Звонок

В комнате Маринетт Дюпэн-Чэн раздаются гудки. Девушка разлепляет глаза и смотрит на источник звука. Алья звонит по скайпу. Класс. Только этого не хватало. А так хотелось полежать подольше в тепленькой кроватке, подремать, когда, наконец представилась такая возможность, ведь — о чудо! — Бражник тоже решил отдохнуть в воскресенье и не насылать акум утром выходного дня. Маринетт медленно сползла с кровати и подошла к компьютеру, села на стул и ответила на звонок. Просто проигнорировать Алью было невозможно — эта рыжая бестия из-под земли тебя достанет, а своего добьется.  — Привет, подруга, спишь? — спрашивает блоггерша, хитро улыбаясь.  — Да, Алья! Неужели, нельзя было позвонить чуть позже? — злится брюнетка.  — Девочка моя, уже час дня, куда, уж, позже-то? — смеется шатенка на том конце провода.  — Час дня? — Маринетт удивленно хлопает глазами. «Хотя, это не удивительно, — думает хозяйка комнаты, — победили акуму мы только к полночи, а потом еще и патруль провели».  — Да, милочка, уже час дня, а если быть точной, то 13:15, — заявила мадмуазель Сезер и, решив сменить тему разговора, спросила, — Есть планы на день?  — О, да! Грандиозные! — Протянула Дюпэн-Чэн, — Слушай: сходить на кухню, набрать вкусняшек, вернуться, забраться обратно под теплое одеялко и наслаждаться ничегонеделаньем. Как тебе? По ту сторону экрана прыснули со смеху.  — Да, девочка, ты в своем репертуаре. А не надорвешься от такого изматывающего времяпрепровождения? — В этот момент сзади брюнетки что-то скрипнуло, но девушки не обратили на это внимание.  — Надеюсь, что нет, — улыбнулась Маринетт, — Это должен быть лучший выходной! Внезапно взгляд шатенки стал удивленным. Смотрела она куда-то за спину подруги.  — Что такое, Алья? — Спросила брюнетка, — Привидение увидела? Мадмуазель Сезер просто усмехнулась и на что-то нажала на своем компьютере.  — Что ты, девочка моя, какое приведение? — Протянула шатенка, — Просто, вспомнила кое-что интересное, отвлеклась… Брюнетка, не поверив в слова подруги, вновь обернулась и, снова, не увидела ничего особенного, — Ла-а-адно. Допустим, я поверила. Вы спросите: «А что же такого увидела Алья?». Да ничего особенного, отвечу вам я, просто всеми известного героя Парижа, Кота Нуара, что жестами просил шатенку, не выдавать его присутствия. Мадмуазель Сезер предусмотрительно включила запись экрана, достала из шкафчика разные вкусняшки и приготовилась к шоу. В это время ничего не подозревающая Маринетт достала блокнот с эскизами и начала показывать подруге новые идеи платьев, кофточек и другой одежды. Игра началась. Что только не вытворял герой Парижа на заднем плане… А, собственно, мы можем вам рассказать. Для начала, он решил размяться: пока Маринетт делилась новыми идеями для платьев к выпускному, Нуар выделывал всевозможные трюки, сальто, садился на шпагат, стоял на руках, да, черт его побери, даже танцевал брейкданс, пусть и не очень хорошо. Мадмуазель Сезер тихо посмеивалась в кулачок под недоуменным взглядом подруги. Далее дело перешло к самой Маринетт. Нуар с невероятно серьезным лицом, стоя позади юного модельера, слушал, как та рассказывает о своих эскизах, предлагает новые доработки или убирает лишние, на ее взгляд, детали с будущих нарядов. Парень просто стоял с лицом «Самый-серьезный-и-всезнающий-критик-эскизов» и, то утвердительно кивал, будто соглашаясь с Дюпэн-Чэн, то чесал подбородок, изображая смятение или глубокую задумчивость. Вскоре, строить из себя Саму Серьезность ему надоело, и он начал дурачиться, как маленький ребенок: строил Маринетт рожки, кривлялся, показывая разнообразные рожицы одну за другой, ходил взад-вперед по комнате с телефоном у уха, будто разговаривая с кем-то. Причем, делал он это тоже по-разному: то с лицом полным нежности и любви, строил глазки на камеру, то как будто орал на собеседника, чуть ли не кидая гаджет в стену, то снова делал такое невероятно серьезное лицо, что можно было подумать: «Наверняка, договаривается с группой мафиози о открытии бизнеса по производству розовых тапочек с милыми зайчиками». Алья Сезер честно держалась до самого конца. Плотину пробило, когда герой Парижа, бесшумно порыскав в шкафу Дюпэн-Чэн, достал сохранившийся после последнего Хэллоуина парик Рапунцель и, нацепив его себе на голову во весь голос заорал: «Солнца яркий луч, путь найди во мгле!» Вскрикнув, Маринетт резко подорвалась с места и, схватив первую попавшуюся под руку вещь, со всей силы бросила ее в сторону незваного гостя. Раздался звон разбившегося стела, и с тихим «Ой», Кот Нуар осел на пол, потирая ушибленный лоб, на котором с неимоверной скоростью росла огромная шишка. Сезер зашлась в новом взрыве хохота, смотря как лицо подруги из бледного постепенно переходит в ярко-бордовый оттенок, а в глазах плещется все большая ярость. Ну, а следующие за этим побегушки разъяренной девушки за травмированным парнем в костюме кота Нуара и с огромным париком на голове, мы описывать не будем, ибо и так понятно, кто в этой схватке победитель, а кто — проигравший, в чье наказание будет входить забег по всему Парижу среди дня в золотистом парике и распевание на Эйфелевой башне «Солнца яркий луч…»