Никогда не отпускай

– Кацуки... Не уходи, пожалуйста, – у Киришимы начала течка. Его истинная пара – Кацуки Бакуго – захлопывает за собой дверь, даже не вслушиваясь в слова своей омеги. Эйджиро остаётся только плакать и сгорать от жары и неприятного чувства по всему телу. Смазка сочилась сквозь одежду, ноги казались ватными и просто не передвигались. Парень так и остался сидеть возле двери, всхлипывая и пытаясь перебороть свою сущность. Подавители закончились, а течка пришла раньше времени, требуя своего альфу. Кацуки часто оставлял в таком состоянии своего партнёра в наказание за какой-либо проступок. Но на этот раз таблеток не было с собой, что усугубляло ситуацию. – Ашидо... – еле выдавил из себя омега, набирая номер подруги. – Эй, Кири! Что стряслось? – девушка звучала обеспокоенной. – Мне... Нужны таблетки, – кое-как договорил парень, не переставая рыдать. – Подожди меня, я быстро, – крикнула Мина в трубку и сбросила вызов. Примерно через полчаса ключ в двери повернулся и девушка аккуратно зашла, потому как Киришима всё так же оставался лежать в коридоре. – О боже! – конечно, Ашидо не раз видела лучшего друга в таком виде, но сейчас всё выглядело куда хуже, – Подожди, я сейчас принесу воду... Она побежала на кухню, быстро набрала воды в стакан и достала таблетки, протягивая их парню, который, трясущимися руками закинул подавители и запил. – Вот урод! – Мина, помогая парню подняться, закинула руки себе на плечи, – Я подам на него в суд! Сколько можно это терпеть?! – Не надо... Я сам виноват, – выдохнул парень, наконец чувствуя лёгкое облегчение, когда подруга положила его на кровать. Девушка недовольно смотрела на друга, но только вздохнула. Сейчас это большее, что она может сделать. Бакуго никогда ей не нравился, уж слишком много у него всегда было партнёров одновременно, но её друг-идиот умудрился влюбиться в это чудовище, да ещё и позволить связать узы. Кацуки относился к этому просто. Эйджиро был его единственной парой и только к нему он возвращался постоянно. Однако наступали времена, когда пепельный блондин сходил с ума и просто уходил из дома. А, если его омега делала что-то раздражающее, то мог не возвращаться несколько недель. – Ты просто идиот, если терпишь всё это! Как думаешь, у него сейчас очередная шлюха? Может, он развлекается, пока ты страдаешь? Совсем придурок?.. Эй, подожди... Из-за слов подруги, Киришима стал плакать сильнее в несколько раз. Одна мысль о том, что сейчас его пара с кем-то другим, делала больно. Сердце ныло, а тело дрожало. Девушка присела рядом и неуверенно принялась похлопывать по спине. – Не плачь, я же не могу знать точно...

***

Бакуго встретил Киришиму в старшей школе, когда они учились в одном классе. Его не привлекали отношения и пары. Единственное, что ему нужно было от омег – секс, удовлетворение своих желаний. На всю школу он прославился, как хулиган, имеющий скверную репутацию. Почему-то многих это привлекало, хотя возможно, дело ещё в яркой внешности и шикарном теле. Секса у него было, хоть отбавляй, а временных отношений примерно столько же. С серьёзными намерениями он никогда не встречался. Впервые появился человек, который хотел быть с Кацуки просто так. Чтобы встречаться по-настоящему. Ходить на свидания, гулять, болтать и просто проводить время. Этим человеком и стал Эйджиро. Блондин точно не мог сказать, что он к нему чувствует, но эта омега пробуждала в нём трепет и другой всплеск эмоций. Любовь, доверие, уверенность, ревность, злость. Столько эмоций он не испытывал ещё ни с кем. – Кацуки, ты же не бросишь меня? – как-то спросил парень. – Хм? С чего такие вопросы? – помешивая кофе ложкой, старшеклассник нахмурился. – Ну... – Киришима неуверенно уставился в пол, – Ты сделаешь меня своим, когда мы выпустимся? Бакуго от такого вопроса подавился кофе и закашлял. Раньше, даже и мысли об этом не было. Сам себе, парень обещал никогда не ставить метку, чтобы потом не жалеть. Но сейчас ситуация изменилась. Красноволосый с явной надеждой посмотрел на своего парня. – Кхм, у нас ещё будет время подумать об этом, – только и смог ответить Бакуго. В то время, Киришима долго обижался и выглядел растроенным и подавленным. Так продолжалось до тех пор, пока они наконец не выпустились. Кацуки, сразу после церемонии поставил метку уже своему омеге. Тогда всё было как нельзя лучше. Они чувствовали любовь друг друга, занимались страстным сексом и были счастливы. Очень часто, даже на нынешний момент, альфа думает, когда же всё пошло не так. Бакуго безумно любил свою пару. Он старался заботиться о возлюбленном и делать всё как положено. В какой-то момент, его стали посещать ужасные мысли. В какой именно, парень и сам уже не помнил. Хотелось присвоить Киришиму только себе и не позволять ни с кем общаться. В дни, когда Эйджиро уходил куда-то с друзьями, однокурсниками или приглашал в их общую квартиру, внутри вспыхало чувство ревности. Почему его партнёр так свободно общается с кем-то и позволяет другим касаться его? Даже самому Бакуго эти мысли казались отвратительными. С тех пор, когда он начал осознавать, что это больше похоже на зависимость или привязанность, но не как не любовь, стало всё ещё труднее. В голове иногда металось, что от него просто может уйти его любовник, узнав о таких мыслях, и становилось невыносимо противно. Именно поэтому, блондин отдалился от возлюбленного и старался чаще уходить из дома, а возвращаться как можно позже. На вопросы, где он так часто пропадает, отвечал в духе «Пишу проект с однокурсниками» или «На подработке задержался». – Кацуки, скажи мне правду... – Киришима сдерживал слёзы, – Ты изменил мне? Это случилось на третьем курсе обучения. В тот миг, студент ошарашенно посмотрел на Эйджиро. Его вид был измученным и страдающим. До этого он не замечал бледность на лице, ведь парень старался всё время улыбаться и непринуждённо разговаривать. Только тогда стало ясно, что он просто держал всё в себе. – Что? Нет. С чего ты вообще взял? – Тогда скажи, где ты всё время, чёрт побери, пропадаешь?! – перешёл на крик Эйджиро, пока из глаз катились слёзы, – Скажи, пожалуйста, скажи! – Эй, успокойся! И перестань кричать, и так голова болит, – раздражённо цокнул блондин, – Слушай, я тебе не изменял, и самое главное, уже сто раз говорил, где... – Я спрашивал у твоих однокурсников! Не было никаких постоянных проектов и собраний, – омега пытался вытирать слёзы, постоянно льющиеся из глаз, – Зачем ты врёшь? – Тц... Не хочу это слушать, – сам ещё не понимая, что он творит, парень накинул верхнюю одежду и вышел из квартиры, хлопнув дверью. Это был первый день, когда он совершил эту ошибку. Эйджиро так и не смог ничего толком выяснить. Чужих запахов на альфе он не чувствовал, но не мог понять, почему очень часто парень возвращается поздно, когда сам Киришима, старается приходить пораньше. После этого случая, Кацуки вернулся домой только через три дня. Омега старался делать вид, что ничего не произошло, как и блондин. Они продолжали общаться как раньше, только на этот раз альфа стал возвращаться домой ранее обычного. Уже казалось, что всё идёт своим чередом, пока Киришима не притащил с собой чужой запах. Это конкретно выбесило Бакуго. – Ты с кем шлялся, придурок?! – орал студент на пьяного омегу. – Ик... А тебя... Ик... Это волнует? – Эйджиро рассмеялся, – Сам-то изменял мне с кем попало, а теперь злишься? Что ты так смотришь? Ик... А-а... Потому что на твою собственность позарились, да? Пепельный блондин окинул презрительным взглядом парня и, фыркнув, накинул верхнюю одежду. – Опять валишь? Как в тот раз? Даже интересно, какая шлюха готова приютить тебя ночью, – злобно усмехался омега. – Ты пьян, мне не обязательно слушать такую шваль, как ты... – громкий хлопок дверью. На этот раз, на пороге их квартиры, Бакуго не появлялся месяц. Киришима часто писал ему с просьбами выслушать и простить. Звонил, но ему не отвечали. Они учились в одном институте на разных курсах, поэтому Эйджиро часто приходил к корпусу и пытался поговорить, но Кацуки избегал его, не желая видеть, не то, что говорить. Только спустя целый месяц, Киришима услышал щелчок замка. Быстро подбегая к порогу, он увидел стоящего перед ним Бакуго. Эйджиро, не сдержавшись, тут же подошёл и кинулся на шею парня со слезами. – Прости, прости, прости... Прости меня! Я был пьян и нёс ерунду... Но я не изменял тебе! Честно! Только останься, пожалуйста. Прости и останься, это же наш дом... Омега плакал и просил прощения, пока Кацуки стоял в оцепенении. – Вообще-то, я пришёл за вещами, – медленно отстраняясь, уже неуверенно произнёс блондин. Напротив него застыли мокрые красные глаза, полные отчаяния, боли и сожаления. – Не уходи, пожалуйста! Останься, я всё всё сделаю, – молил парень и Бакуго уже не мог оставаться таким же холодным. – Ладно, успокойся уже, – наконец выдавил студент, обнимая в ответ свою пару.

***

Эта ситуация для каждого выглядела по-разному со стороны. Эйджиро боялся потерять того, кого любит всем сердцем, но хранил в голове их первую серьёзную ссору и ту ночь, когда наконец решился спросить у Кацуки, где он бывает. Было больно, потому что блондин так и не дал ему точного ответа, но не хотелось отпускать его, поэтому каждый раз, Киришима старался вести себя как обычно. Но иногда, просто не выдерживал, напивался с друзьями, приходил домой и ссорился не на шутку с любимым. Только утром, понимая что натворил и что на этот раз от него могут уже уйти и не вернуться, становилось ужасно плохо до тошноты. Тогда он судорожно начинал названивать и написывать вновь и вновь. Каждое проигнорированное действие, заставляло дрожать и плакать, думая, что уже никогда не вернёт их отношения. Но нет, Бакуго всегда прощал его и возвращался. Иногда, их ссоры могли случиться из-за внезапной ревности блондина. Например, когда Эйджиро уходил куда-то с друзьями. В такие дни, студент просто уходил, пока омеги не было дома, позже не отвечая на телефон. И такие действия заставляли думать Киришиму, что его бросили и ушли к кому-то другому, более лучшему, чем он. Такое повторялось раз за разом, пока наконец не произошла самая большая ссора перед течкой, что должна была случиться позже. – Бакуго, тебе меня не хватает? Тебе не нравится наш секс? – взбесился Эйджиро, пока они сидели за столом. – Что. Ты. Несёшь. – медленно, делая акцент на каждом слове, спросил Бакуго. – Почему ты просто не скажешь? Я же готов сделать всё, чтобы улучшить наши отношения! – настаивал парень – Слушай, я сто раз говорил тебе, что не изменял. Ты до сих пор не веришь мне? – Тогда давай заведём ребёнка! – на полном серьёзе выпалил омега. – Что? Ты ещё сам ребёнок. Закончи институт, тогда поговорим, – раздражённо ответил Кацуки, возвращаясь к еде. – Я устал! Скажи мне, наконец, правду! Ты ведь тогда спал с кем-то, да? Я просто хочу узнать, где ты был. Скажи и мы перестанем ссориться. – И как это связано с ребёнком? – скептически поднял бровь блондин. – Если у нас будет ребёнок, ты же не будешь больше с кем-то спать? – зло процедил Эйджиро. – Прекрати! – уже не выдержав, Кацуки громко хлопнул по столу, – Во-первых, твои мотивы для рождения ребёнка – отвратительны. Во-вторых, я уже сказал, что ни с кем не спал, а ночевал у друга. – То есть ты считаешь отвратительным то, что я просто хочу остаться с тобой? Да и какой к чёрту друг? – Хватит вырывать слова из контекста! Блондин резко встал из стола и направился к коридору. – Ты что, опять собираешься уйти? Ещё не устал ходить туда-сюда? – Знаешь, пока ты не сказал, даже не думал! А теперь, наверное, больше мне не стоит возвращаться, ты совсем не меняешься! Вдруг у Эйджиро схватило живот и подкосились ноги. – К-кацуки... Кажется, это течка, – осознал парень. – Мне уже всё равно. Делай, что хочешь. Я ухожу, идиот, – Бакуго, сильно разозлившись, уже обулся и накинул пальто. – Стой! Подожди, не уходи... Пожалуйста, прости... – Знаешь, сколько я это слышал, пока. Мы расстаёмся. – Кацуки... Не уходи, пожалуйста, – хлопок дверью.

*Прошло 2 месяца*

– Ашидо? Что ты тут делаешь? – Бакуго выглядел удивлённым, потому что лучшая подруга его бывшего партнёра, зашла к нему на подработку в кафе. – Привет, – у неё был довольно печальный вид, – Мы можем поговорить? – Если по поводу Киришимы, то нет. Вещи я заберу как-нибудь позже, когда найду постоянное место жительства, – на это предложение, девушка удивлённо посмотрела на парня. – Разве у тебя нет... Ну...? – Хах, нет у меня никого! Я же говорил этому дебилу, что не спал ни с кем, – протирая стакан отвечал студент четвёртого курса. – В-вот как? Прости... Но нам правда нужно поговорить. Блондин кинул усталый взгляд на девушку и, с тяжёлым сердцем, кивнул. Всё равно перерыв через десять минут. Она мягко улыбнулась и сделала заказ: чёрный чай. Как только парень доделал нужную работу, присоединился за столик к Мине. – Чего хотела? – недовольно буркнул блондин. – Я понимаю, что у вас сейчас всё сложно... – Между нами всё кончено! – Но у него метка! И связь с тобой, – грустно продолжала девушка, – Если бы не было уз, всё было бы в порядке, но вы ведь теперь плохо чувствуете себя друг без друга, так как истинные. Бакуго, соглашаясь, безразлично кивнул. – Ты же любишь его? Студент раздражённо посмотрел на Мину. – Тебе-то что? – Он любит, – выдохнула Ашидо, – Очень. Он ненавидит себя за всё, что наговорил тебе. Кири не может представить жизни без тебя. Ему очень плохо, постоянно тошнит и он очень плохо ест... – Хватит! – резко остановил девушку Кацуки. Ему самому было плохо и тяжело всё это время, а слушать о том, как плохо дорогому человеку, становилось невыносимо. Он хотел вернуться, обнять и сказать, что любит, рассказать где ночевал и почему он так поступал. Уже было всё равно, возненавидит ли его Эйджиро за те отвратительные мысли. Просто хотелось обнять и попытаться исправить всё, что разрушил. Не только Киришима был виноват и Бакуго понимал это. Он уже тысячу раз успел пожалеть о своих действиях и теперь, слыша о том, что было с любимым, слёзы сами покатились из глаз. – К-кацуки? – встревожилась Мина. – Я люблю его, – через хрипоту, пытался выговорить дрожащим голосом блондин, – Очень. – Так иди и расскажи! Обо всём, что чувствуешь! – уверенно сказала Ашидо, – Скажи, и тогда всё будет лучше, чем когда-либо! Блондин сомневался, но уже не мог остановить своё сердце. Увидеть Эйджиро – большее, чего ему хотелось все эти два месяца. И теперь, он точно скажет обо всём, что испытывал. Мина подбодрила Бакуго и ушла, допив свой чай. А после смены, парень тут же побежал к дому. Это всё ещё был их дом. Их гнёздышко, о котором они оба заботились, любя друг друга. Поняв, что ключи не у него, а там где он временно ночует, позвонил в звонок. Дверь распахнулась. Как только красноволосый увидел стоящего перед ним, тут же на глаза навернулись слёзы, а Кацуки быстро вошёл в квартиру и заключил в крепкие объятия омегу. – К-кацуки? – сквозь слёзы, проговорил Эйджиро, – Ты вернулся? Ты меня прощаешь? – Нет... – ответил блондин, – Прости меня! Это я так виноват... Киришима неуверенно отстранился, заглядывая в лицо парню. У самого глаза стояли на мокром месте и в них чётко отражалась боль. – Так ты всё-таки... – Эйджиро не смог продолжить, грубые руки схватили его подбородок и чужие губы накрыли поцелуем. Страстно вцепившись в губы, проникая глубоко языком, Бакуго всё ещё обнимал парня. – Я никогда не изменял тебе, – ответил Кацуки, – Ночевал у Деку. Думаю, ты его помнишь, он – бета и единственный кто мог мне тогда помочь. И часто я задерживался в университете или гулял допоздна, потому что очень ревновал тебя и боялся что-то сделать тебе или твоим друзьям. Прости, я был ужасен, – впервые Киришима увидел на лице своего любимого слёзы. – Кацуки! Ты не был ужасен, я тоже всё это время так себя чувствовал и сходил с ума от ревности... Я так люблю тебя! Прости меня за все мои слова, пожалуйста, будь со мной всегда! – за последние два года, он по-настоящему искренне счастливо улыбнулся, смахивая последние слёзы. – Конечно, теперь ты никуда не денешься...