Season of you

Суттинат не должен был себе этого позволять. Он знает правила. Нельзя трогать Малыша. Так открыто и напоказ. Если творишь такую хрень, то делай молча и незаметно! А лучше вообще не вытворяй! Иногда Мью кажется, что его нагло провоцируют, а он каждый раз ведётся. Потому что...ну, второй раз за три дня — это явно перебор. Перебор в наглости Милда. То, что его не убили в прошлый раз, ещё не значит, что ему повезёт в этот. Но у нас есть и второй провинившийся... Ему не стоило позволять Милду творить, что вздумается. Но он спокойно сидел, залипая в телефон. И даже если Галф писал ему сообщение, это не оправдание.

POV Мью

Ты сидишь на кровати и дрожишь. До моих ушей доносятся твои тихие стоны. Наблюдать за тобой со стороны — одно удовольствие. Другое удовольствие — подойти к тебе, прикусить за ушко (за то самое, за которое тебя тянул этот... Не будем сейчас о нём) и услышать сладкий стон с твоих уст. Ты хочешь схватиться за меня, как делаешь это обычно. Но не сегодня, принцесса. Твои руки связаны за спиной. Это часть твоего наказания. Смотрю на тебя и не могу налюбоваться. В тебе завораживает абсолютно всё. А сейчас особенно твои глаза. Поплывший взгляд, расширенные зрачки, которые почти полностью перекрывают карюю радужку. Пушистые ресницы, которыми ты периодически забываешь хлопать, смотря на меня и боясь что-либо сделать, пока я это не одобрю. «Прости, дэдди, я сделаю всё, что хочешь» Это были твои слова. Не важно, что в тот момент я выглядел очень злым. Ты это произнёс. И ты несёшь за это ответственность. Провожу рукой по твоей щеке, а ты тянешься за лаской. А точно ли ты её достоин? Рука опускается ниже, проходясь по твоей груди, скрытой рубашкой. Через ткань всё равно прекрасно виден твой шоколадный оттенок кожи. И этот потрясающий контраст...так и хочется тебя съесть. Ещё ниже. Движение приходится на твой животик. Маленький и кругленький кокосовый животик, который ты неосознанно напряг от моих прикосновений. Обделяю вниманием твой стоящий член. Он уже заметно натянул низ рубашки, оставляя там весьма понятное пятно. Ты разочарованно стонешь. Это наказание, Малыш, не забывай. Рука скользит вниз по бедру. Ты разводишь ноги шире, выгибаясь в пояснице. Хочешь быть ближе, но я отстраняюсь. Всего на пару сантиметров. Чтобы ты понял — пока рано. Я ещё не простил тебя. Ты возвращаешься в исходное положение, хотя твои ноги всё также широко разведены. Пододвигаюсь ближе к тебе и ты задерживаешь дыхание от предвкушения. Вот только предвкушаешь ты совсем не то. - Галф, знаешь, что делают с непослушными малышами, когда они провинились? Их наказывают — продолжаю я про себя. Первое, что читается в твоих глазах, это страх. И до того, как ты попытался что-то сказать, я уже дотянулся до пульта от вибратора, что сейчас внутри мучает тебя низкой скоростью, и перевёл рычажок до отметки «max». Крик. По комнате разносится именно крик, а не стон. Ты больше не можешь себя сдерживать. Ты начинаешь ёрзать. Пытаешься поменять положение, чтобы вибрация не давила на тебя изнутри повсюду. Но судя по стекающим из глаз ручейкам слёз, для тебя это чересчур. Я снижаю скорость. Ненамного, но ты вновь начинаешь дышать, а не только выдыхать, пока кричишь от переизбытка острого возбуждения. Приподнимаю за подбородок твоё лицо. Ты смотришь на меня в ответ, но не видишь. Стираю с щёк влажные дорожки. Нежно оглаживаю твои щёки, стараясь успокоить. Мой взгляд цепляется за твои губы. Твой приоткрытый рот так и манит, чтобы поцеловать. Но есть идея поинтересней. Большим пальцем касаюсь твоего языка. Ты пошире открываешь свой ротик. Чёрт, Малыш, не соблазняй меня. Провожу подушечкой пальца по кромке твоих ровных зубок, после чего перемещаюсь на нижнюю губу, смачивая кожу твоей слюной. - Малыш, высуни язык. Ты выполняешь, а я тут же прихватываю его губами, начиная посасывать. Стонешь. Ты так отчаянно стонешь, пока я играюсь с твоим языком. И уже менее отчаянно, когда я всё же добираюсь до твоих губ, целуя. Поцелуй сразу же становится страстным. Ты нуждаешься в нём даже больше, чем в кислороде. Больше, чем в оргазме. И я позволяю тебе углублять его ещё больше. Наши языки сплетаются в бешеном танце. Ты отстраняешься, чтобы вдохнуть воздуха, но при этом не отрываешься от моих губ. Ты цепляешься зубками и оттягиваешь мою нижнюю. Ты на грани. Я вижу это по твоему лицу. Читаю по твоим действиям. Но стопроценто убеждаюсь в этом, когда слышу жалобное: - Папочка... Я замираю от неожиданности всего на пару мгновений. Когда ты назвал меня дэдди, ты вложил в это слово один смысл. Извращённый и пошлый. Но сейчас...слыша это папочка, я точно знаю, что ты имел в виду. В одном из интервью ты сказал, что значит для тебя «папочка». Это кто-то, кто может тебя защитить. О Боже, Малыш, это было слишком? - Папочка, прошу... - ты уткнулся мне в плечо, стараясь быть ближе, насколько это возможно. Я больше не могу на тебя злиться, мой маленький. Моя рука в мгновение ока оказывается на твоём изнывающем органе. Тебе нужна всего пара движений, чтобы сладостно простонать мне на ухо от охватившего тебя оргазма. Уже выключенный вибратор аккуратно покидает твоё тело. Я освобождаю твои руки и притягиваю в свои объятия. Ты тяжело дышишь мне в шею. Твоё дыхание посылает столп мурашек по моему телу. А мне сейчас и так непросто. Моё возбуждение всё ещё при мне, Малыш. Но с этим я сам разберусь... Почти уверен, что ты хочешь обнять меня в ответ, но не можешь пошевелить руками. Они достаточно долго были в одном положении и затекли. Нужно немного подождать. - Ты в порядке? - Угу. Как-то интуитивно начинаю гладить тебя по спине. Ты весь потный, и всё ещё немного дрожишь. То ли от холода, то ли от постепенно уходящего оргазма. Думаю, лучше отнести тебя в душ.

Конец POVа

На следующий день Галф приезжает на съёмочную площадку раньше Мью. - Ну, всё прошло так, как ты хотел? - интересуется Милд. И, в принципе, ему ответ не требуется. Ему всё прекрасно рассказало светящееся от счастья лицо. - Да. И даже лучше. Спасибо за помощь, - улыбаются во все 32 в ответ. Эти двое умудрились сговориться. Это была совместная провокация. И на неё, как ни странно, повелись. Когда через пятнадцать минут на улице парень (Милд) замечает приехавшего Суппасита, то начинает медленно, но верно бледнеть. Мью демонстративно достаёт с заднего сидения лопату, после чего также демонстративно убирает её в багажник. И всё это на глазах у Милда. Чтобы тот видел и сделал нужные выводы. Суттинат дал сам себе обещание, что больше не будет так провоцировать Тончививата. Он ещё хочет дожить до старости и умереть естественной смертью. Придётся Галфу искать помощь у других. Хотя Милд сильно сомневался, что среди каста найдутся сумасшедшие, которые захотят ощутить на себе гнев Суппасита. Бессмертием никто из них точно не обладал...