быть частью чего-то важного

он открывает глаза на полу в старом сарае, поднимается с земли и оглядывается, находя себя маленького, делающего горшок на круге. бровки на его лице хмурятся, нос шмыгает, потому что с первого раза ничего не получается, но он не сдается и начинает заново. когда заканчивает, он бежит обедать и за столом обязательно рассказывает, что сделал невероятно красивую вазу. сам джису выходит наконец-то из тени, рассматривая творение себя маленького, слышит голоса бабушки и дедушки и улыбается этой детской радости. — ты хорошо постарался, — говорит он себе, после чего берется рассматривать полки, что-то беря в руки и внимательно приглядываясь. он вновь слышит свой звонкий голос с улицы, из-за чего роняет что-то на пол, но не успевает поднять, быстро скрываясь за дверью. — идём-идём-идём! — повторял маленький су, ведя за собой дедушку. — иду я, — тянет весело дед. — вот! — су берёт со стола уже сухую вазу и показывает дедушке с невероятной радостью в глазах. — покажи на свет, — говорит дедушка, зазывая к себе внука. и тот с радостью несётся к нему. — нет, стой, не беги! — сам джису уже знает, что произойдёт дальше, но маленький су его совсем не слышит. и в следующее мгновение маленький джису спотыкается о что-то, упавшее с полки ранее, и по сараю раздается глухой звон разбитой вазы. а сам хон держит самого себя маленького, не дав ему секундой ранее упасть, но вазу спасти ему не удалось. — прости меня, — джису опускается на колени перед маленьким собой и пытается поймать его взгляд на себе, но у того уже слёзы в глазах, — пожалуйста, прости, я не смог.. — джису, ты в порядке? — взволновано подбегает дедушка, а маленький су плачет над осколками и слова вымолвить не может. — прости, это всё я, — джису плачет и цепляется за потрёпанную кофточку на плечах маленького себя, — умоляю, прости.. джису просыпается опять с глазами на мокром месте, но по светлому потолку понимает, что находится сейчас не дома. он оглядывается по сторонам, находит капельницу, прикованную к его руке, и понимает, что это больница. — эй! — он быстро убирает все иглы и прочие трубки от себя, поднимаясь с кровати и выходя к столу, где располагались медсестры, — почему я здесь? сестрам еле удаётся отвести джису обратно в палату и уговорить дождаться врача. су рассказывают о том, что ему стало плохо в магазине, и о том, что здесь ему помогут, но сам он этого не очень-то и желает. медсестры явно не хотят ничего слушать, потому парень решает всё-таки дождаться доктора. и когда в палату входит молодой мужчина в халате, су уже не так сильно возмущается и вскоре весь его пыл исходит на нет. — здравствуйте, я ли сокмин, ваш лечащий врач, — представляется он, — о чём вы хотели поговорить? — очень рад знакомству, доктор ли, но я бы хотел покинуть больницу, так как мне стало лучше, — говорит спокойно джису. — извините, но я настаиваю на том, чтобы вы остались и прошли лечение, — спокойно и вкрадчиво произносит доктор. — я здоров. — мне лучше знать, — с этими словами врач смотрит в планшет, который держит в руке, — я получил результаты ваших анализов, и я удивлен, как вы ещё живы.. — но как-то же выжил, — продолжает стоять на своём джису, — поэтому я спокойно могу покинуть это место. сокмин убирает планшет за спину, пару секунд что-то обдумывает, после чего произносит: — я ведь могу спокойно написать в бумажках о том, что вы невменяемый, и оставить вас здесь.. джису смотрит внимательно на него, пытаясь понять, шутит тот или нет. — я могу ошибаться, — настороженно произносит он, — но, кажется, вы давали клятву гиппократа, и не думаю, что в ваши обязанности входит вынесение ложного вердикта. — моя прямая обязанность — спасти вам жизнь, — врач явно не из тех, кто быстро сдается. — очень жаль вас расстраивать, но её никто не сможет спасти.. — сказав это, су смотрит прямо в глаза напротив. сокмин оценивает того какое-то время, после чего подходит ближе, садится на край кровати и заглядывает в чужое лицо. — может, дадите мне шанс? — спрашивает он как-то по-доброму, из-за чего джису даже как-то смягчается, задумывая над чем-то. — ладно.. — сдаётся он, — мне уже всё равно. — хорошо, — улыбается доктор, быстро ободряясь и поднимаясь с кровати, — тогда по совету вашего лечащего врача вам назначен сеанс у психолога, лечебная физкультура, а также трёхразовое питание и витамины.. и ещё перевязка некоторых ран. — к психологу я не пойду.. — сразу заявляет су. — это важно для вас же, — объясняет сокмин. — я не хочу говорить с ним один на один. — почему? — задаёт вопрос врач, но джису молчит, явно не горя желанием отвечать, и тогда сокмин сам решает уточнить: — дело же не в ваших синяках и ссадинах? — нет, — очень быстро и очень резко отвечает су, из-за чего доктор задумывается над тем, что же ему предпринять. — а если я буду с вами? — предлагает он, — это вас устроит? — да.. — недолго думая, отвечает джису. на этом их общение и закончилось. конечно, джису было не очень комфортно, так как у него не было ни одежды, ни каких-то вещей.. даже телефон был разряжен. но, как ни странно, какой-то ужасной тяги выйти в интернет или позвонить кому-то у него не было, потому он просто бесцельно смотрел в потолок в ожидании каких-то процедур.