Возвращение Тарт

Бриенну слегка потрясывало, когда они с Подриком и Уной шагнули из замка в непроглядную ночь. Луна, скрывшись за тяжелыми тучами, так и не отдала больше ни земле, ни небу своего света. Мрак, темнота и неизвестность обволакивали, затягивали и пугали Бриенну, но она не давала себе потерять бдительность и координацию. Обогнув замок с запада, Уна повела Бриенну и Подрика к незаметной бреши в стене, окружавшей территорию Закатного с юга, и остановилась. — Сейчас нужно будет пролезть сюда и тут же повернуть направо. Из стены мы сразу выйдем к краю обрыва, поэтому будьте аккуратнее. — Край обрыва? — удивившись и тут же нахмурившись, воскликнул Подрик. — Миледи-сир, что-то мне всё это не нравится. Сейчас темень беспросветная, факелы даже не спасают. Это будет опасно! — Раз Берта туда-сюда мотается каждую ночь и еще не свалилась со скалы, то и мы справимся. — ответила ему Уна, приподняв подбородок. — Куда дальше, ты знаешь? — обратилась к служанке Бриенна. — Мы, кажется, должны спуститься по крутой тропинке вниз, не доходя до воды, и попасть прямо ко входу в подземелья. — Хорошо, будем двигаться медленно и осторожно. Вложите факелы в левую руку, а правой будем опираться о…то, что попадётся. Я пойду первая. — как всегда смело и по-покровительски высказалась Бриенна. — Нет, давайте я! — одновременно ответили ей Подрик и Уна и бросили долгий взгляд друг на друга, будто договариваясь о чём-то безмолвно. Отведя глаза, Уна опустила голову, а Подрик добавил, смущенно посмотрев на Бриенну снизу: — Вы… Вы очень высокая и будете загораживать весь путь идущим позади вас. — О, я не подумала об этом. Хорошо. Тогда идите вперед, я буду замыкать. Двое спутников друг за другом пролезли в брешь и тут же скрылись. Бриенне пришлось согнуться пополам, чтобы вместиться в проход. Перешагнув через дыру в стене, она осторожно выпрямилась — ноги упирались в каменные неровности. Бриенна не знала наверняка, действительно ли, сделай она хотя бы движение вперед, то шагнет в пустоту? Бриенна посмотрела перед собой, пытаясь разглядеть что-либо. По линии горизонта, прямо из темноты, едва-едва забрезжило тонкой оранжевой дымкой, предупреждающей о рассвете, еще нескором, но уже появляющемся. Затем подул прохладный ветер и словно своими силами начал разгонять тучи, закрывающие пока еще хозяйничающее на небе ночное светило. Через пару секунд перед Бриенной открылся чудесный вид — луна, выбравшись из плена черных облаков, мгновенно разрезала тьму и отбросила на мили вокруг чистый рассеянный свет своих белых крыльев, которые мягко коснулись и волнующегося мелкой рябью моря, и крутой скалы, что держала на себе родовое гнездо Тартов. Бриенна вдруг поймала себя на мысли, что еще ни разу не бывала за стеной Закатного с этой стороны, не смотрела на замок ни с земли, ни с воды с такой точки зрения. Она почему-то вспомнила Сэмвелла Тарли, который во время своих рассказов про Долгую Ночь упомянул, что единственным источником света станет для них луна. Как и всегда, Сэм не мог удержаться от того, чтобы не поделиться занимательным фактом об этом желтом шаре, какой он вычитал в одной из книжек еще мальчиком. Он сказал тогда, что обратную сторону луны еще никто доселе не видел — «она всегда скрывается во мраке неизвестности». Бриенна вдохнула свежесть и прохладу ночи, и с этим вдохом к ней пришло ощущение того, что сейчас она находится будто бы на этой самой обратной стороне луны — доселе ею не видимой и не протоптанной. Что ждет её дальше, внизу в подземельях, ей пока было неизвестно. Но стоит сделать шаг, а потом ещё и ещё — и она приблизится к ответам на свои вопросы, и тайное выйдет из тени. Бриенна нашла глазами макушки своих спутников, осторожно и неторопливо спускающихся к подземельям, проверила, крепко ли сидит в ножнах «Верный клятве» на её бедрах и тоже начала свое шествие вниз, ощупывая ногами дорогу. Как и сказала им Уна, не доходя до воды, они увидели большую дыру в скале. Переглянувшись, они кивнули друг другу и ступили в темный широкий коридор подземелья все также по очереди. Внутри пахло сыростью, плесенью и солью. Тьма и каменные острые выступы стен обдавали холодом — казалось, что едва горевшее пламя от факелов в их руках дрожало не от ветра, а судорожно замерзало от студёного воздуха подземелья. По ушам били звуки стучащих о скалу волн снаружи пещеры и свистящего сквозняка, но, удаляясь вглубь от выхода все дальше и дальше, им оставалось слышать лишь эхо беспокойного моря, собственное шарканье и звуки своего сердца, частого и гулкого. Дорога петляла, извиваясь подобно змее, и уводила вниз, а коридор с каждым поворотом всё сужался и сужался в размерах. Потолок уже ощутимо упирался Бриенне в голову, поэтому ей пришлось немного пригнуться. Шаг за шагом у нее складывалось ощущение, что они вот-вот упрутся в тупиковую стену, и ничего, кроме сырости и холода, они здесь больше не найдут — до того тесной стала эта пещера. Но тут Подрик, шедший первым и скрывшийся за очередным поворотом этого лабиринта, вдруг воскликнул: — Сюда! Уна и Бриенна прибавили шагу, следуя на зов, и из маленького узкого коридора вышли в большой широкий грот, неровные стены которого уходили наверх, сужаясь и заканчиваясь светлеющим от восходящего солнца небом. Девушки подняли свои факелы повыше и стали рассматривать открытое глазам пространство. Бриенна увидела Подрика, стоящего у противоположной стены. На ней играли тонкие полоски света от воды, а юноша завороженно глядел вниз. Там, прямо перед его ногами, расположилось неглубокое пещерное озерцо, прозрачная голубая и зеленая вода которого подсвечивалась скопищем маленьких желтых точек, сидящих рядом на стене и валунах, выходящих из озера. — Что это? — улыбаясь, спросил бывший оруженосец. — Это светлячки. — улыбнулась ему Бриенна в ответ. — Как красиво. — Я не знаю, зачем сюда мотается Берта каждый вечер. Не ради же этих светляков! — возмущенно протараторила Уна. — Возможно, мы еще не всё видели и… — Кто здесь? — вдруг испуганно разнесся по пещере глухой голос откуда-то из-за стены. Все трое на мгновение притихли, чтобы удостовериться, не показалось ли им. — Кто здесь? — повторился вопрос громче и как-то вымученно. Они повернули головы в сторону прохода, из которого вышли сюда, и Бриенна увидела, что не заметила еще один проём рядом, ведущий, очевидно, к тому незнакомцу, чей голос они только что услышали. — Пожалуйста, не уходите! Помогите, прошу вас, прошу! Сюда! — отчаянно застонал незнакомец, — Освободите! — послышались рваные всхлипы, — Освободите, прошу вас! Бриенна сжала рукоять своего меча и дала знак Подрику и Уне следовать за ней. Они снова побежали в узкую давящую темноту нового коридора и, недолго петляя, вышли в еще одну темную полость пещеры. Там, прямо на холодной каменистой земле, полусидел-полулежал человек в тонких, никак не защищающих от холода и сырости, лохмотьях, прикованный к полу руками и ногами железными путами. Он тихо плакал, будто не веря, что на его зов кто-то откликнулся. Бриенна подошла к нему поближе и поднесла факел к лицу пленника. Она не знала, надеялась ли где-то в глубине души, когда отправлялась в эти подземелья, что найдет здесь Джейме, или, наоборот, желала, чтобы Джейме не оказался ничьим пленником, но сейчас Бриенна вздохнула немного разочарованно. Все-таки она ждала увидеть знакомые зеленые глаза. Тем не менее, Бриенна продолжила изучать незнакомца. По его болезненно худому землистого цвета лицу, мокрому от слез, по обросшей рыжей бороде, по грязно-коричневым длинным волосам, по запаху испражнений, источаемому его телом, одеждой и землей, на которой он сидел, можно было прочитать, что находился он здесь уже очень давно. Рядом с ним она заметила пару ситцевых свертков с крошками хлеба и небольшой кувшин. Еду и питье, вероятно, приносила Берта, раз пленник здесь еще не умер с голода. Тем временем глаза его жадно рассматривали Бриенну. — Миледи Тарт, неужели это вы… — вздохнул он. — Кто вы? Как вы здесь оказались? Кто вас заковал? — твердо спрашивала его она. — Я…меня… Рон, мое имя Рон. Я служил в замке. — испуганно отчеканил ей молодой человек, — А потом… Я точно не помню, как меня привели сюда. — вдруг он приблизился к Бриенне, насколько ему позволяли путы, ошарашено оглядел её спутников за спиной. Его глаза расширились, будто бы он что-то вспомнил, а на лбу выступила испарина, — Я должен вам что-то рассказать! — вдруг зашептал он, как безумный. — Это очень важно, миледи Бриенна! Вы… Должны… Знать… — выдавил он из себя последние слова и обмяк, рухнув на землю и совершенно обессилев. Рон дрожал, его тело лихорадило, он громко и часто дышал. Бриенна притронулась ладонью к его голове и сказала через плечо Подрику и Уне: — У него горячка. Нужно срочно вывести его отсюда. — Господи, это и в самом деле Рон? Он ведь охранял замок раньше! — в голосе Уны читалась бесконечная жалость к пленнику, и тут она заметила, — Но как нам освободить его, он прикован! — Сейчас исправим. Бриенна встала, выпрямилась, кивнула Подрику и вынула «Верный клятве» из ножен. Бывший оруженосец поступил со своим мечом точно так же. Они рубанули по цепям своими клинками, и путы распались, оставив на конечностях бывшего пленника лишь железные браслеты. — Я понесу его на спине. — вызвался Подрик, пригнувшись. Бриенна приподняла худое тело Рона подмышками и помогла положить его на Подрика. Рон от этих резких движений снова выбрался из своего бессознательного состояния и слабо, еле слышно прошелестел: — Там…ещё. — говорил он, открывая и закрывая пересохший рот, словно рыбка, выброшенная на сушу. Его лицо перекашивало от усилий выговорить хотя бы слово вслух. — Ещё. Там. Ещё один. — наконец закончил он и устало повернул голову влево, показывая остальным направление. В груди Бриенны возник жар в момент, когда она терпеливо слушала трепыхающегося Рона, пытающегося отчётливо выговорить фразу до конца, и, дослушав его, её ноги чуть не подкосило от волнения, а с губ непроизвольно сорвалось одно лишь слово, собирающее в шести своих звуках всё её отчаяние, надежду и любовь: — Джейме? Бриенна тут же одёрнула себя, поджав губы, позволившие высвободить наружу её слабость. Она кивнула своим спутникам: — Идите наверх, к выходам. Уна, иди вперед, освещай Подрику дорогу. Я посмотрю, кто там и сразу следом за вами. Не забыв поднять факел с земли, Бриенна стремглав побежала вглубь пещеры, поглощенной мраком и страшной мёртвой тишиной. Найдя новый коридор, она вбежала в него и, пройдя его в десять широких шагов, внезапно оказалась уже в светлом, похожем на прошлую комнату помещении, только открытом сверху. Дыра в потолке дарила ослепляющий утренний свет, бьющий по глазам будто наотмашь. Протерев ладонью лицо, Бриенна сморгнула темные от яркого света пятна в глазах и прищурилась, пытаясь разглядеть хоть что-то и заново привыкнуть к солнцу. Только привыкать пришлось не только к его лучам, но и к виду человека, который, как и Рон, был прикован к земле локтями и щиколотками недалеко от выхода. Сначала она не узнала его. Это был совершенно нагой старик с обросшей седеющей бородой и серыми волосами, стриженными несколько лун назад и уже снова отросшими. Несмотря на худобу и слабость изможденного пленением тела, он оставался жилистым и крепко сложенным. Она узнала его культю, неестественно прижатую к бедру из-за оков, и её дыхание на секунду прервалось. Джейме неподвижно сидел к ней боком и будто бы уже ждал её. Его рот был перевязан и заткнут какой-то деревянной пробкой, но он не мычал в попытках дать знак о своём присутствии. Он склонил голову и тихо, виновато и, одновременно, благоговейно смотрел на Бриенну, сведя брови, прищурившись, не веря своим глазам, полными дрожащей влаги в них. Бриенна сморгнула слезы, возникшие то ли от яркого света, то ли от осознания того, что видит перед собою живого Джейме, во плоти, то ли от иронии, что Джейме сидел в путах прямо под её родовым замком неизвестно сколько времени, а она, хозяйка острова, даже не знала, где искать его, где найти. Она пришла в себя и в два шага преодолела расстояние между ними. Села на корточки, неаккуратно положив факел рядом с собой, и трясущимися от волнения пальцами начала развязывать повязку на затылке Джейме, до конца не осознавая — отказываясь осознавать — что действительно притрагивается к нему сейчас. Развязав, Бриенна стала быстро разматывать ткань вокруг его головы, а когда оставалось примерно два оборота, она замедлилась. Она уже предвидела своё пробуждение. Всё развеется как сон. Ведь сейчас он скажет ей что-то невразумительное, и Бриенна проснется. Точно-точно. Так уже было раньше. Только вот она всё не просыпалась. Джейме зачарованно рассматривал её, не отводя от Бриенны своего взгляда, будто впитывая в себя её долгожданное близкое присутствие, приникая щекой к её ладоням, как кот льнётся к драгоценному теплу своих хозяев. Бриенна в конечном итоге освободила Джейме от повязок на лице и достала пробку из его сомкнутых зубов. Несколько секунд спустя он разорвал зрительный контакт и опустил голову. Он тряхнул ею в горькой усмешке, будто сгоняя с себя всю серьезность своего положения, и снова поднял на Бриенну свой до боли знакомый насмешливый взгляд. — Жалкое зрелище, не так ли? — он обвел подбородком свой внешний вид и только сейчас она заметила, что Джейме еле сдерживал себя, чтобы не застучать зубами от холода. — Целоваться не станем. Прости. У меня, должно быть, сейчас такой тлетворный запах изо рта… А помнишь, когда мы впервые встретились, я был примерно в таком же положении. Только вот одежды на мне было чуть больше, а ты казалась мне тогда не такой красивой… Она не дала ему договорить этот бестолковый набор слов и рывком двинулась к нему, чтобы крепко обнять. От этого неожиданного объятия у обоих внезапно побежали слёзы горячим и непрерывным потоком. Бриенна наконец высвобождала свои чувства, что давно отрицались ею, долго томились в глубине её души и ждали своего проявления. Она нервно сминала кожу на спине Джейме и захватывала волосы на его затылке в кулак, сжимая и разжимая. Джейме же зарылся носом во впадинку, соединяющую её шею и плечо, горячо дыша, плача и согреваясь. Несмотря на тесно прижатые друг к другу тела, между ними, казалось, было все еще слишком много невыраженных чувств. Именно поэтому буквально через пару мгновений в Бриенне неосознанно проснулся невиданной силы клокочущий гнев откуда-то изнутри, и она выплеснула его, дав Джейме мощную пощёчину, которая громким эхом разнеслась по всей пещере. Он звучно расхохотался. — Семеро, ну наконец-то! Наконец настоящие эмоции, которые я заслужил. А то смотрела на меня, как на какое-то божество. — Ненавижу тебя, — толкнула его в грудь Бриенна, злясь на него за эти слова, за слова, которые стояли между ними, слова, что он произнес в их последнюю встречу перед его отъездом из Винтерфелла, слова, которые он не сказал ей сейчас, какие, думала она, он должен был ей сказать. Она встала, отступила на пару шагов и снова посмотрела на него. Только тогда Бриенна заметила, что всё тело Джейме — и грудь, и руки, и ноги — было осыпано фиолетовыми и желто-зелеными синяками, а на щеке образовался красный след от ее пальцев. Рядом с его нижней губой алела гематома от чьего-то другого удара, а в волосах около уха рассыпалась большая сухая кровяная короста. Рука Бриенны дрогнула в воздухе, когда она потянулась к его голове, и нежно прикоснулась кончиками своих длинных пальцев к его скуле, которую ударила сама мгновением раньше. Джейме прерывисто вдохнул. Бриенна наклонилась к нему и поцеловала его в эту распалённую щеку. Джейме замер, напрягшись, затем расслабился и привычно заговорил: — Пожалуйста, миледи, простите меня за этот нелепый вид. Но не могли бы вы одолжить мне хотя бы ваш дублет, чтобы прикрыться? Здесь всё еще довольно прохладно, несмотря на весь жар вашего прекрасного тела. — он дёрнул уголком губ, нацепив на лицо полуулыбку, и потом устало добавил, — И я не хочу смущать тебя еще больше. Бриенна опомнилась, быстрым движением сняла свою верхнюю кожаную куртку, оставшись в нижней рубашке, и прикрыла Джейме. Она немного замешкалась, а затем достала свой меч из ножен и разрубила цепи рядом с его руками и ногами. — Боже, как всё глупо, — поморщился Джейме, когда Бриенна решила снять с себя еще и широкие штаны и отдать их Джейме. В итоге она осталась одета в свою нижнюю хлопчатую рубаху, панталоны до колен, сапоги, а бедра опоясывал ремень с «Верным Клятве». — Что ты говоришь? Ты… Ты жив. — Знаю, да, прости меня, — лицо Джейме искажала боль при каждом новом движении, что он проделывал, чтобы одеться. — Только это все равно до безумия глупо. Но я так рад тебя видеть, Бриенна. Боги, ты снова спасла меня. Нашла и спасла, — говорил Джейме, все еще стуча зубами и дрожа всем телом, но уже тепло улыбаясь. — Я до сих пор не могу поверить, что вижу тебя, — тихо призналась себе и ему Бриенна. — Да, я тоже. В смысле, что тоже не верю, что вижу тебя перед собой...наяву. Бриенна сидела перед ним на корточках, и Джейме рассматривал её, всё ещё не веря глазам. — Сможешь подняться? Джейме поморщился и попробовал встать, но его мускулы атрофировались от долгого сидения, а голова сильно кружилась от недостатка пищи, воды и тепла. — Думаю, мне понадобится твоя помощь, — стыдливо признался ей он. Наверное, только ей он и мог признаваться в своей слабости. — Хорошо, — она наклонилась к нему. — Обопрись на меня. Попробовав пройти пару шагов с его левой рукой за своей шеей, она остановилась у выхода из этого места и спросила: — Кто с тобой сделал это? Он заглянул ей в глаза и пронзительно всматривался в её лицо, прочитывая его, словно книгу. — А ты разве ещё не догадалась? — Я хочу, чтобы ты сказал мне это прямо, — стояла на своём Бриенна. Джейме выжидательно посмотрел на неё, а потом вымученно произнес: — Это были люди Рокфорда. По его приказу. Бриенна втянула в себя воздух и продолжила идти по лабиринтам пещеры, держа с одной стороны Джейме, а с другой стороны — догорающий факел. — Что ты будешь делать? — спросил он у неё спустя какое-то время. Она хмыкнула в неудовольствии. — Ещё не придумала. Он...предал меня. Джейме закашлял от смеха. — Он не предавал тебя. Он с самого начала был таким. Просто ты вечно неустанно ищешь в людях что-то хорошее и цепляешься за это. — Но я не доверяла Олланду поначалу! — запротестовала Бриенна. — Конечно, нет. Однако он всех здесь умело обвёл вокруг пальца — и тебя в том числе. Я всё расскажу тебе. Всё. Всю правду, что выяснил. И о Рокфорде, и о себе. А ты расскажешь мне о себе. Только давай выберемся из этой треклятой пещеры, прошу тебя. — Хорошо. — Когда ты научилась соглашаться, а не перечить? — усмехнулся Джейме. Бриенна чуть повернула к нему голову, сначала не найдя слов для остроумного ответа, но спустя пять шагов всё же парировала: — Я не перечу лишь потому, что даю себе отчет, что говорю с избитым, изморённым одноруким рыцарем, почти без одежды, почти убитым, но выжившим под обвалами Красного замка и в подземельях Закатного на Тарте. — Какое снисхождение, миледи. — Но еще и потому…— продолжала Бриенна уже серьёзно, — что боюсь сейчас услышать эту правду об Олланде. Джейме замолчал в задумчивости. Через несколько минут Бриенна решилась спросить: — Тебе не будет больно, если я понесу тебя на спине? Джейме весь напрягся, прожигая её затылок своим взглядом. Тогда Бриенна добавила, объясняясь как с ребёнком: — Так будет быстрее. — Больно будет только моему самолюбию, — лишь пробубнил он. Бриенна покачала головой, отдала ему их единственный источник света и проделала небольшой трюк, чтобы схватить Джейме под коленями и зашагать, чуть наклоняясь вперед. Несмотря на всю неловкость ситуации, он прошептал ей на ухо еле слышно, смущенно и как-то очень нежно: — Спасибо тебе. Дорога обратно показалась ей намного короче, хотя она и несла на себе мужчину. — У тебя случаем нет с собой немного воды? Пить ужасно хочется. Бриенна недовольно посмотрела на Джейме. — Понял. Воды нет. — Факел скоро догорит, и нам нужно будет идти наощупь. По моим ощущениям, скоро мы должны уже выйти. Видишь? Коридор расширяется. — Ты ведь понимаешь, что нам нельзя сейчас возвращаться прямо в замок? — Почему? — Они схватят и тебя, узнав о твоей спасительной миссии. Не думаю, что Рокфорду понравится твоя доброта к его пленникам. Полагаю, Рона вы тоже освободили? Я слышал там голос Подрика. — Да, они должны были уже выйти из пещеры и ждать снаружи. — Мы должны уйти в леса. Ты, Рон, Подрик. — Почему в леса? — Там Уоллес, брат Рона, Аддам Марбранд и ещё пара ребят. Они живут в хижине на окраине леса неподалёку от юго-восточного причала. Вместе мы придумаем, что делать дальше, обещаю. Бриенна не нашла слов для ответа — она была вымотана этой ночью, чтобы о чём-то усиленно думать. Она даже толком не успела осознать, что наконец-то нашла Джейме. Единственное, что было ей нужно прямо сейчас, — это выбраться и перевести дух. Когда они вышли из пещеры, синее море уже блестело от солнечных лучей, совершенно спокойное, а небо было каким-то мягким и чистым. Они увидели Подрика, Уну и Рона, сидящих у скалистой стены около входа в пещеру. Бриенна опустила Джейме туда же наземь и потянулась с облегчением, поняв, что изрядно устала нести его на своих плечах. Подрик, слишком шокированный видом Джейме, не выдавил из себя даже звука, лишь раскрыл рот от удивления. — Ты в порядке? Присядь тоже, — заботливо сказал ей Ланнистер, глядя на неё обеспокоенно. Бриенна кивнула ему и осторожно согнула ноги. Облокотилась сначала о стену, а потом села и уперлась спиной в теплый бок Джейме, положив затылок ему на плечо. Почему-то это было так естественно — быть рядом с Джейме. Вот так сидеть с ним бок-о-бок. Бриенна на пару мгновений даже прикрыла глаза, наслаждаясь моментом, а потом распахнула их и взглянула на яркое небо. Там она увидела два шара — луну, как-то призрачно и почти незаметно висевшую на западе, и солнце, уже властно светившее на востоке. Так, свет победил ночную тьму, а луна, как хранительница ночи, робея от поражения, будто повернулась своей обратной стороной к Бриенне и выдала ей почти все свои тайны.