Гладиатор

- Ну, здравствуй, любимый... Друг. Давно не виделись. Особенно наедине… - послышался всегда веселый голос. - Здравствуй, Бруно, – сквозь зубы прошипел Одинсон, стараясь не обращать внимания на заклятого друга. Он крайне надеялся с ним разминуться. - Хорошо, что у тебя не первый бой, а то твое опоздание стоило бы тебе чести. – Бруно ехидно улыбнулся, поравнявшись с Тором. Он тихонько напевал песенку, пока возился со своими наручами. - И тебе удачи в битве, – фыркнул Одинсон, сжав кулаки. - Рассказывай, почему опоздал? Решил с утра поджарить свою шлюшку? Ну, это дело житейское. – Бруно повернул голову, пытаясь поймать злобный взгляд блондина, однако, ему в глаза бросилось синее пятнышко на его шее. Улыбка тут же сошла с его лица, когда Бруно догадался, откуда этот укус. - Я смотрю, ты сам стал его шлюхой. Может, ты его ещё и освободил? – тихо и злобно проговорил гладиатор, все больше разворачиваясь к Тору. Одинсон вздрогнул и ужаснулся, понимая, к чему клонит Бруно, и что за этим последует. Однако, ни злобный голос, ни угрозы не способны ввести Тора в оцепенение. Он так же развернулся к другу, ещё сильнее сжимая кулаки. Стоя лицом к лицу, два некогда близких человека теперь готовы были убить друг друга просто за лишнее слово. - А твой господин знает об этом? Что будет, если я расскажу ему, а? Тор зарычал от злости, чувствуя, как от этих слов в нем закипает ярость, и уже хотел двинуться вперед, как вовремя остановился, увидев в глазах бывшего друга боль и презрение. - Почему я не заметил, что ты стал такой тварью? – угрюмо спросил Одинсон, с вызовом смотря в карие глаза. – Почему ты не можешь смириться, что здесь, на этом поле, ты проиграл? Бруно вновь изменился в лице, однако, теперь он был растерян и отступил на шаг назад. - У меня всегда есть козырь в рукаве. Даже когда кажется, что я погиб. И тебе, глупому идиоту, ни за что не удастся удержать этого мальчишку возле себя. Клянусь тебе, я подохну на Арене, но сделаю так, что бы он прошел через тот же путь шлюхи, что и ты! Тор даже не успел ничего сказать, тело само все сделало. Он с немалой силой ударил друга в живот, чего тот, конечно, ожидал. Последовала драка, в которой Бруно заметно проигрывал, пытаясь просто уклоняться от ударов. Тор же бил бесцельно, яростно, не соображая, что делает. К ним подбежали стражи, и тут посыпались удары плетей. Гладиаторов смогли усмирить лишь через какое-то время. Пришел организатор боев. Оценив ситуацию сквозь пальцы, он приказал гладиаторам мериться своими силами на арене. Друг против друга. Через какое-то время Тор Одинсон и Бруно Старк сидят рядом. Кажется, не такой уже резкий пыл у обоих. - Если я одолею тебя, то шлюху твою заберу себе. Посмотрю, чем он лучше меня, – спокойно и уверенно проговорил Бруно, прикрыв глаза и наслаждаясь последними минутами тишины. Тор лишь молча сжал кулаки, пытаясь снова не сорваться. - Он никогда больше никому не будет принадлежать. Даже если я не смогу его защитить, он сам сможет постоять за себя. И тебе его не сломить. Он свободен. Вот, чем он лучше тебя. - В оковах кто угодно - раб. – Бруно зло усмехнулся, почувствовав где-то глубоко внутри себя болезненный укол. – К тому же, император дорого заплатит за него… - Ты не сделаешь это! Я не позволю! - шипел сквозь зубы Тор, яростно сжимая кулаки. - Ты будешь уже мертв. - Это мы посмотрим. И если будет по-моему, тогда ты на коленях попросишь прощения у мальчика. - Мертвецов не интересуют клятвы и просьбы, Тор. - Я не позволю тебе сдохнуть так легко. Впрочем, твоя рука или голова, а, может, и другая часть тела, придется моему Локи по вкусу. В качестве подарка. – Тор фыркнул и оскалился, понимая, что теперь отступать слишком поздно. Арена великого Колизея. Два гладиатора выходят на середину и поднимают свое оружие, приветствуя толпу. Зрители ликуют. Еще бы. Два любимчика и публики, и императора. Редкий в своем роде бой. Или нет, не редкий. Да, уже ничем не удивишь публику. Сейчас даже публичные казни проводят. Могут устроить надругательство над осужденными женщинами. Всевозможными орудиями, животными. Разве нормальный человек стал бы смотреть на эти оргии? Начало боя. Бруно, не прикрываясь щитом, идет, будто по саду, и как всегда улыбается. Тор же поднимает свой щит и готовит меч. Он делает вид, что не сдвинется с места, пока противник не ударит. Зазвенела сталь. Тор не прогадал. Хорошо состроил защиту. Но он не ожидал получить по лицу щитом. Но мечом он защищался лучше. Еще удар. Меч Бруно обрушился на голень. Тор рухнул на колени. Однако, отсюда ему не сложно было опрокинуть врага. Снова оглушив щитом, Бруно, целясь в сердце, прошел насквозь мечом через плечо Тора. Он опрокинулся на спину, перекатился и кое-как встал на ноги, пока Бруно по наивности заносил меч для решающего удара. Друзья валяются по пересохшему песку. Тор вывихнул руку от щита. У Бруно и того, щит развалился после мощного удара, а рука в крови. Они лупят друг друга кулаками. Последовало с обеих сторон по несколько бесчестных укусов. Наконец, Тор пошел в наступление. Удар меча пришелся по плечевой части руки, оставив огромный разрез. Еще удар - звон металла об меч. Еще удар - лезвие вошло глубоко между ребер с правого бока. Тор с ноги выбивает у противника меч. Подрубает его ноги. Ставит ногу на грудь и подносит меч к шее. - Я не сдамся. Ты не дождешься от меня извинений для своей шлюхи… - зло шипел Бруно, сплевывая сгустки крови на сухой песок. Тор сильнее вдавил ногу в грудь Бруно, от чего тот закашлялся и раскинул руки в стороны, взывая к публике. - Он сдался!- закричал Одинсон, на что ему загудела публика. Люди стали махать руками в воздухе. На золотые волосы Тора опускается золотистый венок. Кто-то пожимает руку, поздравляя с победой. Прямо перед ним уносят его друга через арку лекарей. Казалось бы, всё закончилось, Тор победил и можно расслабленно выдохнуть. Но тут сердце пронзает жуткая боль, от чего Тор замирает в немом крике, не в силах сделать вдох и падает на песок от удара кинжала в спину. Его рот наполняется песком, тело отказывается слушаться, и он чувствует, как быстро намокает одежда алой кровью. Все что он видит – презрительный взгляд бывшего друга, его гримасу удовольствия и то, как он корчится в припадке смеха. Гладиатор с криком вскакивает на постели, корчась от боли в теле и крича на весь дом. Спавший рядом, Локи в ужасе распахнул глаза и был не в силах пошевелиться несколько секунд от страха. И вот, когда он подорвался и положил руки на плечи Тора, пытаясь его разбудить, произошло то, чего он совсем не ожидал. Гладиатор, увидев кого-то рядом с собой, ухватился за его горло в защитном рефлексе, повалил на кровать и, вжимая в постель, стал душить. - Тор! - Локи, хрипя, истерично завопил и схватился за его руки, пытаясь отцепить их от своего горла. Одинсон еще несколько мгновений душил мальчика, пока приходил в себя. Потом осознав, что он делает, гладиатор отдернул руки. Он посмотрел на перекошенное от ужаса лицо и рухнул на постель, глубоко и тяжело вздыхая. Локи перевернулся на живот и закашлялся, судорожно хватая ртом воздух. Он крепко зажмурил глаза, пытаясь прийти в себя. - Прости меня… - Тор подполз к Локи и стал его боязно обнимать. – Прости… Мне приснился кошмар… - Ничего, – шепотом ответил юноша и уткнулся лбом в плечо гладиатора, переводя дыхание. Сердце бешено колотилось, зубы стучали, все тело дрожало от пережитого страха, но он пытался всем своим видом показать, что все в порядке. – Расскажешь мне? - Мне приснился бой с Бруно. Все детали, весь разговор, весь бой. Даже боль, что я испытал на арене. Это ужасно. Локи ласково стал гладить Одинсона по волосам, напевая какой-то необычный мотив колыбельной. Со временем, Тор перестал так крепко его обнимать и они оба расслабились. Стояла еще глубокая ночь, а Локи понимал, что он больше не уснет. - Прости меня, – вновь извинился гладиатор. - Ты не виноват. – Брюнет ласково погладил раскрытую ладонь мужчины. – У меня тоже бывают плохие сны. Надо думать о хорошем. Тор не ответил, лишь прижал Локи крепче к себе и уткнулся ему в макушку. Остаток ночи прошел без происшествий, однако, юноша так и не уснул. Он ждал, пока проснется Тор и следил, как он спит. После рассвета Одинсон распахнул глаза и встретился взглядом со своим трофеем. - Доброе утро. - Доброе утро, Локи, – устало произнес Тор и болезненно потянулся. Юноша внимательно осмотрел раны гладиатора, пока тот тянулся. Ну, крови не было, уже проще. - Ты совсем не ложился, да? - Я не мог уснуть, – мягко прошептал брюнет, ласково распутывая светлые волосы Тора. Тору вдруг вспомнилось ночное происшествие, от чего он вздрогнул и снова крепко прижал мальчика к себе. Локи всё прекрасно понял. Он молчал, не приставая с вопросами, и лишь ласково гладил блондина. «Интересно, а у гладиаторов бывают выходные? Ну, там, выиграл бой, остался жив – отдохни недельку. Нет?» - юноша усмехнулся своим мыслям и громко вздохнул. - Локи? - М? - О чем ты думаешь? – шепотом спросил Тор. - Бывают у гладиаторов выходные? - Смотря, что называть выходными, - прыснул Одинсон. – Можно сказать, что да. - И у тебя сегодня выходной? – с надеждой спросил юноша. - Можно сказать, что да, – повторил Тор и слегка укусил своего мальчика за плечо. Локи блаженно расплылся в улыбке и прикрыл глаза. - И мы сегодня весь день проваляемся в постели? – так же мечтательно продолжил Локи. - К сожалению, нет. Лафейсон резко распахнул глаза и поднял голову. - Почему? Тор устало вздохнул и ласково посмотрел на мальчика, нежно поглаживая его по плечу. - Пока я ищу тебе одежду, сходи к Киарине и узнай, какие продукты ей нужны. – Гладиатор решил увильнуть от вопроса, не желая раскрывать все планы. Он лениво потянулся и стал сползать с постели. Локи всё так же ошарашенно смотрел на хозяина дома и не понимал, как сильно тот вчера ударился головой? - Ответь хотя бы, куда мы едем? - Как куда? На рынок. – Тор состроил гримасу удивления и принялся копаться в одном из сундуков. Брюнет вообще перестал что-либо понимать. Он лишь молча поднялся, завернулся в простыню и, фыркнув, потопал на кухню. - Серьёзно? Он? На рынок? – Киарина, как быстро расхохоталась, так же быстро и опечалилась. – У него это отходняки, не переживай особо. - Чего? – Локи вообще выпал в прострацию, не понимая, что к чему и откуда. - Солнышко, Тор вчера пережил очень сильный стресс. И ему нужно снять напряжение. Он так всегда делает после боев. Начинает заниматься чем-то новым. То на рынок поедет, то в лес за ягодами, то на охоту на лис, то собаку заведет, то цветов нарвет и раздает девушкам. В общем, занимается очень странными делами, которыми не занялся бы в обычное время. Лафейсон аж присвистнул. Ну, ничего себе, подумал он. Тор снова смог его удивить. - Только не спрашивай его ни о чем, ладно? Просто, прими как должное. - Киарина полезла по шкафчикам и полочкам, составляя список продуктов. - Знаешь, скажи ему, что у нас кончается ничего. – Девушка расхохоталась и обернулась к юноше. – У нас всё есть. Но он от тебя не отстанет. Поэтому, пусть привезет мяса. Локи пожал плечами и побрел обратно в комнату. Тор встретил его вялой улыбкой и протянул одну из своих старых туник. - Одевайся скорее. Тор выбрал Слейпнира, так как это был самый сильный и выносливый конь, который мог целый день везти двоих путников, или простоять на жаре без ущерба для здоровья. Локи нравился этот жеребец, и он не заметно гладил ему морду, пока гладиатор седлал его. В последнее время у юноши в голове часто всплывали какие-то образы и видения, которые он объяснить не мог. Вот и этот конь навевал на него какие-то странные мысли. Что-то знакомое… Это самое ощущение повторилось, когда Тор пустил коня галопом по полям. Локи как маленький ребенок, забывал дышать, когда жеребец перепрыгивал препятствия, подкидывая всадников. Сразу появилось ощущение свободы и счастья, от чего юноша вцепился в сильные руки гладиатора, едва не попискивая от эмоций. Тору это очень сильно льстило, и, не смотря на ноющие раны, он всё больше и больше гнал Слейпнира по кривой. Видя радостное лицо своего трофея, он не мог нарадоваться и желал подарить ему еще больше положительных эмоций. Но как назло, дорога в обход города быстро закончилась, и пришлось сбавить скорость. Локи расслабленно откинулся на грудь гладиатору и счастливо засопел. - Мы приехали. - Тор остановил коня около стены одного из зданий. - Спускаться самому придется. - Ох... - Юноша посмотрел вниз и сглотнул. Вот слезать и залезать на коня он не любил. Но, собравшись духом и подтянув одну ногу и сняв вторую, он довольно аккуратно спрыгнул и отошел. - А как ты слезать будешь? Тор ехидно улыбнулся и, наклонившись к голове коня, что-то шепнул. Слейпнир фыркнул и, подогнув копыта, опустился животом на песок, после чего гладиатор грациозно соскочил с коня и привязал его у столба. - Вот так. – Улыбался Тор. Локи хихикнул, еще раз про себя подумав, какой замечательный у Одинсона жеребец. Входя в людскую толкучку, Тор стал держать мальчика перед собой, ведя его за плечи. Они купили немного орехов, финики, ягоды, к выбору которых блондин относился более чем серьёзно, заставляя Локи перепробовать все. Вот чего Лафейсон меньше всего ожидал, так это то, что Одинсон купит поросенка. Этот брыкающийся и визжащий куль суждено было нести Локи. Потом Тор направился к винным лавкам. Он зашел в свою любимую, рассматривая множества бочек, которые заполонили всё свободное пространство. - Надо же, сколько вина, – удивленно заметил гладиатор, рассматривая заморские тары. Он никогда раньше не видел такие бочки, и клеймо, которое красовалось на них, тоже видел впервые, хотя, через некоторое время он готов был поклясться, что где-то видел его. Локи лишь через несколько секунд зашел в винную лавку и прищурился, пытаясь привыкнуть к освещению в комнате после яркого солнца. И то, что он увидел, повергло его в настоящий ужас. Он сдавленно ахнул и выронил из рук кулек со свинкой, та, ударившись об пол, глухо завизжала и стала дергаться. Тор резко развернулся к трофею и ошарашенно замер – Локи весь трясся от ужаса и был бледен как мука. - Что случилось? Тебе плохо? Локи! – Гладиатор вцепился в плечи юноши и стал его тихонько трясти. – Локи! Ну, ответь же мне! Лафейсон уверенно отстранил блондина от себя и на негнущихся ногах подошел к удивленному торговцу. - Откуда…. У вас эти бочки? – хриплым голосом прошептал брюнет. Торговец подозрительно прищурился, и, переведя взгляд с сурового гладиатора на юнца, неохотно ответил: - Богатый улов из дальних стран. Локи как подкосило, он чуть не свалился на пол, но прикусив губы, тут же кинулся к торговцу, и, схватив его за грудки злобно прошептал: - Откуда?! Хозяин лавки опешил и стушевался, увидев злобный взгляд гладиатора. Он лишь развел руками и неуверенно проблеял: - Слушай, дорогой, я не знаю, откуда точно. Их привезли издалека, мне лишь сказали, что там снег идет. И всё. Это не весь улов, большую часть себе забрал сам император. Локи, довольный ответом, разжал пальцы и отступил назад. - Я лишь слышал, что винодел, у которого забрали бочки – скончался. Вот и всё. – Торговец развел руками и покачал головой. Локи замер и медленно обернулся к Тору. Гладиатор вздрогнул - ещё никогда Локи не смотрел на него так отчаянно, с такой горечью и скорбью. И Одинсон всё понял. Он молча подошел к мальчику, сжал его руку и уже собирался уйти, как Локи его опередил и двинулся к выходу. Но уже у самого порога он остановился, и, протянув руку, хлопнул по маленькому бочонку. - Возьми этот. Тору это вино досталось бесплатно. Выскочив с кульком свиньи и бочонком вина, он стал судорожно искать знакомую фигурку в толпе. Локи сидел на бортике фонтана в центре площади и смотрел на воду. Гладиатор осторожно подошел и сел рядом, пытаясь заглянуть в глаза своего трофея. Он не пытался ничего спросить или ляпнуть, просто пытался подтвердить свои догадки. - Это наш семейный символ. – Локи кивнул куда-то вглубь фонтана. – Солнце, что изображено на тех бочках. Помнишь, в первую нашу встречу ты снял с меня амулет солнца? Так вот, это он. Одинсон тут же зажмурился, наконец-то вспомнив, где он уже видел этот знак. - Значит, это вино с виноградников твоей семьи? – Тихо спросил Тор, пытаясь наклониться к мальчику. Локи не ответил. Он лишь старался не показать своих чувств на людях, поэтому крепко зажмурился. - Соболезную твоей утрате… - прошептал Тор, склонив голову. - Мой отец был подлой сволочью и тираном, – вдруг резко произнес Локи, распахнув глаза. – Я его ненавидел и очень рад, что он, наконец, скончался. Одинсон был поражен. Сколько холода и злости было в голосе этого робкого и нежного существа. Он почти не узнал своего Локи. Единственное, о чем печалился Лафейсон, так это о том, что стало с его сестрами и матерью. Даже если они и выжили, как они теперь будут жить без мужской силы? Локи устало выдохнул и закрыл лицо ладонями. Тор не торопил его. Ничего не говорил. Лишь опустил покупки на землю и прижал его к груди. Через какое-то время юноша отстранился и поднял мешок с поросенком. – Ты хотел еще куда-то зайти. Тор удивился еще больше. Это был не вопрос, а прямое утверждение. Что ж, ну раз Локи сам так хочет… Он молча поднялся, взял бочонок в руки и направился к палаткам с одеждой. Выбирать долго не пришлось. Гладиатор глянул на свой трофей и понял, что делать всё придется самому, ибо Локи ничего сам не выберет, а приехать на рынок еще раз удастся не скоро. Поэтому блондин выудил из свалки вещей на продажу пару туник, холщовых штанов и плащ с капюшоном, напоминающий тот, в котором ходят монахи. - Я не хочу быть тебе обузой... – вдруг прошептал Локи, опустив голову. Тор в который раз замер от удивления и растерянно посмотрел на своего мальчика. - Ты никогда не был и не будешь мне обузой. Он кинул торговцу несколько монет и прихватил еще пару тряпок себе. - Идем. Тут становится жарко. Они уже почти вышли из рынка, как внимание Локи привлекла лавка с оружием. Он остановился напротив, не решаясь подойти, но Тор легонько его подтолкнул, и они вместе вошли. Гладиатор равнодушно смотрел на проклятье всей его жизни. Хорошая и не очень сталь, шлемы разных форм. Некоторые практичные, некоторые слишком вычурные. Локи, казалось, рассмотрел каждый кинжал, но через несколько минут, вспомнив про Тора, развернулся и потянул за руку. - Пойдем. - Я только удобно встал, а ты уже хочешь ускакать. Козочка ты горная. Только рожек и не хватает. - Тор надавил на виски мальчика. - Впрочем... - Гладиатор повернулся назад к оружейнику и стал рассматривать полки со шлемами. Было много рогатых, но мальчику не снести их на плечах. А вот маленькая тиара с небольшими рожками пришлась ему по вкусу. Тор взял ее и вставил в волосы Локи так, что у него на лбу появились небольшие рожки ближе к вискам. - Тебе понравится. - Что? - прошептал юноша, повернувшись к зеркалу и замер... Локи взглянул на рожки и вдруг почувствовал, что-то сильно знакомое и... Родное. Он стал задумчиво водить пальчиком по одному рожку и как будто впал в транс. Где-то он раньше это видел, почему-то ему это так знакомо... Кажется, в его религии у какого-то Бога был рогатый шлем. И Локи кажется это очень знакомым... - Нравится ведь? - настойчивее спросил Тор, истекая липким потом от жары. Нужно было срочно уходить с этого пекла под тень листвы. Трофей приоткрыл рот, что бы рассказать гладиатору о своих ощущениях, но лишь коротко кинул: - Да. - Отлично. - Блондин расплатится и повел свою Козочку к концу рыночной площади. Отвязал зажарившегося коня и повел к прудам. Там они смогли сесть под тень беседки, позволив коню испить воды. Локи сел под дерево и наконец, смог выйти из своих мыслей. Он глубоко вздохнул и закрыл глаза. Пощупал рукой рожки. Так странно. Тор лишь жалобно смотрел на своего мальчика и ему резко захотелось сделать для него всё, чего тот пожелает. Лишь бы он был счастлив, улыбался и мурлыкал без умолку. Но сейчас Локи был угрюмее обычного и даже не реагировал на него. - Поехали домой. – Тор взял покупки, привязал к коню, а потом подхватил мальчика под руки и усадил в седло. Потом и сам подтянулся и тоже кое-как уселся. - Вези нас! – Усмехнулся он, давая Локи возможность научиться езде и хоть как-то отвлечься. - Я не умею. Правда. Давай ты... – неуверенно отмахнулся брюнет и, тяжело вздохнув, отвернулся. - Значит, будем учиться! Тор выехал сам за стены города и отпустил вожжи. Конь послушно встал посреди дороги. Гладиатор положил руки на бедра мальчика и чуть придвинулся к нему. Развел его ноги и ударил ими по бокам коня. Животное встрепенулось и медленно стало переступать с ноги на ногу, тихонько продвигаясь вперед. - А теперь сам и резче. Ну же, Локи, давай! Тебе же нравится ездить верхом! Но Лафейсон лишь передернул плечами и понуро опустил голову. Тор не стал его доставать, и лишь прижав к себе, помчался домой.