Detective love-adventure 2

Как выяснилось, это было не последним появлением вора. Ограбление за ограблением, стычка за стычкой, и имя Нэнэ Ясиро стало узнаваемым по всей стране; не сильнее, чем само имя призрачного вора, но достаточно близко. Соперничающий дуэт был сенсацией, принося волнение и ожидание толпе каждый раз, когда оба играли соответствующие роли. Заголовки газет говорили о блестящем гении — детективе против лихого мастера воровства, что позволило их популярности расти с непостижимой скоростью. Быть в центре внимания не было тем, что Нэнэ особенно любила, предпочитая оставаться наедине с самой собой. Ей нравилось либо сидеть в своей уютной квартирке, читая одну из многочисленных детективных книг или романов, найденных на полках, либо находиться в своем кабинете в маленьком агентстве, где из окон открывается чудесный вид на город и где громоздятся стопки бумаг. Даже последнее было лучше, чем… ну, то, что происходит на улице или в университете. Люди на улицах буквально падали в обморок из-за молодого детектива; журналисты были всегда начеку, чтобы сделать пару сенсаций, задавая вопросы типа «Когда вор нападёт снова?» и «Вы выяснили его личность? Будет ли она вообще раскрыта?». Коллеги-детективы даже немного завидовали Нэнэ и ее новообретённой славе. Но она просто хотела тишины и покоя. Все это было, мягко говоря… немного ошеломляюще. (И вор был последним человеком, делающим какие-либо усилия, чтобы позволить Нэнэ достичь спокойной жизни.) Даже не осознавая, у нее вырвался вздох, что она так долго сдерживала. Вместо этого она сосредоточилась на оранжевом небе и закате, приходя в себя. Поездка домой принесла ей чувство безмятежности, позволив на мгновение расслабиться из-за мыслей, поглощающих ее. Детектив всегда носила с собой в рюкзаке какой-нибудь роман, чтобы почитать во время поездки, а когда не читала, то спокойно прислушивалась к звуку поезда на рельсах, похожему на колыбельную, доводящую ее до сонливости. Ее зрение переключилось на город, в котором она находилась, оценивая его пейзаж, когда солнце засыпало, а луна поднималась. По большей части это было спокойное место, уровень преступности был ниже, чем в других городах, а это означало, что большинство дел, рассматриваемых полицией и детективными агентствами, не были тяжелыми. Ну, кроме огромной проблемы, известной как призрачный вор, время от времени доставляющий Нэнэ головную боль. Еще один вздох, на этот раз менее дерзкий. Она всё ещё вспоминала события того вечера в музее, где две визитки были оставлены только для Нэнэ. Воспоминания заставили ее вновь пережить этот момент: миг, когда луна сияла в высоко в небе, миг, когда их руки соприкоснулись, миг, когда они танцевали, окруженные лишь картинами и звездами, миг, когда ее губы встретились с его губами, полными лжи… Она покачала головой, вспоминая о последнем — не самое подходящее время мечтать об этом… «Миссия выполнена. Полагаю, твоё сердце теперь моё, Нэнэ-чан!» Это детское пение эхом раздавалось в ее голове. Даже сейчас она думала о том, что тогда сказал вор. (Одно было верным: вор занял все мысли Нэнэ, даже если она не работала с его делом. Было так много вопросов, на которые нужно было ответить, так много вопросов, на которые она хотела и нуждалась в ответе. Было же нормально так себя чувствовать… Верно? Она ничего не могла сказать, чтобы отрицать тот факт, что в ее сердце чего-то не хватало, когда она не гналась за загадкой в черном.) Объявление о следующей остановке поезда положило конец ее беспокойству и Нэнэ встала со своего удобного сиденья, направляясь к раздвижным дверям. Может, она просто устала и нуждалась в отдыхе; засиживаться допоздна, когда надо было учиться и одновременно заниматься исследованиями, было терпимо только до определенного момента. До того, как поезд достиг станции, кое-что — или лучше сказать кое-кто привлёк ее внимание. В нескольких метрах от детектива сидел юноша не старше ее. Он носил черную толстовку с капюшоном и тёмные джинсы, а на голове наушники с красно-черным шахматным рисунком. Янтарь– то, что пришло на ум, увидев оттенок глаз юноши.В них светилось озорство. Он, казалось, рисует в скетчбуке, но Нэнэ видела издалека только яркие цвета, не в состоянии разобрать что-то на рисунке. Внимание юноши оторвалось от рисунка и остановилось на детективе, янтарный сосредоточился на красном. На несколько секунд показалось, что они были единственными людьми в этом поезде, во всем мире; и улыбка на лице юноши была только для Нэнэ. Поезд остановился и она вышла из него, направляясь домой. Нэнэ было интересно, где же она видела его раньше. *** — Ты… –…что. Не будет преувеличением сказать, что Аой вот-вот разразится хохотом, что может нарушить тишину, царившую в кофейне, а Аканэ, услышав от Нэнэ о том, что произошло за неделю до сегодняшнего дня, впал в состояние глубокого недоумения. Даже так, неделя бездействия вора беспокоила Нэнэ. (Не подразумевая, что ее собственные мысли утомили ее не так сильно, как сам вор.) Аой не смогла сдержать желание пошутить по поводу того, что только что услышала, и громко фыркнула. — Знаешь, тогда часть меня была серьёзна, — сказал она, указывая пальцем на лицо Нэнэ, которое было ярко-малиновым. — Но я же в большей степени шутила! Серьёзно? Он действительно пошел и сказал эти слова?! — Нэнэ была уверена, что прямо перед ним происходит чудо, потому что Аой не позволила своему кофе пролиться из чашки, так как она продолжала неудержимо дрожать, а люди уже смотрели на их столик. — А ты… Ты… — даже щёки Аканэ загорелись от этого признания, он смотрел на Нэнэ с серьёзным выражением лица. Нет сомнений, что он строил сценарий в своем воображении… Аканэ был не из тех, кто так часто теряет самообладание, так что это могло означать только то, что он потерял дар речи. Он даже не мог закончить фразу, только ждал, что девушка за столом тихо кивнет. — Вау, — Аой нарушила тишину между ними. — Ты действительно целовалась… — Прежде чем она успела закончить предложение, Нэнэ быстро наклонился над столом, чтобы прикрыть рот Аой, чтобы не дать ускользнуть драгоценной информации, о которой остальному миру не нужно было знать. Это действие только привлекло внимание всех в кофейне, даже официантки, казалось, поглядывали на них. Они втроём были постоянными клиентами в этом заведении, учитывая, что это было место недалеко от университета, который они посещали, но это не означало, что они могли просто делать все, что пожелают. — Аой! Не так громко! — Рассудок детектива медленно угасал, она все еще сомневалась в своем положении в жизни. Конечно, мировой преступник действительно поцеловал ее и гордо заявил, что «украл ее сердце», действительно ли всё это ее касается? (Оно касалось. Нэнэ всегда был ужасным лжецом, особенно если это касалось ее самой.) — Д-давайте забудем об этом… Хорошо? — Она махнула рукой, как бы умоляя уйти от текущей темы разговора. На самом деле, она сама виновата, что из всех мест, где они могли встретиться, привела их сюда. Аканэ, похоже, не выглядел убеждённым. — Ясиро, — он начал говорить и обе девушки обратили на него внимание. — Ты уверенна, что он тебе не нравится? Аой кивнула, соглашаясь с логикой Аканэ. — Аканэ прав. Всё имеет смысл, если он тебе нравится. В конце концов, ты гоняешься за этим парнем уже несколько месяцев. Может ли Нэнэ полностью признать, что это своего рода симпатия? Это было бы по меньшей мере странно, учитывая обстоятельства. Нэнэ была детективом, преследующая только правду и справедливость, а тот — вором, который совершал… Ну, а что именно совершал вор, кроме как устраивал шоу, играясь и воруя всё, что ему приглянулось, не обращая внимания на свои действия? Вор был величайшей загадкой в глазах Нэнэ, тайной, из-за которой она не успокоится, пока не раскроет правду за детским смехом, безобидными намерениями и маской нескончаемой лжи. Вздох. Она поняла, что в последнее время вздыхала слишком много. — Я не знаю, — это был простой ответ, но ей придется смириться, как бы она ни была сбита с толку. — Я знаю, что должна поймать его. Я хочу задать ему кучу вопросов… Почему он выбрал меня? Интересно, делал ли он подобное с другими людьми. (По какой-то причине ее сердце сжалось при мысли о том, что вор играет в кошки-мышки с кем-то ещё. Было больно, было действительно больно и так смущающе. Неужели их игры действительно стали настолько уникальными, что Нэнэ считала их важными?) Детектив замолчала, ее взгляд упал на чашку кофе со сливками, которую одна из официанток сделала так изысканно и сладко, что она еще не успела её допить. Будущий астроном и будущая учительница переглянулись, незаметно кивнув друг другу, и затем повернулись к Нэнэ. — Послушай, — Аой положила руку на плечо Нэнэ, чтобы успокоить ту и привлечь ее внимание. — Мы всегда тебя прикроем, обещаю. Вот что героиня делает для своей напарницы! Так что иди вперёд и старайся. — Потом она посмотрела на Аканэ и увидела на его лице одобрение. Нежная улыбка появилась на ее лице. — Спасибо, Аканэ-кун, Аой-сан. Остаток свободного времени они провели в приятном уюте кофейни, болтая друг с другом. Трио всегда непринужденно болтало, спрашивая друг друга, как идут занятия, рассказывая случайные ситуации, которые происходили со студентами их групп и даже учителями во время занятий в клубах (на что Аой ответила, что президент и капитан теннисного клуба был самым коротким человеком на свете, но тем не менее был великим игроком). Это всегда заканчивалось тем, что Аой каким-то образом дразнила Аканэ, а Аканэ угрожал покончить с их отношениями, а затем выбрасывал свое серебряное кольцо. (– Почему я вообще позволил тебе надеть кольцо на меня? — Ты действительно любишь меня, Аканэ! — Заткнись…) Ветер снаружи шелестел опавшими оранжевыми листьями, солнце сияло в голубом небе, и птицы пользовались своей свободой, чтобы летать… Это всё, что нужно было Нэнэ, чтобы поднять себе настроение и на время забыть о своём внутреннем противостоянии, она понимала, что всегда может рассчитывать на помощь друзей. На противоположной стороне улицы от той, где она находилась, был человек в наушниках с шахматным рисунком, черной толстовке с капюшоном и пробирался в центр города, на его лице была ухмылка. *** Прошло две недели и не было ни одного знака от вора. Ни визиток, ни подсказок, ничего. Конечно, точно так же, как репортеры распространяли новости о действиях вора, теперь они рассказывали о его бездействии, предполагая, что он залёг на дно на некоторое время или готовит свой следующий шаг. Люди, которые читали об этом, следовали своей собственной логике и пытались самостоятельно вычислить вора. Некоторые даже строили догадки о том, насколько богат сейчас этот ублюдок или какой ценный артефакт будет впоследствии похищен. Слухи, ничего, кроме слухов, ничего, кроме выдуманной лжи. («Журналисты должны делиться правдой, не так ли» — подумала Нэнэ.Она пришла к выводу, что в конце концов они заботились только о деньгах.) Сама детектив думала о внезапном прекращении активности своего соперника, возможно, несколько чаще, чем ей хотелось бы. Где же он мог быть, почему он не бегает и делает то, что должен, почему он так внезапно остановился; казалось, что вор поглощает всё ее внимание. Казалось что она… …скучала по нему? При этой мысли она покачала головой.Нэнэ больше не могла отрицать, что действительно привыкла гоняться за преступником, но… скучать по нему? Это было… чем-то невероятным, не так ли? Могла ли она действительно назвать это чувство пустоты, окружающее ее сердце, тоской по кому-то? (Вспыхнуло воспоминание, и в двадцатый раз она вспомнила тот прекрасный вечер, когда их губы соприкоснулись. Ее щеки покраснели, и детектив прокляла себя за то, что думала об этом так же часто, как и расспрашивала о воре. Ну, это определенно становилось опасным.) Обычно бесшумность, присутствующая в университетской библиотеке, приносила бы ей спокойствие во время исследований, но чем больше она вкладывала свои собственные эмоции, тем труднее становилось. Она решила, что будет лучше вернуться на станцию и пойти домой. Всякий раз, когда ей не хотелось быть там, она шла в библиотеку, наслаждаясь видом осени, проявляющейся через падающие оранжевые листья, и заката, отбрасывающего свои краски в небо. Когда она шла к выходу из библиотеки, что-то шло прямо на нее и внезапно Нэнэ обнаружила, что упала на холодный пол. — Ауч… — Подняв глаза она увидел что врезалось в него и встретился взглядом с янтарными глазами, каштановыми волосами и страдальческим выражением лица. — Эй! Смотри куда идёшь, здесь вообще-то люди пытаются добраться до нужного места без падений на их задницу! — Юноша опустил свои большие наушники с головы на шею, пристально глядя на детектива. — А… Эм… Извини, — Должен ли она быть тем, кому надо извиняться…? Она тут же встала и протянула руку, чтобы помочь другому подняться с пола. Нэнэ на мгновение задержала взгляд на парне: невысокого роста, где-то на три сантиметра ниже самой Нэнэ, демонстрирует сочетание черного и красных цветов, словно шахматная доска и её фигуры. Этот парень… Он… –…с того поезда, — она позволила предложению ускользнуть, когда ее осенило. — А? — Их глаза снова встретились, янтарные столкнулись с красными. Его глаза напоминали ей красивые янтарные камни, которые так любит носить ее мама в украшениях. — А, я просто… вспомнила, что видела тебя раньше. В поезде. Думаю это был ты…? — Не, возможно это был мой брат-близнец, — лёгкое «а?» вырвалось из Нэнэ, показывая ее смущение. Зачем сюда впутывать брата-близнеца… — Шучу! Знаешь, люди используют поезда, чтобы куда-нибудь добраться, так что возможно? Это намного веселее! Ходить пешком так скучно! Чем больше мальчик говорил, тем сильнее дергался глаз детектива, о чём бы тот ни говорил. Будучи в растерянности, она даже не стала бы объяснять, что чувствовала после всей этой болтовни… Кто же был этот человек, на которого она так случайно наткнулась…? — Я понятия не имею кто ты! — Палец, направленный прямо на лицо Нэнэ, застал ее врасплох и заставил отступить назад. Тот, похоже, заметил это и ухмыльнулся детективу. -Пожалуй я представлюсь. Я Юги Аманэ. — О-оу… Меня зовут Ясиро… Ясиро Нэнэ. — Изо всех сил стараясь не бормотать, она представилась юноше… Юги-куну, поправила она себя. Это была, безусловно, самая необычная встреча с кем-либо прежде; конечно, не каждый день ты сталкиваешься с кем-то по пути из библиотеки, и с вами начинают дружескую (если можно так выразиться) беседу после того, как на вас кричали и дразнили. Хотя, думая об этом, того, что Юги говорил в течение пяти минут в одиночку было достаточно, чтобы подумать о том, что он сам не был тем, кого можно было бы описать как кого-то нормального. — Ясиро? — Выражение лица Юги стало озадаченным, затем внезапно посветлело, как будто он что-то понял. — Та самая Ясиро, знаменитый детектив, о которой все говорят? Вау, знаменитость! — Это комментарий вызвал легкий румянец на щеках Нэнэ; конечно, она слышала такого рода слова от бесчисленных людей, но… — Но разве всё это не пустые разговоры? — Юги хихикнул, на его лице появилось озорное выражение. Детектив остановилась на секунду. Как Нэнэ должна на это ответить? Не прошло и пятнадцати минут с тех пор, как они встретились, а Юги уже начал строить догадки? Она признавала, что не так велика, как многие другие профессионалы в этой области, и иногда сомневалась в своих способностях (на самом деле, назовите это недостатком самоуважения, но она тоже хотела бы не иметь с этим дело), но она продолжала учиться каждый день, и гордилась тем, что разгадывает тайны и дела. Кроме того, она никогда не могла хвастаться своими достижениями. Юги заметил молчание Нэнэ и решил вмешаться. — Боже, ты действительно глупышка. Я заставил тебя слишком много думать? — Ещё один из его детских смешков вырвался из него. — Это тоже была ложь! Ты не должна верить всему, что говорят люди! На секунду Нэнэ подумала, что она сделала, чтобы встретить такого странного парня. Это было за пределами всего, что она когда-либо видела… Ложь за ложью, шутка за шуткой — этого было достаточно, чтобы вымотать ее до конца дня. Прежде чем она успела окликнуть другого мальчика, Юги помахал ей рукой и побежал по коридору. — Упс, мне надо идти. Я уже опаздываю. Увидимся, Нэнэ-чан! Как только Юги скрылся из виду, Нэнэ испустила самый тяжелый вздох, который она сдерживала, пытаясь придумать, что же произошло за эти двадцать три минуты и пошла на станцию. *** Встреча с Юги Аманэ была, пожалуй, самым странным поворотом судьбы в жизни Нэнэ Ясиро. Она бы предположила, что их столкновение в библиотеке было мгновением, которое она могла бы забыть, как будто ничего не было, и продолжила бы свою обычную жизнь, занимаясь монотонной студенческой и утомительной детективной работой, как и всегда — за исключением, нет, это будет не так просто, учитывая, что с тех пор рядом с ней всегда будет юноша с каштановыми волосами, который будет придираться к ней всякий раз. Ложь и розыгрыши стали обычным делом для ушей Нэнэ, Юги всегда находил способ подразнить ее. Юги был первым человеком, кто подошёл к ней, помимо ее близких друзей Аой и Аканэ (которых она знала уже пару лет, вместе учась в старшей школе) и другой девушки с уроков литературы (Сакура Нанаминэ, она вспомнила её имя, милая и нежная девушка с позитивной аурой, которая однажды во время перемены обратилась к Нэнэ, когда та была занята чтением книги и они немного поговорили, она добавила, что также играет на пианино в качестве хобби). Не самым естественным образом, но к присутствию Юги она как-то привыкла. Фотографии были разбросаны по всему столу, за которым сидела Нэнэ, и Юги наугад взял одну из них, чтобы исследовать. На ней было изображено ночное небо и воздушный шар с нарисованной маской; на фотографии это выглядело не более чем белым пятном, но она могла сразу сказать, что это было. Конечно, как и все остальные, Юги знал о деле, связанном с тем, кого называли Главным Призрачным Вором Века. Он посмотрел на другие фотографии детектива с задумчивым выражением лица и пришел к выводу, что на большинстве из них изображено одно и то же белое пятно. — Эй, Нэнэ-чан? — Да? — Ответила Нэнэ, не останавливая руку от записей в своей записной книжке и не глядя на Юги, глубоко погруженная в свою работу. Прошло где-то три недели, почти месяц? С момента последних действий преступника, который обитал в ее мыслях. Чувство пустоты внутри Нэнэ продолжало расти, не то чтобы она признавалась в этом кому-то ещё, но ее начинало беспокоить, что вор ничего не сделал за такой большой промежуток времени. — Почему ты всё ещё не поймала этого парня? — В обычном игривом голосе Юги звучало неподдельное любопытство, что заставило Нэнэ поднять голову и встретиться взглядом с янтарными глазами, которые вот уже несколько недель составляли ей компанию. — Это… не так просто, — Нэнэ вздохнула, пробегая глазами по нескольким фотографиям, которые полиция получила за последние несколько месяцев. — Он действительно талантлив. Каждый раз, когда я думаю, что поймаю его, он всегда умудряется ускользнуть. Юги хмыкнул, услышав это объяснение, не вполне убежденный словами детектива. — Держу пари, он не настолько хорош. Да даже я могу быть лучшим вором чем он! — Он положил фотографию, которую взял, рядом со всеми остальными и с ухмылкой повернулся к Нэнэ. — Или может просто ты неуклюжая детектив? Нэнэ знала, что половина того, что говорит Юги, должно было раздражать ее, поэтому она задумалась, прежде чем что-то ответить (Юги тоже ничего не сказал, просто, как обычно, решил взглянуть на Нэнэ). Однако беспокойство снова овладело ей и она ощутила явное разочарование. Дело было даже не в раздражении, которое она испытывала к самой себе, думая, что не способна разгадать тайны, скрывающиеся за этой маской; дело было в том, что вор не показывал желания вернуться, и Нэнэ признала, что было эгоистично идти по такому пути, учитывая справедливость, которую она сама отстаивала. Но она не могла не задаться вопросом, перестал ли вор интересоваться — ну, может он забыл обо всём, что у них было (погоня, танец, поцелуй), может быть, всё это было для него не более чем игрой, и, ого, когда это Нэнэ стала так болезненно осознавать, что почувствовала такое сильное смятение от того, что она чувствовала к вору? — Ах, как скучно, — Голос Юги вернул Нэнэ на землю. Он взял наушники и аккуратно положил их на свое законное место в ушах, а затем поднял свой рюкзак. — Повеселись с этим твоим вором. *** Словно в ответ на бессознательные мольбы Нэнэ, на следующий день, в прекрасную субботу, когда солнце стояло в зените, ей позвонили из детективного агентства. Добравшись до агентства, она как можно быстрее спрыгнула с велосипеда, там ее встретили начальник и ее дядя. — Дядя! — Не каждый день Нэнэ встречалась со своим дядей, тем, кто позволил ей познать красоту разгадывания тайн, поскольку тот работал в другом агентстве, более известном в городе и, по-видимому, он был в хороших отношениях с ее боссом. — А, Нэнэ, — ее дядя улыбнулся в ответ. — Я зашел, чтобы передать информацию по делу, но… — Его внимание переключилось на босса Нэнэ, который, в свою очередь, озабоченно посмотрел на нее. Нэнэ тоже взглянула на своего босса. — Нэнэ… Возможно, ты захочешь взглянуть на это. В руках у него была изящная визитка с шахматным рисунком и маской.С визиткой была и красная роза. Нэнэ взяла визитку и перевернула её, чтобы прочитать содержимое. Двенадцать юных девочек и один парень; через два дня их улыбки будут похищены. Это было то, чего ждала Нэнэ на протяжении всего месяца. — Есть какие-нибудь идеи о том, что происходит теперь, Нэнэ? — Сказал ее босс, возвращая ее в реальность. Двенадцать юных девочек и один парень… Учитывая использование слова «юные», оно должно означать что… девочки и парень — это семья? Казалось маловероятным, что такая большая толпа может быть кем-то еще, верно? В наши дни в семьях не бывает даже такого количества человек из-за обязанностей по воспитанию детей; люди жалуются, что иметь даже двух детей было само по себе трудной задачей. Следовательно, это должен был быть кто-то, у кого были условия, чтобы вырастить тринадцать детей— Ее поразила вспышка осознания. Она знала следующую цель вора. — Да… И мне нужно позвонить прямо сейчас. *** Когда ее взгляд упал на особняк Сато, Нэнэ потеряла дар речи. Сато были известны тем, что устраивали благотворительные вечеринки по всей стране, будучи добросердечными людьми. В отличие от многих других богатых семей, которые относились к деньгам как к навязчивой идее, которую они не могли отпустить, они использовали свои средства для комфорта и счастья других, и все хорошо отзывались о них. Говорили, что наследник, молодой человек лет двадцати, Сато Казума, был единственным сыном, рожденным от брака нынешнего главы семьи и его любимой жены, а остальные их дети были младшими девочками. Также говорилось, что он настоящий авантюрист, постоянно выезжающий из страны и исследующий опасные места Если снаружи огромный особняк лишал ее дара речи, то внутри у нее сразу перехватило дыхание. Перед ней была лестница, разделявшаяся на две части — налево и направо, прямо над ее головой висела гигантская люстра, освещавшая комнату, и были двери, которые она могла найти везде. У лестницы стояли цветы в изящных горшках, за ними, казалось, ухаживали каждый день. Перед ней стоял парень примерно того же возраста, что и Нэнэ, но немного выше ростом. Он обернулся, когда горничная окликнула его молодым господином, и Нэнэ решила, что это и есть тот самый наследник. — О, Тодзе-сан, спасибо что привела его ко мне, — Он мягко улыбнулся Тодзе. Горничная извинилась и вернулась к своим обязанностям, напомнив хозяину, что если ему что-то понадобится, то пусть позовёт её. По крайней мере, Нэнэ должна была признать, что окружающая обстановка заставляла ее чувствовать себя немного напугано и неуместно. Это был первый раз, когда она пришла в дом кого-то столь важного для общества и это было нормально — чувствовать себя так. — Добро пожаловать в дом Сато, — Казума поднял руку для рукопожатия. — Меня зовут Казума Сато. — А-ах, — Пробормотала Нэнэ, беря руку наследника в свою. — Я Нэнэ Ясиро, ученица детектива… Приятно познакомится, Казума-сан. — Мне тоже, — улыбка никогда не покидала лицо Казумы. Его окружала успокаивающая аура, которая заставляла остыть следы тревоги, присутствующие в Нэнэ. Он был человеком, с которым легко поговорить, что очень помогало. — Спасибо за то, что пришли, как и просили. — Всё в порядке, — Нэнэ легко улыбнулась, — Я гоняюсь за этим вором уже несколько месяцев… Так что для меня в этом нет ничего нового. У меня уже есть представление о том, что ему может быть нужно, — Это привлекло внимание Казумы, он кивнул, чтобы детектив продолжила говорить. — Ну… У вас есть… что-то типа семейного портрета? — Да, есть, — Казума указал на лестницу перед ними, и Нэнэ была чрезвычайно удивлена произведением искусства, с которым встретилась глазами. Огромная горизонтальная картина, нарисованная маслом, висела на стене. На семейном портрете действительно были изображены те, кого он ожидал увидеть — Сато и его двенадцать сестёр, все они грациозно улыбались. Это была просто картина, но по какой-то причине в их нежных выражениях лица было что-то, что невозможно выразить словами. Что ж, это были улыбки, за которыми охотится вор. Нэнэ объяснила ситуацию Сато, указывая на цель вора. Казума ответил, что у него самого уже есть смутное представление о том, что из всех вещей это должен быть портрет; хотя это, казалось бы, недавно появившийся предмет, но тем не менее это было семейное сокровище, и имело значение для всей семьи. Детектив пообещала наследнику постараться, чтобы картина оставалась в полной безопасности. Наступление вечера ограбления теперь было вопросом времени. (Тревога Нэнэ не давала ей уснуть ни в ту ночь, ни в следующую, нервозность и возбуждение смешались вместе, и это чувство тоски глубоко внутри нее всё росло и росло.) *** Полицейские окружили каждый угол, который он мог видеть в особняке, вместе с охранниками, нанятыми нынешним главой Сато. Нэнэ извинилась перед несколькими полицейскими и направилась в особняк, где на главной площади стояли охранники. Семейный портрет, который, по словам вора, был целью этого вечера, все ещё находился на том же месте у перекрестка лестницы. Несмотря на то, что она потратила много часов на поиски возможных стратегий для кражи со стороны вора, детектив так и не пришла к какому-либо конкретному выводу, за исключением того факта, что вору действительно нравилось устраивать шоу каждый раз, когда он что-то крал. С момента отправки визитки до совершения взлома и до того момента, когда тот улетит в ночную завесу звёзд — всё это была всего лишь игровая площадка для загадки в черном. Он так легко овладевает всем, чего хочет. (Точно так же, как он украл сердце Нэнэ.) Щелчок. Все присутствующие на входе встревожились вскоре после того, как дым заполнил комнату, полностью блокируя их зрение от того, что произойдёт. Некоторые недоумевали, почему дым появился из ниоткуда, некоторые осознавали ситуацию, но только один человек быстро пришел в себя — детектив Нэнэ Ясиро. Она заметила гранату прямо у своих ног, окрашенную в черный цвет со смайликом на нём. Похоже, она была ничем иным как отвлекающим маневром, без намерений причинить вред, что также было типичным для того, кто стоял за этим трюком. Осмотрев особняк два дня назад вместе с Казумой, Нэнэ была знакома с расположением окон, поэтому она побежала так быстро, как только могла и дотянулась до тех, что были наверху лестницы, прямо у портрета. Осторожно, чтобы не споткнуться, она успешно открыла два главных окна, и дым начал рассеиваться. Когда видимость вновь стала ясной, она обратила внимание на единственную вещь, которая имела значение, единственную, которую они защищали. От семейного портрета Сато не осталось ничего, кроме рамы, в которой она стояла. Осознание этого факта вызвало на лицах присутствующих отчаяние. Они громко проклинали собственную некомпетентность и невыполнение своих обязанностей. — Ищите преступника снаружи! Он должен быть где-то поблизости! Но… подождите. Нет. Это было тем, на что охотился вор. Так и должно быть. Чтобы они повернулись спиной и обыскали весь периметр особняка, оставив главный вход без охраны. Чтобы никто не остался в комнате. Если рассуждать логически, то на это не хватило бы времени. Было очевидно, что невозможно снять картину таких больших размеров за те несколько секунд, пока дым оставался в воздухе. Портрет не был украден — по крайней мере пока, он все ещё должен быть здесь… Верно? К тому времени, как Нэнэ поняла это, она повернулась на каблуках, понимая, что в коридоре уже совсем одна и никого не было, кроме угрозы, которая преследовала ее во сне, стоя прямо посреди лестницы. — Приветик, Нэнэ-чан! — Тот, по голосу которого (так сильно скучал) она узнала бы его отовсюду, говорил так небрежно. Он никогда не изменится, не так ли? Всегда готов посмеяться над детективом, скрывая личность за маской. — Ты скучала по мне? Прошло много времени, не так ли? Не обращая внимания на слова вора и переходя прямо к делу, сохраняя свою маску уверенности (сосредоточься, сосредоточься, сосредоточься), Нэнэ начала раскрывать секрет трюка вора на сегодняшний вечер. — Ты чем-то скрыл картину. Наверное, большим плащом… Чтобы все выглядело так, будто ты на самом деле её украл. Но она всё ещё тут. — Ее палец указал на предположительно поддельную пустоту в стене особняка Сато. — Ты просто ждал, когда все покинут комнату и ты мог зайти и украсть её. — Прекрасная дедукция, прямо как и всегда, Нэнэ-чан! — Вор хихикнул над пуленепробиваемой логикой детектива, разрушающий мир, установившийся в воздухе. Ах, детектив никогда не переставала его забавлять. — Конечно, возможно я так и сделал! А может и нет! Кто скажет «да или нет»? Он спустился по лестнице как ребенок, перепрыгивая через ступеньку. Мозг Нэнэ начал обдумывать план, как вырваться из когтей вора и в то же время поймать его, принимая во внимание все возможные способы, с помощью которых тот мог бы убежать. Она старалась не показывать признаков слабости и внимательно оглядывалась по сторонам. — Кого ты собираешься позвать на помощь, Нэнэ-чан? Знаешь, все двери и окна заперты… И ты здесь совсем одна… Как потерявшаяся овечка в логове волка. — По спине детектива пробежал холодок. Так всё и было… Но если всё в комнате было заперто вором, значит он мог легко открыть всё заново и раствориться в ночном небе как и всегда. Как ни странно, вор ничего не сделал. Он просто стоял перед детективом, слегка напевая себе под нос. Нэнэ интересно, чего же вор хотел на этот раз. (Ах. Он вновь собирался поиграть с ней, не правда ли?) — Прости за то, что я собираюсь сделать, — Ухмылка и внезапный щелчок его пальцев в перчатках. Темнота завладела взглядом детектива, и спустя мгновение она услышала щелчок, и ее руки внезапно оказались за спиной, удерживаемые от каких-либо действий. Какая-то сила быстро повалила ее на землю, удерживая за руки, не позволяя Нэнэ действовать против давящей на него силы. –…или нет!  — Найди меня, мой любимый детектив. Конечно, если сможешь. (Вор был так близок к ней. Его дыхание ощущалось на шее, такое тёплое, такое приятное. Ах, он снял маску, чтобы просто шептать ей на ухо? Как легко было бы повернуться и прикоснуться своими сухими губами к нежно-розовым губам вора? Это была такая удобная ситуация, если подумать: они вдвоем посреди темноты одного из самых больших особняков во всей стране. Внезапно эти разговоры о запретных романах, о которых обычно говорили девушки, пробудили в Нэнэ немного здравого смысла.) С этими словами вор скрылся, оставив детектива на холодном полу особняка. К тому времени, когда зажегся свет, охранники уже вернулись, но нашли только Нэнэ в наручниках за спиной, с выражением разочарования и недоверия на лице. Однако, как ни странно, всеобщее внимание привлек тот факт, что портрет, который, как говорили, был целью вора, остался на своем месте, не причинив никакого ущерба изящным деталям улыбающихся девушек и юноши. Однако сердце Нэнэ чувствовало, что оно было схвачено в сотый раз. *** Когда зазвонил будильник, было уже половина десятого утра. «1 Новое Сообщение — Аой Аканэ» было написано на экране телефона. Она нажала «Открыть», чтобы прочесть сообщение. «Как прошла прошлая ночь? давай позже встретимся в том же месте» Одного упоминания о «прошлой ночи» было достаточно, чтобы Нэнэ зарычала в подушку и ещё глубже зарылась в постели. Она не хотел вспоминать, как в очередной раз чувствовала себя униженно после того, как не смогла поймать вора. Он был прямо там, прямо перед ней, так близко и в то же время так далеко, как и каждый раз, когда они сталкивались лицом к лицу. (Прикосновение руки в перчатке и дыхание на ее шее всё ещё остались на коже. Может быть, он хотел, чтобы это длилось подольше… Она ударилась головой о подушку, ее щеки горели.) Она быстро схватила ключи от дома и открыла входную дверь, где ее встретил холодный осенний ветер. *** Станция всегда была переполнена примерно в семь или восемь утра, когда взрослые спешили на работу или подростки направлялись в школу, а жизненные обязанности ложились на их плечи. Учитывая, что Нэнэ уже почти в десять утра садилась на поезд, идущий в университет, людей в округе было не так много, и воздух легко заполнял ее легкие. Поезд прибыл ровно без пяти десять, и Нэнэ зашла внутрь, заняв место поближе ко входу. Наушники с шахматным рисунком привлекли ее внимание через несколько секунд после того, как она сел, и Нэнэ заметила своими глазами юношу, который был рядом с ней в течение последних нескольких недель. Юги Аманэ, казалось, сосредоточенно рисовал что-то, прижимая свой скетчбук к груди, как и всякий раз, когда он сталкивался с ней. Всякий раз, когда Нэнэ находила Юги в своем собственном мире, как сейчас, она раздумывала, стоит ли ей пойти и поздороваться, или же не мешать вдохновению Юги. Был ли Юги одиночкой? Нэнэ никогда раньше его не видела ни с кем, кроме нее самой. Честно говоря, Нэнэ никогда его не видела в кампусе университета до, эм, дня, когда они столкнулись друг с другом в библиотеке. В его скетчбуке было что-то, что заинтересовало детектива. Запомнив это, Нэнэ наполнилась нужной ей храбрости и направилась к Юги, надеясь, что не потревожит его. — Д-доброе утро, Юги-кун. Юги оторвал взгляд от скетчбука, взглянув на говорящую с ним. — Утречкаааа, Нэнэ-чан! — Он одарил ее улыбкой, явно искренней. Среди всего, что говорил ей Юги, было трудно сказать, что было правдой, а что нет, включая чувства. Но что-то подсказывало ей, что в огромной вселенной янтарных глаз Юги, заполненных звездной пылью и туманностями, что он наслаждался обществом Нэнэ. Нэнэ, приблизившись к нему, была полностью поглощена рисунками Юги. Похоже, он добавлял детали скетчу, который он уже нарисовал в своем скетчбуке; это был перспективный вид ночного города, полного жизни. На заднем плане была луна, круглая и огромная, а также то, что, как предположила Нэнэ, должно было быть звездами. Она замерла, это напомнило ей о вечерах, когда она встречалась лицом к лицу со своим соперником и пыталась справиться с собственным сердцебиением, когда она бежала, бежала и бежала за преступником в черном, чей плащ развевался, когда тот бежал от детектива. В каком-то смысле от этого на ее сердце стало теплее и лёгкая улыбка появилась на лице. — Эй соня, ты все ещё спишь? Голос Юги вырвал Нэнэ из ее раздумий, и та поняла, что, вероятно, было жутко, когда она замолчала и начала улыбаться без всякой причины. — П-прости… Я просто смотрела на твой скетчбук. Ты действительно талантливый, Юги-кун. — Это ещё ничего! — гордо ответил Юги. — Я даже рисовал для знаменитостей и мои работы есть в музеях! У меня есть фанаты по всему миру. — С-серьёзно? Это правда? — Нэнэ искренне обдумывала это в течение двух секунд. — Не, я шучу, — Юги хихикнул. Нэнэ вздохнула; что же, это ее вина, что она попалась на такую очевидную уловку. В свою защиту можно сказать, что Юги не обладал достаточными навыками, чтобы поставить земной шар на колени своими работами. — Боже, Нэнэ-чан, тебя так легко обмануть. Мне от этого становится тааак скучно. Нэнэ только слабо усмехнулась, не найдя ни одной причины извиняться за то, что была одурачена Юги. Несмотря на то, что она была детективом, она в каком-то смысле была невиновна. Даже зная, что больше половины того, о чем говорил Юги (если не всё), было ложью, она чувствовала, что была им тронута. –Нэнэ-чан? Нэнэ снова повернулась к Юги и увидела таинственную искорку в его глазах, полных скрытых звезд. Рисунок, на котором остановился Юги, просто изображал два силуэта, обращенных друг к другу, без каких-либо деталей, кроме ещё большего количества звёзд и луны. — Не думаешь, что идея о тайном романе призрачного вора и детектива была бы очень забавной? Прежде чем она успела отреагировать и дать ответ, поезд прибыл на остановку, нужную для Юги и Нэнэ, причём первый немедленно спрыгнул со своего места и умчался прочь, а вторая стояла ошарашенная, не понимая, почему Юги Аманэ задал подобный вопрос. *** Нэнэ вернулась в своё скромное уютное жилище очень уставшая. Оно не было каким-то особенным, просто обычным. Спальня, гостиная, кухня и ванная. В ее комнате также был небольшой балкон, на который она иногда выходила, просто чтобы оценить окружающий ее вид. Ее квартира давала всё что нужно Нэнэ, пока та жила одна, она был убежищем, куда можно вернуться. Она зашла в свою комнату и положила свой рюкзак на кровать. По какой-то причине усталость овладела ее телом, возможно, из-за того, что она не отдыхала должным образом. Если бы она могла, то показала бы пальцем на себя из прошлого (ту, что была ранним утром) и сказал бы ей"нет, останься в кровати, ты дурашка если хочешь выйти на улицу.» Несколько часов спустя, повинуясь своему желанию, она упала спиной на кровать, бездумно глядя на потолок. Может быть, ей давно пора было что-нибудь повесить на стены. Не то чтобы это действительно важно. Ее мысли вернулись к (боже, прекрати думать о нём хоть на секунду, взмолилась Нэнэ) тому, кто предположительно «украл ее сердце». Ее рука скользнула в рюкзак, чтобы взять фотографии, которые служили доказательством, что бы раскрыть личность вора. Или, по крайней мере, пытались, потому что если и была вещь, которую фото не делали это помогали ей. Были осмотрены все закоулки и щели, но никаких улик не нашлось. Вор был абсолютным мастером маскировки, неуловимым до самого конца. Пальцы Нэнэ легонько прошлись вверх и вниз по фигуре на фотографии. Вор был подобен звезде во вселенной, которая сияла сильнее остальных. Почти как солнце, поняла детектив, она чувствовала это тепло (она помнила прикосновения той ночью, когда ее руки были в руке вора и наоборот, и они танцевали под звездами). Но больше всего он напоминал ему луну, завораживающую и прекрасную во всех смыслах, полную загадок, которые нужно разгадать. …Завораживающий? Прекрасный? Что же, она должна признать, что… у преступника в черном определённо был шарм. Она ведь не мог этого отрицать, не так ли? Может быть, именно поэтому Нэне старалась не отставать в их игре. Из-за ощущения трепета, которое вор вызвал в ее сердце. Может если то, что она чувствовала было влюблённостью, тогда Нэнэ могла бы согласиться с этим. Она поднесла фото ближе к лицу, затем к своим губам, закрывая глаза. Не было ни момента, когда детектив не воссоздала в своем воображении ту сцену в музее. Медленное прикосновение его рук, сладкий медовый привкус на губах, ощущение падения, падения, и падения, которое она не могла остановить. (Было ли эгоистично с ее стороны желать, чтобы ее губы вновь встретились с губами вора?) Когда она брала фотографии из своей сумки, они рассыпались по всей ее кровати, что дало ей время, чтобы увидеть их все в сотый раз. Она перебирала фотографии, переключаясь между ними. Даже если они старались изо всех сил делать свою работу, полиция должна была найти людей для фотографирования улик получше, так как некоторые из фотографий были размытыми. Ситуация на фотографиях вернула ее мысли о набросках Юги в его скетчбуке, тем самым, которые она разглядывала ранее. Художники всегда выражают эмоции через рисунки, не так ли? Значит ли это, что Юги пытается передать что-то через содержимое своего скетчбука? Могла ли Нэнэ понять только по этому причины, по которым он так часто лжет? Или, может быть, просто узнать о нём больше? Но… Почему Юги продолжает рисовать одно и то же снова и снова? Из того, что Нэнэ узнала во время утренней поездки на поезде, это было то, на что он в основном фокусировался. Была ли здесь какая-то связь? Связь… с чем именно? С причиной? Почему она подвергла сомнению значение рисунков Юги, разве она не думала о воре пять секунд назад? Она остановилась. Вор? Юги? Луна? Звёзды…? Не думала ли она об этом слишком много? Она сходит с ума? Если так подумать, то это могло бы означать, что Юги восхищается вором… нет, он не мог, иначе бы заинтересовался, когда на днях смотрел на фотографии с Нэнэ в библиотеке. Вместо этого у него была довольно странная реакция, которую Нэнэ в тот момент не могла понять, и он оставил детектива одну. Ее размышления усилились, когда она попытался связать вора и Юги вместе, пытаясь найти смысл в этой сформированной теории. «Не думаешь, что идея о тайном романе призрачного вора и детектива была бы очень забавной?» О. Юги сказал это, не так ли. Почему он вообще сказал нечто подобное? Так… Учитывая все обстоятельства встал вопрос: не пытается ли Юги привлечь внимание Нэнэ, бросая эти тонкие намеки? Намеки, которые все это время были прямо у нее под носом, но до сих пор не дававшие ей сложить два и два? Действительно ли она близка к разгадке тайны, которая преследовала ее уже несколько месяцев? Может ли быть что… –…он всё время был рядом? Ее внимание привлекло мерцающее красное пятно, находившееся на полу ее маленького балкона.Нэнэ немедленно спрыгнула с кровати, чтобы проверить, что же это могло быть, и открыла окно, только что бы увидеть розу, а под ней визитку. Та самая визитка с единственным в своем роде рисунком. (Если она не потеряла сознание прямо там, от того, как ее сердцебиение ускорилось, то это было, скорее всего, из-за силы, что удерживала ее от громкого крика.) Она быстро подняла и розу и визитку, разворачивая её, чтобы прочитать послание. Я буду ждать тебя в королевстве, где правит флора и фауна. Ее мысли неслись со скоростью света. Это было… личное приглашение? Для нее одной? Ведь нет никакого другого мотива послать визитку в дом Нэнэ, не так ли? — Флора и фауна… Королевство… Хм… Это была довольно очевидная загадка, над которой она даже не задумывалась. На окраине города могло быть только одно место, которое подходило под это описание. Схватив свою куртку и ключи от дома, Нэнэ отправилась навстречу своей судьбе на велосипеде. Настало время задернуть занавески в этом спектакле. *** Королевские поля были хорошо известным садом в окрестностях города Нэнэ. Несмотря на свою красоту днём, ночью он был так же ослепителен. Если источники были верны, сад получил это название в честь иностранного короля, который прибыл в эту страну, чтобы защитить цветущие семена со своей родины, которые были весьма ценны. Здесь было множество видов цветов и деревьев, некоторые из которых Нэнэ назвать могла, а некоторые нет. Биология была последним предметом, который действительно интересовала ее, но цветы всегда были чем-то, что всех забавляло. Луна освещала широкое озеро, вода в котором была такой спокойной, насколько она могла быть. Она приковала свой велосипед цепью к фонарному столбу неподалеку от калитки и рискнул забраться внутрь. Насколько ей было известно, этот сад имел обширную территорию, так что его цель могла быть где угодно и если она обыщет каждый уголок, то останется там до рассвета. Может быть, вор уже знал о присутствии детектива? — Ты всегда всё делаешь по-своему, верно? — Тихо сказала она, не обращаясь к кому-либо конкретно. За деревьями позади нее раздался смешок, а затем фигура вышла из своего укрытия. А. Так вот где он был. — Почему же, я убедился, что мы одни, мой любимый детектив! Разве ты не рада этому? Я удивлён, что ты не привела своих дружков-полицейских с собой… — Пропел он по-детски. — Не то чтобы это важно, я бы всё равно о них позаботился! — Значит… — Начал Нэнэ, с опаской глядя на вора. — Мы здесь только вдвоём? — Ага! Где же будет веселье, если нашу игру прервут, верно? Их игру, да? Это всегда была их игра — ослепительный детектив, преследующая неуловимого вора, как кошка с мышкой. Несмотря на то, что она говорила себе, что должна оставаться сосредоточенной, Нэнэ не могла заставить свои ноги двигаться, очевидно, застыв на месте, когда вор подошел к ней. — Расслабься, расслабься, я не собираюсь что-либо делать. Или собираюсь? Кто знает! У тебя есть какие-нибудь идеи, Нэнэ-чан? Самое меньшее, что она могла себе представить — это то, что вор выкинет такой же трюк, как тогда, в особняке Сато, внезапно выключив все лампы. Было ли возможно сделать это, учитывая размеры сада? Возможно, всё что угодно было возможно для человека за маской. Поверженный и без ответа, Нэнэ отрицательно покачала головой. — О, какая жалость. Тогда… Вор склонился перед Нэнэ, и на лице последней отразилась смесь недоумения и смущения, когда рука другого оказалась прямо перед ней. — Не окажешь ли мне честь потанцевать с тобой, мой любимый детектив? …А? Танец? Она внимательно осмотрела маску, затем руку, пытаясь понять мотив вора, но всё было бесполезно. Ее рука легла на руку вора, а тот, в свою очередь, положил руку ей на талию, притягивая детектива ближе к себе. Это был словно ремейк их общего момента в музее — только на этот раз не было никакой музыки, только шелест листьев. Вор нежно вёл ее шаг за шагом в их личном танце под лунным светом. Ах. И вот снова это ощущение падения. Падение в бездонную пропасть, падение в спираль эмоций. Она падала так быстро, что никто бы не успел поймать ее. И снова не было никаких свидетелей их тихих шагов по траве сада, полного флоры и фауны. — Ты такой тихая, Нэнэ-чан. Тебя что-то беспокоит? — Вор уставился на детектива снизу вверх, маска была так близко к ее лицу. (Тот факт, что он был настолько низким и всё ещё умудрялся вести Нэнэ в их танце, так ей нравился.) — Просто… — Она смущённо отвела взгляд от вора, немного напуганная этой маской. — Зачем… ты позвал меня сюда? — М? — Вор склонил голову набок. — Чтобы украсть тебя, глупышка. Зачем же ещё? — Это вызвало у детектива ярко-красный румянец и смешок у вора. Она продолжала кружиться в такт мелодии, которая сама собой появлялась в ее голове. — Я говорил тебе, разве нет? Ты самый интересный человек, которого я встречал. Также, — Палец вора, находившийся в перчатке, ткнул в левую сторону груди Нэнэ. — Твоё сердце уже принадлежит мне… Жар на ее щеках становился всё сильнее, и Нэнэ только гадала, сколько ещё она сможет вынести. Она… наслаждалась ощущением руки, переплетённой с его рукой, хотя и не желала признавать это. Этот неземной момент не мог длиться вечно и детектив осознавала, что должна каким-то образом победить вора в его собственной игре и перевернуть всё в свою сторону. И единственный способ сделать это — сфокусировать внимание вора на ней ещё больше. Ещё один поворот и Нэнэ решила перехватить инициативу на себя, теперь ее рука лежала на талии вора, удерживая его. — Игра окончена, — Детектив глубоко вздохнула, прежде чем выдать заключение, к которому привело ее расследование всего лишь несколько часов назад, момент, когда все карты будут раскрыты, момент, когда маска призрачного вора будет снята. — Тебе больше некуда прятаться… –…Юги Аманэ. Только тишина заполнила воздух, когда это имя сорвалось с его губ. Конечно, она не ожидала, что тот так легко сдастся, это было бы совсем не в его характере… — Ты такая глупая. Неужели это заняло у тебя так много времени? Серьёзно? Мне почти что хочется плакать. У Нэнэ не было достаточно времени, чтобы осознать тот факт, что вор потянулся к своей собственной маске, схватил её и отбросил в сторону поля, на котором они находились. Красные глаза смотрели на знакомые янтарный глаза, и эти каштановые волосы упали ему на лоб. — Поздравляю, Нэнэ-чан! Ты заставила снять маску с этого благородного вора! — Вор… нет, Юги рассмеялся, а Нэнэ всё ещё держала его за руку. Детектив ни проронила ни слова. Может потому, что ей действительно потребовалось так много времени, чтобы обнаружить, что всё это время вор был рядом с ней, может потому, что внезапное осознание из-за случайной мысли привело ее к истине. Она уже не была в этом уверенна, но не могла отрицать, что Нэнэ Ясиро оказалась в огромном саду под ночным небом, держа Юги Аманэ за руку. Она могла избавиться от маски клоуна, которая скрывала его лицо, но она не избавилась от маски, скрывающей его истинные чувства. — И что же ты будешь делать теперь? Арестуешь и бросишь меня в тюрьму? — Рука Юги легла на щеку Нэнэ, нежно поглаживая её, несмотря на свои слова. Теперь, принимая во внимание ее мастерство, он мог бы освободиться от хватки Нэнэ и исчезнуть в полуночном небе, как и всегда, но он предпочел остаться там, где силуэт Нэнэ скрывал луну. Без колебания в своих действиях, ее эгоистичное желание взяло верх и позволило ей еще раз попробовать столь долгожданный запретный плод после того, как она была надолго его лишена. Шляпа Юги приземлилась на траву рядом с его маской, когда Нэнэ приподняла его, позволив Юги ещё ближе прижаться к ее груди. Вор передвинул руки, что бы обнять детектива за шею, взъерошил ей волосы руками в перчатках и поцеловал ее так глубоко, насколько мог. Это было так приятно, как плавно они таяли на губах друг друга; У Юги всё ещё чувствовался привкус сладостей, которые он всегда приносил в своём рюкзаке и в свободное время делился ими с Нэнэ. В этот раз их поцелуй длился гораздо дольше, чем первый, и это было ощущение, которое Нэнэ хотела удержать и сохранить для себя. Из чего последовало следующее решение… — Ты останешься со мной. Вероятно, это был ответ, который Юги не ожидал услышать, это было видно по шоку на его лице. Однако он ничего не ответил, всё ещё задыхаясь от их страстного поцелуя. — В конце концов, разве не ты предложил идею о тайном романе призрачного вора и детектива? — Нэнэ слегка ухмыльнулась и румянец украсила ее щеки. Улыбка Юги стала еще шире. — Как это ужасно смело с твоей стороны, Нэнэ-чан. С этими словами они остались в объятиях друг друга, их губы снова нашли друг друга, создавая мелодию, которую могли слышать только они вдвоём. Ветер стих, шум листьев больше не вписывался в картину окружающей обстановки. Только луна и звезды (те самые, которые Юги так обожал рисовать вместе с тем, что считалось их изображениями) улыбались единению их двоих. В этот раз, возможно, Нэнэ была тем, кто украла сердце Юги. *** С тех пор в новостях вновь заговорили о спаде активности со стороны Лихого Мастера — Вора Века. Толпа, казалось, была разочарована внезапным исчезновением вора; об этом говорили с соседями, друзьями, семьей, со всеми, с кем бы ещё они могли это обсудить. Тем не менее, это имя наверняка войдет в историю, поскольку он произвел на горожан весьма сильное впечатление. Парень и девушка стояли на вершине холма неподалеку от города, наблюдая, как садится солнце и восходит луна, а оранжевые и лазурные оттенки сливаются и становятся фиолетовыми. — Почему ты вообще стал вором? — Чтобы привлечь внимание моего любимой Нэнэ-чан, зачем же ещё? — Юги-кун, это ложь. — Не-а! — Он покачал головой. –…Или да. Я просто устал оттого, насколько скучна эта жизнь. Нэнэ хихикнула, услышав ответ Юги, и потянулась к его руке, чтобы переплести с ним пальцы. Даже если одна тайна была раскрыта, впереди у детектива было еще много других — и она была бы довольна встретиться с ними лицом к лицу, медленно находя подход к Юги и его шалостям. Вот к какой истине, скрывающейся под слоями лжи, она пришла. Правду о мире Юги Аманэ, которую Нэнэ Ясиро разгадала и увидела собственными глазами.