позволь мне нарисовать твои глаза.

позволь мне нарисовать твои глаза. в центр загоню два симметричных миндаля и круг с кружком поменьше. я назову это "открытый взгляд" и в краску жёлтую вложу значение медовый, а карий впредь я буду кликать шоколад. и цвета два приобретут значение тепла и света, а ты, в моменты сильного волненья, для слёз введёшь понятье хрусталя. разрешения прошу на отображенье губ алеющих в уже и без того пылающем закате. ты тонкой линией смаскировать их вдруг решила, подумав о судьбе своей до чёртиков несправедливой и о том дне, когда привычным стало забывать и дни, и числа, и имена подруг. а вдруг. забудешь лица те, кто в форме вычурного слога старается запечатлеть тебя ни как анфас, ни как метафоричный смысл, а как бесформенную душу, которую не тяготит ничто мирское. позволишь каплю вольности? я воссоздам твою белёсую улыбку поярче всякого нетлеющего мака. в горящем поле. где нас осталось двое. я и горе. дай дозволение на лепку прядей твоих светлейших, не тронутых седою пеленой волос. иль к чёрту лепку, я в камне выбью лёгкость их касаний и колыхание под такт будущим ветрам. а там где тихой рощей взвоют голоса отдам твой образ соснам. они слелеют и глаза, и губы, и белоту волос и будет только голос. мам.