В игру вступает Беверли

Чонгук выбегает из спортивного зала, в его голове происходит война двух миров. Да, да, как в том фильме: множество мыслей, как безостановочные зомби, поедают его, Чонгука, а он ничего не может сделать. Шум и темнота.

Джин падает. Чонгук берет в руку нож.

Вывих. Он не сможет играть. Чонгук спит на кровати, просыпается от боли, открывает глаза, и видит себя. Себя, который режет ему запястье

Мы проиграли. Проиграли.

— Чонгук! — раздается голос среди приходящих в голову неописуемых картин, неповторимых, истязающих изнутри. Чонгук сидит на полу, прижав колени к груди, закрывая уши руками. — Все в порядке? — рука опускается на плечо, Чон поднимает голову и видит Тэхена. Шум уходит. Приходит злость. Чонгук еще не разобрался, что ненавидит больше — Тэхена или галлюцинации. Он встает, ловя себя на мысли, что нельзя допустить, чтобы Тэ видел его в таком состоянии, сердце бешено колотится, но Чонгук старается взять себя в руки. — Не смей меня трогать, — гавкает он, сжимая кулак. Не потому, что хочет ударить Тэхена, а потому, что все еще собирается с силами. — Ты в порядке? — обеспокоенно спрашивает Тэхен. — Давай вернемся, скоро начнется третий тайм. Чонгук, игнорируя его слова, разворачивается в сторону раздевалки. Он никуда не вернется. Они проиграли, нет смысла возвращаться. «Райли» изначально казалась ему бредовой идеей. Все кончено. — Чонгук, подожди, — зовет в след Тэхен, и через секунду подбегает, одергивая Чона за руку. Последний резко разворачивается, замахиваясь, но тут же опускает руку. — Поговори со мной, — в голосе Тэ слышится мольба и надежда. Он не хочет заканчивать сейчас. Шанс победы есть — и он велик. Потеря Джина не равна проигрышу. Тэхен хочет победить. — Отвали от меня, — Чон слегка выше Тэхена, но когда он это говорит, Киму кажется, будто он первоклассник. Тэ на секунду теряет дар речи, Чонгук делает к нему шаг. Теперь, действительно, казалось, будто он смотрит с высока. — Я никуда не пойду, — цедит Чон и уходит в раздевалку. Тэхену ничего не остается, как побежать за ним. — Чонгук, послушай, мы еще можем выиграть, у нас есть большие шансы. У нас есть ты, — говорит Тэхен, почти умоляя, — Ты сможешь забить трехочковые, мы заменим Джина Инсобом, он тоже неплох, — Чонгук садится на скамью и начинает развязывать кроссовки. Раздается гудок о начале третьего тайма. Тэ начинает паниковать еще сильнее так, что у него дрожат руки. Он сжимает их в кулак и прячет за спину. — Давай вернемся, — Тэхен садится на колени перед Чоном, заглядывая ему в глаза. Чонгук игнорирует. Он уже все решил. Тэхен касается рукой щеку Чонгука, рассчитывая так привлечь его внимание, заставить посмотреть в глаза, влага в которых накапливалась. Его рука обжигает лицо Чонгука, и последний отшатывается от нее, будто ошпаренный. Поймав взгляд Чона, Тэхен продолжает: — Чонгук, — почему-то с трудом выговаривает Ким, и слеза сразу же стекает с его лица, — ты же помнишь, что я болен? — контакт взглядов все еще держался — это был успех, ведь Чонгук его, хотя бы, слушал. С таким же высокомерным, безразличным лицом, но слушал. — То, что мы сегодня делаем — очень важно для меня. Я так мечтал попасть в сборную… — Тэ выдерживает паузу, надеясь, что Гук обдумывает его слова. — Пойдем играть? Сделай это не ради себя, сделай ради меня, я прошу тебя, — Тэхен опускает лицо в колени Гуку, тому от этого движения становится противно, поэтому он резко встает, поворачиваясь к Тэ спиной и передом к шкафчику. Тэхен поднимается с колен и встает напротив Чона. — Помоги мне, пожалуйста, — руки Тэ резко обхватывают талию Гука, прижимая к себе. Подбородок кладется на плечо, и Ким шепчет: — Мы не справимся без тебя. Я не справлюсь. Чонгук резко выдыхает и также резко отталкивает от себя Тэхена. Последний уже готов к удару — на это способен Чон — но удара не поступает. Гук закрывает шкафчик, подходит к выходу из раздевалки, оборачивается и говорит: — В этот раз я играю по своим правилам, — и уходит в сторону спортзала. Голова становится тяжелой, будто по ней несколько раз ударили кувалдой, Чонгук идет до зала на память, не видя дороги, потому что в глазах темнеет. От осознания того, что Тэхен смог его уговорить, он сжимает челюсть, останавливается и сильно зажмуривает глаза, устремляя голову в потолок. Матч уже во всю идет, и Чону пора выйти на поле и поменяться, но состояние подводит. Он сжимает кулаки, впиваясь короткими ногтями себе в кожу так, что на ладонях остаются красные полумесяцы. — Пойдем, Чонгук, — раздается голос Тэхена. Чон открывает глаза, бросает короткий взгляд на Тэ, который догнал его и встал рядом. Чон поворачивает головой влево и вправо, разминая шею и, не обронив ни слова, трусцой направляется на поле. Он сразу же забегает в игру. — Наконец-то, — кричит Хосок, — очень тяжело играть без атакующего, — он передает пас Чону, который тот сразу забивает данком в кольцо. Чон мысленно хвалит себя за этот мяч, но также понимает, что радоваться рано. Счет равен семьдесят против шестидесяти восьми в пользу райли. У команд еще полтора тайма для того, что понять, кто победитель — и этого достаточно для того, чтобы десять раз проиграть.