Cooled dinner.

— хён, смотри! я сделал себе татуировку! — кричит довольный Феликс, заходя в их с Чанбином квартиру. парень проходит в глубь и слышит звуки льющейся воды. Чанбин в ванной – делает заключение Ли и проходит на кухню. вообще, стоит заметить, что Чанбин с самого момента их официальных отношений запрещал Феликсу делать тату. почему? наверное потому что сам Бин, будучи подростком, сделал непоправимое – набил рукава на обеих руках и сделал парочку на шее. в дальнейшем, это помешало ему устроится на нормальную работу. и не смотря на то, что сейчас он работает из дома и получает хорошие деньги, на которые они, кстати, с Феликсом купили двушку в центре города – он все равно отговаривал Ли от этой затеи. младший всегда мечтал стать преподавателем по вокалу. устроиться в академию и заниматься тем, чем хотел ещё со школы. но кто возьмёт в академию парня с татуировками? никто. вот поэтому Чанбин его долго отговаривал, и даже когда Феликс строил глазки и говорил: «ну всего одну, хён. где-нибудь на плече. ну пожалуйста» — старший с абсолютно каменным лицом отказывал своему парню, вновь объясняя почему. пока ничего не подозревающий старший плещется в ванной, Ли принимает решение приготовить ужин. ну или что-то на подобии того. буквально 15 минут и на столе появляются две тарелки с роскошной яичницей с помидорами и зеленью. Феликс часто готовит такую для Чанбина. любит он её, но не больше чем младшего. ещё пара минут и щелчок сообщает о том, что Со выходит из ванной. так как он не слышал прихода парня, он спокойно вышел в одном полотенце и спокойно себе побрёл на кухню. — хён! ну наконец-то, присаживайся, — довольно "девчачьим" голосом проговорил Ли. а Чанбин что. Чанбин прихуел раз на то пошло. и не из-за того что младший так рано вернулся, и не из-за того что на столе уже стоит готовый ужин (хотя, этого он тоже не сильно ожидал, но всё же), а от своего парня, что сейчас сидит в...одной футболке? похоже на то, и Чанбин нервно сглатывает. — ты блять издеваешься? — нервно проговаривает Со. — н-нет, хён, почему. садись давай, еда остывает, — спокойным голосом произносит Феликс, а ведь на самом деле стонет у себя в мыслях от одного вида Чанбина. ведь он только вышел из душа. все ещё не высохшие капельки стекают по его накаченному телу, по ногам, рукам и немного по лицу... пиздец одним словом. — Феликс Ли, — как бы властно говорит старший. — ты же понимаешь, что еда по любому остынет? а младший знает. прекрасно знает. он не добивался этого прямо таки специально, просто вдруг приспичило надеть одну лишь футболку...совершенно спонтанно... проходит мгновение, и Ли уже на руках у Со, что так сильно сжимает его бёдра сейчас. Феликс не медлит. обвивает ногами талию парня и быстро приближается к его лицу. аккуратно высовывает язычок и облизывает губы старшего, как бы спрашивая разрешения. а Чанбин и без того не против. да и медлить ни к чему. поэтому он решил слегка ущипнуть бедро Ли, от чего тот издаёт тихий стон и Со тут же впивается в его губы, почти сразу углубляя поцелуй. Ли сносит крышу. на самом деле, раньше у них никогда такого не было. их отношения всегда были такими милыми, словно у детей. легкие поцелуи в щёчки, носик и лоб, а так же нежные и трепетные поцелуи в губы. ну и обнимашки 24/7 конечно. но что творится сейчас... Чанбин правда больше не выдерживает, и как только воздух кончается – отрывается от любимых губ и переходит на шею младшего, а руками начинает блуждать по телу. а Феликс и не против. ещё мгновение, и Ли оказывается на столешнице. Чанбин целует нежно, аккуратно касаясь губами слегка загорелой кожи младшего. оставляет мокрые дорожки от уха до острых ключиц. на них он ненадолго задерживается, слегка покусывая и оставляя багровые засосы. Феликсу нравится. так сильно нравится, что с его уст вновь слетает протяжный стон. а Чанбин лишь ухмыляется и вновь заключает младшего в долгий поцелуй. пока руки Феликса на шее старшего, Бин, не теряя времени, спускается руками ниже, пробирается под футболку и укладывает руки на тонкую талию своего парня и крепко, до синяков, сжимает её. Феликс вновь стонет, от чего Чанбину хочется большего. тогда его руки начинают аккуратно очерчивать пресс и плавно переходить к очень чувствительным и уже набухшим соскам. Чанбин не жалеет своего парня. а что? он вообще-то первый начал. пришёл раньше, да ещё и выперся готовить в одной лишь футболке... одна рука старшего до боли сминает и скручивает сосок Ли, а вторая вновь сжимает талию. воздух никак не кончается, поэтому их поцелуй получается долгим. слишком долгим. не сказать, чтобы Феликсу это не нравилось, но он так долго ждал этого момента, что сейчас ему кажется, что все эти прелюдия длятся слишком долго. слишком. Феликс не выдерживает. разрывает поцелуй и тянется руками к полотенцу, в которое "одет" Чанбин. — стой, — тихим и властным голосом говорит старший, подхватывая младшего под бёдра и спуская на пол. — можешь продолжать, — Бин улыбается, а Феликс сразу всё понял. он быстро опускается на колени и начинает поглаживать через ткано полотенца уже заметно вставший член своего парня. он проводит по нему почти от самого основания, не забывая в конце слегка надавить на головку. из уст Чанбина вырывает стон. хриплый стон. и Феликсу это однозначно нравится. ему буквально сносит крышу. младший не медлит ни секунды. оставляет пару лёгких поцелуев на прессе старшего и резко стягивает полотенце, отбрасывая его куда подальше. Ли видит размер Чанбина и...ему окончательно сносит крышу. сил терпеть нет, да и зачем? не теряя ни секунды, Ли берёт до основания, чем вызывает ещё один стон своего парня. Чанбину это нравится. до боли в животе нравится. ещё недавно они просто гуляли, держась за руки, а сейчас Феликс отсасывает ему. ну не прекрасно ли? Феликс берёт до основания, и по началу ему очень неприятно, ведь орган его парня настолько велик, что буквально упирается в горло, вызывая рвотные позывы. но Ли не сдаётся, и через некоторое время начинает доставлять удовольствие не только своему парню, но и себе. он аккуратно проводит языком вверх, оставляя мокрые дорожки на каждой венке. играется с головкой, переодически покусывая её, от чего Чанбин выгибается в спине, рычит, и уже через несколько минут кончает, а Феликс тут же слизывает всё до единой капли. поднимается с колен и вновь, не проронив ни слова, сливается с парнем в таком чувственном поцелуе. Чанбин снова подхватывает его под бёдра и вновь усаживает на столешницу. — ты хорошо поработал, малыш, — разрывая поцелуй говорит старший. — теперь моя очередь. Чанбин резко снимает с младшего футболку и кидает её куда-то в сторону полотенца. подходит в плотную, устраивается между ног младшего и вновь целует, кусая его губы в кровь. им обоим до жути нравится этот привкус железа во рту. Чанбин поцелуями спускается всё ниже и ниже, оставляя пару ярких засосов на ключицах и прессе. чтобы знали... ещё немного и ноги Ли оказываются на плечах у Чанбина. он быстро находит в одном из ящиков смазку (видимо, приготовленную заранее) и не жалея выдавливает себе на пальцы. один палец – и Ли немного непривычно. два пальца – и Ли больновато. три пальца – и Ли дико больно, но он хочет. очень хочет. тем более он понимает, что старший не причинит ему сильной боли, поэтому он просто прикрывает глаза и пытается привыкнуть. и уже спустя пару минут боль сменяется удовольствием. Чанбин начинает быстро двигать пальцами, постоянно меняя направление, пытаясь найти то самое заветное положение, когда: — ааах! — из Феликса вылетает стон, говорящий о том, что Со нашёл нужный угол. ещё пара движений пальцами, ещё пара стонов и...становится так пусто, но не на долго... Чанбин тоже не железный. он не выдерживает, поэтому быстро вынимает пальцы, выдавливает немного смазки на свой член и быстро входит почти до основания, давая младшему привыкнуть. сейчас им так приятно. Чанбину кайфово от того, как в Ли узко, и как его стенки приятно сжимают его член в себе. а Ли безумно классно с тех ощущений, когда внушающий член твоего парня наконец-то в тебе. Ли даже чувствует пульсацию. Феликс довольно быстро привык, о чем сообщает старшему, и тот немедленно находит нужный угол и начинает буквально вдалбливается в хрупкое тело. он под аффектом. он безошибочно находит простату и двигается, двигается, двигается. им так хорошо. Феликс уже вовсю надрачивает себе, издавая при этом очень громкие стоны. ОЧЕНЬ. кажется, у соседей сегодня испорчен вечер. Чанбину нравятся эти стоны, но губы Ли, кажется, больше, поэтому послушав прекрасные стоны своего парня ещё немного, он резко наклоняется, вновь и вновь целуя, беспощадно терзая губы, сминая их, немного оттягивая и прикусывая. Феликс продолжает стонать. стонать в поцелуй. Чанбин продолжает быстро двигаться, одновременно скручивая соски Ли. ещё немного и оба кончают с громким рыком. Со подхватывает такое лёгкое тело младшего и неспешно несёт в спальню, укладывая на кровать. сам падает рядом и обнимает сзади, притягивая ближе. оба лежат с закрытыми глазами. им правда хорошо сейчас. ещё немного времени и Ли засыпает на груди Чанбина. утром, Феликс разбудит старшего легким поцелуем в лоб и скажет: — Бинни, а ведь я вчера татуировку сделал... — серьёзно? — смотрит Чанбин заспанными глазами-щёлочками на младшего. в ответ Ли получит краткое: — ну я же говорил тебе не делать этого...мне снова наказать тебя? на что Феликс смеётся, бьёт старшего кулочками и рассказывает, что набил малюсенькую бабочку на плече, и что она никак не помешает ему в его дальнейшей работе.

***

они проведут в обнимку друг с другом всё утро. будут лежать часов до 12, даря лёгкие поцелуи. когда окончательно проснуться – увидят на кухне вчерашний остывший ужин. — ну я же говорил тебе, что ужин остынет, — смеясь сказал Чанбин, обняв Ли и потащив за собой в ванную комнату. — и ещё, не делай больше татуировок, малыш мой, ладно?