dangerous elections

      Еще пару секунд я стояла и смотрела на стенд, на фотографии Джеймса Барнса, а в моей голове, будто кусочек за кусочком, вставал пазл. Некоторые моменты вспоминались из рассказов Стива, другие из моей жизни. И затем я рванула к выходу. Это точно он. Наверное… Вылетев пулей из музея на улицу, я быстро осматривала ее, ища хоть намек на его присутствие. И мне удалось ухватиться за ниточку — мужчина в кепке заворачивал за угол, в темный переулок. Я рванула за ним, а когда вошла в тень — замешкалась. Никого не было, и тогда я начала говорить вслух, выманивая мужчину из засады. — А я думала, мне показалось, — произнесла я с ухмылкой, пока глазами искала хоть намек на присутствие. — Но, знаешь, тебя легко узнать по глазам. Серо-голубые…       Позади послышался шум, и я обернулась. Он стоял в пяти метрах от меня, а я лишь смотрела на мужчину довольная. И совершенно без страха, без того, как в прошлом году. Сердце застучало быстрее. Прошел почти год, а я лишь за один вечер выучила его. — Ты нашла меня, Люциф, — он произнес это спокойно, приближаясь ко мне. — Что собираешься делать? Тогда я оставил тебя в живых, так почему сейчас должен? — О, ты меня помнишь, — это единственное меня обрадовало, потому что я как завороженная глядела на мужчину. — И все же, как мне тебя называть? Зимний солдат? Или Баки Барнс? — Как догадалась? — он ухмыльнулся моей сообразительности и снова приблизился. — Несложно было догадаться, когда ты стоял возле стенда, — произнесла я и тоже сделала шаг к нему. — Просто сложила один плюс один… А Стив рассказывал про тебя и про то, что ты жив. Только прозвища не называл, не хотел порочить имя твое. — Что? — он задал этот вопрос так же быстро, как и впечатал меня в стену дома своим протезом, а я использовать свои силы даже не успела. — Ты виделась со Стивом? — Да, пару раз пересекались, — еле проговорила я. — Знаешь, не очень удобно говорить, когда твое горло сжимают. — Прости, я просто… — немного осекся мужчина и убрал руку от моего горла, но не отошел от меня. — Испугался? Да ладно, не расскажу я ему, что видела тебя здесь, — потирая горло, сказала я и заглянула в его опущенные глаза. — Но постарайся больше не припечатывать меня к стене. А то привыкну еще. — Этот человек очень странно влиял на меня — я хотела одновременно использовать свою силу и припечатать его так же к стене, впиваясь в его… Губы? Да что со мной твориться? — А сама-то, зачем за мной увязалась? — спросил Баки, сменяя выражение лица на изучающее. — Что хотела? Новости не смотришь? Меня ищут. — Тебя устроит ответ — из интереса? А насчет розыска: телевизор не смотрю, знаешь ли, — сказала я, ухмыляясь. — Я не забыла тот вечер, когда ты пришел ко мне. Мне было так страшно, но за год этот страх перерос в другое чувство. И меня это немного смущает. — Правда? А если я скажу, что тоже тебя вспоминал? — я подумала, что он шутит, но его выражение лица говорило обратное. Тогда я не придумала ничего лучше, как сократить расстояние между нами и поцеловать. Он не сопротивлялся, но было видно, что Зимний солдат не ожидал этого.

***

      Прошел месяц с тех пор, когда я в переулке застала врасплох Джеймса Барнса. Тогда я сразу убежала. Пока сероглазый не понял, что произошло, а у меня уже дух захватило от адреналина. Я и он? Боже. Но помимо этого произошли не очень приятные события. Месяц назад, когда Ванда и еще несколько мстителей во главе с Кэпом были в Лагосе, погибли люди. Я прекрасно понимала, что это произошло все случайно, но народ и правительство так не считают. Даже король, некогда закрытой от мира Ваканды, выступил с речью. Я не могла ничего сделать, лишь поддержать свою подругу.       Так же поддержки заслуживал мой отец. Все до сих пор винили его за случай в Заковии. Люди находили любой удобный случай, чтобы напомнить ему об этом. А я лишь пыталась взбодрить отца — сказать, что это не его вина, что они ничего не понимают. Я пыталась хотя бы вызвать на этом мрачном лице улыбку, но впустую. Отец лишь отмахивался. — Ничего уже не сделать, милая, — это все, что он мне говорил.       Переключаться с Тони на Ванду было несложно — они оба винили себя за случившееся. Как только выдался свободный день, я сразу же бросилась к ней, чтобы взбодрить. В это время, как раз в штабе Мстителей находились еще двое — Стив Роджерс и Вижн. — Привет, — я тихо произнесла, когда вошла в ее комнату. Максимофф сидела и смотрела телевизор, по которому крутили новости. — Знаешь, а я никогда не смотрю телевизор — не вижу смысла. Думаю, тебе тоже стоит, — и выключила. — Они меня ненавидят, — произнесла девушка, взглянув на меня. Она была поникшая, словно цветок. Было больно смотреть на нее. — Хэй, я ведь не ненавижу, — я присела рядом с Вандой, обнимая ее за плечо. — Да и люди не смогут винить вас всех вечно. Верно? — я обратилась к Роджерсу, который вошел в комнату. — Привет. Люциф правду говорит, — Стив тоже сел поближе к Ванде, но только по левую сторону от меня. — Это моя вина — я должен был детонировать бомбу до взрыва. — Серьезно? Пожалуйста, только ты не начинай, Стив, — я вскочила с кровати и обратила заслезившиеся глаза на кэпа. — Я уверена, что в тот момент нельзя было ничего предпринять. Отец обвиняет себя, вы обвиняете себя. Я уже не знаю, что мне сделать, чтобы поднять каждому настроение. А зачем я вообще что-либо делаю?! — я почувствовала, как внутри закипает, а глаза загорелись - я уже знала, когда это происходит. — Извините, накипело. — Может, присядешь? — предложил Стив, а покачала головой. — Пойду, умоюсь, — лишь произнесла я и вышла из комнаты.       Прохладная вода помогла собраться с мыслями, но, когда через пару минут я вышла, немного растерялась. В комнате у Ванды уже никого не было. Тогда я спустилась ниже, в общую кухню. В надежде кого-нибудь найти. В итоге осталась сидеть здесь на кресле, пока не сообразила обратиться к своим часам. — Пятница, где Ванда и Стив? — я, конечно, не была уверена, что она скажет, но получилось. — Приехал ваш отец с госсекретарем, сейчас они в общем комнате на этаже ниже, — раздался голос Пятницы из моих часов. — А можешь ли ты… подслушать или отобразить мне? — с надеждой в голосе спросила я. — Сейчас все будет. Активирую режим «прослушка», — ответила женщина, и через часы полилось множество голосов — мне были известны все, кроме одного мужского. Предположительно, он принадлежал госсекретарю.

***

      Прослушав все от начала до конца, у меня были смешанные чувства. Договор? Ограничения? Во что народ хочет превратить Мстителей? С одной стороны договор нужен, потому что народу будет спокойнее. С другой же… Мне не понравилась сама идея этого Заковианского договора. В разгар моего переваривания информации Мстители вошли на кухню. Я даже не знала, что сказать, чтобы не проколоться с прослушкой. Сделав невозмутимое лицо, я сидела в телефоне, пока народ рассаживался и расходился кто куда. Стив сел на кресло с толстенным договором и начал его пролистывать. Сэм и Роуди спорили. Сам же отец сел напротив меня на диван, прикрыв рукой лицо, даже не заметив моего присутствия. Ванда и Вижн сидели рядом со мной, а я лишь глазами пыталась показать свою неосведомленность. А затем и вовсе закрыла их, потому что не могла больше выносить за такой короткий срок напряженной обстановки. Где-то вдалеке я слышала голоса, но не сосредотачивалась на них, пока не заговорила из ниоткуда Наташа или Черная вдова. — Я тебя не узнаю, сидишь, молчишь, — сказала она, обращаясь к моему отцу. — По-моему, он со всем определился, — ответил Стив, глядя на Тони. — Да ты телепат, но нет — это просто мигрень, — Старк поднялся с дивана и подошел к раковине за стаканом с водой, а затем проглотил таблетку. — Но да, я определился. Нам нужны вожжи, иначе мы неуправляемы. — Будь я Мстителем, отказалась бы от этой затеи, — неожиданно все семеро пар глаз обратились ко мне. — По-моему этим договором ничего не решиться, только ответственность за произошедшее будет передаваться из рук в руки. — Но ты не Мститель, дорогая, — отец посмотрел на меня серьезно. — А что мне мешает стать им? Силой обладаю, может, для чего-нибудь сгожусь, — расхрабрилась я, глядя в упор на отца. — Но этот договор — брехня. Жить под указку правительства, нет уж. — Я вот не понимаю, кто давал тебе слово, — произнес довольно резко Старк. — Что ты здесь делаешь, Люциф? — Тони, ты перегибаешь, — вмешался Стив, заступаясь за меня. — А Люциф права… — Просто ты лезешь, без обид, не понимая ничего, — пояснил Тони, смотря мне в глаза, которые жгло от досады. — Ты еще слишком юна, и эта сила никаких привилегий тебе не дает. — Мои глаза загорелись уже от злобы, а затем я вышла из помещения. Они продолжили обсуждение, только уже без меня.