга ухмыляется словам Дайчи. Конечно, они знают. Он ведь не затыкается об этом. Но он ничего не может с этим поделать, у него нет другого способа выплескивать свои чувства.  — Он мне так нравится, — повторяет, как будто изменение интонации может хоть на что-нибудь повлиять.

***

Он начинает осознавать, что Ноя не нравится ему в этом смысле. Он не совсем уверен, что это именно такое, но он знает, что это включает в себя много поцелуев, и прочего сентиментального романтического дерьма. И честно говоря, все это доставляет ему жуткий дискомфорт. Но ему все еще нравится Ноя и он все еще ревнует его к Асахи. Он просто не понимает почему. Он чувствует себя глупо. Если все, чего он хочет, это быть другом Нойи, то у него уже есть это. Конечно, они уже общаются не так много, как раньше, так как Ноя проводит все свое свободное время с Асахи. Но они все еще бро, и все еще составляют убийственный дуэт на игровой площадке. И Ноя все еще занимается учебой вместе с Рю, ведь Асахи понятия не имеет, что они делают, и он немного подзабросил учебу в любом случае. И он хочет быть другом Нойи. Он думает. Или что-то вроде этого. Он определенно не хочет встречаться с ним. Нет, если это включает в себя все эти слащавые романтические вещи. Ему довольно некомфортно, просто от того, что он смотрит на это. Это заставляет его чувствовать так, словно он упускает что-то, чего он даже никогда и не хотел. Это как если бы он чувствовал голод, и наблюдал как Саеко за один присест съедает целую сгоревшую курицу. Это неприятное ощущение. Может быть, он не гей? Может, он просто накручивает себя и все, что ему нужно на самом деле, это друг? Должно быть, это так.

***

Рю избегает Ною. Из-за загруженности тренировками, у него едва ли было время нормально подумать обо всей этой ситуации, в которой он оказался. Но теперь это уже позади. Они прошли их матч против Шираторизавы, и он наконец-то снова может размышлять. Он не хочет это делать. Потому что размышления доводят его до смятения, и он никогда в своей жизни не был более запутан, чем сейчас. Он никогда ранее не думал о таких вещах, а теперь он вынужден это делать. Он абсолютно не был готов к этому. Прошло уже больше года, а он так ничего и не понял. Все что он знает, так это то, что хотел бы, чтобы Ноя улыбался ему так же, как он улыбается Асахи. И он хочет, чтобы они играли вместе в видеоигры, проводить ночи в его доме, и может, провести с ним остаток своей жизни. Это так по-гейски, разве нет? Но он не хочет целовать Ною. И не хочет делать с ним… Ничего такого. Он не хочет иметь что-то вроде того, что есть у Нойи с Асахи. И он не хочет того, что между Дайчи и Суги. Так что это не по-гейски. Не так ли? Он ненавидит размышлять.

***

Как и всегда, он должен был спросить об этом у Суги. Он должен был уловить намеки в их первом разговоре, когда он бросал странные слова направо и налево. Но тогда он был так сбит с толку, что ничего не заметил. Но Суга, судя по всему, знает абсолютно все. Ну и в дополнение к нему, также и Дайчи, поскольку у них есть своего рода телепатическая связь, объединяющая их разумы, позволяющая им делиться самыми мельчайшими подробностями вещей, которые им довелось услышать. Каким-то образом по пути они улавливают его внутренний крах, и усаживают перед собой его, собираясь вмешаться. Вероятно, это потому, что он пропустил все свои пасы на прошлой тренировке. И на позапрошлой. И на той, что была до нее… но он не желает признавать это. — Что тебя беспокоит? Дайчи сразу переходит прямо к сути, не болтая обо всякой ерунде, как обычно, из-за чего Рю трудно извергнуть свою собственную. Вместо этого он что-то ворчит себе под нос. — В последнее время ты невнимательный и витаешь в облаках, — говорит Суга, и смотрит на него с суровым лицом и прищуренными глазами. — Мы не сможем поехать на весенний турнир, когда ты в таком состоянии. Лицо Рю прижато к поверхности котацу в дома Дайчи, и он громко и драматично стонет. Ну, потому что это то, что от него ожидается. Но, тем не менее, он отвечает вполне связно: — Я знаю. — Возможно, мы сможем помочь, — предполагает Дайчи, тем временем просовывая руку Рю под голову и пытаясь поднять его лицо. Рю неохотно сдается, так как уверен, что там осталась лужа его слюны, которую он не хочет, чтобы Дайчи увидел. Так что он прикрывает ее рукой, прежде чем полностью поднять голову. — Я не знаю, что именно не так, — признается, подпирая голову свободной рукой. — Тогда позволь нам помочь. Пока говорит, Суга кладет свои руки на колени Дайчи. Так как в доме находятся только они, то они более открыто показывают свою привязанность. Рю гримасничает и стонет, но пытается найти хоть что-то, что он может сказать. В любом случае, ему надоело разбираться со всем этом одному. — Мне нравится Ноя. — Мы знаем. — Но я не думаю, что это… Ну, знаешь, так. Суга недоуменно моргает, и еще раз. — Как, «так»? Он смотрит на Дайчи. Дайчи пожимает плечами. — Это, эм-м… — Рю замолкает и вздыхает. — Я не хочу заниматься… Всеми этими слащавыми вещами, которыми вы ребята занимаетесь. Или другими, эм, вещами. Дайчи на мгновение смотрит на Рю, и он почти может видеть, как крутятся шестеренки в его голове. — Так… Ты хочешь с ним дружить? — Да! Нет! Рю хватает себя за голову обеими руками, забывая о слюнях, которые скрывал одной из них. — Я не знаю, чего я хочу! Я просто… Я не чувствую эти вещи так, как вы, ребята. Я, я просто не знаю что, чувствую. Тогда Суга оживляется, и его глаза начинают блестеть. — О! Так ты ас! Наступает тишина, и Рю не понимает, о чем Суга говорит. — Нет, это Асахи. Наступает очередь Суги стонать. — Нет, это не то, что я имел в виду. Дайчи кладет руку на плече Суги и приобнимает, что является ободрением против глупости Рю. — Он имеет в виду асексуальность, — уточняет он, но на самом деле это ничего не проясняет для Рю. — Хм. Рю тяжело опускает свои руки на стол. — Этот когда кто-то не испытывает влечения к людям. То есть, сексуального. Суга выглядит обнадеживающим. — Ты имеешь в виду… Вроде секса? Рю не мог не скривить лицо в отвращении, и он внезапно почувствовал себя невероятно неловко, ведя этот разговор. — Да, как секс, — говорит Суга, и его обнадеживающее лицо дрогнуло. — Ты, наверное, не находишь людей сексуально привлекательными, не так ли? — он говорит медленно и внятно, как будто разговаривает с ребенком. Рю напряжено думает. Но он ненавидит размышлять, так что сдается без особых усилий. — Я не знаю, я никогда даже не думал об этом! Что это вообще значит? Дайчи прикрывает ладонью лицо, а другая его рука обвилась вокруг плеч Суги, чтобы схватить его руку. Рю продолжает:  — Полагаю, что я никогда особо не задумывался об этом. Я не… Не особо понимаю эти вещи. Я знаю только основы. Я не считал, что мне нужно было знать вещи такого рода. Ну, по крайней мере не до тех пор, пока я не женюсь, или вроде того. Дайчи приподнимает брови, и они немного видны из-за его руки, которая на лице. — Ты прав, Суга. — Как и всегда, — соглашается Суга с легким смешком. — Но… Но, даже если я этот, эмм… — Асексуал. — Да, точно, асексуал, — Рю кивает. — Дело не только в сексе. Я не хочу… Ничего подобного. Как то, что у вас например, эмм, без обид. Дайчи ухмыляется, но его щеки такие красные и ему настолько некомфортно, что Рю кажется, тот может умереть. — Может быть, еще и аромантик? — предлагает Суга. Он даже не дожидается замешательства Рю и сразу начинает объяснять: — Это похоже на асексуальность, но с романтикой. Ты не находишь людей привлекательными в романтическом смысле. — Э-э-э… — Рю пытается, но не знает, как на это ответить. — Ты не хочешь встречаться с кем-нибудь, — прямо говорит Дайчи. — Ну, на самом деле это все намного сложнее, но, да, полагаю, что это главное. Суга вздыхает. Рю резко подскакивает и ударяется коленями о нижнюю часть котацу. — Да! Именно это! Суга несколько раз хлопает в ладоши, изображая шутливое празднование, и Дайчи не может не улыбнуться этому. Затем Рю вспоминает ситуацию, в которой он находится, и медленно и осторожно садится обратно. — Но… Это не по-гейски. — Ну… — начинает Суга, но его прерывает тычок в бок от Дайчи. — Что-ж, нет, технически нет. — Значит, я не гей. На этот раз отвечает Дайчи:  — Нет, ты не гей. — Тогда… — Рю морщится. — Тогда что, черт возьми, это за хрень с Ноей? Суга стонет и вжимается лицом в грудь Дайчи.  — Я так больше не могу… Дайчи утешающе гладит Сугу по спине. — Думаю, он что-то другое, — предполагает Дайчи. — Что-то, эм-м, платоническое, я думаю. Прости, я не особо хорошо разбираюсь в этом. Рю с надеждой поворачивается к Суге, но Суга морально уничтожен, и слишком сосредоточен на прикосновениях Дайчи, чтобы обращать на него внимание. — Ты разберешься в этом, Танака. На этот раз Дайчи улыбается ярко и искренне, и это обнадеживает. — Теперь у тебя есть основные термины. Рю кивает. Он не знает всего, но — ну, идиот же — он привык чего-то не знать. Асексуал. Аромантик. Рю отвечает на улыбку Дайчи и впервые за несколько месяцев улыбается не вымученно.

***

Рю ненавидит не понимать что-то. Может, он и привычный к этому, но все равно ненавидит это. Ненавидит не знать, что будет дальше или что делать, как себя вести или что сказать. Он не разговаривает с Ноей в течение нескольких дней.

***

Рю снова заговаривает с Ноей, когда тот пропускает его подачу. Мяч проносится мимо Нойи, и в спортзале так тихо, пока все смотрят, как он катится по полу. Ноя даже не двинулся, чтобы принять его. — Э-эм, простите! — кричит Ноя, и трясет головой. Но Рю был его другом уже почти два года, так что он наверняка может сказать, что что-то не так. И скорее всего, это его вина. Ноя пропускает и последующие три подачи Рю. Это означает, что от этого никуда не деться и они должны поговорить. Поэтому он выводит Нойю на улицу, сразу как заканчивается тренировка. Заходящее солнце окутывает все золотисто-оранжевым сиянием. Рю игнорирует красоту природы и смотрит на красоту перед собой. Нет, слишком глупо даже думать об этом. Он выбрасывает эти мысли из головы. — Что случилось, бро? Руки Рю неуверенно висят в воздухе, пока он говорит. Он хотел бы положить их на плечи Нойи, чтобы утешить и поддержать его через прикосновения, но он не уверен, что ему позволено зайти так далеко. Ему становится так горько, когда он вспоминает, что всего несколько месяцев назад небрежное прикосновение друг к другу не было бы проблемой. Ноя морщит нос и хмурит брови. Открывает рот, словно собирается закричать. Но его слова выходят так тихо. — Ты не разговаривал со мной всю неделю, — говорит он, и его слова так же злы, как если бы он кричал. — Я думал, что сделал что-то не так. Рю чувствует, как в его душе бушует чувство вины. Он думает, что предпочел бы практиковать ныряния за мячом три дня подряд, чем участвовать в этом разговоре. Но Дайчи говорил, что он хорош в конфронтациях, так что он не собирается подводить его. — Нет, нет, ты ничего не сделал, — говорит Рю, его дыхание прерывисто и наполнено эмоциями, которых он не хотел. — Тогда почему ты избегаешь меня? Ноя больше не злится, что, вероятно, является улучшением. Но он выглядит искренне сбитым с толку и обиженным, и Рю думает, что это на самом деле даже хуже. — Я, эм, через многое прохожу сейчас. Это не ложь. Ноя ему не верит. Конечно, он — нет. Они ведь лучшие друзья. — Что это должно значить? — подозрительно спрашивает Ноя, щурясь и наклоняясь в его сторону. Это слишком близко. Сердцебиение Рю учащается. Он не хочет разбираться с этим прямо сейчас. Он просто не может. — Я, э, эм, это длинная история. Эм, у меня, у меня много домашки! Да! Это полная чушь, и Ноя знает это, но Рю уже пятится в сторону клубной комнаты. Он оставляет Ною стоять там, пока солнце отбрасывает на него глубокую тень. Он не может видеть его лицо. Ему кажется, что он подвел Дайчи.

***

Он собирается открыться Нойе. Он определенно, абсолютно точно, собирается ему открыться. Он расскажет ему все, будет полностью честен, и расскажет о своих чувствах. Может, он и сам все еще не до конца уверен, что именно чувствует, но он постарается. Правда постарается хоть как-нибудь объяснить ему. Он сделает это. Определенно.

***

Рю прогуливает школу.

***

Сейчас воскресенье, и он хочет просто остаться в своей кровати, накинув одеяло на голову, и никогда больше не видеть солнечного света. Ведь это будет означать, что ему придется вставать, и что-то делать, и двигаться дальше. Он не готов двигаться дальше. Не то чтобы ему позволяют это. Саеко выталкивает его за дверь, даже не попрощавшись. Говоря что-то о том, чтобы он не ленился в такой прекрасный день. Рю совершенно не думает, что этот день чудесен, но у него нет никаких сил для спора. Он начинает идти. И он продолжает идти, пока не оказывается возле дома Нойи. Он не был здесь уже какое-то время. На самом деле, едва ли несколько раз с тех пор, как Ноя начал встречаться с Асахи. Слишком долго. Он стучит в дверь, но никто не отвечает. Он ждет минуту, затем другую, а через пять минут поворачивается, чтобы уйти. Но он не уходит дальше порога и опускается на землю, пытаясь подумать о том, что же ему делать. Он не знает. Когда он вообще хоть что-то знал? Эта мысль вселяет в него немного больше уверенности, чем он думал, и он чувствует, как ему становится легче дышать. Дайчи прав. Он не мыслитель, но хорош в прямом взаимодействии. Он харизматичен, и он знает, как справляться с ситуациями в самый разгар момента. Это означает, что он может справиться с этим. С дыханием, которое наконец перестало дрожать, он отталкивается от земли и снова встает перед дверью. А потом вспоминает, что там никого. — Ч-черт. Внезапно раздается:  — Рю? Рю оборачивается и видит Ною с двумя большими пакетами, полными продуктов. Он смотрит на него широко раскрытыми глазами, и они оба застывают на месте. Рю отмирает первым и спешит к Нойе, чтобы помочь и забрать один из пакетов. Ноя с благодарностью уступает и перекладывает оставшийся пакет в руке так, чтобы было удобнее. — Мне нужно поговорить с тобой, — говорит Рю, с трудом сглатывая желчь в горле. Ноя просто кивает.

***

— Я не знаю, что это значит, — говорит Ноя, качая головой. — Прости. — О, ну, не волнуйся. Я и сам не знаю. Ноя бросает на него насмешливый взгляд, но никак не комментирует это. — Так, если ты… Аромантик. И, эм, асексуал, то… — Я не знаю. Рю чувствует, как его щеки горят. — Для меня это все абсолютно новое. Ноя кивает, словно понимает, хотя Рю уверен в том, что нет. Это обнадеживает. — Я не знал, как тебе сказать, или что именно вообще говорить, — признается он. — Ну, тебе не нужно было ходить вокруг да около, — отвечает Ноя, протягивая руку, чтобы игриво стукнуть его в плечо. — Я думал, что у тебя какая-нибудь неизлечимая болезнь или вроде того. — Ч-что? — Рю бледнеет и выставляет руки между ними. — Нет, я бы абсолютно точно рассказал тебе, если бы что-то такое случилось. К тому же, в таком случае, я, вероятно, не продолжал бы играть в волейбол. — Никогда нельзя знать заранее. К тому же, ты ведь реально упрям, так что вполне мог, — парирует Ноя, и Рю не может с этим поспорить. — Но я рад, что это что-то такое. Я действительно волновался, что между нами что-то произошло. Ноя вздыхает с облегчением, в то время как сердце Рю сжимается. — Ну… Ноя замирает, от одного лишь этого слова. — Оу. Ноя смотрит ему в глаза, и Рю едва ли не жалеет о том, что начал, и хочет повернуть назад. Но затем в его голове возникает образ Дайчи. И он решает, что больше боится того, что Дайчи сделает с ним, если он хоть еще раз начнет ныть про Ною, чем реакция Нои. — Это еще не все, что я должен тебе рассказать, — неуверенно говорит он, и Ноя выглядит почти напуганным. — Все в порядке? — осторожно спрашивает Ноя, и в его хмуром взгляде толика недовольства. И Рю кажется это таким милым, что он может буквально взорваться. — Ты мне очень нравишься. Эти слова выходят так поспешно и невнятно, что он едва ли уверен в том, смог ли Ноя их понять. Он он сказал это. Он сделал это. Он смог. Ноя моргает. Затем еще раз. Атмосферу заполняет гнетущая, неприятная тишина, давящая на Рю, и он чувствует, что словно задыхается. Но он сопротивляется этому, потому что он должен был это сделать. — Я думал, что тебе не нравятся люди в таком ключе. Рю не был готов к этому ответу. Ну, вообще, он ожидал чего-то вроде… неприятия. Или вроде того. — Я имею в виду… Это… Э-э-э… это не так, это… Ну… — Рю прерывается и глубоко вздыхает. И пытается еще раз. — Ты мне нравишься, но это не… Я не хочу встречаться с тобой, или что-то в этом роде. — То есть, как дружба? — спрашивает Ноя. Это достаточно простодушно, но это безмерно расстраивает Рю. В основном потому, что он и сам не знает, как это объяснить. — Нет. Я не знаю. Я абсолютно не знаю, что это. Его плечи расстроенно опускаются, когда он это говорит. — Я хочу быть ближе к тебе. Больше, чем кто-либо другой. Но не как… Встречаться. — Ох. Наступает тишина. — Но я ведь все еще встречаюсь с Асахи, ты же знаешь. Это не грубость и не оскорбительно, и Рю знает это. Просто констатация факта. И он в любом случае не стал бы просить Ною бросать своего партнера, который делает его счастливым. Это просто… Он не знает. — Я знаю, мне просто… Просто нужно было рассказать тебе это. Рю нервно почесывает затылок. На мгновение Ноя замолкает. Он думает, и его лицо морщится, и это так мило. — Ничего страшного, если я поговорю об этом с Асахи? Рю хочет сказать «нет». Он правда не хочет, чтобы кто-либо другой знал об этом. Даже Саеко. Он он обнаруживает себя кивающим, потому что, что еще он должен был сделать? Ноя улыбается, и хотя это не касается его глаз, это все равно успокаивает.

***

На следующий день, Асахи и Ноя донимают его вместе. Они загоняют его в угол клубной комнаты, после того как все ушли на тренировку. Он стоит там, в боксерах, и смотрит на них. Один. В одних лишь боксерах. — Ты внутри! — Объявляет Ноя, возбужденно подпрыгивая вверх и вниз на месте. Он практически цепляется за Асахи, сжимая в руках его футболку, чтобы получить высокую опору, когда он прыгает. Асахи тоже широко улыбается. Рю понятия не имеет, что происходит. — Я внутри чего? — спрашивает он. Ноя перестает подпрыгивать на достаточно долгое время, чтобы ответить. — В наших отношениях! Сердце Рю пропускает удар. — Хм. Асахи кладет руку на плече Нойи, заставляя его хоть немного спокойно постоять на месте. — Мы говорили об этом вчера и мы хотели, ну, ты знаешь, встречаться с тобой. Я имею в виду, не встречаться в романтическом смысле, а в твоем виде отношений. — Моем что? Рю испытывает невыносимую неловкость, и если раньше он не до конца осознавал, что он полуголый, то теперь он чертовски ясно чувствует это. — Ты говорил, что не хотел бы встречаться так, как это делаем мы. Ноя указывает на себя, а затем на Асахи. — Но мы поговорили об этом и потом посоветовались с Сугой. — Вы что? Рю чувствует себя так, словно он немного умирает. — Ну, он хорошо разбирается во всех этих вещах. Асахи пожимает плечами. Рю немного сдувается. — Он объяснил вещи немного лучше, и я думаю, что теперь я понял, — говорит Ноя, и Асахи согласно кивает. — И, вроде бы, это не совсем то же самое, что между мной и Асахи, но ты мой бро. Рю чувствует, как щиплет глаза, и щемит сердце. — Так?.. — Я не знаю, как все это должно работать, и ты ужасен в объяснениях. Но я думаю, что хочу все то, что ты описывал. И Асахи тоже не против. Мир вокруг Рю замирает, и он забывает, как дышать. Ему понадобилось время, чтобы все осмыслить. От застоявшегося воздуха касающегося его голых ног, до реального значения слов, которые произнес Ноя. Когда он это понимает, все резко движется вперед. — Я тебе нравлюсь? — выпаливает он, потому что это самое важное, что нужно подтвердить прямо сейчас. — Ну, да. Ты мне нравился с тех пор, как мы были первогодками, — говорит Ноя, и его щеки покрывает розовый румянец. — Я был на самом деле влюблен в тебя, в прошлом году. Асахи распахивает глаза и откидывается назад, чтобы лучше видеть Ною. — Ты «что»? Ты не рассказывал мне это! — Я почти не знал тебя тогда! — парирует Ноя, подпрыгивая вверх и вниз, чтобы быть на одном уровне с Асахи и встретиться с его глазами. — Я не хожу вокруг и не рассказываю так просто о своих влюбленностях незнакомцам! Асахи вздыхает и уступает, потому что нет никакого способа выиграть у Нойи, когда он вот так загорелся. Рю едва ли обращает на все это внимание. — Ты был влюблен в меня… Ноя прерывает свою тираду, когда слышит это, и поворачивается лицом к нему. — Ну, да. Ты… Привлекательный, я думаю. Ноя смеется, но он немного напряжен, и его уши такие красные, и Рю хочет просто обнять его и больше никогда не отпускать. — Ты мне тоже нравишься. Ноя уже знает это, но это не останавливает Рю от того, чтобы повторить это: — Очень нравишься. — Я знаю, — говорит он, и его щеки краснеют еще больше. — Только не бросайте меня позади, — говорит Асахи, но с таким положением вещей ему наверняка намного комфортнее, чем он, по-видимому, хочет признавать. Ноя поднимает руку к груди Асахи и с силой тянет его вниз, чтобы тот был на одном уровне с ним, а затем целует его прямо в губы. — Я никогда не оставлю тебя позади.

***

Саеко — пятый человек, которому он открывается, и он получает от нее ту реакцию которую ожидал. — Я знала это! На самом деле, она не до конца понимает, о чем он говорит, когда пытается это объяснить, но, тем не менее, она выглядит довольной собой, и он рад, что, наконец, рассказал ей.

***

Они не знают, как все это должно работать. Это все беспорядочно и неловко, и никто из них не знает, как далеко они хотят зайти друг с другом. Это раздражает и расстраивает, а планирование — это ад, а они до сих пор даже не знают, как назвать свою маленькую договоренность. Но, думает Рю, сидя на полу с Ноей, который удобно находится между ним и Асахи, и они оба свернулись вокруг Нойи, словно тот какая-то подушка, на которую они могут лечь, это не так уж и плохо. Потому что прямо сейчас они счастливы. Никто из них не обращает особого внимания на фильм, который идет на экране, потому что они все слишком увлечены друг другом. Рю чувствует тепло Нойи под ним и вокруг него. Он чувствует успокаивающее присутствие Асахи. Они оба успокаивают его, и он понимает, что это то, чего он хотел. Он напоминает себе позже поблагодарить Сугу.