Время паниковать?

Очнулся я в незнакомой мне комнате. Голова нещадно гудела. Шторы на окнах были плотно задёрнуты, но то, что сейчас день, я определить смог. Значит я пролежал в отключке всю ночь. Обстановка вокруг была завалена разным барахлом так, что яблоку негде было упасть. Валялись всякие склянки различных форм и размеров, поваленные книги, приборы неизвестного мне применения. Переполненные шкафы ломились от вещей в них. На столах, покрытых белой тканью, стояли башенки из тарелок и другой посуды. Посмотрев наверх, я увидел, как противная на вид коричневая субстанция капает с потолка. От взгляда на неё мне даже стало плохо. Сидел я, привязанный к стулу, в центре этого беспорядка. Прошло пять минут, десять, а я до сих пор не мог нормально рассуждать. В теле чувствовалась какая-то слабость. Я понимал, что надо скорее выбираться отсюда, и единственное, что пришло в мою плохо соображающую голову – это начать раскачивать стул. То, что идея была так себе, я сообразил, когда повалился на бок, задевая при этом сумку и ударяясь головой об пол. Из сумки вывалилось пару пакетиков с белым порошком. Блять, только не говорите, что это то, о чём я думаю. Кажется, на вызванный мною шум отреагировали и уже направились сюда. Дверь медленно открыли с режущим по слуху скрипом. В комнату вошёл… глава клуба естествознания? Как там его звали? Мартин? Марвин? Кстати, теперь, когда на нём облегающая белая майка, я могу сказать, что это всё же были мускулы, а не жир. А может быть это его брат близнец. Не, глупость какая-то. – Очухался, наконец, – произнёс он, отправляя меня обратно в сидячее положение. – Два дня всё-таки прошло. Зря я, наверное, так много тебя наркотой пичкал. Два дня? Хм, много. Надеюсь, Адам уже обеспокоился моим отсутствием. Но терять надежды на то, что я и сам выберусь, не стоило. Он стоял, смотря на меня и ничего не говоря. Господи, что за напряжённое молчание? – Ну и? – не выдержал я. – Что «ну и»? – Я жду слезливую историю о том, какое тяжелое у тебя было детство, как родители избивали тебя, и весь мир был против тебя. И как в итоге ты скользнул на эту кривую дорожку. Стал баловаться всякой дрянью, залечивая свои душевные травмы, а потом и продавать. В школе ты тихоня-ботаник, но на самом деле дилер, заправляющий продажами в школе. Но появился я, заноза в заднице, которая грозилась стать большими проблемами. Постоянно расспрашивал о тебе, был очень подозрительным. Поэтому ты решил меня убрать, заперев здесь, а позже – продать на органы. Вот примерно этого я ждал, – завершил я и невинно похлопал ресничками. Где-то минуту он просто стоял, выпучив глаза, а потом громогласно рассмеялся, похлопывая себя по ляжке. Немного успокоившись, он сказал: – Ты меня прости, но ничего такого не будет. Мне просто нужны деньги. – Эх, а жалко. Значит фильмы всё же врут. Может хотя бы скажешь, как ты всё это провернул? Я ведь вообще не мог тебя найти. – Если честно, то я не вижу смысла с тобой разговаривать. Но ты оказался забавным. Пожалуй, ничего не случится, если расскажу. Всё равно ты ни с кем поделиться уже не сможешь, – пока он это говорил, с его лица не сползала гаденькая улыбка. – Ну что ж, начать надо пожалуй с того, что ты просто и подумать не мог, что какой-то странный несуразный чувак может быть тем, кого ты искал. А я ведь был у тебя под носом: ты ходил в мой клуб, жил в одном со мной доме. Да, да, мы сейчас у меня в квартире, которая находится прямо над твоей. Наверняка, даже если твои зацепки и приводили ко мне, ты просто отмахивался от этого. Зараза. А ведь всё так и было. Плохой из тебя детектив, Итан, плохой. – Понятно… – начал я осторожно. – И что ты теперь будешь делать со мной? – Я ещё не решил. На меня сразу так много навалилось дел. Кстати, давно хотел кое-что спросить. Тебя ведь это… ну… Уильям Уокер подослал? – Какой догадливый. Но это было слишком легко. А вот, кто я, ты вряд ли знаешь, – да уж, веду себя, как ребёнок. Но мне было интересно, как много он знает. И удовлетворился, когда не услышал ответа. Всё же он просто глупый подросток. – Какой-то ты слишком расслабленный для того, кого держат взаперти. – Наверное, мне просто не страшно. И я скоро отсюда выберусь. Я и не в такой жопе побывал. Меня не запугать этими детскими играми. – Ну, ещё посмотрим, – сказал он перед тем, как вышел из комнаты. Посидев минут десять, я начал осуществлять действия по моему освобождению. Голова гудела, тело плохо слушалось, и в придачу живот нещадно болел от голода. Но, похоже, этот дебил вообще не умеет завязывать узлы. Тогда, когда я, раскачавшись, упал, верёвки на правой ноге немного ослабли. Полностью освободив ногу, я достал её из кроссовка. Приметив на столе нож, я потянулся и пальцами ноги стянул его. Запирать меня в комнате с кучей полезной херни было тоже не обдуманно. Ловко передав нож в руку, я начал резать верёвки. Полностью освободившись, я тихонько подошёл к двери и прислушался. Ни звука. Я о-о-очень аккуратно приоткрыл дверь, о-о-о-о-очень тихо прошёл гостиную и о-о-о-о-о-о-о-очень… «ХРЯСЬ» Ой… Теперь на полу валялись осколки разбитой мною вазы. Парень, имени которого я всё ещё не вспомнил, тут же материализовался. – А знаешь, это даже хорошо, что эта пылесобиралка разбилась. Она совсем не вписывалась в интерьер, – заполнил я появившуюся паузу. – Ах ты..! И началась игра в кошки-мышки. Только он ещё и кидался в меня тем, что попадалось ему под руку, а я, естественно, уворачивался. Но он всё же попал в меня чем-то тяжелым, и я, потеряв равновесие, упал на пол. Он схватил меня за лодыжки и потащил в сторону комнаты моего заточения. И именно в этот момент в квартиру ворвалась группа мужчин и, освободив меня, повязала безымянного. *** Ну что ж, сейчас я, вдоволь наевшийся и отдохнувший, слушал о последних событиях. Кстати, я поинтересовался, как звали дилера. Мелвин Браун. Эх, а я был так близок в своих догадках. Ну ладно, дальнейшая его судьба меня мало интересовала. Скорее всего, отправят в колонию для несовершеннолетних. Оказывается, пока я был в отрубе, многое произошло. Адам очень волновался: я не отвечал на звонки, и меня не было дома. Клаус и Майлз, не увидев меня в школе, тоже задались вопросом, где я? До моих лжеродителей тоже не могли дозвониться. И как раз в этот момент дяде Уильяму надоело ждать, и он приехал, так сказать, посмотреть, как у меня дела. Естественно, что две искавшие меня стороны столкнулись. Потом было долгое выяснение моей личности. Дядя, подлюка такая, всё рассказал, не утаив ни одной детали. И теперь, после операции моего спасения, мне приходится сидеть и дрожать под пристальными взглядами четырёх пар глаз. Вот и пришёл конец моим отношениям с Адамом. А я ведь ещё месяц планировал держать всё в секрете. Может он и помог меня найти, но дальше встречаться с таким лгуном, как я, он не будет. Покосившись в его сторону, я заметил, как он сверлит меня тяжёлым взглядом. Потом он вздохнул и произнёс: – Итан, можешь перестать так бояться? Твой дядя мне всё объяснил. Я не сержусь… Ну, почти. В такую удачу я не верил и продолжал сидеть ни жив ни мёртв. Но тут Клаус резко встал, заставляя меня вздрогнуть. – Да как ты смеешь! – начал он. – Я мог бы простить тебе то, что ты солгал мне о личности, о возрасте! Да я бы всё простил, но как ты посмел не сказать мне о том, что у тебя появился парень?! А я ещё думал, что мы друзья. Клаус, надув губки и скрестив руки, сел обратно и отвернулся от меня, а я… А я был в шоке, да и другие тоже. – Эм… Клаус, а ты уверен, что хотел сказать мне именно это? – спросил я. – Ну да, – отозвался он. – Я-то тебе всё всегда рассказывал, а ты так нечестно поступил со мной. Даже Майлз узнал об этом раньше меня. – П-прости. Наверное, я и правда должен был рассказать тебе о своих отношениях ещё тогда, когда они начались. Хотя, скорее всего, они скоро и закончатся, – последнее предложение я сказал совсем тихо. И тут Адам ударил кулаком по столу, а я подумал, что вот он, момент, когда он окончательно разорвёт наши отношения. Я ещё должен сказать «спасибо» за то, что он не припомнил мне за флешку. – Да сколько можно?! – закричал Адам – Я не собираюсь тебя бросать! Мне эта флешка была не так уж и важна. Уж точно не важнее тебя. А за враньё я тебя ещё успею наказать. Мне точно не послышалось? Меня не бросят? УРА-А-А-А-А! Стоп… Я же совсем не подумал о том, как на это отреагирует дядя Уильям! Теперь моего боязливого взгляда удостоился и он. – Хей, не смотри на меня так, - дядя поднял руки в покорном жесте. – Я, конечно, разочарован из-за того, что ты не смог выполнить моё задание без моей помощи, но не более. – Что ж, раз уж все всё решили, – сказал Адам, вставая, – то я, пожалуй, заберу Итана на время. Он взял меня за руку и повёл куда-то. Я особо не сопротивлялся, но полюбопытствовал, куда мы идём. – В мою комнату, конечно же, – было мне ответом. – Что? Зачем? – не понял я. – Ну тебе же на самом деле оказалось двадцать семь. Хотя особо и не скажешь. Так вот, раз ты совершеннолетний, то я могу не сдерживаться. – Но ты же говорил, что не сделаешь этого, пока я не буду готов… Но делать что-то было уже поздно. Мы, наконец, вошли в его комнату. Адам сразу же набросился на меня, целуя и забираясь под одежду. И мне уже было как-то плевать на то, что я говорил до этого. Всё, абонент недоступен, а точнее, улетел на небеса. Повалив меня на кровать, он перешёл на мою шею, а я не мог перестать стонать. Бедром я чувствовал его возбуждение. Немного осмелев, я спустился рукой вниз и погладил бугорок на его брюках. Адам застонал мне в шею. Он тоже опустил руку, расстегнул молнию на моих джинсах, запустил руку под бельё и сжал мой полувозбуждённый член. А потом, скользнув вниз, он прошёлся по нему языком и взял в рот. Минет в его исполнении был великолепен. Он ласкал меня так умело, заглатывая до самого основания, руками трогая яички. Я схватился за его короткие волосы на затылке и безостановочно толкался в его горячий рот. Я чуть ли не скулил, желая кончить, но когда был уже у самого края, Адам остановился. Поднявшись, он снял с себя рубашку и полностью раздел меня. Потом он потянулся куда-то в сторону комода и достал смазку. Выливая её себе на пальцы правой руки, он произнёс: – Потерпи. Сейчас может быть немного неприятно. Вставив один палец в мой анус, он начал медленно, не спеша, меня растягивать. Это было не так уж и плохо, как я боялся. Через некоторое время он добавил второй, и тут я уже почувствовал дискомфорт. А от третьего мне было уже немного больно, но, как и просил Адам, я терпел. К тому же он и про мой член не забывал. Закончив с приготовлениями, Адам выпрямился, хмыкнув, осмотрел меня с ног до головы и расстегнул пояс на своих брюках. И, наконец, я узрел его мощный ствол. Не то, чтобы я сильно рвался это сделать, но всё же было интересно. Вот что-то примерно такое я и ожидал. Он был просто огромным! Кажется, он в меня не влезет. От какого-то нерационального страха я начал отползать назад, к изголовью кровати, но меня схватили, перевернули на живот и поставили на четвереньки. – Не бойся, малыш. Так тебе будет легче. А теперь расслабься… – сказал он, начиная сантиметр за сантиметром входить в меня. От боли, пронзившей моё тело, из моих глаз полились слёзы. Мне захотелось сразу же это прекратить, и я начал вырываться, но сильные руки возлюбленного крепко держали меня. Он зашептал какие-то успокаивающие глупости. Мне было так больно, а это была ещё только половина! Когда он вошёл полностью, мы оба, тяжело дышала, начали ждать. Боль не проходила, но со временем становилась тише. В какой-то момент я слегка качнул бёдрами назад, чтобы проверить ощущения. Адам больше не мог сдерживаться и стал размеренными движениями толкаться во мне. Мне казалось, что его член доходил до желудка. Я кричал, сжимал простынь и продолжал терпеть. А потом его член задел что-то внутри меня. И это было так приятно, что я невольно выгнулся сильнее. Заметив мою реакцию, Адам снова толкнулся в том же направлении. С этого момента удовольствия стало намного больше, чем боли. – А-а-ах… да-а-а… Адам… ещё! – не прекращали наполнять комнату мои крики. Он прижался грудью к моей спине и обнял меня, его член при каждом толчке проходил точно по простате. Адам, каждый раз выходя из меня и снова заталкивая член обратно, вызывал во мне море удовольствия. Стоны становились громче, толчки быстрее. Я всё продолжал выкрикивать имя любимого. Резко выйдя из меня, он кончил мне на ягодицы. Потом, переместив руку на мой член, быстро довёл меня до оргазма. Повалившись на кровать, я всё никак не мог прийти в себя. Адам говорил мне на ухо всякие нежности, а я продолжал глупо улыбаться. Повернувшись к нему лицом, я поцеловал его, передавая все чувства, которые испытывал сейчас. – Я люблю тебя, - прошептал я. – И я тебя. *** Уже два года я живу вместе с Адамом, и они были наполнены любовью и пониманием. Мои чувства к нему до сих пор продолжали пылать огнём, и, надеюсь, никогда не угаснут. Свою “работу” я бросил, и собираюсь продолжить учёбу в колледже. Так же я чаще стал навещать дядю Уильяма. Он был неимоверно рад этому. Майлз с Клаусом тоже всё ещё были вместе. Майлз, всё же принял мои отношения с его отцом. Мы даже стали немного ближе. Клаус после того случая почти сразу перестал обижаться и снова стал моим лучшим другом. А ещё я узнал, в кого всё это время была влюблена Стелла. После окончания школы, на выпускном, она призналась учителю физкультуры в своих чувствах, а он взял и прямо там сделал ей предложение. Она, естественно, ответила «да». Кстати, я тут недавно увидел у Адама каталог с обручальными кольцами, так что…