***
Ночь. За окном слышны приглушённые сигналы машин и скрип колёс. Среди обычных уличных шумов, слух спящей Виктории пронзил грохот в квартире. Девушка распахнула глаза, подрываясь с футона. В тёмном коридоре виднелась полоса света, вероятно, от приоткрытой двери. Чувствуя себя намного лучше, чем утром, Виктория смогла подняться с футона и решилась посмотреть, что создало такой шум. Тусклый свет в кухне. На полу белые осколки, лежащие в тёмно-коричневой луже и запах кофе в помещении. Тонкие пальцы складывали острые осколки в урну, поддерживаемую тёмно-алыми лентами «Расёмона». — Проснулась. — Тяжело вздохнув, проговорил Рюноске, сгребая мелкие частички керамики и высыпая их в мусорку. — Да… Спасибо за помощь. — Поблагодарила Виктория, подавая тряпку Рюноске, к которой тянулся Акутагава. Тот посмотрел на девушку, словно подумав о том, какая же Вика идиотка. И она действительно была бы не удивлена, что так оно и есть. Вид у Акутагавы был… обычный? Чёрная футболка и такие же штаны. Из-за спины, как обычно вились ленты «Расёмона». Бледная кожа, чёрные растрёпанные волосы и тёмно-серые глаза, в тусклом свете кухонной люстры, выглядели очень мрачно, словно перед Викторией стоял живой труп. — Опять ты со своей… — Не договорил мафиози, раздражённо посмотрев на Вику, а затем взял две кружки и принялся наливать кофе. — Как себя чувствуешь? — Словно через силу спросил Акутагава, осматривая Викторию с ног до головы с какой-то неприязнью. — Бывало и лучше. — Заметив расположение Рюноске, холодно ответила Виктория, садясь за стол, рядом с поставленной ей кружкой. Молодые люди сидели в полной тишине примерно минут десять-пятнадцать, но всё это время упёрто смотрели друг на друга, словно ожидая чего-то. — Ничего сказать не хочешь? — прервал тишину Акутагава. — Нет. С чего бы. — Пожала плечами Виктория. — Ты на меня первый смотреть стал. Акутагава-Сан. — Усмехнулась Вика, вдруг поймав себя на мысли, что ведёт себя слишком развязно и как-то грубо, но лицо Рюноске так и выводило Викторию из состояния «вежливая амёба». Но затем вспомнила, о том, что хотела спросить. — Это мафия решила отравить Дазая? — … — Рюноске посмотрел на Викторию и раздражённо потёр переносицу. — Я не знаю конкретно, но это предлагал Накахара Чуя. Ему отказал босс. Кстати, ты должна будешь съехать отсюда. — Сменил тему мафиози. — Съеду. Хоть завтра. — ответила Виктория, допивая кофе. — Отлично. — Кивнул Акутагава. — Почему ты меня не убил? — спросила вдруг Виктория, поняв, что доход с организации пропал, а находить новую работу будет трудно, тем более с ранами, которые будут заживать не один день. — А надо было? — Спросил Рюноске, скептически сощурив глаза. — Пф, странный вопрос для главного убийцы Портовой мафии. — Ничего себе не выдумывай. Мне просто стало плохо. — Пренебрежительно ответил Мафиози и направился на выход из кухни, как вдруг, врезался во что-то прямо в проходе. Выставив руку вперёд, под ладонью тот ощутил что-то напоминающее отдалённо стекло. — Что это? — Щит. Он не пропускает звуков, любое физическое тело не пройдёт сквозь него. Самая сильная возможность моей способности. — И что это значит? — Рюноске указал на дверной проём, сквозь который не мог пройти. — Это значит, что разговор не закончен. — Виктория готова была упасть. Просто упасть и не видеть реакцию Акутагавы на её «выпад». Тот часто заморгал, словно пытаясь понять, что только что сказала эта «вежливая амёба», а затем его удивление резко переросло в ярость. Из-за спины вырвались ленты «Расёмона» и обвили шею Виктории, поднимая ту над полом на пару метров в высоту. Девушка не планировала умирать, но и что-то не давало ей использовать щит. Но вскоре давление на шею усилилось и у девушки не осталось выбора. Акутагава вдруг слегка закашлял и приложил ладонь к шее, а затем в помещении произошел секундный слабый взрыв. Ленты «Расёмона» вспыхнули каким-то белым огнём и испарились, а Виктория упала на пол, громко зашипев от полученной травмы ноги. — В следующий раз я размажу тебя по стене. — Хрипловатым голосом проговорил Рюноске и вышел из комнаты. Разговор не удался.***
Утро. Хоно и Куникида отправились в общежитие так, как Накаджима Ацуши не появился на работе. Хоно постучал в дверь комнаты парнишки, но с той стороны была тишина, словно в помещении никого не было. — Он не мог переехать? — Без энтузиазма спросил Сато, пиная дверь под раздражённый взгляд Куникиды. Доппо последнее время выводил из себя ранее уравновешенного Хоно. — Не думаю. — Я заметил. Последнее время ты только этим и занимаешься. — Ты хочешь выговор? — раздражённо спросил Доппо. — Не выводи меня. — «Рыкнул» Сато и достал из кармана отмычку, коей и планировал взломать замок на двери. Выполнив необходимые махинации и войдя в комнату Ацуши, работники агентства поняли, что в комнате не было человека минимум день. — Нужно доложить твоему любимому Директору, что Ацуши пропал…***
На следующий день, как и обещала, Виктория покинула жилую площадь мафиози и идя по улицам, с изрядно подтаявшим снегом. На дорогах была «каша» из грязного снега, которая значительно затрудняла передвижение людям. Виктория смотрела на чёрные деревья, местами покрытые снегом, и размышляла о безысходности своего положения. Идти её некуда. Работу она теперь точно не найдёт… Агентство её не примет… Остаётся один вариант, который дался Виктории с огромным трудом….