Край изумрудной долины

       Утренний рассвет, солнце поднималось над землёй. Просыпался лес, восхищаясь розовой зарей. Я неподвижно сидел на одной из зелёных лавочек, добровольно расставленных для того, чтобы по вечерам на них сидели обсуждающие всех бабушки. Пение птиц заставляло меня широко улыбаться и иногда качать своими ножками, окунаясь в бесконечные воспоминания о прекрасном и беззаботном детстве. В моей голове оно кончается ровно тогда, когда завершаешь младшую школу. Я искренне не понимаю, почему мозг расставил грани времени так, возможно, на это что-то повлияло, пока не понял что именно.        Из приоткрытого окна моей квартиры пробили старые часы.        - Не иначе как три утра стукнуло. - Пробормотал я, отворачивая голову от старенького окна которое, вероятно, не меняли ещё со времён Советского союза. Это странно, но меня оно вполне устраивало. Добавляло уюта что-ли, антуража какого-то. Всё в Берёзовой долине осталось после СССР, включая жителей. Только лампочки и лавочки регулярно меняют раз в пять с половиной тысяч лет. Конечно же нет, это просто вздор! Никто и никогда за мою короткую жизнь не занимался благоустройством домов, по крайней мере из самих жителей. Меня данный факт не удивлял ещё пять лет назад, когда мне было около 10-ти лет. Как бы моя душа не просилась в этот райский уголок, наполненный бесконечными морями красного вина, великолепными яблочными садами и другими благами, так необходимыми людям, сквозь зубы стоит признать, что люди в Берёзовой долине не такие красивы внутренне, как казалось на первый взгляд. Мне повезло, что во взрослых конфликтах я почти не принимал никакого участия, только лишь осторожно, как мышь в библиотеке, наблюдал со стороны. Но не буду углубляться в подробности. Уже столько раз эта тема была обмусолена с друзьями и папой, что не хочется и вспоминать.        - Что сидишь, малец? - Послышалось откуда-то сверху. Я неожиданно для себя вздрогнул и плавно стал поворачивать голову туда, откуда предположительно раздался чей-то голос.        - Ха-ха! Вон как испугался, соседа родного не узнаешь, Игорь. Небось в свои годы уже пропил, что было, раз стал своих забывать, ха-ха!        Почувствовав облегчение я выдохнул и стал ждать, пока лукавый выйдет из подъездной двери и покажется всему миру, ну точнее всей, пока ещё не проснувшийся, долине.        С громким скрипом серая подъездная дверь отворилась: у неё стоял мужчина примерно сорока пяти или пятидесяти лет. На голове была еле видная седина, а правый глаз слегка дергался каждые три секунды. Это был Анатолий Иванович Анисимов - папин начальник и большой друг. Первое упоминание его в моей памяти насчитывается годом так 2009. Вместе с моим отцом Андреем Усачёвым, они работали на атомной станции имени Кирилла Ильича Белоглазова, великого инженера и учёного, посвятившего свою жизнь атомной энергетике. За всю свою "карьеру" мне доводилось бывать на этом, безусловно, великом сооружении, лишь пару раз. Первая моя поездка туда случилась в дождливый день. Гроза так и играла сама с собой в никому непонятные игры. Толком достопримечательности атомной электростанции моему глазу увидеть не удалось, хотя очень хотелось. А во второй раз уже у меня был дождливый день, на душе. Не помню точно из-за чего мой разум поглотила тоска и уныние, наверняка ничего серьезного.        - А вот и сам лукавый, собственной персоной! - Радостно воскликнул я, торопливо протягивая руку Анатолию.        - Он самый, прибыл в вашу помойку с проверкой: говорят тут кур доят и бантик не снимают. Что скажете в ваше оправдание, господин Усачёв младший? Полагаю, вы за главного в этом грозном рассаднике зла и беспредела. - Весельчак пожал мою руку и тут же сунул её в карман, заляпанных не пойми чем, джинсов.        - Ну на счёт кур жалоб не поступало, позвольте господин... - Мои руки демонстративно, как будто по команде, впились в карманы. - А про бантики не нагнетайте, уж прошу вас по хорошему! У нас на селе их все носят! Вот как! От собаки и белки, до ягнёнка и кобылки. - Я приподнял свою правую бровь, тем самым показывая всю нелепую иронию, царящую вокруг нас с Анатолием Ивановичем.        - Ух и утомил ты меня, Игорь! - Воскликнул дяденька, почёсывая полуседой затылок. - Теперь и переиграть меня можешь, не то что раньше...        - Куда идете то, дядь Толь? Время вроде как три или даже меньше вообще. Небось опять на работу вызвали? - С улыбкой проговорил я, облокотившись на перила, стоящие вдоль подъездных козырьков, которые к слову были сооружены совсем недавно.        - Да не говори! - Мужчина отмахнулся и посмотрел куда-то в сторону, затем скрестил свои закалённые руки и продолжил: - Заколебали меня, ну ей богу! На неделе уже третий раз мотаюсь туда-сюда, туда-сюда. И главное же что-то делаю, а не просто приезжаю на двадцать минут, посмотреть как говно лопатами кидают.        - Эм... - Протянул я, в ожидании продолжения разговора со стороны папиного коллеги, но его не последовало. Тогда мне самому пришлось придумывать какой-либо наводящий вопрос дядь Толе, благо мыслить пришлось не так долго.        - А что, может готовятся к чему-то? Праздник или ещё что-нибудь важное намечается там у вас?        - Что-нибудь важное, говоришь... - Протянул работник АЭС, нахмурив свои светлые и тоненькие бровки. - Вообще испытания скоро будут проводиться. - Заключил Анатолий, в один миг став как сторожевая собака: серьезным и наблюдательным.        - Я думаю, что... - Мужчина стал говорить на тон тише. - В них будет принимать участие и твой отец, если всё пройдет гладко и без форс-мажоров... - Дядя Толя на миг широко улыбнулся, словно окунулся в свои сакральные мечты. - То всю команду нашего отделения ждут большие, нет, просто огромные премиальные и прибавка к зарплате на 15 процентов. Испытание имеет большое значение для нашего региона.        - Вау! - Протянули мои тонкие подростковые губы. - Это действительно важно, дядь Толь. Сюрприз для папы то какой будет.        - Да уж, мечтать не вредно, как говорится друг мой... - Анисимов расплылся в улыбке, глядя куда-то вдаль. Затем вздохнул, видимо понимал, что уже пора выезжать на работу. и проговорил: - Только никому не слова, Игорёк. Я тебе доверяю, потому что знаю тебя и твоего папу с лучшей стороны. Не пробазарься!        - Так точно! - Синхронно рявкнул я и повернувшись прямо к работнику атомной станции отдал честь, при этом сделав невозмутимое выражение лица, словно настоящий солдат.        - Куда без фуражки то? - С теплотой сказал Толя. - В армии бы тебя... Эх, молодежь! Всё вам прощается в этой жизни. - На этих словах мы и размянулись: начальник папы быстрым шагом направился к старой Мазде, а я в свою уютную трёшку, всё таки разговоры со старшими утомляют.

***

       Утро 31 мая. Что же может быть лучше этого, только что наступившего, времени. Держу пари - почти ничего, во всяком случае так считаю я. Огромная куча возможностей и простора для их выполнения. Хочется себе сказать: "Так, поднимайся и иди делать то, что задумал!", но тут, откуда не возьмись, вступает в силу одно маленькое "но", и зовут его госпожой ленью. Иногда душа просит просто-напросто открыть скрипучее окно, улыбнуться первым и самым сладким лучикам солнца, вдохнуть свежий загородний воздух, послушать ласкающее слух пение птиц, и плюхнуться обратно в кровать, где тебе никто не будет мешать валяться, верно? В моём случае это далеко не так: ведь мои прекрасные, ласкающие разум сны, развеяли непрерывные телефонные звонки.        - Какое прекрасное утро... - Жалобно простонал я, закрывая голову подушкой, набитой до отказа гусиными перьями. Хочу отметить, что на таких вот советских подушках получаются очень и очень приятные сновидения, ну вы понимаете, о чём я говорю.        Тем временем поток телефонных звонков не прекращался: более того, складывалось такое ощущение, что громкость рингтона этой адской машины постепенно увеличивается, как будто назло мне - несчастному соне, решившему поспать чуточку дольше... В конце концов моя нервная система уже просто не выдерживала настойчивых звонков от неизвестных, я резким движением взял свой телефон и посмотрел на экран. На нём красовалась смешная фотография, подписанная как "дебил".        - Очень интересный контакт... - Иронично покачав головой в стороны, проговорил я, потихоньку выползая из постельного плена. "Ну делать нечего, достанут ведь, из под земли, из самого анала, но достанут" - С этой мыслью мой палец провёл в сторону по экрану, тем самым ответив на звонок: Я: - Усачёв младший у аппарата, внимательно слушаю. Друг: - Такой официальный ты, Игорь, даже не верится совсем. Хочется иногда взять тебя, встретить на улице и как долбануть по лбу со всей силы, чтобы улетел ко всем чертям.        Я лишь тихо улыбался, держа в руках телефон. На другом конце провода со мной разговаривал Артём Викуолов - надежный товарищ, проверенный годами. С ним мы вдвоём прошли: огонь, воду и медные трубы. Были ссоры, при чём значительные, затягивающиеся на месяца. Но не смотря ни на что мы так или иначе всегда оказываемся вместе. Внешне Артём Сергеевич достаточно привлекателен: у него мягкие и шелковистые блондинистые волосы, кстати довольно длинные. Зеленые глаза и веснушки, придающие ему некой изюминки. Худой, рослый, но не выше меня, всё таки моя генетика в этом плане чуточку впереди. Запоминающейся деталью в Артёме является то, что при разговоре его нижняя челюсть немного опускается вниз, таким образом делая его пухлые губы приоткрытыми. Я: - Да пошёл ты! С матерью так разговаривать будешь, понял?! Артём: - Ой ой ой. Почти напугал. Почему не отвечал мне?! Я раз триста звонил тебе. Я: - У меня тихий час был, не отвечал потому что спал крепким сном. Артём: - Какой спал!? Время пол 12-го, меня вообще бабушка разбудила в 9, а ты до сих пор спишь, дебил! Я: - Давай без оскорблений, понял отброс общества? Артём: - Так точно! Как же мог забыть? Я мусор, я отстой, я идиот. Как вы и говорили, сэр. А вообще кончай лясы точить, через десять минут жду тебя и ещё нескольких людей у 3-го подъезда, обкашляем вопросики воровские. Я: - С тобой опущенным даже говорить не хочется, но тебе повезло я сегодня добрый.        На этой, довольно комичной ноте, он бросил трубку. Разумеется, весь разговор расценивался нами как большой спектакль, разыгранный только для двух зрителей - меня и Артёма.        Когда наша дружба с ним только рождалась, я не совсем понимал эти "воровские" шутки. Порой они даже задевали меня, сильно травмируя моё самолюбие. По правде надо сказать, что и другие шутки Артёма и другого нашего общего друга, мне не сильно нравились раньше. Только спустя несколько лет мой мозг привык к такого роду насмешкам. Ведь со временем стало совершенно понятно, что никто не желает оскорбить или унизить. Все существующие шутки - это предмет насмешек, не больше и не меньше.        Плавно встав со старого, но невероятно уютного и дорогого мне дивана, мои ноги, словно по заранее записанной кем-то программе, побрели в сторону ванной комнаты. Остановившись около зеркала в прихожей, я глянул в отражение: какой-то опухший, искусанный проклятыми комарами парень, стоял и вглядывался сам в себя.        - Если не причесаться и не умыться, буду похож на дядь Лешу с пятого этажа. - На помятой физиономии нарисовалась улыбка, с ней я отправился в душ, а сразу после принятия всех запланированных водных процедур, наконец-таки решился выйти на улицу. Тем более что опаздывать на встречи было некрасиво.