Птица обломинго

- Зак, че у тя с пальцами? – Вихрастый мальчишка небрежно спихнул его руку со стола, заставив окончательно проснуться. - А? Да краску вымывать задолбался. А тебе че за дело, летеха? - Ща старшой прибежит – мало не покажется. - Да, старшой мудак еще тот, - уныло спросонку протянул Захар и тут же фыркнул: – И повезло же нарваться на такого чистоплюя. Да ну, вдруг не заметит. - На «авось» надеешься… Ленивый диалог прервал стук двери о стену. Седеющее висками начальство дверь всегда открывало с ноги, а конкретно сейчас вид имело хмурый и озадаченный. Четверо оперов почти одновременно оставили все свои дела и в полной тишине приготовились внимать. - В общем так, - красный от явного недосыпа глаз обвел подчиненных, - есть притон. Его будут брать в самое ближайшее время. Ты, Белинский, – узловатый палец тут же был направлен в сторону шебутного паренька-летехи, - за вчерашний перепой пойдешь участвовать лично вместе с группой захвата. О-о Стеблёв! У тебя сегодня запой? Ты ж опер. О-опе-ер! Зеркало повесь на входной двери. И чтоб я тебя больше в таком виде и с такими руками не видел. А в качестве штрафного будет тебе поход вместе с Белинским и группой захвата. По приказу вышестоящих, - узловатый палец взметнулся, указывая на побеленный казенный потолок, - нам необходимо изучить еще и эту грань преступного мира. Завтра материалы по результатам захвата будут предоставлены всем операм. Так что в 9:00 каждый должен сидеть в 119-й и коллективно и внимательно вникать. Вопросы есть? Последнее было произнесено с явной угрозой и сопровождалось гордым орлиным взглядом. Соответственно и предполагало только один вариант ответа – верный. - Никак нет! – В унисон гаркнули все присутствующие. - Ладно, - выдерживая ту самую паузу, старшой еще раз подозрительно оглядел присутствующих и продолжил: - Изучить дело в кратчайшие сроки, - грубая начальственная рука выбросила на средину стола четыре одинаковых папки. – Вы двое выходите через полтора часа. Разомнетесь слегка, а то засиделись тут, понимаешь, порядка не знают. Всё, свободны. Через минуту начальственный кабинет опустел. А еще через полчаса самый молодой и самый курящий опер услышал, как Захар в дальнем углу курилки извиняется перед своей женой за то, что не сможет пойти сегодня к ее тете Соне Вознесенской и переспрашивал, какая у нее квартира – 135-я или 133-я. Разговор его не заинтересовал, поскольку прочесть выданную начальством папочку от корочки до корочки было лень. А там значился четкий адрес: Вознесенская, 138. *** Лизка сбросила вызов дрожащей рукой и начала нервно прерывать свои старые записи. Юмор ситуации зашкаливал и она отчаянно пыталась сдержать гомерический хохот. Телефон Лёни Васина, с которым уже давно не общались, точно был записан где-то здесь на белом клочке, выдранном из старого блокнота. Горшки побили еще года полтора тому как. Когда Захар по пьяни послал того подальше и заявил, что женится и сомнительная слава актера его больше не прельщает. - Дурак безмозглый, - шепотом костерила она своего непутевого муженька, – так подставляться. Мужская, блин, солидарность! О, вот он! – С облегчением подцепила красным коготком нужный белый листик и захихикала: - Вот был бы номер посмотреть, как муженек будет своего бывшего арестовывать. Чем не идея? Многострадальный клочок бумаги был моментально смят, разорван и для верности сожжен в ближайшей пепельнице под хитрую улыбку и потирание рук. Удовлетворенно подмуркивая себе похоронный марш, роковая женщина накинула короткое манто, запрыгнула в ботфорты и, загадочно улыбаясь, вышла из дома. Добраться она рассчитывала за полчаса.