Гладиатор

Солнце игриво припекало незащищенные плечи, яркой вспышкой отражаясь от металла, который снимали с тела. Атрибут бережно укладывали на седло, придерживая, чтобы не упал. Гладиаторские доспехи для воина как вторая кожа. Она должна быть легкой, удобной и прочной, чтобы легко уходить от удара противника, чтобы удобно отражать атаки, и, конечно, прочной, чтобы защитить важные участки тела. Броня - это ещё не победа, она лишь составляет около 40% от выигрыша. Всё остальное занимает техника и сила. Чтобы развивать навыки и шансы победить, нужно тренироваться каждый день по несколько часов. Для гладиатора это обычный рабочий день - отрабатывать технику и, желательно, научиться не пропускать удары. Но, видимо, Тор был слишком сильно погружен в свои мысли, чтобы махать оружием и не поубивать друзей по арене. Гладиатор снова скакал в неизвестном направлении. Для него уже стало привычным ехать не на тренировки, а куда глаза глядят, при том, чаще всего, путеводными были глаза Пегаса. Умный конь пару раз даже сам привозил Тора к тренировочной арене, что, в общем-то, не мешало мужчине разворачивать его куда угодно. Теперь он не без удивления смотрел на небольшую речку, к которой его завез конь. - М-да... Далековато что-то от города. Эх, Галя-Галя. Не смогу я сегодня поднять глаз на тебя. Мне стыдно. Ведь действительно, обещал же, - мужчина уже брел по колено в воде, не забыв закатать штанины. Конь брел рядом, абсолютно не расстроенный тем, что гуляет по лесу, а не стоит в той или другой конюшне. Тор же хоть и не собирался идти к заветному месту у реки, но неумолимо к нему приближался. К маленькому месту у реки, при виде которого каждый раз замирало и щемило сердце. - Друг мой, как же мне тебя не хватает. Тебя самого, твоего спокойствия, твоей уверенности, которыми ты всегда заражал меня, – не громко и с горечью в голосе говорил Одинсон. - Дай мне снова совет: как всё, что я натворил, исправить теперь? Как теперь простить этого ребенка? А лучше отпустить? Вот скажи мне: КАК? Но вместо ответа земля ушла из-под ног, и голова встретилась с толщей воды и донными камнями. Тору оставалось совсем немного до столь знакомого холмика с высаженными цветами, как он поскользнулся и больно ударился об острый булыжник. Конь, которого он, оказывается, держал за поводья, от испуга взбрыкнул головой, от чего не слабо дернул хозяина вверх. Мужчина практически поднялся при "помощи" коня, но из-за скользкости ила рухнул снова, еще сильнее повреждая лопатку. Наконец, кое-как выбравшись на берег, он стал выжимать одежду и пытаться восстановить ориентацию в пространстве. Голова от двух падений о камни слегка звенела и шла кругом. В общем-то, закаленному боями гладиатору потребовалось совсем немного времени, чтобы подняться с травы, как ни в чем не бывало, и выровняться. - М-да! Спасибо, друг! - не без юмора хихикнул Тор в сторону холмика и оседлал коня. Нужно было возвращаться домой, потому, как ветерок неплохо остужал солнечный день. - Вот ответь мне, какого черта он там делает? – возмущенно фыркнула кухарка, держа руки на боках. – Ты слышишь меня? О, древние, ну хоть ты мне ответь! - Что? Прости, я отвлекся, – мальчик захлопал глазами, приходя в себя. – А о ком ты? - Видишь вон того человека? – чуть тише спросила Киарина и кивнула на мужчину в черных одеждах. - Брюнета, с большим носом? – ещё тише переспросил Локи. - Да. Он помощник мастера, который тренирует гладиаторов. - И что же он делает возле наших ворот? - Очевидно, кого-то ищет, - девушка покачала головой и поджала губки. – Кого-то, кто не явился на тренировку. Трофей удивленно повернул голову к подруге и вскинул брови. - Тор пропускает тренировки? - Не думаю, что Дементий пришел вина попить. – Киа закачала головой. – Пойдём ещё погуляем, надеюсь, что он скоро уйдёт. Рим - суетливый сумасшедший город. Особенно, если плохо его знаешь и не ориентируешься в нём. Толпы людей, бедных, нищих, вечно чего-то просящие и пытающиеся тебя обворовать. Этот город может привить такое отвращение, что захочется немедленно его покинуть и забыть навсегда. Или сжечь дотла. И спокойно забыть. Однако, даже в безумном Риме можно найти тайные, загадочные места, которые питают своей красотой и спокойствием. Если знать, где ходить. Киарина большую часть своей жизни прожила в Риме, достаточно впитав его безумия, смрада и ненависти. Страшный город поглощает тебя и остаётся только принять правила игры. Хрупкая на вид девушка с мужеством приняла правила игры и одержала победу: её собственная жизнь и свобода только в её руках. После всех испытаний, что ей послали боги, Киарина осталась жизнерадостной очаровательной девушкой, которая заботится о своих близких больше чем о себе самой. После потери мужа в гладиаторском бою, после потери сына в чрезмерно дотошных и правильных родителях, она смогла встать на ноги и гордо взглянуть на эту чертову жизнь. Конечно, не без помощи Тора. Он её лучший друг, поддерживал и всегда был рядом. Их жизнь перевернулась, когда в неё попал Локи. Киарина была очень рада мальчику и сразу взяла его под свою опеку, тем самым защищая от Одинсона. - Поверь, он не плохой, - с улыбкой говорила блондинка. – Ему просто нужно время, что бы привыкнуть, что теперь ему нужно заботиться не только о себе. Трофей это понимал, и с каждым днем всё больше ждал, когда же гладиатор поймет и примет это. Увы, Тор выдумывал что-то новое, от чего ссоры вспыхивали как угольки в камине. - Ему очень не сладко пришлось, – тихо начала Киарина, присев на край фонтана на одной из улочек. – Вся эта роскошь... Поместье. Слава. Лучшее оружие - это ведь всё издевательство над ним, показывая, что он жалкий раб и в любой момент может лишиться всего этого. Другие гладиаторы неделями живут на арене, тренируясь, питаясь кровью и песком, что бы заработать гроши на вино, либо… Смерть. Тору выпала такая участь - иметь собственный дом, чтобы, ещё больше его уязвить. Император так сильно его любит, что ненавидит всем сердцем. Ужасная натура, не так ли? – девушка хмыкнула и кинула монетку в воду. Локи сидел мрачной тучкой и внимательно вслушивался в слова подруги. - Так значит, он любимец императора, но тот яро и нарочно портит ему жизнь? – непонимающе изрек мальчик. - Да. Злая ирония судьбы. У него есть всё, чего он мог бы себе пожелать. Но, чем больше он хочет, тем больше отнимает император. Поэтому, Тор закрылся в себе и упёрто шел на свободу. Пока не встретил тебя. - Я обуза? – тихо спросил зеленоглазый. - Ты – спасение. - От одиночества? - Именно, солнышко. Спаси этого несчастного гладиатора, не дай погибнуть как зверю со скуки и тоски, – ласково попросила Киарина, прижав мальчика к себе. - Но что же мне делать, если он отвергает мою помощь? - Знаешь, как гладиатор выигрывает бои? – вскинув бровь, спросила служанка. – Тренируются до потери сознания. Стоят на своём. Упёрто. Намек понял? - Да! – Локи хохотнул и закусил губу. – Быть настойчивым… - И показывать свою любовь. Тогда ты точно его покоришь. Дверь покоев распахнулась, и в нее вошел мокрый и в меру злой гладиатор. Он стал сначала рыться в сундуке в поисках сухой одежды, затем зажег два канделябра свечей. Подготовив одежду, Тор стал стягивать мокрую и кидать на пол. Мальчика он в помине не замечал. Глянув в зеркало, Тор наконец, стянул рубашку. Кинул на пол, но краем глаза заметил буроватое пятно на мокрой бежевой ткани. Он сощурил глаза и попытался извернуться в зеркале, чтобы увидеть свою спину. Локи молча поднял голову и не без интереса осмотрел гладиатора. Было уже довольно поздно, комнату освещал хоть и тусклый, но свет от свечей и теперь трофей отчетливо разглядел большой синяк на лопатке у воина. Вскинув брови, он пошевелился, послышался звук цепей, и Тор невольно обернулся, глянул на мальчика и снова отвернулся. Он вновь вертелся у зеркала и размахивал слишком большими, а от того не особо гибкими руками, в попытках прощупать ноющую лопатку. - Что там уже? - тихо бубнил он. - У тебя рана на лопатке... - так же тихо проговорил Локи и уставился в пол, якобы ничего не было. - Будто, я не понял до сих пор! - негромко огрызнулся Тор. Он едва доставал пальцами до кожи под лопаткой, смахивая оттуда слегка покрасневшие капельки воды. И все еще не мог понять, есть там кровь или нет, и что все-таки за рана. Локи чуть нахмурился и решил не лезть, но после нескольких неудачных попыток гладиатора осмотреть рану, он встал, поднял мокрую рубаху и подошел к нему. - Она не глубокая. Просто сильный ушиб.... - так же тихо изрек трофей и осторожно прикоснулся мокрой тканью к ране. Тор сначала замер и напрягся, но потом резко развернулся и ухватил юнца за плечо, отстраняя его. - Во-первых, не трогай меня, - сдержано сказал гладиатор, - во-вторых, больше нечем было вытереть? Что ж не своей? Мужчина выхватил свою рубашку из подрагивающих рук и заглянул в зеленые глаза. Пленник захлопал испуганными глазками и опустил голову, будто не понял, что ему сказали, словно на другом языке. Потом перевел взгляд на мокрою вещь и пожал плечами. - Сам ты рану даже не осмотришь. Я могу помочь. Потом, рубашка уже мокрая... А если тебя волнуют пятна крови, которыми она уже была вымазана, то... Я могу её постирать. - Учитывая, что ты скован, то это весьма мило слышать, - Тор не сильно пихнул мальчика назад на его шкуру, а сам стал вытирать спину, грубо скомкав все ту же рубашку. Позже он стал копаться в других сундуках, в поисках своей гладиаторской мази. Зеленоглазый плюхнулся на пол и невольно поморщился - цепь снова натерла ногу. Поджав губы с досады, он стал думать, что же теперь предпримет Тор. Похоже, он, что-то искал. Вскинув бровь, трофей понял – что именно. Хмыкнув, мальчик снова встал и подошел к одному из сундуков, благо, до этого он дотягивается, и извлек из него почти не тронутую баночку. Нерешительно вернулся к гладиатору и поднял на него взгляд, не протягивая мазь. Тор повернулся к нему и удивленно вскинул брови, протягивая руку. - У кого-то сильный бардак, - тихонько пропищал Локи. - Ну, так приберись, - усмехнулся хозяин бардака. - Позволь мне помочь, - ещё раз попросил Локи, всё так же крепко сжимая баночку в руках. Тор сгибал-разгибал пальцы в нерешительности. Ему не хотелось показывать мальчику свою слабость, но и дотянуться и обработать рану он не мог, а Киарина уже спала, он видел. Локи принял это, как знак согласия и осторожно дотронулся до плеча гладиатора, разворачивая его ближе к пламеню свечи. Наконец, рассмотрев всё как следует, он открыл мазь и двумя пальцами зачерпнул массу. Нежно, почти невесомо, стал поглаживающими движениями втирать лекарство. Тор прикрыл глаза и стал утихомиривать нервы. Наконец, он смог даже улыбнуться. "Это мне вместо подзатыльника? Хорошее наставление, друг!", - воин расслабился, но все равно чуть вздрагивал от пекущего чувства на коже. Вскоре, ему даже стали приятны такие осторожные движения мальчика. - Спасибо, - едва слышно прошептал Тор, руководствуясь развеселившей его мыслью про подзатыльник. Локи вздрогнул от этого слова и даже замер, уставившись в светлую макушку. Ничего не ответив, он вытер остатки мази вокруг раны и закрыл баночку. Осмотрев, всё ли обработано, он вернулся к сундуку и положил её на место. Тор понял, что мальчик закончил, и повернулся. Он сидел к нему спиной и копался в сундуке. Осторожно подойдя к трофею, он приобнял его, когда тот встал. Мальчик охнул и вздрогнул, чуть дернувшись. Он не на штуку испугался и рвано дышал. Всё же, чуть повернув голову, он тихо прошептал: - Что? Тор же просто молчал, прикрыв глаза и наслаждаясь телом мальчика. Он не двигался, ничего не делал. Просто молчал и думал. В прочем тело жадно впитывало близость, совсем неправильно реагируя. Закатив глаза, он решил пока не поздно ретироваться, легонько толкнув паренька к кровати. - Ладно, иди лучше спать, - гладиатор пошел к двери. - На кровать, - тихим шепотом добавил он, выходя. - Что? - удивленно переспросил зеленоглазый и замер посреди комнаты. Он совсем не понимал действий Тора. Спать? На кровати? Локи хмыкнул и сел на уже привычно холодную шкуру, покачал головой и лег, кое-как укрываясь другим концом. Тор пробыл некоторое время в купальне, приводя себя в порядок. Он был до ужаса доволен собой, что смог заставить себя просто уйти от столь хрупкого и манящего тельца. Более того, он решил себя настраивать на то, как сейчас уснет в обнимку с мальчиком, абсолютно не заведясь. Какого же было его удивление, когда Локи обнаружился уже спящим, так еще и на полу. Тор раздраженно выдохнул и поднял мальчика вместе со шкурой на руках и уложил на постель. Обошел кровать и стал укладываться с другой стороны. Он слегка притянул его к себе, как тот проснулся. Локи резко прижал руки к себе и уперся ногами в кровать, не позволяя себя ни обнять, ни прижать. - Не надо, отпусти... - пискнул он и попытался слезть с постели. - Тише-тише! - почти успокаивающе зашептал Тор, накидывая на мальчика одеяло и пытаясь все-таки прижать к себе. - Успокойся, а то я тебе что-нибудь впихну и до утра не вытащу, - сказал воин самую уместную в мире фразу для напуганного сонного паренька. - Не буду я тебя трогать. Успокойся только! Локи судорожно выдохнул и, казалось, не набрал воздуха. Его немного трясло от столь близкого контакта с гладиатором. - Зачем? Всё это? - прошептал он, замерев на постели. - Ты просил прощения. Я всеми силами пытаюсь принять извинения. Что не понятно? - Тор окончательно прижал к себе комок и укутал его в одеяло. В итоге получилось, что Тора и Локи отделяло одеяло, и гладиатор прижимался только подбородком к макушке трофея. Локи всё ещё настороженно смотрел на «преграду» и потихоньку стал расслабляться, постепенно прижимаясь к воину. Тор замер, мягко прижимая мягкое тельце и пытаясь его снова не пугать. - Тише. Засыпай. Зеленоглазому так хотелось врезать гладиатору и высказать всё, что о нем думает. Но вовремя одумался, и прикусил язык, поворачиваясь на бок. - Тебе нельзя спать на спине... - Я не лежу на той лопатке, - оправдался Тор, еще больше поворачиваясь на здоровый бок. Локи кивнул и молча поджал ноги, уткнувшись носом в одеяло и вдыхая аромат, которым он пропитался от хозяина. - Не бойся, засыпай. И не делай больше таких идиотских поступков, - тихонько попросил Тор, натягивая и на себя одеяло. Он стал постепенно засыпать, забавно сжимая то плечо мальчика, то его ножку, то прижимая под грудь. Локи заснуть не мог. Трофей всё же не мог до конца успокоиться и пытался выскользнуть из объятий. Но чем больше ему это удавалось, тем сильнее его прижимали к груди. В итоге, он решил не дергаться, чтобы снова не наделать ошибок. Хотя ему было очень тепло и приятно лежать на мягкой кровати, а не на жестком полу. Тор снова стал вертеться и посильнее обнял мальчика. Локи уже кинул попытки не стать раздавленным овощем и позволял себя прижимать. После очередного такого ерзанья он осознал, что ему нечто упирается в ногу. На мальчика накатил такой огромный страх, что он одним рывком улизнул с кровати и сел на пол. Боязно прижался спиной к кровати и замер, успокаивая дыхание. "Надеюсь, он не проснется..." - подумал трофей и осторожно стянул шкуру с постели. Расстелил её и так же лег, укрывшись другим концом. Вот теперь, он смог по-настоящему уснуть. Наутро ни Тор, ни Локи не вспомнили, что трофей должен был быть на кровати, а не полу. Гладиатор, едва проснувшись, улизнул в купальню, где, наконец, позволил себе убрать утреннюю радость в штанах.