Слабость

Дым от горящих зданий поднимается высоко в небо, покрывая копотью все пространство вокруг себя. Кругом слышатся крики, вой сирен скорой помощи и пожарных машин. Мидория широко улыбается, неся на руках мальчика со сломанной ногой, которого он достал из-под завалов. Символ мира должен вселять во всех уверенность, что все будет хорошо. Прямо как Всемогущий когда-то. Его верные друзья – Уравити и Ингениум, разошлись по сторонам, разгребая завалы в поисках других пострадавших. Изуку тоже продолжил спасательную операцию, едва передал ребенка на руки врачам. Он услышал детский плач и кинулся вперед, прочь от врачей, полиции и других про героев. Мидория бежал на звук, который привел его в темный переулок прямо между двумя зданиями, в которых случился пожар. Плач внезапно оборвался – он с содроганием сердца подумал, что бы это могло означать, как вдруг замер. Деку его чувствовал. Воздух вокруг словно нагревается, дышать становится труднее, а сердце колотится чаще. Он не может ему противиться – никогда не мог. В этот момент он забывает, что герой номер один, что олицетворяет собой надежду для миллионов. Мидория слепо доверяет: своим друзьям, доверяя им спасти оставшихся раненых, и Ему. Он мог бы уклониться, скорость «один за всех» невероятна. Просто Изуку этого не хочет, и позволяет безумно горячей вспышке утащить себя во тьму. Кажется, он все же отключился. Мидория с трудом поднимает ставшие такими тяжелыми веки и оглядывается по сторонам. Он связан, руки и ноги крепко прикованы железными цепями, крепления которых находились в стене. Изуку слегка ежится от прохлады. Это похоже на какой-то подвал, куда не достают лучи солнца. В помещении больше никого нет, и Деку напрягается, когда слышит за дверью шаги. Но, почувствовав знакомый жар, который словно отапливал комнату, улыбается. - Я скучал, Каччан, - в его голосе сквозит неприкрытая радость, когда он встречается взглядом с Бакуго. Тот почти не изменился. Да, вытянулся, литые мышцы на его руках стали стальными, но искрящиеся ненавистью алые глаза глядели по прежнему, а на руках красовались все те же наручи гранаты. - Что, нравится сидеть в подвале, а, про герой номер один? – хрипло засмеялся Кацуки. Может, он хотел унизить его своими словами, заставить чувствовать себя беспомощным и слабым, увидеть в глубине зеленых глаз страх. Но Изуку давно не был маленьким мальчиком, которого можно было бы легко запугать. Он смотрел на Кацуки с такой искренней, неприкрытой любовью, что моментально стер с его лица ухмылку и заставил его ладони искриться от микро взрывов. Бакуго резко подошел и схватил Мидорию за воротник. Тот запрокинул голову, завороженно глядя прямо в алые глаза. Бакуго был злодеем. Нет, именно Злодеем с большой буквы. А Мидория – героем номер один. Казалось, что во всем мире нет людей, которые бы находились дальше друг от друга. И нет людей ближе. Изуку мечтал, что сейчас, наконец, сможет снова ощутить вкус этих губ. Кацуки читал его, как раскрытую книгу, и с размаху ударил его в лицо, возвращая в реальность. Хрустнул нос, и Деку тихо охнул, чувствуя, как кровь заливается в рот, пачкает лицо. Бакуго ухмыльнулся, стаскивая с рук перчатки и наручи гранаты. - Где ты теперь, символ Мира? – прошептал он на ухо Мидории. - Там, где хочу быть больше всего на свете, - хрипло прогнусавил Изуку. Бакуго злобно рыкнул, отвесив ему еще одну оплеуху, и сгреб в кулак волосы на его макушке. Деку не проявлял не малейшего сопротивления. - Я помогу тебе, Каччан, - он произносит это одними губами, и грустно улыбается. О боги, он улыбается, и Кацуки больше ничего из его болтовни не слышит. Он опять бормочет, что спасет его, что если ему кто-то угрожает, он с ними разберется, что Каччан… А Каччан лишь шепчет ему, чтобы он заткнулся, и впивается в его губы. Во рту отдает железом, и сам Изуку пахнет кровью, но Бакуго чувствует пробивающиеся сквозь этот запах нотки запаха Деку, и ему сносит крышу. Он яростно кусает его губы, и дергает молнию на геройском костюме Мидории, обнажая горло. Оскаливается, сжимает его плечи и вгрызается, полупоцелуем, полуукусом. Деку стонет, закрывая глаза, по его телу пробегает дрожь, и он выгибается, насколько позволяют цепи. Сейчас Мидория жалеет только об одном – что цепи мешают ему обнять Бакуго, зарыться пальцами в светлые волосы, стянуть такую лишнюю сейчас одежду. Но он смиренно подчиняется, зная, как Каччан любит власть. С разбитого носа течет кровь, с укуса на шее течет кровь, Каччан невыносимо близко… Жар затапливает помещение, и Мидория буквально тает в сильных руках. Бакуго заходит ему за спину, и Деку слышит лязг цепей. Кацуки отстегивает их от ног Мидории и рывком поднимает его с пола. Сердце пропускает удар, и Изуку давится воздухом, чувствуя его внутри. Герой номер один не должен подчиняться кому-то так, не должен позволять так с ним обращаться, не должен вообще здесь находиться… Только вот плевать уже стало на все эти правила и условности, Деку готов бросить этот чертов мир к ногам Кацуки. Оставшиеся на руках узы все еще мешают, и Мидория отпускает притворство. Активируя причуду, он одним махом сдирает с себя оковы, выдирая с корнем крепления из стены. Цепи со звяканьем падают на каменный пол, эхом вторя упавшим вслед за ними металлическим браслетам на запястьях Изуку. Бакуго лишь тихо усмехается ему в затылок, даже не пытаясь ему помешать. Деку, тяжело дыша, разворачивается к нему, вынуждая выйти из его тела. Кацуки тоже задыхается, его наигранная злость стирается, по щекам бегут предательские слезы. - Почему… Почему, Деку? Мидории не нужно ничего уточнять, он прекрасно знает, что имеет в виду Бакуго. Почему героем номер один стал Деку. Почему Всемогущий доверил ему свою силу. Он чувствует вину, чувствует насколько велика его обида. Понимает, что именно эта обида и толкнула его не на тот путь. Тот, кто всегда хотел стать героем, теперь самый разыскиваемый преступник в мире. Он тоже номер один, только с обратной, темной стороны. Изуку не отвечает, но Бакуго ответа и не ждет. Он вжимает Мидорию в стену и резко входит в него, выбивая тихий стон. Деку же стирает дорожки слез с его щек большим пальцем, глядя на него своими невозможными глазами. Снова давится всхлипом – Кацуки задел чувствительную точку. Изуку утыкается носом в его шею, а руки сжимают плечи Бакуго… Еще несколько толчков, и Мидория чувствует приближение разрядки. С Каччаном всегда так – ему даже не нужно прикасаться к себе. Белесая жидкость заполняет Деку изнутри, а мгновения спустя и он сам пачкает одежду Кацуки. Тот даже не злится – сейчас он просто на это не способен. А Изуку сжимает Бакуго в объятиях так сильно, что едва не ломает ему ребра. Но это длится лишь мгновение, и он отпускает. Отпускает, закрывая глаза, все еще храня тепло его губ на своих губах. Снова позволяет ему уйти. Но он знает, что они еще обязательно встретятся. Ведь они - единственная настоящая слабость друг друга.