12 принцев Ада

За сцену секса, над которой я бы умирал целую неделю, огромное спасибо Кире Чхве Джи Ин, моей разлюбезной музе, бете и соавтору! Детка, ты просто космос! Хохохохох))))) Когда я проснулась, часы вежливо показывали 5 часов утра. Я лежала в чьей-то огромной кровати, чуть не с головой укрытая тяжелым, мохнатым одеялом, кажется, из верблюжьей шерсти, потому что грело оно просто адски. Кряхтя, как старая бабусенция, я вылезла из-под этого огненного кошмара, поведя плечами от блаженной прохлады в комнате, и открыла дверь. Дом спал. Я находилась на 2 этаже, где располагались апартаменты Ки, Дона, Ина и Дио. Посмотрев на створку, я подняла брови и заозиралась в поисках хозяина комнаты, который по собственному желанию никогда бы мне не дал спать в своей кровати. Да и вообще, что я тут делаю, мы же вроде как с Руи в парилку хотели сходить…. Воспоминания обрывались на том моменте, когда я превратилась в дьяволенка и начала домогаться до своего друга… Неужели, что-то произошло, а я забыла все самое интересное?! Это было так обидно, что я даже чуть застонала. Но потом собралась и подумала, стала бы я отлеживаться в спальне Дио, если бы что-то было между мной и синеволосым. Это наврятли. Вздохнув, я направилась по коридору к лестнице, чуть держась рукой за стену, чтобы не шандарахнуться в темноте. На ощупь, я нашла перила и поставила ногу на ступеньку, покидая гостеприимный этаж. Добравшись до своего родного, так полюбившегося мне чердака, я толкнула дверь и, все так же шаря в темноте, нашла спинку своего любимого кресла, что заменяло мне кровать и всю остальную мебель. Я планировала просто снова лечь спать, хоть и не особо хотелось, но что еще делать в 5 утра, но, скользнув на свое законное место, я была нагло сброшена кем-то на пол. - Ой, Диа, прости…. – Спросонок заизвинялся этот кто-то, поднимаясь из черноты кресла и ласково поднимая меня с досок. – Я такой дурак… ты не ударилась? По бархатистому тону и самобичеванию из-за меня, я узнала непрошенного гостя. Ко мне пожаловал Адже. - Нормально… - Опершись на его руку, я встала с пола и начала изумленно наблюдать за тем, как он вертит меня во все стороны, не веря моим слова. Наклонив голову в бок, я подняла руки и повторила обычные движения марионетки, доказывая, что я себе нигде ничего не сломала и могу жить себе спокойненько и дальше. - Какое облегчение… - Радостно выдохнул телепат и плюхнулся обратно в мое личное ложе со счастливой моськой, рассматривая меня в темноте. И что там такого интересного? – Диа, а… ты себя хорошо чувствуешь? Голова не болит? - Сказала же, что в порядке. – Проворчала я, полупопием выталкивая его с центра кресла и присаживаясь рядом. – С чего такой переполох? Такое ощущение, что я раньше никогда не падала… - Да не про то! – Замахал руками цесаревич. – Ты сознание потеряла, после того, как в парилке с Руи посидела… Мне кажется, или он покраснел? - Ааа… ты про то…. Все нормально, только не помню ничего! - Диа, прости меня… наверное, я должен был остаться вместо него и присмотреть за тобой… - Забормотал представитель королевской семьи демонической крови. – А ты… вот… из-за… Я, с каменной мордой, подняла руку и сильно треснула его кулаком по голове. - Ау! – Взвыл принц. – За что? - За то, что херню несешь. – Я нашла свою куртку, спокойненько валявшуюся под креслом, и, запустив руки в карман, обнаружила то, что так требовалось моему расстроенному, как старый рояль, организму – полупустую пачку сигарет. Мне жаль, что Адже думает о своей вине, когда её нет. Мне жаль, что он не поймет моего отношения к нему, хотя именно к Люциферу, если глобально посмотреть, я питаю наиболее теплые чувства. И жаль, что он никогда не узнает, как я благодарна за его любовь ко мне. Во всех жизнях, он был моей опорой и поддержкой, он единственный, кто не изменил мне в своих эмоциях и мыслях, единственный, кто видел меня такой и принимал такой, какой я являюсь даже как человек. Спасибо, Люцифер. Наверное, я сказала это вслух, потому что парня пулей сдуло с места, и он опустился передо мной на колени, взяв мои холодные ладони в свои. - Диа, за что ты меня благодаришь? - Раньше ты таких вопросов не задавал. – Волей-неволей, я уже как 2 суток перестала экранировать свою голову от него, так что он мог прочесть все, что бы ни захотел. – Просто узнай все, как обычно. - Не могу. – Я подняла на него изумленные глаза. - В смысле «не могу»?! Ты же телепат?! - Ты меня в голову не пускаешь, я тебя вообще пробить не могу, как бы ни старался! – Пожаловался принц. – Правда, еще один, самый верный способ, я еще не пробовал… - Ну так попробуй. – Мрачно махнула я рукой. Вот ведь сложности на пустом месте создает, легко живется, что ли? - А ты меня не прибьешь? – С сомнением посмотрев на мою руку, которая минуты 3 назад прилетела ему по черепу, он вздохнул и, приподнявшись, придвинулся к моему лицу. – Заранее прошу прощения за свое недостойное поведение…. Я приготовилась к чему-то мистическому, поэтому закрыла глаза, но вместо разрядов тока и мелькающих перед глазами искр, я почувствовала только его теплые губы, накрывшие мои. Распахнув от неожиданности глаза, я столкнулась с требовательным, даже каким-то мучительным взглядом синих глаз, которые чуть светились в темноту, словно моля меня не отодвигать его и просто продолжать. И я не смогла отказать. Может, потому, что мне оставалось жить не так много, чтобы вообще в чем-то себе отказывать, а может потому, что все 3 жизни я бесстыдно пользовалась его добротой и одержимостью мной, не давая ничего взамен. Я постаралась расслабиться и отдалиться от своего сознания, которое было сосредоточено только на том, что уже через 4 дня я исчезну, и отдалась во власть чувств, позволяя им вести меня. Положив руки на его плечи, я чуть придвинулась, раздвигая его губы языком. Кажется, принц малость охренел, не ожидав, что его вольность будет НАСТОЛЬКО благосклонно принята. Но теряться не стал, обняв меня здоровенными ладонями и притянув вплотную, позволяя себе тоже стать более наглым. Я не знала, получится ли у меня чувствовать все интимные, по сути своей, прикосновения так, как раньше. Перехватит ли у меня дыхание от желания или же я так и останусь сосулькой, над которой висит Дамоклов меч. Стану ли я женщиной, как до этого, или не почувствую ничего от его поцелуев и рук. Но получилось то, чего я не могла ожидать. Я захотела продолжения. Захотела снова быть желанной и давать то, что он хотел от меня, пусть и никогда не позволял себе даже в мыслях. Поэтому я не стала ждать, когда он отодвинется и снова станет тем, кто только смотрит на меня со стороны. Я осторожно прикоснулась к воротнику его пуловера и несильно потянула вверх, показывая, чтобы он был не настолько осторожен, я разрешаю быть наглым. Разрешаю. Делай то, что хочешь, сегодня я готова простить тебе любые грехи. Мне показалось, что у меня захрустели ребра и сломался позвоночник, так исступленно он сжал меня руками, догадавшись, что я хотела сказать. Его губы стали более требовательными, жадными и, будто, горячими, их прикосновения жгли мое лицо, как раскаленное железо. Я не понимала, почему мои мысли так путаются, почему мои руки в ответ так же сильно обнимают его и царапают спину, почему я так тяжело дышу и главное, почему я боюсь, что он остановится…. Я подалась назад, залезая с ногами в большое кресло, а Адже, не отрываясь, положил ладонь так, что мне пришлось лечь. Его руки скользнули по моей талии и остановились на бедрах, а дыхание участилось. Я чуть запрокинула голову, словно готовясь к цунами, которое накроет нас через минуту, но принц был более чем раскован, приближая эту катастрофу. Его пальцы, медленно спускающие ткань халата, в котором я проснулась, мои руки, которыми я все-таки располосовала этот чертов пуловер, его спина, обжигающая мои пальцы… Все это сводило меня с ума, заставляя мысли рваться так же, как ткань его кофты и вылетать из моей головы. Я не хотела понимать то, что сейчас происходит, я уже давно не была девочкой, которая приходит в восторг от одного только вида голого мужчины. Я была его любимой женщиной, которая вскоре уйдет. И это последний раз, когда я могу, телом, сказать ему «спасибо», «прости», «ты мне дорог». Плевать, как это случится, не важно, что и зачем потом произойдет. Сейчас я хочу его. Чуть ли не впервые за все 3 жизни. Хочу именно его, пусть мной движет не инстинкт, а вина и нехватка времени. Я поддавалась его страстным поцелуям, кажется, он давно хотел этого, давно хотел испробовать вкус моих губ и прикосновений, его руки смело, но очень бережно блуждали по моей спине, бедрам, груди. Оставляя влажную дорожку от мочки уха, он спустился вниз до груди и, сначала, легко провел языком по соску, от чего по телу побежали мурашки, а когда он накрыл его губами и слегка прикусил, я застонала, выгибаясь ему на встречу. Мне было до ужаса приятно ощущать его прикосновения на себе, как нежно он целует мой живот, проводя языком над кромкой трусиков, как его пальцы бережно держат меня за спину, спускаясь к ягодицам и захватывая тонкую ткань. Я зарылась пальцами в пряди его волос, притягивая его к себе и проникая языком в его рот, обвила ногами его бедра, как бы говоря, что хочу большего, но он не спешил, складывалось ощущение, что он знал о том, что это будет в первый и в последний раз. А может, и действительно знал, продлевая и мою, и свою агонию… Кончики его пальцев бегали по моей груди, спускаясь к низу живота, оставляя выжженные полоски пламени, когда я снова нетерпеливо застонала, уже не думая ни о чем, кроме удовлетворения своих раздраконенных инстинктов, Адже аккуратно, но быстро проник под полуспущенные трусики и медленно ввел в меня два длинных пальца. Я подалась вперед, чтобы он проник глубже в меня, мне хотелось дать ему те ощущения, которые он так от меня жаждал, пусть один раз, но я должна показать ему все свои чувства. Он дразнил меня медленными движениями, изредка с силой вгоняя в меня пальцы, от чего перехватывало дыхание и до боли сжималось внизу живота. Наконец, я не выдержала. Расстегнув ремень его джинсов, я проникла рукой внутрь и провела рукой по его возбужденному органу, от чего теперь он тихо простонал, но продолжил истязать меня пальцами. Мне хотелось заставить его быть более резким, поэтому я начала двигать рукой вверх и вниз, раззадоривая его аппетит и это сработало, вскоре во мне уже сильно орудовали три пальца, от чего по телу волнами пробегал дикий экстаз. Наконец, он сдался перед своим желанием и, раздвинув мои ноги коленом, навис надо мной, впившись губами в мою шею. Я быстро приспустила его джинсы, мне уже не терпелось ощутить его в себе, и он исполнил мое пожелание, резко войдя в меня. Из горла вырвался громкий стон, но он был задушен его нетерпеливым поцелуем. Адже замер на секунду, словно запоминая это ощущение во мне, а затем начал медленно двигать бедрами, почти полностью выводя его из меня и вколачивая обратно до самого основания. Я двигалась в такт его толчкам, иногда сильнее положенного, от чего мы одновременно стонали, наслаждаясь мощью этих движений. Адже боролся с собой, чтобы продлить момент, которого так долго ждал, чтобы насытиться мною до каждой своей клеточки, но желание достигнуть вершины удовольствия с каждым новым сильным толчком все возрастало, поэтому вскоре он ускорил темп, от чего я просто потеряла голову и не могла не издавать не сдерживаемые стоны. Руки сами собой царапали его плечи и спину, а бедра двигались в бешеном ритме, несколько сильных толчков и я выгнулась, получая долгожданное удовольствие, достигавшее каждого кончика моих пальцев, тело дрожало мелкой дрожью, сердце выбивало бешеные ритмы, вскоре и сам Адже присоединился ко мне, через секунду упав без сил рядом. Если честно, я не знала, стоит ли мне что-то говорить после нашего марафона или просто сделать вид, что случилось то, что и должно было случиться, потому что к очередному его признанию я готова точно не была. И, как последняя трусиха, боялась, что сейчас он повернется ко мне в темноте и спросит, почему достопочтенная Богиня дозволила такую дерзость. Да еще и вела себя, как извращенная нимфоманка, оглашая криками весь чердак. Потому что все слить на ужас недотраха я просто не смогу. - Диа… - Да, вот оно. Я повернула голову на него, лежащего рядом и прикрытого только моим тонким пледом, его глаза сияли синими ночными звездами. – Диа, что случится через 4 дня? Я хотела что-то сказать, объяснить, но голос не послушался меня. Я чувствовала, что по щекам потекли слезы. Он тот, кому я не могу рассказать. Потому что искренне любит меня, дуру, которая даже свою жизнь не может закончить по-человечески. Может, он что-то понял, может, нет, но он только вздохнул и, придвинувшись ближе, обнял меня, прижимая к себе и успокаивая теплотой своего тела и биением сердца. Уткнувшись носом ему в шею, я поняла, что ноша скорой гибели для меня все же слишком тяжела. Я не смогу вынести то, что все мое время, разделенное на три огромные части, я была всего лишь оболочкой. Яйцом, из которого должен был вылететь сияющий дракон. Я не Феникс, возрождающийся из пепла. Я всего лишь скорлупа, в которую уже начинают стучать изнутри.