Проигрыш - большая роскошь

Убийца Ненавижу собственное непреодолимое желание показать себя, и, наконец, завладеть второй тетрадью. Но почему же? Почему всё так сложно? Почему? Но… Ведь скоро будет конец?.. Не так ли?.. А, может, наступит конец и для меня?.. Ох, не знаю… Как мне выпутаться из всей этой заварушки, которую я же само и устроило? Не пойму. Комната, расписанная кровью и наполненная различными орудиями пыток, начала темнеть, так как солнце заходило за горизонт, но оно всё ещё посылало мне свои прощальные лучи света и тепла. Солнце – вот кто единственный дарил мне тепло все эти несчастные четыре года! Почему именно мне выпала честь завладеть этой чёртовой тетрадью? Ведь если бы не она, то тогда всё было бы нормально. Киры бы не было. И я бы никогда не раскрыло в себе привычку и, практически, зависимость убивать… Убивать людей… Видя, как они мучаются, в страшных судорогах просят сохранить им жизни… Просят, чтобы их омерзительные грешные души остались на этой проклятой земле, на которой уже давно нет добра и мира. Лишь разрушение и ничего более. Ничего… Я смогу очистить этот мир от такой грязи, от этого проклятого мусора. Не потому что это правильно, а потому что убийство – лучшая забава для меня. Это действительно потрясающе. Пробовать кровь на вкус так же завораживающе, как смотреть на уходящее солнце. Так же потрясающе, как наблюдать за каплями кристально-чистого дождя… К сожалению, того, кто мне так сильно мешает, я убить не могу. Да и не хочу. Мне нравится смотреть на то, как L мучается. Через камеры наблюдения смотреть, как он падает в обморок, бьётся в конвульсиях и просто гниёт заживо. А всё почему? Будь я по внимательней, то L бы давно умер. Ещё тридцать первого октября две тысячи шестого года. Но… Он умрёт тридцать первого октября две тысячи седьмого года - ровно на год позже. Не знаю, как это у меня получилось. Бог смерти смотрит на меня, загадочно улыбаясь. Наверное, ему тоже нравится смотреть за всем тем, что я творю в этом мире. Пусть смотрит. Он единственный, кто знает правду. Стоит только дать ему пару яблок, как этот обжора расскажет всё. Очень удобный Бог Смерти. Возможно, он знает, чем закончится эта история? Мне было бы интересно. Но этот прожорливый гад всё равно ничего не скажет. Как бы не грустно это звучало, но в жизни убийцы, то бишь - меня, преобладали все смертные грехи, кроме чревоугодия. Особой любви к пище я никогда не испытывало. Но… Похоть… Этот грех был для меня самым приятным и лучшим… Зависть… Зависть всегда была во мне… Самый неприятный грех… Но он в сердцах каждого человека. Однако, сейчас… Я давно перестало быть человеком… Я не мужчина, я не женщина… Я - никто… Я не человек… Во мне нет уже никаких чувств… Будь я человеком, я бы хоть что-нибудь чувствовало при разрезании кожи жертвы. Господи, мои слова переплетаются и приобретают не слишком здравый смысл. Прочитав мои мысли, Бог смерти лишь тихо смеётся в ответ. Может, всё-таки спросить? Знает ли он, чем закончится вся эта история? - Рюк, - шёпотом произношу я. - Что такое? – спросил Бог Смерти. - Сколько мне осталось? - Не скажу, - отвечает он и начинает хохотать. - Тебе тогда будет не интересно жить. Кстати, чем же всё это закончится? Вот что действительно интересно. Меня этот вопрос уже давно не даёт покоя! Очень хочется увидеть всё, что ты затеяло. - Я думаю, что всё закончится в мою пользу. L, хоть и не скоро, но неминуемо погибнет. Я уверено, что с Ниа тоже не возникнет проблем, как и с Мэлло, так и с Мэттом. Они не так умны, как L. Тем более, имена Мэлло и Ниа я знаю. - Так чего ты тянешь? Могло бы просто записать их имена и дело с концом. - Веселье, Рюк. Веселье… Тебе ли не знать, как приятно наблюдать за чужими колебаниями. Мне интересно, как они будут поступать в сложных ситуациях, которые я им представлю. Как они выкручиваться будут. Ну, а когда мне надоест смотреть на весь этот спектакль, я просто запишу их имена в тетрадь или же убью собственными руками. Возможно, некоторые их органы войдут в мою коллекцию. - А если Ниа и Мэлло догадаются, что именно ты Кира? То что тогда будет? - Немедленная запись в тетрадь. А потом с их телами я само разберусь. - Я никак не могу понять твоих действий. Ты очень странное существо. Более странного человека, как… - Прошу, не называй меня человеком. Человек-самое жестокое животное на планете Земля. Которому неведомы такие чувства как: любовь, сочувствие, раскаяние. Они могут только завидовать, злиться и убивать. - Но ты же само завидуешь и убиваешь. - Это было раньше! Сейчас всё по другому. Я вот уже как полгода ничего не чувствую. Только пустота в моей душе. И это пустоту я заполняю такими яркими впечатлениями от убийств, совершённых мною. Я не человек. Я – нечто! Человек не смог бы делать всё то, что я делаю. От своего бессилия он бы точно остановился. Или же его просто поймали полицейские. Я совершенно хладнокровно убиваю этих животных. - Неужто, ты само себя возомнило Богом? - Богом? Возможно и так. Я не исключаю этого. Может… Я действительно Бог?.. - Ну… это не ко мне вопросы, - отмахнулся от меня Рюк. - Ладно, я подумаю над этим вопросом. - Ты самое бесбашенное и самое странное существо на планете Земля. Ты противоречишь себе. Я бы это нормальным не назвал, - начал размышлять в слух Рюк. – Действительно, человек бы никогда не совершил столько убийств. Большинство убийств ты сделало своими собственными руками. Это нормальным никак не назовёшь. Ты точно сошло с ума. И я называю тебя в среднем роде не потому, что не считаю тебя человеком, а лишь потому, что ты мне за это яблоки даёшь. Ради яблок я готов даже на коленях ползать, и ты это прекрасно знаешь. Но, всё же, я тебе скажу, что ты никакое не "волшебство". Ты обычный человек, с манией величия. Ты такое же, как и все предыдущие владельцы тетради. Я тебе это говорю, потому что это начинает меня конкретно раздражать. Твоё высокомерие ни с кем не сравниться. - Думай, что хочешь, Рюк, - отмахиваюсь я от него. - А почему ты убиваешь преступников? – спрашивает он. - Чтобы запутать следствие. Мог бы и сам догадаться. - У тебя всё идёт по плану? - Всё идёт так, как я планировало. Всё просто прекрасно. Время не работает против меня, наоборот. - Через час начнутся новости. Будешь ли ты сегодня убивать тех, кто нарушил закон? – спрашивает чудище. - Естественно. На улице послышались крики, которые выражали не страх и ужас, как я привыкло слышать, а радость и веселье. Заглянув в окно, я увидело нескольких девушек и парней, которые шли по улице и очень громко хохотали. Одна из девушек вынула из своей сумочки сигарету, подожгла зажигалкой один конец трубочки с табаком и начала сильно затягиваться, смачно выдыхая клубы серого дыма. Я бы тоже хотело так затянуться, но, увы, нельзя. Я должно держаться. Но… Чёрт! Нет сил терпеть! Надо просто забыть про это. Просто забыть про свою глупую привычку. Ещё очень сильно хочется выпить красного вина. Желательно французского. Прямо сейчас! Нет! Нельзя! Нужно на трезвую голову убивать преступников! Это несправедливо. Ой, как несправедливо. Я ещё спать хочу. Тем более, уже стемнело. Ладно, улажу все свои дела завтра, а сейчас нужно поспать. - Эй, убийца, - шутливо меня окликнул Рюк. – У твоего врага опять приступ! Я подбежало к камерам - действительно: L кряхтел, кашлял кровью, медленно падая на пол. Я разулыбалось. Это было поистине забавно. Так приятно наблюдать, когда твой враг медленно умирает. Но… что-то мне подсказывает… Что с L так просто не разобраться. Я не так умно, чтобы противостоять ему. Но… Самое главное, L – человек. А человек чувствует. Он не такой, как те люди… Мне кажется, что этот человек очень добрый. Очень. Хоть и скрывает это за маской своего безразличия... Ты намного эмоциональнее Мисы. Я это вижу. Твоя эмоциональность сыграет против тебя. Чувства. Твои чувства всё-таки превзойдут здравый смысл. Они всегда побеждали холодный рассудок. И ты, L, не исключение. Возможно, не будь ты моим врагом, я бы оставило тебя в живых.Мне не помешал бы такой друг. Я бы точно всегда его бы оберегало, но… Не судьба! Тем временем L падает на холодный пол и закрывает отяжелевшие веки. Меня прямо-таки распирает от радости! К детективу тут же бодро прибегают несколько человек. Один кричит, чтобы вызвали скорую, другой мечется по сторонам, не зная, что делать... Через несколько минут нашего детектива увозит белая медицинская карета. Этот акт пока закончен, опустите занавес. Думаю, это надолго.