Доверься сердцу

Август. Этот месяц оставил беспорядок на сердце. Целую неделю Тэхён поднимался с кровати не позже восьми часов, чтобы быстро умыться, переодеться и обнаружить Юну в конюшне. Та только улыбалась и благодарила за помощь. Они вместе чистили денники (Юна рассмеялась, когда он назвал их домиками), кормили лошадей, ухаживали за копытами, гривой и хвостами, а после — катались. Время пролетало незаметно. Ужины проходили за разговорами и рассказами отца. Тэхён слушал про его ночные вылазки на охоту и невольно задерживал дыхание. Юна же постоянно подкалывала мужчину и называла большую часть его историй выдумками. — Я, правда, видел животное с краснющими глазами и острыми клыками! — Не верю! — твёрдо заявляла она, после чего обычно начинался спор, заканчивающийся одинаково: — В следующий раз я пойду с тобой. Пока не увижу своими глазами, ни за что не поверю. Тэхён, ты с нами? — Э-э… ну да, — неуверенно ответил он, и над ним почему-то начали смеяться. Все эти рассказы были выдуманными, и Юна это прекрасно знала, поэтому проверяла гостя на смелость. Тэхён чувствовал себя неловко, но обижаться на её шутки даже не смел. Он к ним быстро привык. Пару раз отец брал его с собой на рыбалку. Когда они возвращались с уловом, Юна разжигала мангал во дворе и готовила рыбу на решётке. Получалось вкусно. Вечером, когда солнце заходило, они сидели на крыльце, как и сегодня. Собака по кличке Монти радостно лает, бегая вокруг Юны. Та держит косточку над её головой и дразнит, вынуждая высоко прыгать. Тэхён улыбается, наблюдая за ними. Жара спала, так что дышать было одно удовольствие. Время от времени приходилось отгонять от себя назойливых насекомых, но даже это ничуть не портило воцарившуюся атмосферу. — Ну как там мама поживает? — тихо спрашивает отец. — Я слышал, утром она тебе звонила. Наверное, переживает, что я о тебе не забочусь, — усмешка. Тэхён с минуту ничего не говорит. Странно, но в последние дни он почти не думал о доме. Если поначалу тоска по нему ощущалась крайне остро, то теперь она ушла на второй план. Тэхёну начинало нравиться это место. Интересно было ухаживать за лошадьми и другими животными на ферме, собирать клубнику и отправлять её прямиком к себе в рот. Ему также нравилось просыпаться рано и смотреть на раскинувшийся рядом лес. Не хочется признаваться, но в какой-то степени он даже не хотел уезжать отсюда так скоро. — С ней всё нормально, — отзывается Тэхён. — Расскажи что-нибудь о ней, мы не виделись, кажется, целую вечность. — Отец поворачивает голову к нему и переходит на шёпот, чтобы Юна не услышала их разговора. Тэхён теряется. Что он должен рассказать? Отца не было в их жизни слишком долго — за это время успело произойти немало событий, всех их не перечислишь за раз. — Она всё такая же красивая. — Улыбаясь, он вспоминает лицо матери. — Волосы длинные, как и в детстве, а глаза добрые. — Её облик возникает в памяти. — Она никогда не говорит о том, что ей приходится тяжело… Но я это знаю. Мужчина смотрит на него с грустной улыбкой на губах и тянется к плечу. — Она хорошо воспитала тебя. — Да, — соглашается Тэхён. «Жаль, что тебя не было рядом», — хочется добавить, но он не решается. Что было бы, если бы они жили все вместе? Было бы маме легче? Тэхён задаётся этими вопросами и не находит ответов. Какая бы пропасть не была между ним и отцом, он понимает, что тот, вопреки представлениям, не самый плохой человек. Обида в груди постепенно растворялась, и ему даже казалось, что он простил его. Время вспять не повернуть, но, может, ещё не поздно наверстать упущенное?.. — Увы, так бывает. Иногда люди разводятся, семьи распадаются. В этом нет чей-то вины, — объясняет тот, надеясь, что Тэхён его понимает. Тэхён сидит, обняв себя за коленки, и кивает. — Если бы у меня была возможность, я бы всё обязательно исправил, но… — он поднимает голову, смотря на Юну, — но это невозможно. Не держи на меня обиду. Я столько раз извинялся перед твоей матерью, просил дать второй шанс, но она посчитала нужным жить отдельно. — Она никогда не рассказывала, почему вы развелись. — Затрагивать эту тему невероятно болезненно. Однако Тэхён хочет услышать правду, хотя бы сейчас. — Я бы сказал, что натворил глупостей, — хмыкает мужчина, — но язык не повернётся так выразиться. Просто так случилось, что в моей жизни появился другой любимый человек. — Он чешет затылок, стараясь говорить так, чтобы Тэхён понял. — Так бывает: ты можешь влюбиться даже тогда, когда уже нашёл своего человека. Тэхён кладёт подбородок на колени. — Разве можно полюбить ещё кого-то, когда ты уже любишь? — Он задумчиво смотрит наверх. — В таком случае какая-то из этих влюблённостей должна быть не совсем настоящей. Отцу требуется время на раздумывание ответа. Тэхён сказал то, что пришло в голову первым, но, кажется, мужчина об этом даже не думал. — Это сложно, — неоднозначно отвечает тот. — Ты ещё молодой, чтобы понимать такие вещи. — Наверное. Тэхён снова смотрит на Юну и как-то грустно улыбается. Он чувствует что-то странное, наблюдая за ней. Разобрать свои эмоции не получается, однако одно он понимает отчётливо: сердце тянется к этой девушке с заразительным смехом.

***

Как бы он не гнал от себя мысли, касающиеся Юны, прочь, перед сном те возвращались и застревали в голове надолго. Улыбка девушки, словно мелодия, случайно услышанная по телевизору, преследовала его даже во снах. Находиться рядом с ней было неловко. Тэхён иногда смотрел на неё дольше положенного, из-за чего та щёлкала пальцами перед его носом, говоря, чтобы он не «зависал». Он пытался, честно. Пытался отводить любопытный взгляд в сторону, не разглядывать её, не отвлекаться слишком часто. Пытался успокоить сердце, которое беспокойно стучало всякий раз, когда они проводили время вместе. То, что только зарождалось в груди, не могло не беспокоить. Ему было очень стыдно перед самим собой и перед Чонгуком. На его сообщения он отвечал спустя несколько часов, ведь толком не брал телефон в руки. Переписываясь, Тэхён чувствовал себя каким-то предателем. Он ведь совсем недавно сказал, что Чонгук является для него кем-то больше, чем просто другом. А что теперь? Он улыбается, ловя чужую улыбку, и теряется в мыслях. Это ведь неправильно. Нельзя думать о двух людях одновременно. Тэхён не мог перестать общаться с Чонгуком, ведь какая-то часть его хотела узнать его поближе. А вот другая часть заставляла слушать Юну и втайне за ней наблюдать. Он разрывался между ними и совершенно не знал, что ему делать. В любом случае через пару дней он должен вернуться домой. Вернуться к прежней жизни. К Чонгуку. И это осознание, по идее, должно было его обрадовать, но… Оно заставляло и грустить тоже. За такой короткий промежуток времени он уже привык видеть Юну и отца, завтракать с ними, обедать, разговаривать, заниматься различными делами. Там, дома, каждый его день был похож на предыдущий. Он толком не выходил на улицу, а здесь почти целый день находится на свежем воздухе. Тэхён не хочет возвращаться, и это его очень пугает. — Можешь остаться до конца летних каникул, — говорит отец. — Мы будем не против, да, пчёлка? «Пчёлка» — так ласково он называл Юну, потому что та никогда не сидела без дела. Тэхён грустно улыбается. — Конечно, кто будет мне помогать? — Она толкает отца вбок и щурится. — Ты вечно пропадаешь на ферме, а в конюшню даже не заходишь. Отец реагирует на надутые губы дочери с улыбкой. — Ну так что? Тэхён переводит взгляд с отца на Юну, а потом обратно. Они смотрят на него с ожиданием, и всё, что ему хочется — это заскулить как дворняжка. Он вскакивает с места и бежит на улицу, чтобы подышать свежим воздухом. Звёзды уже рассыпались по небу. Тэхён поднимает голову, садясь на уже полюбившиеся ступеньки, и не знает как быть. Вроде, хочется остаться, а, вроде, его дом точно не здесь. Что же делать? Выбор никогда не был настолько трудным. Вряд ли он вернётся сюда в ближайшее время. Может быть, они вообще больше не увидятся, и он будет жалеть, что уехал так скоро. Полоска света, льющаяся из открытой двери, заставляет шмыгнуть носом и отвернуться. Юна молча подходит ближе и устраивается рядом, какое-то время смотря на диск луны. Уже поздно, завтра ей снова рано вставать, но она почему-то не торопится возвращаться в дом. На улице прохладно. Юна обнимает себя за голые плечи, чтобы хоть как-то согреться. И даже несмотря на это, она продолжает сидеть рядом. Тэхён поворачивает голову к ней и вздыхает. Снимает кофту на замке, которую схватил в последний момент, когда выбегал наружу, и накидывает на её плечи. Юна благодарно улыбается. От её искренней улыбки щемит сердце — справиться с этим невозможно. Тэхён опускает глаза, пересиливая себя. Смотреть на неё — тяжело. Ему становится противно от своих мыслей, потому что то, о чём он думает сейчас, не должно было появиться в голове. Но оно появилось и теперь зудит. Сумка собрана, завтра вечером у него поезд, рядом сидит человек, которого хочется согреть своими объятиями. Тэхён не хочет расставаться. Что-то удерживает его здесь, словно какая-то неведомая сила заставляет задержаться подольше. Но рано или поздно ему всё равно придётся уехать. Как он посмотрит в глаза Чонгуку?.. Он прикладывает ладони ко лбу и жмурится. Как же иногда сложно быть живым человеком: что-то чувствовать, иметь эмоции, мысли. У него сердце готово разорваться на две части. — Эй, ты чего такой загруженный? — Юна касается его плеча, привлекая к себе внимание. — Не хочешь уезжать? Тэхён открывает глаза и смотрит на неё взглядом, пропитанным беспомощностью. — Если… если я останусь… — неуверенно начинает он. Мысли в голове крутятся с бешеной скоростью, — что будет? Юна хмурится, не понимая его вопроса. Минуту подумав, она растерянно улыбается. — Ну… если ты останешься, это лето будет самым классным в твоей жизни. — Нет, ты не поняла, — мотает головой Тэхён. — Ты… — Я?.. — Боже, нет, я несу какой-то бред. Тэхён отворачивается от неё. Он не может собрать мысли в кучу. И почему выражать то, что чувствуешь, так сложно? — Тэхён, на тебя никто не давит. Эти две недели были замечательными, правда, но если тебе нужно домой, то всё хорошо. — Юна по-доброму улыбается и, чтобы хоть как-то подбодрить, кладёт ладонь на его плечо и поглаживает. — Приезжай на следующие каникулы. Геркулес будет тебя ждать. — А ты? Ты будешь меня ждать? — Конечно. — Она снова улыбается. Всё происходит внезапно. Что ему ударило в голову, он не знает. Тэхён наклоняется к ней и прижимается своими губами к чужим, поэтому Юна сначала даже не понимает, что происходит. А когда до неё доходит, она резко толкает его в грудь. Ладонь ударяет по щеке, из-за чего кожа моментально начинает гореть. Юна смотрит на него с обидой пару секунд, а потом скидывает кофту с плеч и подрывается с места. Тэхён, прикрыв глаза, не находит в себе сил пойти за ней. Внутри всё кипит от злости к самому себе. Он не имел права так поступать. Поддавшись порыву, Тэхён готов возненавидеть себя за слабость. Он всё испортил. Абсолютно всё. Ноги несут в неизвестном направлении. Тэхён бежит так долго, как только может. В боку начинает колоть, сердце стучит с бешеной скоростью. Эмоции переполняют, и справиться с ними он не в состоянии. Тэхён падает на землю и устремляет взгляд в небо. Как же хочется, чтобы чёрное полотно забрало все его переживания. Небо его часто успокаивало, но сейчас, когда он смотрит на холодный блеск звёзд, ему не становится легче. По щекам скатываются горячие слёзы, обжигая кожу, а губы не перестают шептать: «Прости меня, Чонгук…»

***

Женский голос оповещает о скорой отправке поезда. Тэхён стоит, сжимая ручку своей сумки, и не может поднять глаза. Лицо немного опухло после вчерашнего: он пролежал в траве, наверное, полчаса, пока его не нашёл отец. Объяснять причину своих слёз не пришлось, однако сама ситуация заставляла чувствовать себя неловко. Не так он себе представлял возвращение домой. Отец обнимает за плечи и с минуту прижимает к себе. Тяжёлая ладонь ложится на спину, заботливо поглаживая. — Спасибо, что приехал, я был рад тебя увидеть. И передавай привет маме. — Мужчина говорит тихо. — Не обижайся, если сделал что-то не так. Я знаю, что был плохим отцом для тебя… — тот отстраняется, чтобы посмотреть в глаза, — прости меня, ладно? Приезжай, когда захочешь, я буду тебя ждать. Тэхён, поджав губы, кивает, и тогда отец хлопает его по плечу, затем как-то грустно улыбается, делая пару шагов назад. Он не может сдвинуться с места. Как же стыдно перед Юной, которая стоит совсем рядом и смотрит на него. Она, несмотря на произошедшее, ведёт себя вполне обычно. — Приезжай как-нибудь ещё раз. — Та всё-таки подходит ближе и толкает в бок. Тэхён поднимает голову и растерянно моргает в ответ. Голос девушки не выражает ни злости, ни обиды. Неужели она не обижается?.. — Да ладно тебе, не грусти! Юна неожиданно обнимает и опускает неловкий взгляд в пол. Для неё подобные вещи несвойственны, поэтому отец поднимает брови, но решает учтиво промолчать. — Прости… — шепчет Тэхён, чтобы мужчина не услышал. — Ещё раз так сделаешь, и я тебе вмажу. — Она хмыкает. — За смелость хвалю, но глупость не приветствую. Отец ничего не понимает. Те переглядываются несколько секунд, после чего Тэхён, улыбнувшись на прощание, садится в поезд. Он сразу же двигается к окну и машет рукой. Мужчина, притянув дочь к себе, машет в ответ, а Юна подмигивает, заставляя смутиться. И всё-таки она невероятна: одна её улыбка поднимает настроение. Тэхён не жалеет, что приехал. Это был хороший опыт, который вряд ли когда-то забудется.

***

Тяжесть в груди не отпускала до самого дома. Бесконечные споры в голове вымотали настолько, что в итоге он заснул, а когда проснулся, за окном мелькал уже знакомый пейзаж. Чем ближе он был к дому, тем сильнее нервничал. И на это были свои причины. Совсем скоро он увидит Чонгука, перед которым виноват. Совесть чуть ли не сгрызает изнутри, и Тэхён совершенно не знает, что с этим делать. Сердце замирает. Он, спускаясь по ступенькам, ловит на себе обеспокоенный взгляд матери. Чонгук стоит позади неё и неловко улыбается. Одноклассник не должен был встречать его — Тэхён к этому абсолютно не был готов. На ватных ногах он подходит к ним ближе, позволяет маме обнять себя и поцеловать в лоб. Смотреть на Чонгука кажется непосильной задачей, поэтому он коротко кивает в его сторону и отворачивается. Мама воспринимает его поведение за усталость после дороги, так что до дома они добираются без лишних разговоров. Все расспросы остаются на потом. — Я приготовлю твой любимый пирог! — воодушевлённо говорит женщина, забирая сумку у сына. Она пропадает на кухне, а Тэхён так и остаётся стоять на месте. Стыдно. Как же ему стыдно перед Чонгуком. Самое ужасное в этом то, что Чонгук даже не в курсе произошедшего. Рассказывать ему Тэхён не собирается: он и так сгорает от вины. Как Чонгук посмотрит на него, если узнает правду? Вряд ли его взгляд будет таким же тёплым, как и сейчас. Тот улыбается, проходя в квартиру, и показывает головой в сторону спальни, намекая спрятаться на всякий случай от матери. Чонгук хочет поговорить — первое, что приходит на ум. А вдруг он обо всём догадался? Дыхание спирает от страха. Тэхён еле как отрывает ноги от пола и идёт в свою комнату. Чонгук заходит следом. Он ожидал чего угодно: презрительного взгляда, обвинения, повышенного голоса. Но он никак не ожидал, что одноклассник, прикрыв дверь, прижмёт его к себе. — Я скучал, — говорит на ухо Чонгук, обнимая крепко-крепко. Тэхён открывает рот, чувствуя себя беспомощным. Он даже сказать ничего не может: стоит с опущенными руками и силится не заплакать от сожаления, ведь Чонгук выглядит таким радостным сейчас. Знал бы он, что Тэхён пытался поцеловать другого человека, вряд ли его глаза горели бы. Рассказывать нельзя. Он не хочет увидеть разочарование во взгляде Чонгука. Не хочет, чтобы их отношения испортились — они с трудом наладились. Потому что сейчас, ощущая ладони Чонгука на своей спине, Тэхён понимает: он тоже скучал по нему. Скучал по его запаху и голосу, по теплу, исходящему от него. Что бы там ни было, вдалеке от Чонгука, это уже не имеет значения. Важно только то, что в этот самый момент Тэхён поднимает руки и обнимает в ответ, прижимаясь щекой к его плечу. Он дома. Всё, что он испытывал к Юне, было похоже на вспышку. За каких-то две недели та заняла все его мысли и так же быстро исчезла из его жизни, как и появилась. Спустя пару дней Тэхёну кажется, что он никуда не уезжал. Что не было никакой Юны и неоднозначных чувств к ней. Всё возвращалось на свои места, и сердце больше не болело. Отпустило. Между ними ничего не могло быть, так что в какой-то степени он даже рад, что девушка его оттолкнула. Это было правильно с её стороны — Тэхён понимает это только сейчас, сидя на кухне и наблюдая за Чонгуком. Он так боялся, что всё изменилось. Изменились его чувства к Чонгуку. Но, кажется, переживать было не о чем. Губы по-прежнему растягивались в улыбке при виде одноклассника, а заинтересованный взгляд скользил по чертам лица. Чонгук всё так же смущал мимолётными прикосновениями, как и раньше. И вскоре Тэхён успокоился. Он решил навсегда забыть Юну, ведь в сердце нет места для двоих. Если бы ему предоставили выбор, он бы выбрал Чонгука. По крайней мере, так ему кажется именно сейчас. То, что было, нужно похоронить глубоко в себе и больше никогда не вспоминать. Конечно, первое время Тэхён испытывал вину. Ему было тяжело смотреть на Чонгука и делать вид, что ничего не произошло. Может, неправильно было умалчивать о произошедшем, но он считал, что так избежит ссоры. Он не хотел причинять Чонгуку боль. Пусть их отношения были запутанными, их нужно было сберечь любой ценой. Уберегать от лишних переживаний того, чьё эмоциональное состояние тебе небезразлично, это же правильно?.. Тэхён до сих пор не понимал, кем для него является Чонгук, но он был уверен в одном: прекращать с ним общение он не хочет. Разве так важно давать название тому, что происходит между ними? Тэхён при всём своём желании не смог бы как-то обозначить свои чувства. К Чонгуку непременно тянет. К нему хочется прикоснуться, обнять, поцеловать, сделать так, чтобы он улыбнулся. А к Юне он испытывал всего лишь интерес, который длился меньше месяца. К Чонгуку же он испытывает нечто странное относительно давно. И самое главное, что оно только крепчает.

***

В квартире тихо. Тэхён сидит на своей кровати, готовясь ко сну, и даже не удивляется, когда дверь осторожно открывается. Чонгук старается не издавать никаких посторонних звуков: в соседней комнате спит его мама — нельзя нечаянно разбудить её. Они сейчас очень рискуют, но как сопротивляться желанию побыть друг с другом наедине хотя бы немного? Всю неделю они искали такую возможность, а она представилась только сегодня, и то нельзя выдохнуть с облегчением. Урывать минуты уединения приходится постоянно: они никак не могут остаться дома одни, и это, если честно, злило обоих. Тэхён ждал его прихода, поэтому не спал. Завтра первый день нового учебного семестра, а ему всё равно на то, что он придёт в школу с мешками под глазами. Какая разница, если сейчас он смотрит на очертания Чонгука в темноте и несдержанно улыбается? После его приезда они ещё не прикасались друг к другу, так что теперь вдвойне волнительно оставаться наедине. Чонгук садится напротив, ничего не говорит, просто смотрит очень внимательно и неуверенно задевает пальцами щеку, а после — пододвигается ближе и, получив одобрение, накрывает ладонью уже полностью. Он гладит кожу, словно боится поранить своими действиями, но Тэхён, почувствовав необъяснимое желание оказаться ещё ближе, тянет его на себя и прижимается тёплыми губами к чужим. Сначала становится страшно, что одноклассник оттолкнёт его, как сделала это Юна, но Чонгук моментально отвечает на поцелуй. Какой же Тэхён болван, раз хотел вместо этих мягких губ попробовать другие. Потому что то, что творится в груди прямо сейчас, и близко не стоит с тем, что он чувствовал тогда, на ступеньках крыльца. Это что-то странное и в то же время чарующее. Они стараются вести себя тихо, но контролировать эмоции не получается. Тэхён обнимает его за шею, сплетая их языки, и не специально валится назад, утягивая за собой Чонгука. Тело реагирует на каждый поцелуй особенно остро: кожу будто облизывает пламя. Как ни странно, но это не пугает. Оказавшись придавленным чужим весом, Тэхён не думает о том, что может произойти в следующий момент. Он наслаждается тем, что происходит сейчас. Чонгук соскальзывает губами на щеку и начинает зацеловывать покрасневшее лицо, придерживая голову за подбородок. Тэхён снова тянется к его губам, но он спускается на шею. Дыхание становится шумным. Немного щекотно от поцелуев в шею, Тэхён едва сдерживает смех. Он наклоняет голову, избегая повторного соприкосновения губ к горячей коже, и Чонгук, кажется, понимает намёк переключиться на что-то другое. Одноклассник ведёт кончиком носа от уха к ключице, аккуратно целует выпирающую косточку и поднимает голову. Тэхён, дыша через рот, смотрит в ответ. Его взгляд не наполнен обидой или испугом, как в тот раз, и всё же Чонгук останавливается и больше не целует. Вместо этого, он подкладывает ладони ему под поясницу и обнимает, падая лбом на грудь. Тэхён невероятно тёплый. От него вкусно пахнет, его кожа приятная на ощупь, и Чонгук больше всего на свете хотел бы поцеловать его ещё раз. Но нельзя. В любой момент может проснуться мама и пойти его искать, хотя страх попасться с поличным не настолько велик, как страх обидеть Тэхёна снова. Да, ему хочется не только целоваться. Тело просит большего: приласкать, провести пальцами по изгибам, пробраться под одежду, чтобы огладить кожу. Но если Тэхён не чувствует то же самое, то Чонгук не станет просить ни о чём другом. Он будет ждать столько, сколько придётся. И даже если этого никогда не случится, он всё равно благодарен судьбе за возможность полежать с ним в обнимку. Длинные пальцы касаются волос. Тэхён перебирает чужие пряди, думая о своём, и пытается понять, что чувствует. Разобрать эмоции не получается. Лежать вот так с Чонгуком — странно, но приятно. Задумчивый взгляд устремляется в потолок. Кажется… сегодня он был бы не против зайти немного дальше поцелуев. Или он так давно не целовался с Чонгуком, что успел соскучиться по нему, или окончательно запутался в своих желаниях. В любом случае сперва им нужно поговорить и наконец решить, что делать дальше, ведь та неопределённость, витающая между ними, не может продолжаться вечно. Главное, Тэхён понял: то, что он испытывает к Чонгуку, не исчезнет ни через две недели, ни через месяц.