Боль поцелуев на шее

      Драко лениво потягивал сливочное пиво, сидя в самом дальнем углу зала. Назойливые мысли крутились, но не давали себя уловить, ураганом проносясь по закоулкам разума, возбуждая всё новые воспоминания. Воскресенье было хорошо лишь тем, что давало возможность остаться наедине с собой, глазами проводив Блейза и Панси, отправляющихся в заведения увеселительного характера. Малфой же обещал самому себе не появляться там. Надо признать, слова на ветер он никогда не пускал.       Дверь бара с шумом отворилась, впустив поток леденящего воздуха. Недовольно поёжившись, блондин притянул шарф ближе к телу. Три макушки показались в дверях, привлекая внимание слизеринца. Если быть точнее, наиболее интересующей персоной для принца змеиного факультета являлся владелец смоляных кудрей, постоянно находящихся в беспорядке.       Нет, Малфой не любил. Он развлекался, представляя себя лаборантом, проводящим опыты над мышами, лишь смутно подозревающими о своей незавидной участи. Прямо сейчас в его жизни появилась новая цель — очередной зверёк, над которым можно ставить эксперименты, с дьявольской улыбкой наблюдая за последними вздохами жертвы науки.       Ему не жаль. Никогда не было жаль мышей — они знали, на что идут. Знали, что это не закончится поцелуем на фоне заката. Они лишь надеялись, что Драко их приютит, сможет заметить что-то, что смягчит душу и заставит сердце пропустить несколько ударов. Наивные зверьки. — Рон, прекрати так бестактно подшучивать над Гарри! — наигранно-недовольный голос Грейнджер заставил блондина повернуться в сторону троицы. — Я говорю чистейшую правду, Гермиона! Поттер иногда слишком увлекается квиддичем, поэтому его будущей девушке повезёт, если хоть раз в неделю ей перепадёт кусок внимания Гарри.       Гарри участия в столь увлекательной беседе не принимал. Зелёные глаза сердито сверкали по сторонам, стараясь не останавливаться на парочке гриффиндорцев, безуспешно пытающихся сдержать взрывы смеха.       Вдруг зелёные глаза, такие живые и мягкие, хоть и озлобленные, встретились с серым льдом айсберга Драко. Всего лишь секунда — ослепляющая, почти невесомая.

***

      Опустошённые кружки сливочного пива стояли, давным-давно забытые троицей, которая сейчас весело хохотала. Казалось, всего двадцать минут назад никаких разногласий не было — смех доносился до самых дальних уголков бара, заставляя других посетителей лениво оглядываться. Драко то и дело ёрзал на стуле, затаив дыхание. Он вглядывался в складки губ, разрез зелёных глаз и в забавно сморщенный от улыбки нос. Самая желанная жертва. — Профессор Бинс вновь будет вещать о том, как важны тролли в истории мировой магии, или у него найдётся что-то более интересное, Герми, как думаешь? — Гарри вздохнул, уже представляя себя умирающим от скуки в пыльном кабинете. — Между прочим… — Грейнджер начала было свою гневную тираду, но была прервана Роном, который пересказал лекцию подруги гораздо более лаконично, чем это могло было быть. Гермионе пришлось лишь скромно кивнуть в знак согласия.       Уже почти стемнело, когда трое друзей возвращались из Хогсмида, довольные проведённым вместе выходным днём. Увлечённые разговором, они не обратили внимания на холод серых глаз, проводивших их до школы. Самодовольная улыбка сверкнула, предвещая скорое выполнение планов.

***

      Панси махала руками, застывшая в немом удивлении. Она не поддерживала издевательство над людьми. Никогда бы не смогла провернуть такое. Порой она открывала новые стороны Малфоя, непривлекательные черты этого паренька, которого она встретила на первом курсе ещё задиристым, язвительным и гордым мальчишкой. Надо признать, этот юнец до сих пор живёт в душе блондина и даёт о себе знать. Самое безумное желание — увидеть его во внешнем мире таким — забавным, порой до нелепости глупым, обижающимся из-за пустяков, но настоящим. Живым Драко.