Вечность на двоих

      Субботний вечер, яркие краски вечернего Лос-Анджелеса, прогретый дневным солнцем фасад здания мягко обволакивал теплом и, лишь изредка проносившийся в вышине вихор тихоокеанского бриза, заставлял кожу покрыться колючими мурашками. С высоты пентхауса открывался чудеснейший пейзаж на лучшие красоты города. Отсюда течение земной жизни казалось куда более размеренным и спокойным, но стоит спуститься с небес на землю, и будто попадаешь совсем в другой мир, в самое сердце муравейника. Люди спешат, автомобили сигналят, запах раскаленного асфальта и жженой резины, снующие кругом отдыхающие, «восходящие звезды» и несостоявшиеся знаменитости.       Здесь – наверху ты не видишь и не слышишь обрывки чужой жизни. Она кипит, но где-то там – под ногами. Чужие проблемы отсюда кажутся недосягаемыми, а собственная важность – затмевает разум.       И каждая деталь этого вечера не имела ничего особенного и отличительного от других подобных этому субботних вечеров, но в тот, же миг я ощущала себя совсем иначе. Некая часть меня, хоть и крохотная претерпевала изменения. В один миг мне показалось, что уже каждый успел приметить во мне метаморфозы, и лишь из вежливости или непонимания свершившегося люди вокруг продолжали молчать.       Люцифер должен появиться с минуты на минуту, но как обычно задерживался. Подобный инфантилизм в его поведении со временем стал для меня привычным. В пентхаусе было непривычно тихо, несмотря на очередную шумную вечеринку в Люксе. Окинув взглядом город, распростершийся подо мной, я провела ладонью по стеклянному бортику, отделяющему меня от свободного полета, и повернулась с потоком ветра к выходу с площадки. Стеклянные двери в пентхаус были раскрыты настежь, а лифт отнюдь не подавал никаких признаком пребывающих гостей.       Аккуратно ступая босыми ногами по прохладному полу, я проследовала внутрь. Я уже было собиралась ступить в гостиную, как вдруг в спальне раздался шорох или же скорее хлопок, с каким обычно пребывали гости из Серебряного Града. Едва различимый взмах крыльев и вслед за тем тишина.       Не оставалось сомнения, что Люцифер этим вечером предпочел эффектное появление подъему на лифте. Но в этот раз я буквально заставляла себя поверить в собственные домыслы.       При мне, как назло не оказалось оружия, да и под рукой не было ничего подходящего кроме бутылок с дорогим алкоголем и роскошной громоздкой мебели. Ступая как можно тише, я пробиралась к месту откуда раздался хлопок при этом стараясь не шуршать одеждой. Добравшись до ступеней в спальню, я замерла у одной из стен и аккуратно заглянула внутрь комнаты. Пусто – кровать, да и только. Почудиться мне никак не могло.       Собравшись с духом, я стала подниматься по ступеням при этом, заглядывая за соседний угол, где, как оказалось, тоже было пусто.       Я остановилась в проходе и оглядела хозяйское ложе. Балконные двери в спальне были едва открыты. Всему виной моя излишняя бдительность и нервозность, вызванная неизвестным чувством, зародившимся где-то в глубине.       Мои плечи опустились, и я с облегчением выдохнула, как вдруг раздался звон прибывшего лифта. — Люци…       Я не успела сделать и шагу, не успела обернуться, произнести его имя, как сердце обожгло. На миг я потерялась во времени пространстве. Но с каждой последующей секундой боль усиливалась, а ноги подкосились в коленях. — Хлоя! — раздался дикий рев Люцифера, и мое тело обмякло, с грохотом я упала на пол и крепко ударилась головой.       Звездочки заскакали перед глазами, и прожигающий огненный взгляд Люцифера запечатлелся на моем лице. — Нет! Нет! Нет! Детектив, не смей меня оставлять! — в порыве кричал мужчина, — Хлоя, взгляни на меня!? — взмолился Люцифер. — Я…— попытавшись ответить ему, я закашлялась, и вверх по горлу поднялись вязкие солоноватые сгустки.       И, лишь когда жидкость с хрипами и кашлем вырвалась наружу, я сумела осознать свою скорую кончину. — Детектив, прости, что я оставил тебя. — тараторил Люцифер стирая запачканными манжетами белой рубашки кровь с моего лица.       Он не оставлял попыток зажать рану в груди рукой, но все было тщетно. — Видимо, — сумела произнести я вновь зайдясь кашлем, — Встреча с твоим отцом мне грозит раньше. — тонкая струйка стекла по губам, — Гораздо раньше положенного срока. — Нет, Детектив, — протянул Люцифер и слезы брызнули из его глаз, — Я обещал себе всегда оберегать тебя. — он буквально выл от боли, — Позволь распорядиться твоей судьбой и обременить проклятием. — он стал нервно теребить средний палец и стягивать с него кольцо.       Из-за одного неаккуратного движения Люцифера моя голова скатилась с его колен, и внимание обратилось к алой лужице, что растеклась подле нас. Холодной влажной рукой мужчина аккуратно обратил мое лицо к себе и с трепетом заглянул в глаза, будто вымаливая прощение за последующее.       В тусклом свете пентхауса перед глазами промелькнуло то самое кольцо Люцифера. Он прошептал что-то неразборчивое в ладонь с перстнем и трясущимися руками надел его на мой указательный палец.       На мгновенье тело будто засосало в черную дыру и, тут же тьма извергла меня обратно. От боли не осталось и следа, а испуганное лицо Люцифера с чуть приоткрытыми губами нависло надо мной. — Детектив?! — позвал меня мужчина, — Как ты себя чувствуешь? — он изменил положение наших тел и, теперь я находилась в его объятиях, — Тебе больно? Ты чувствуешь что-то? — никак не унимался он. — Я, — начала я и рукой схватилась за грудь, где еще недавно зияла дыра, — Я в порядке.? — не веря в происходящее, я вновь заглянула в глаза мужчины. — Значит, все получилось. — Люцифер выдохнул и одернул лацканы пиджака, — Я не успел всего на пару минут, — мужчина начинал злиться, — Упаси папашу, чтобы это дело не касалось его божественных рук. — он подал мне руку и усадил на диван. — Я сейчас вернусь. — бросил он и исчез в ванной комнате при покоях.       Оглядев себя с ног до головы, я кинула взгляд на лужу крови, что стекла со ступеней, ведущих в спальню, и поежилась. Не уж то все и в самом деле только что произошло со мной. И как только ко мне пришло осознание случившегося, ком подступил к горлу, глаза обожгло, и потоки слез устремились по щекам, размывая пятна крови на коже. Я хотела было позвать Люцифера, но не смогла связать и двух слов, прикрыв рот руками, я заставляла себя успокоиться.       Если бы не появился Люцифер… Моя дочь…       Всхлипывая и дрожа от ужаса, я отгоняла от себя дурные мысли и, тут ко мне пришло полное осознание. Отняв руку от лица, я принялась рассматривать кольцо, камень которого теперь был прозрачным. Темная дымка буквально растворилась, и, теперь кольцо имело совсем другой вид.       Однажды Трикси обмолвилась о той истории, что поведал ей Люцифер. Мол, в этом кольце заточено бессмертие Лилит. И, если так оно и есть, не значит ли это, что я теперь бессмертна?       Мужчина неожиданно появился в гостиной с полотенцем в руке, один край которого был смочен водой, а в другой руке он держал вешалку с опрятным выглаженным костюмом тройкой. — Тебе следует позаимствовать мою одежду, детектив, чтобы не напугать своим видом детеныша. — но я не придала значения его словам и лишь с открытым ртом уставилась на Люцифера, не веря в собственные догадки. — Люци-фер, — я запнулась на полуслове, — Это кольцо, — я подняла руку вверх, — Это правда?! — утерев глаза рукавом я продолжила, — Я теперь бессмертна? — прошептала в ужасе. — Да, Хлоя. — на этот раз речь его звучала твердо и не сквозила обычным легкомыслием. — Но, — из глаз вновь побежали слезы, — Это значит, что я навсегда останусь такой, — он слегка склонил голову и с сочувствием поджал губы, руки его опустились, — Я увижу, как стареют и умирают мои близкие. Трикси…       В мгновение ока Люцифер возник передо мной. Его ладони обхватили мое лицо, заставляя заглянуть в любимые глаза, обретшие меня на вечную жизнь. — Детектив,— обратился он, но тут, же исправился, — Хлоя. У нас не было выбора. Этот вопрос рано или поздно все равно бы встал между нами. — влажным полотенцем он принялся стирать кровь с моего лица, ключиц и ладоней, — Когда Трикси вырастет и сама примет решение, если она захочет жить вечно… Я обещаю, я сделаю все возможное, чтобы «обезьянка» нас не покинула.       — Но я не знаю, Люцифер. — его близость успокаивала меня, — Не знаю готова ли я к вечности.       — Взгляни мне в глаза, детектив. — указательным пальцем Люцифер поднял мой подбородок, — Скажи, Хлоя Деккер, желаешь ли ты разделить данную тебе вечность со мной? — легкая лукавая улыбка тронула его губы. — Да, — неуверенно начала я, — Если ты всегда будешь рядом, если Трикси… — Вот и чудесно, детектив. — Люцифер отложил полотенце в сторону, — На время тебе придется пожить в другом месте, где никто не станет тебя искать. — Что? Зачем это нужно? А как же Трикси? Как я буду работать? — мужчина отошел в сторону и поднял с пола клинок, который я не заметила.       Уверенно держа оружие в руке, он вновь вернулся ко мне. — Это, — показывая мне клинок, произнес он, — Клинок Рэмиэля. И он был послан убить тебя, и если я не сумел остановить его и твое положение, то ничто не способно заставить его отказаться от этой идеи. — Я не понимаю, — заправив грязные волосы за уши, я подалась вперед, — Зачем ему это? Какое такое положение? Что между вами произошло, Люцифер?       Мужчина подошел к дивану, где разместилась я, и комплект его свежей одежды, отложив его в сторону, мужчина подсел вплотную ко мне. — Детектив, — начал он с расстановкой, — Рэмиэль был послан убить тебя, чтобы на свет не появился антихрист. — Погоди, — запуталась я, — В каком смысле антихрист? — нелепо хохотнув, я, отпрянула от него, — То есть, постой-ка. Ты хочешь сказать, что я, то есть у нас могут быть дети?       Смягчив взгляд, он взял мою ладонь в свою: — Именно об этом я и пытался сказать, детектив. И я думаю, что все дело в том, что те метаморфозы в тебе, которые сумел прочувствовать каждый из нас как раз и являются следствием нежданного появления Рэмиэля. — с каждым последующим словом шум в моей голове усиливался, — В Серебряном Граде эти изменения наделали немало шума. — Люцифер!? — с ужасом на лице оборвала я его речь, — Я беременна?! — Думаю, да. — ответил он и земля ушла из-под ног.