Часть 1
27 августа 2020 г., 01:10
Шисуи был человеком, который гордился тем, что следовал принятым им решениям. Как капитану АНБУ ему довольно часто приходилось делать трудный выбор. Он руководил командами даже в смертельно опасных ситуациях, зная, что малейшая ошибка может привести к тому, что его отряд не вернется в Коноху. Нести такую ответственность было для него нелегко, но, к счастью, ему неизменно это удавалось. А когда нет, он учился на этих промахах и становился лучше.
Пока что.
И вот он стоял здесь.
— Шисуи-сан, я хочу посмотреть, как быстро Вы перемещаетесь!
— Шисуи-сан, покажите эти свои страшные глаза!
— Шисуи-сан, а Вы можете подкинуть меня на это дерево?
Пятилетние сопляки тянули Учиху за штанину, запястье и переднюю часть джонинского жилета. Вокруг него царил хаос. Дети устраивали беспорядки, а он должен был держать их в узде. Должен был их учить.
Некоторые забрались на деревья, что росли вокруг тренировочной площадки, примыкающей к академии. Некоторые из них опасно балансировали на столбах с мишенями. А некоторые небрежно наносили удары по тренировочным манекенам.
Шисуи был в растерянности.
Впервые он поймал себя на том, что сомневается в правильности своего жизненного выбора.
Дети, с которыми он пытался наладить контакт, полностью игнорировали его.
— Эй! — Воскликнул он, увидев одного мальчишку, пытавшегося перепрыгнуть со столба на столб. — Слезай, а то поранишься. — Он схватил ребенка под мышки и опустил вниз. Едва пальцы ног коснулись земли, ребенок вновь сбежал, погнавшись за своими друзьями. Человек с ониксовыми глазами раздраженно вздохнул.
Шисуи был знаком с пререканиями ребятишек из своего клана, которые шумели в квартале, но таких случаев было немного, так как детей с раннего возраста учили быть послушными и не устраивать бардак. И у них обычно участвовало не больше трех-четырех детей. Наблюдать целый класс шалунов было беспрецедентно.
Шисуи не то чтобы избегал детей. На самом деле, он считал их довольно забавными. Как человек, отказывающийся вписываться в образ закаленного шиноби и временами подвергающийся остракизму за свою общительность, он находил в этих детях родственные души.
Он просто обязан был найти способ достучаться до них.
— Шисуи-сан, — позвали его по имени, и болезненно высокий голос вывел его из оцепенения. — Ученики уже начали разминку? — Спросил Ирука, выходя из здания навстречу кудрявому мужчине.
Шисуи посмотрел на будущих шиноби, царящего хаоса и вздрогнул. Он забыл, что пришел сюда ради урока, а не для того, чтобы подвергнуть сомнению свой жизненный выбор, приведший к этому моменту.
Он нервно усмехнулся и почесал затылок.
— Видите ли, Ирука-сан, — начал он, — мы уже собирались начать ката, когда Синдзи-кун увидел белку, бегущую по дереву, и настоял на том, чтобы последовать за ней. И как бы все завертелось, — запинаясь, закончил он. Он быстро отвел глаза от неодобрительного взгляда преподавателя академии.
— Знаешь, Шисуи-сан, когда ты сегодня умолял стать добровольцем…
— … Я вежливо предложил свои услуги, Ирука-сан, — сухо перебил его Шисуи.
Ирука бросил на Шисуи ровный взгляд, но оговорку пропустил мимо ушей и продолжил:
— Ученики должны размяться, чтобы к приходу Сакуры-сан мы могли сразу приступить к уроку.
— Я думал, она уже должна быть здесь, — проворчал молодой человек и раздраженно пнул ногой камешек.
Человек с конским хвостом бросил на Шисуи понимающий взгляд.
— Значит, все эти разговоры о заинтересованности в будущих шиноби Конохи были уловкой, да?
Шисуи замялся
— Что… Нет, я имел в виду именно то, что сказал. Очень важно посвящать время развитию будущего нашей деревни и на благо общества. — Он скрестил руки на груди и уверенно кивнул. — Я бы даже сказал, что я им нравлюсь, — высокомерно заметил он.
Ирука с сомнением посмотрел на него.
— Ну разумеется, — неохотно согласился он.
Внезапно вся суматоха прекратилась, и толпа пятилетних детей начала собираться вокруг человека, только что прибывшего на площадку.
Гремлины закричали хором «Сакура-сан», облепляя теперь Сакуру, требуя ее внимания.
Она стояла в центре скопища малышей, доходящих ей до бедер, сияя и излучая тепло. Она заправила прядь волос за ухо и наклонилась к своим нетерпеливым фанатам. Ее нефритовые глаза весело поблескивали, пока она слушала детей, возбужденно рассказывающих обо всем, что она пропустила с тех пор, как в последний раз проводила в классе урок.
Правда заключалась в том, что Шисуи опрометчиво уговорил Ируку позволить ему помочь сегодня с учениками академии. На самом деле он хотел провести больше времени с медиком. В последнее время она была так занята в больнице, и он болезненно воспринимал ее отсутствие. Когда он услышал, что она вызвалась обучать детей, он ухватился за эту возможность.
За последние несколько лет они с Сакурой очень сблизились. Все началось, когда она сопровождала его отряд АНБУ в дорогостоящей миссии по спасению одной из дочерей дайме Страны Огня. На этом задании он был свидетелем ее боевой доблести и спокойствия, когда приходилось действовать в условиях сильного стресса. Она также привлекла его в личном плане.
После этого он активно искал ее компании, что возвращало его к его нынешней ситуации.
— Ладно, ребята, — начал отдавать официальную команду инструктор-чунин, — давайте построимся.
Группа разделилась и выстроилась в пять рядов по четыре ученика в каждом. Ирука начал объяснять впечатлительным будущим ниндзя теорию тайдзюцу.
Сакура встала рядом с Шисуи.
— Привет, Шисуи, — поздоровалась она с улыбкой, от которой у него замерло сердце. — Не знала, что ты сегодня будешь здесь. Обычно приглашают только одного инструктора, — заметила она, нахмурив брови, пытаясь понять, почему в этот раз все не так, как бывало обычно.
Учиха нервно хихикнул и почесал щеку:
— Ну, видишь ли, на днях я встретил на рынке Ируку-сана, и мы разговорились. Он упомянул, что ищет кого-то, кто мог бы помочь в обучении тайдзюцу, — уверенность Шисуи росла по мере того, как он рассказывал свою выдумку. — Я подумал, что, поскольку сегодня я свободен и вполне на это гожусь, то мог бы просветить малышей. — Закончил он с ослепительной улыбкой, которая была практический такой же, как у Гая.
Куноичи скосила свои нефритовые глаза на темноволосого мужчину.
— Интересно, что ты это сказал, — начала она, — потому что Ирука-сенсей обычно просит меня организовать этот урок. Это своего рода соглашение, которое я заключила с академией. И я никогда не видела, чтобы кто-то еще участвовал в проведении этих уроков. — Ее взгляд стал подозрительным.
Шисуи понял, что ему ничего не сойдет с рук, и решил, что лучше всего будет признаться во всем. Он повернулся к ней всем телом. Сделав глубокий вдох, он начал:
— Нэ, Сакура, я действительно думаю, что важно наставлять детей, которые станут нашими будущими шиноби. И когда я узнал, что ты уже это делаешь, я не мог упустить такую возможность. — Честно объяснил он и посмотрел прямо ей в глаза, надеясь, что она сможет увидеть в них искренность.
Ее подозрения рассеялись, сменившись беспокойством. Ей и в голову не приходило, что ее отсутствие так сильно волнует его.
Сакура взяла руки Шисуи в свои. Она озабоченно сдвинула брови.
— Прости, что в последнее время я не так часто бываю с тобой, Шисуи… В больнице много дел, — казалось, она что-то скрывала от него. Ее взгляд внезапно заострился, когда она расправила плечи. — Причина, по которой я недавно была так занята, заключается в том, что было много приготовлений…
Ее прервал голос Ируки, теперь обращенный к Сакуре и Шисуи.
— Итак, на сегодняшний урок у нас два особых гостя.
По толпе пробежал возбужденный ропот.
Сакура отпустила руки Шисуи и повернулась к ученикам академии, напряженно стоявшим перед ней.
Прошло некоторое время, прежде чем Шисуи смог оторвать взгляд от розововолосой девушки. Почему она должна была готовиться к тому, что собиралась ему сказать? Нарастающая нервозность охватила его прежде, чем он ее подавил, чтобы сосредоточить свое внимание.
Ирука махнул рукой в их сторону.
— Пожалуйста, поприветствуйте Харуно Сакуру-сан, главврача, ученицу Годайме Хокаге и легендарного саннина.
Дети ликовали, хлопали в ладоши и кричали ура. Куноичи растаяла от такого восторга малышей. Сердце Шисуи замерло, когда ее губы растянулись в едва заметной улыбке, а на лице расцвел румянец. Она отвела взгляд, внезапно смутившись от такого внимания. Шисуи, очарованный, смотрел на нее не отрываясь.
Когда наконец наступило затишье, хвостатый чунин продолжил:
— И Учиха Шисуи-сан, капитан АНБУ, также известный как Шуншин-но-Шисуи.
Шисуи наслаждался благоговейными взглядами ребят, которыми они его одаривали. До тех пор пока…
— Почему он здесь? — Раздался пронзительный визг. — Обычно нас учит только Сакура-сан. Почему он тоже здесь?
Некоторые другие ученики тоже начали требовать ответа, поскольку посчитали, что это хороший вопрос.
Ирука поднял обе руки в попытке призвать к спокойствию.
— Шисуи-сан был так добр, что вызвался добровольцем на сегодня. И разве двое гостей — не лучше… — преподаватель академии не успел закончить свое объяснение.
— Он нам не нужен! — Ребенок, не постеснявшийся заявить такое, прорвался сквозь толпу своих сверстников и встал впереди, скрестив руки на крошечной груди и выпятив подбородок. — Он будет только мешать. Ведь правда, Сакура-сан? — Закончил он, глядя на нее в ожидании подтверждения его слов, а в глазах у него сияли звездочки.
Упомянутый медик была в растерянности, не зная, как справиться с ситуацией. Шисуи размышлял о том, что его вот так просто опустили.
Сакура, как всегда дипломатичная, успокоила разгневанного мальчика.
— Шисуи-сан — великий шиноби, и вы все только выиграете, если он останется. Сегодня вы сможете увидеть не один, а целых два стиля тайдзюцу. Это круто, не так ли, Ичимару-кун?
Шисуи не хотелось думать, что он самодовольно поглядывал на ребенка, но так оно и было.
Дьявол Ичимару выглядел понурившимся, плотно сжав губы. Он издал драматический вздох.
— Хорошо, — выдавил он, топая обратно на свою позицию.
Ирука кашлянул в кулак.
— Начнем с разминки, поскольку мы должны были сделать это раньше, но отвлеклись. — На этих словах Ирука бросил свирепый взгляд на Шисуи. — Сперва разминка ката, прежде чем мы перейдем к уроку. — Инструктор повернулся и направился к двум приглашенным шиноби. — Поскольку они всего лишь ученики начального уровня, в этом возрасте мы больше фокусируемся на том, чтобы выработать условные рефлексы, а не на формах техник. Для них полезно посмотреть на тайдзюцу и познакомиться с ним, чтобы заинтересоваться, но этот урок проводится скорее ради развлечения, нежели для того, чтобы воспринимать его слишком серьезно. После разминки мы разобьем учеников на группы, и вы на практике будете их учить. Вам понятно?
Медик и капитан АНБУ понимающе кивнули.
Шисуи посмотрел на маленьких детей, отрабатывающих удары ногами. Все они выглядели довольно мило, на их лицах отражалась разная степень сосредоточенности.
День обещал быть долгим, но он надеялся, что тот окажется плодотворным.
***
Требовательный писк вывел его из задумчивости. — Разве Вы не должны делать свою работу? — Недоверчивый взгляд Ичимару задержался на его глазах. Шисуи поднял бровь: — Прости, что? — Пробормотал он рассеянно. Он признавал, что в тот момент ни на что не обращал внимания. Его взгляд смягчился, когда он посмотрел на Сакуру. Она была в своей стихии. Медик терпеливо объясняла будущей куноичи, как правильно блокировать удар, чтобы получить наименьший урон. Ее розовые локоны переливались на солнце, а глаза весело блестели, когда она смотрела на шаловливых малышей. Шисуи пришлось напомнить себе, что нужно дышать. Никогда еще он не был совершенно очарован чем-то или кем-то. Созерцание того, как Сакура общается с детьми, всколыхнуло в нем нечто такое, о чем два года назад он никогда бы не подумал. Он вдруг увидел свое будущее с Сакурой. В котором она держит их ребенка у бедра, а ее живот заметно раздулся от беременности. Шисуи решительно вырвали из мира грез. Ичимару махнул рукой в сторону Шисуи и обвиняюще ткнул пальцем. — Я знаю, что Вы задумали. — Проревел он. — Вам нравится Сакура-чан! Но Вам не повезло. Учиха был настолько сбит с толку этим обвинением, что не знал, как реагировать. — Сакура-чан? Ты же знаешь, что невежливо говорить так фамильярно. — Он начал с этого пункта. Откуда этот парень выпал, чтобы в такой манере говорить про Сакуру? И конечно, в его взгляде могло проскользнуть восхищение медиком, но он не думал, что это настолько заметно. Ичимару встал перед Шисуи, уперев руки в боки и расставив ноги на ширине плеч, и с уверенностью человека, который вот-вот скажет неоспоримую правду, заявил: — Когда-нибудь я женюсь на моей Сакуре-чан, так что Вам лучше о ней забыть и свалить уже отсюда. Шисуи был просто в шоке. Этот коротышка. Этот сопляк имел наглость заявить, что собирается жениться на своей Сакуре-чан. Шиноби на это клюнул: — Ну, этого не случится! — Он наклонился так, чтобы посмотреть своим хмурым взглядом в глаза ребенка. — А почему нет? — Последовал раздраженный вопрос. — Потому что Сакура — моя и только моя девушка! Так что тебе лучше отказаться от своих притязаний, пока не пострадал. — Шисуи выпрямился и скрестил руки на груди точно так же, как Ичимару. Ребенок замолчал, а потом пробормотал: — Я Вам не верю. — В его глазах все еще было сомнение, но теперь к нему добавилось раздумье. — Ну так поверь, приятель. Сакура — моя девушка, и мы собираемся пожениться. — Заявил он с довольной ухмылкой. — Становитесь в очередь! — Что?! — Воскликнул Шисуи. — У нас есть очередь из тех, кто хочет жениться на Сакуре-чан. Сейчас нас уже пятеро, и я ее возглавляю. Так что я женюсь на Сакуре-чан первым! — Убежденно выдавил из себя Ичимару. Шисуи не верилось, что Сакура обзавелась фан-клубом маленьких гремлинов. Его трясло от такого вопиющего неуважения. Он почувствовал успокаивающее прикосновение к своему плечу. — У вас все хорошо? — Спросила Сакура, переводя взгляд с мужчины на мальчишку, которые, казалось, хотели поубивать друг друга одним лишь взглядом. — Шисуи-сан врет. — Обвиняюще произнес Ичимару. Учиха помедлил с ответом и просто ущипнул себя за переносицу большим и указательным пальцами. — Он сказал, что женится на Вас, — недоверчиво продолжал мальчик, не дождавшись возражений от мужчины. — Что? — Выдохнула Сакура, нефритовые глаза быстро искали подтверждение в обсидиановых. — Ха! — Закричал ученик. — Вы врете! Я так и знал, — закончил он с самодовольной ухмылкой, придвигаясь к Сакуре. Шисуи застыл под взглядом Сакуры. Не так он собирался сделать ей предложение. Сделав глубокий вдох и на мгновение закрыв глаза, Сакура повернулась к мальчику: — Ичимару-кун, не мог бы ты помочь Юми-чан с основами блокировки? Нам с Шисуи-саном нужно поговорить. — Да, Сакура-сан, — отправляясь выполнять новую задачу, он то и дело оглядывался через плечо. Сакура схватила Шисуи за запястье и потащила к краю поля. Ее глаза наполнились слезами. Шисуи чувствовал отчаяние, когда немедленно появился перед ней, подняв руку, чтобы дотронуться до ее щеки. — Что случилось? Знаю, на самом деле мы не говорили об этом, но я люблю тебя и хочу быть с тобой, — он запнулся, — необязательно жениться прямо сейчас, я понимаю, официально мы вместе всего девять месяцев, но, может быть, мы над этим подумаем? — Угольно-черные глаза лихорадочно всматривались в нефритовые. Большим пальцем Шисуи поглаживал Сакуру по щеке, а другой рукой сжимал ее талию, крепко прижимая к себе. — Именно поэтому я попросил Ируку позволить мне сегодня тренировать детей, — смущенно признался он. Сакура, всхлипнув, рассмеялась. — Куда же делось твое наставление будущих шиноби? — Я, конечно, это тоже имел в виду. Думаю, с детьми весело, и они всегда производят на меня впечатление своими спектаклями, — он замолчал, — жаль, что я им не нравлюсь, — в его голосе слышалось разочарование и экспрессия вместе с удрученностью. — Это неправда. Юми-чан по-настоящему тебе улыбнулась. И ребенок Нара внимательно слушал, когда ты сравнивал тайдзюцу с боем на выживание. — Подбодрила она его, лениво выводя кончиком пальца круги на его груди. Уголок его рта приподнялся в едва заметной улыбке. — Да, похоже, я был не так уж плох. — Рука на ее талии напряглась, — я просто не думал, что мне попадется такой негодник. При виде угрюмого выражения на лице кудрявого мужчины медик разразилась громким хохотом. — Не будь таким мрачным, Шисуи. Это просто глупое увлечение. Слезы хлынули из ее глаз и покатились по щекам. — Я никогда не думала, — начала Сакура, — что ты испытываешь такие чувства, Шисуи. Я… я тоже тебя люблю. Шисуи притянул ее к себе, обняв одной рукой за талию, а другой поддерживая за спину, зарываясь пальцами в ее волосы. Сакура положила руки ему на спину и прижалась щекой к груди, там, где билось его сердце. Через некоторое время Шисуи отстранился и запечатлел на ее губах сладкий, целомудренный поцелуй. Его грудь разрывалась от счастья. Он знал, что на его лице застыло тупое выражение. — Значит ли это, что ты выйдешь за меня замуж? — Прошептал он, надеясь, что его голос не прозвучал для нее так отчаянно, как показался ему самому. Ее глаза загорелись озорством. — Ну… — Протянула она, когда темноволосый ниндзя наклонился к ней еще ближе, — хоть твое предложение и было нестандартным и незапланированным, да, Шисуи. Да, я выйду за тебя замуж, — ответила она с хулиганской улыбкой.***
После завершения урока, предложения вернуться от Ируки и ворчливых извинений от Ичимару, ученики и инструктор вернулись в класс, оставив пару в лесу, окружающем территорию академии. Он притянул ее к себе так, что она прижалась спиной к его груди. Его руки скрестились на ее талии, а ее собственные руки легли поверх его рук, накрывая их своим теплом. Он положил голову ей на плечо. — Этот Ичимару однажды вырастет и станет великим шиноби. Такое мужество и отвага достойны похвалы, — заметил Шисуи. По лесу будто разнесся звон колокольчиков. — Я рада, что ты справился со своей ревностью, — поддразнила куноичи. Шисуи опустил голову и игриво куснул ее за шею. Она хихикнула и слегка наклонила голову, обнажая шею. — Разве ты не знаешь, Сакура, — прошептал он ей на ухо, заставляя ее пальцы ног сжаться в привычном возбуждении. — Что ты моя и только моя. — Его голос звучал уверенно и удовлетворенно. — Да, но ненадолго, Шисуи, — ее смех пронесся сквозь деревья, прежде чем стихнуть. Он весь напрягся. Что бы это могло значить? Ненадолго? Неужели он сделал что-то такое, что заставило ее захотеть уйти от него? Его мозг лихорадочно работал, с острым зрением шарингана анализируя все их встречи за последние пару месяцев. Сакура выскользнула из его рук и повернулась к нему. Нефрит встретился с обсидианом, и уже не в первый раз у Шисуи перехватило дыхание. Ее взгляд был невероятно честным, и она, казалось, внутренне боролась с чем-то. Ее глаза наконец прояснились, становясь цвета морской пены, а на лице появилось решительное выражение. Никогда в жизни Шисуи не испытывал такого страха. Он проникал в подземные логова ужасных нукенинов. В одиночку разрушал вражеские крепости. Он даже противостоял Фугаку, сражаясь с ним, чтобы тот не давил так сильно на Итачи с этими ожиданиями клана. Но никогда еще он не чувствовал, как сейчас: как тревога спускается по спине и тяжело оседает в животе. Сакура была светом его жизни. Он скучал по ней каждый раз, когда уходил на миссию, ему казалось, что он словно тонет, пока не пересекал деревенские ворота и не чувствовал вновь ее сигнатуру чакры в своем радиусе. Только тогда он мог свободно вздохнуть. Ее тепла было достаточно, чтобы растопить стены, которые он воздвиг, чтобы защитить свое сердце. Он использовал любую возможность, чтобы быть с ней, отсюда и сегодняшнее представление. Мысли темноволосого мужчины приняли тревожный оборот. Сакура встревожила его, решительно сжав ладонями его плечи. Он не осознавал, что смотрит на свои руки. Он осторожно взглянул из-под ресниц. А потом посмотрел ей прямо в лицо. Ее глаза светились такой любовью, что у Шисуи снова перехватило дыхание. — Я не всегда буду твоей, и только твоей, Шисуи, — начала она медленно, выговаривая каждое слово. — Тебе придется научиться мной делиться. — Ее руки переместились с его плеч на ладони, и она успокаивающе сжала их. Учиха был совершенно сбит с толку. Шисуи слегка утешал себя тем, что она не бросает его, но он по-прежнему беспокоился. Почему он должен делить ее с кем-то, и, что еще важнее, с кем это он должен делить ее? Сакура видела, как в его глазах разгорается протест, но терпеливо ждала. После минутного молчания Шисуи она потянула его руки и положила их на свой живот, накрывая его ладони своими. Шисуи все еще продолжал в замешательстве смотреть. Она покашляла, прочищая горло. — Помнишь, ты говорил, что любишь детей, но они тебя не любят? Он едва сознавал, что кивает головой, потому что был зачарован, ловя каждое произнесенное ею слово из этого сбивающего с толку признания. — Ну… — начала она с такой лучезарной улыбкой, что он на мгновение ослеп. — Я могу представить себе одного ребенка, который будет тебя обожать, — закончила она и с надеждой посмотрела на него, затаив дыхание в ожидании его реакции. Глаза Шисуи расширились от внезапного осознания. — Подожди… Ты… Ты беременна?! — Воскликнул он, прозрев. Улыбка Сакуры стала еще шире, когда она кивнула головой. Шисуи не мог поверить своим ушам. Сакура была беременна. Его Сакура была беременна их ребенком. А потом последовало еще одно осознание. Его хватка на ее животе чуть усилилась. — Я стану папой? — Пробормотал он почти шепотом. Куноичи издала легкий смешок. — Да, Шисуи. Ты станешь папой, а я — мамой, и у нас будет малыш. Никогда еще Шисуи не испытывал такой радости и восторга. Он собирался создать семью с любовью всей своей жизни. Солнце засияло ярче, птицы щебетали слаще и теперь замечалась каждая мелочь, каждое малюсенькое выражение, мелькающее на лице Сакуры. Он запоздало осознал, что подсознательно включил шаринган. Он поднял руку, заправил прядь волос ей за ухо и обхватил ладонью ее лицо. На ее щеках расцвел прекрасный румянец, а глаза блестели от непролитых слез. Он знал, что выглядит точно так же, когда почувствовал соленые капли на своем лице. Его губы сомкнулись на ее губах в страстном поцелуе. В нем он изливал всю свою любовь, все свое восхищение и уважение к ней. Прервав поцелуй, он коснулся своим лбом ее. Ониксовые глаза встретились с нефритовыми. Сложив кусочки головоломки, он догадался. — Так вот почему в последнее время ты так занята в больнице? Она кивнула. — Да, мне нужно подготовить больницу к тому времени, когда я уйду в декретный отпуск. — И когда же это произойдет? — Он вновь положил руку ей на живот. — Примерно через семь месяцев, — улыбнулась она. Брови Шисуи поднялись до небывалых высот. — Ты беременна уже два месяца? — Да, именно Шизуне-семпай это заметила. Он схватил ее запястье и поднес к губам, покрывая его поцелуями. — Кто еще знает? — Только Цунаде-шишоу, Шизуне-семпай и ты. Шисуи отстранился от нее. Сакура, недовольная потерей тепла, накинулась на своего жениха. В его глазах вспыхнуло возбуждение. — Мы должны всем об этом рассказать! У нас будет ребенок! Микото сойдет с ума! Она всегда мечтала о внуках. — Он напрягся, когда ему в голову пришла одна мысль, — ты уверена, что тебе разрешены активные физические нагрузки? — С беспокойством произнес он. — Я бы не сказала, что сегодня у меня были активные физические нагрузки, но да, пока все в порядке. Не волнуйся, я ведь ниндзя-медик, помнишь? — Ты права, — он чмокает ее в губы, — я постараюсь не волноваться, — сказал он ей, но знал, что не сможет сдержать это обещание. Он схватил ее за руку и потащил в квартал Учиха. — Пойдем, расскажем всему свету. — Он парил в приподнятом настроении, еще не до конца веря, что это реальность. С ним была женщина его мечты, и они собирались создать семью.
