Обратный отсчёт

Одиннадцать — лет таймлайн новеллы. Одиннадцать лет — думает Ло Бинхэ, и сердце у него бьётся в груди так быстро-быстро. Он не может поверить тому, что происходит, лишь чувствует, как недоверчивым, осторожным счастьем затапливает всё его существо. Одиннадцать лет — его безнадёжной любви, его надежды, его ошибок. Одиннадцать лет — с тех пор, как Шицзунь изменился, как впервые улыбнулся ему. Одиннадцать лет — их совместных разговоров, вечеров, лжи, ошибок, боли, жертвенности, преданности, отчаяния, страха, тренировок, привязанности, побегов, потерь и находок, поражений и побед. Так много случилось за этот небольшой — в масштабах мира и бессмертной заклинательской жизни — промежуток времени. Это и три года совершеннейшего рая, когда Шицзунь помогал ему развить навыки, позволял готовить себе, жить в бамбуковом доме. И Бинхэ имел право — сладко и постыдно — ловить каждый его жест, слово, вздох, наслаждаться беседами и похлопываниями по голове. Лишь для того, чтобы всё это разбилось о скалы Бесконечной Бездны, в которую Бинхэ был сброшен рукой Шицзуня, и где провёл три года персонального ада. Так он думал. А потом Шицзунь погиб — из-за него, ради него — и Бинхэ понял, что то был далеко не ад. Пять лет тянулись бесконечно, его разум совсем помутился из-за боли, собственных действий в царстве снов и Синьмо. И поэтому он наделал ещё больше ошибок после, так много ошибок, которым не могло быть прощения, и Бинхэ был готов принять боль от того, что его прогонят, что больше никогда не захотят видеть даже мельком. Он — заслужил этой невыносимой кары. Но Шицзунь простил его. Шицзунь взял Ло Бинхэ за руку, смотря тёплым и нежным взглядом, губы его слегка изогнулись в улыбке. — Куда бы ты ни направился, на сей раз этот учитель пойдёт с тобой. И одиннадцать лет померкли перед одним мигом.