🔹🔹🔹
29 августа 2020 г., 02:03
Ремус Люпин вернулся в свой кабинет и, сняв с себя мантию, вынул из её складок старый пергамент, на котором ещё виднелись записи, адресованные Снейпу. Он медленно и устало опустился на стул и с отчуждённым видом опустил взгляд на карту… Сколько он уже её не видел? Лет пятнадцать, шестнадцать, наверное. По правде сказать, после школы они и забыли на какое-то время о ней, казалось, что их прежние шалости, весёлые деньки, вечеринки и просто тихие вечера в тёплой, уютной и родной гостиной были просто сказкой, нереальным сном. Война, разруха, потери близких и родных людей. Им пришлось рано повзрослеть сразу после выпуска. А потом смерть Лили и Джеймса, арест Сириуса, уничтожение Питера. А дальше пытаться привыкнуть к одиночеству, что так и не получилось, впрочем. Хотя на первые два года новыми друзьями стали бутылки огневиски и, как в старые добрые времена, книги.
А ведь когда-то всё было хорошо, когда были живы дорогие для тебя люди, когда они сидели тёплыми летними вечерами в саду у Джеймса и мечтали о светлом будущем, полным добра и воплощения надежд. Когда всё было не так сложно и запутанно. Когда было беззаботное и весёлое детство, проведённое с лучшими друзьями. Мародёрами… Лунатик… Бродяга… Сохатый… И Хвост… Куда ушло то время?..
🔹🔹🔹
— Кто хочет погулять по ночному замку? — весело спросил у своих соседей по спальне лохматый первокурсник в круглых очках. Остальные мальчишки оторвались от своих занятий и удивлённо на него уставились. Один из них сложил руки на груди и нахмурился. — Тебе захотелось в первую же учебную неделю попасть на отработку или тебе нечем после уроков заниматься, кроме как котлы тереть? — закатил глаза его друг. — Да неужели вы не любите приключения? — С прежним энтузиазмом продолжил первый. — Перспектива свидания с разъярёнными деканом, директором и завхозом меня не очень радует, — хмыкнул второй, загибая пальцы. Тот только фыркнул и закатил глаза. — Ну не хотите—ваше дело. Тогда я пойду один. В его глазах блеснул лукавый огонёк, и паренёк, опёршись руками о свои колени, медленно встал и, схватив с кровати палочку, уже хотел было пойти, как услышал голос своего соседа. — И ты собрался гулять по коридорам без друзей, когда уже был отбой?! Ну, уж нет! Не дождёшься! Паренёк в очках задорно улыбнулся и, порывшись в своём чемодане, достал большого размера ткань, развернул её и укрылся с головой. — Эй, куда он пропал? — испуганно вскрикнул светловолосый полноватый мальчик. — Это же мантия-невидимка! — поражённо прошептал четвёртый с книгой в руках. Светловолосый на него удивлённо посмотрел, а потом восхищённо выдохнул. Он никогда ничего подобного не видел, только один раз об этом слышал и не очень себе представлял, как это работает. — Ничего себе! Да мы теперь неуловимы, — хлопнул в ладоши Сириус и спрыгнул с кровати, забирая свою палочку. — Кто с нами? Ремуса начали терзать сомнения. С одной стороны, он хотел пойти с новыми, пока ещё друзьями. Пока они не узнали о том, кто он. Уже проснулось его природное любопытство, куда они сейчас отправятся и что будут делать. А с другой стороны, он не хотел подвести директора, который вопреки болезни мальчика исполнил его мечту и принял в школу волшебства. Люпины были безгранично благодарны ему за это. А если Ремус сейчас решит нарушить правила, то какая же это будет благодарность? Да и к тому же ему нельзя сближаться с другими детьми. Если они узнают о его проблеме, то легче будет отвыкать от приобретённых друзей. Но любовь к авантюрам пересилила, и Ремус со спокойной душой пожелал своей совести спокойной ночи. После долгих раздумий он произнёс: — Во-первых, уже был отбой. Во-вторых, нам завтра рано вставать, а в-третьих, — Люпин выдержал театральную паузу, — я с вами! — Вот и правильно! Под ней всем четверым места хватит, — улыбнулся появившийся Поттер. — Питер, ты пойдёшь? Полноватый мальчишка замялся, бегая глазами по комнате и нервно перебирая складки рубашки. До этого он мечтательно, с восхищением смотрел на мантию, и не ожидал, что его тоже позовут. Он робко пожал плечами и, заикаясь, спросил: — А это не опасно? — Конечно, нет, — отмахнулся Сириус и продолжил с озорными искорками в глазах, — ну, может пару раз нам и встретится голодный дракон, который захочет съесть тебя. Питер испуганно на него уставился и побледнел. Он явно воспринял слова Сириуса всерьёз. У него немного затряслись руки. Вдруг Джеймс захохотал. Питер в непонятке на него посмотрел. — Сириус, — воскликнул, отсмеявшись, Поттер, — ты так его до обморока доведёшь! Пит, нет тут никого, пошли!***
— Ты точно уверен, что эта мантия не исчезнет, пока мы будем по замку бродить? — спросил шёпотом Сириус, когда они проходили по какому-то коридору. — Ты что? Сказку про Дары Смерти не читал? –так же тихо откликнулся Джеймс. Парень присвистнул. — Так это… — Да, мантия моего дальнего предка и передаётся из поколения в поколение. — Да тише вы! — шикнул на них Ремус. — не хватало ещё, чтобы кошка Филча прибежала сюда. Где-то, несколькими этажами выше, доносилось шарканье ног и мяуканье ненавистной ребятами кошки. Мальчики как по команде остановились и прислушались. Звуки стихли, и парни слышали только дыхание друг друга и собственные осторожные шаги. Они тихо крались по коридорам замка и многочисленным этажам, осматриваясь и восхищаясь. Так могло бы продолжаться наверное ещё пол ночи, если бы Питер не подал голос. — Ребят… — испуганно прошептал он, — А вы уверены, что мы не заблудились? Джеймс резко остановился, и в него по инерции врезались остальные, так как он шёл впереди. Кто-то из них тихо выругался. — А какой это этаж? — спросил Поттер, оглядываясь. — Я не знаю, — нахмурился Люпин. — Так у тебя нет плана?! Я думал, ты знаешь куда идёшь! Ремус свёл брови к переносице и, потирая подбородок, вспоминал, сколько они прошли этажей и коридоров. Но он так был впечатлён самой прогулкой, что даже не подумал о том, что замок огромный, и что они, первокурсники, ещё не успели запомнить все ходы. Что уж об этом говорить, когда они даже на уроки опаздывали, так как долго искали пути к кабинетам. Хотя Люпин не был уверен в том, что даже учителя знают все коридоры этой волшебной школы. — Так, давайте подумаем, где мы находимся, — потёр макушку Джеймс. — Люмос! — парень сдёрнул со всех мантию и начал осматривать всё вокруг. — О! Мы пришли к картине с фруктами, осталось лишь узнать как далеко это от нашей башни.— Оптимистично закончил он и стал светить палочкой вокруг себя, надеясь найти что-то, что поможет им благополучно добраться до Гриффиндорской гостиной. Он не думал, что они тут потеряются, хотелось просто осмотреть эти огромные. Очень огромные. Неимоверно огромные владения. — Ну дерзай, — скептично хмыкнул Сириус и небрежно прислонился к картине, но тут же испуганно от неё отскочил. Парни удивлённо на него посмотрели. Ремус свёл брови к переносице, пытаясь понять, что происходит. — Она шевелится, — пояснил Сириус. — Но ведь только портреты могут передвигаться, разговаривать и ходить друг к другу в гости, но никак не натюрморты! — нахмурился Поттер и подошёл вплотную к картине. Джеймс прислонился к тому же месту и тут же отскочил. Он направил свет палочки на фрукты и легонько провел по ним пальцами, после чего почувствовал, как груша зашевелилась. Он пощекотал её ещё чуть-чуть, и на удивление всех четверых мальчишек та превратилась в дверную ручку. Джеймс присвистнул, осторожно взялся за неё и потянул вниз. То, что было за этой картиной, предстало перед ними во всём своём великолепии. Это была кухня! Счастью и радости ребят не было предела. Ведь теперь они могли есть когда захотят и не дожидаться обеда или ужина. Только надо узнать, где конкретно они сейчас находятся. Мальчишки открыли в изумлении рты. Размеры этого помещения были схожи с большим залом. Только здесь повсюду сновали домашние эльфы. Один из них подошёл к ещё не отошедшим от шока и восторга ребятам и поинтересовался, что они хотят заказать. Лица парней озарили широкие шкодливые улыбки и, несмотря на то, что была уже глубокая ночь, они попросили и первое, и второе, и третье блюда. Наевшись вдоволь и поблагодарив маленьких работников, ребята прихватили с собой еду. Так как было неудобно одновременно и нести продукты и следить, чтобы мантия не упала, мальчики, понадеявшись на удачу, аккуратно её сложили. Осталось теперь успешно найти дорогу к гостиной, выспаться, и при этом не попасться учителям и завхозу. Но последней части этого плана не суждено было сбыться. Не успели они завернуть за угол, как в шоке остановились с открытыми ртами. Перед ними стоял директор школы — Альбус Дамблдор. — Доброй ночи, молодые люди! Что же вам не спится в такой поздний час? — улыбнулся он в бороду. Ребята уставились на него с широко открытыми глазами и нервно сглотнули. Не везёт, так не везёт! Первая их вылазка, и, как они надеялись, не последняя, была раскрыта, да ещё и директором. Они попались! Первым от шока оправился Сириус. — Извините, профессор, мы сейчас пойдём в гостиную. Только вы не подскажете, как туда добраться? Остальные более — менее отошли от позы статуй и теперь стояли с низко опущенными головами, не в силах поднять взгляд на директора. Особенно корил себя Ремус, который теперь понял, что совесть иногда всё же бывает права. И надо к ней прислушиваться. — Да, — согласно закивал Джеймс. — мы немного заблудились. — Ну тогда пойдёмте, — и увидев у них в руках еду, добавил, — господа мародёры! Мальчики переглянувшись между собой, понуро пошли за директором, надеясь, что из Хогвартса их не исключат.🔹🔹🔹
— Если Макгонаггл об этом узнает нам до конца месяца чистить кубки в зале наград, — зайдя в спальню, устало провёл рукой по лицу Джеймс. — Хоть бы не исключили, — испуганно прошептал Питер. — Я думаю, если бы Дамблдор хотел это сделать, мы бы уже собирали чемоданы, — подумав, сказал Ремус, успокаивая скорее себя, чем однокурсника. Люпин заметно побледнел. Внутри как некстати проснулась совесть, мирно посапывающая последние два часа. Питер посмотрел на него и тяжело вздохнул. Несмотря на то, что ребятам спать совсем не хотелось после такой прогулки, адреналина и шока, они понимали, что завтра первый урок рано утром у декана. И если они опоздают, то Макгонаггл с них три шкуры снимет. Хотя, вообще-то, четыре… — А вы слышали, как он нас назвал? — вдруг спросил Сириус. — Мародёры, — не понимая, к чему клонит друг, ответил Поттер. — Я предлагаю оставить нашей компании это прозвище. Сириус запрыгнул на кровать и улыбнулся шкодливой улыбкой. Казалось, его совсем не волнует, что несколько минут назад их поймал директор на нарушении правил. — А я не против, — улыбнулся Джеймс. — И я, — поддакнул Питер. — Вы хоть знаете, кто это такие? — поинтересовался у друзей Ремус. — Вроде грабители… — задумался Джеймс. — Ну, да! Мы же с кухни еду принесли! — Рем? — мальчишки ожидающе уставились на соседа. Тот обвёл каждого взглядом. У Джеймса и Сириуса одинаково расползались губы в хитрых улыбках. Хоть они и пытались держать умоляющие лица. Питер же сидел, теребя руками одеяло и нервно переводил взгляд с одного на другого. — Ну ладно! — вздохнул демонстративно Ремус. — Пусть будет.🔹🔹🔹
Трое второкурсников-гриффиндорцев сидели в своей спальне и молчали. В воздухе витало ощутимое напряжение, до которого можно было дотронуться. — Вы заметили, что Рем каждый месяц пропадает? — прервал гнетущую тишину Сириус, нахмурив брови. — Конечно, — как ни в чём не бывало ответил Питер, что-то записывая на пергамент и поглядывая в учебник. — У него мама болеет. Ему надо за ней присматривать. — Это мы и так знаем, — подал голос Джеймс без тени улыбки на лице. — И болеет, заметь, каждое полнолуние. Сириус нервно провел руками по лицу и посмотрел на друзей. Джеймс сидел напряжённый, а Питер, кажется, совсем не понимал, к чему клонится разговор. — Почему он нам не сказал? — вздохнул Блэк. — Ладно, сегодня он должен вернуться, тогда и спросим, — произнёс Джеймс. — Что? — не понял Питер. — Ты не видишь связь? Полнолуние, шрамы на лице, уход на три дня каждый месяц? — раздраженно воскликнул Сириус. — Нет, — нахмурил брови Питер. — Мы хотим сказать, что… — но договорить Джеймс не успел, так как дверь спальни открылась, и в комнату вошёл уставший, немного бледный, но, как всегда, тепло улыбающийся друзьям Ремус. Блэк с Поттером переглянулись, и Сириус, вздохнув, начал: — Рем, у нас к тебе разговор… По тому, как серьёзно это сказал друг, а может теперь просто однокурсник, Люпин понял, что они обо всём догадались. Он так и остался стоять возле закрывшейся двери. Руки вспотели и задрожали, и, нервно сглотнув, Ремус на негнущихся ногах подошёл к своей кровати и тяжело на неё опустился. Он закрыл лицо руками и попытался убрать ком в горле и поступающие так некстати слёзы. А ведь недавно всё ещё было хорошо. У него впервые появились настоящие друзья, которые сейчас обо всём узнали и теперь будут презирать его. Ну, а чего ты ещё хотел? Они же не дураки, соединили, что к чему, и получился удручающий вывод. — Рем, мы тут подумали и соотнесли все факты. Это правда, что ты… — Сириус не докончил фразу и выжидающе уставился на Люпина. Тот, всё ещё не смея поднять взгляд на соседей, молчал и собирался с мыслями. Внутри стало пусто и тоскливо. Он снова будет один, его снова будут сторониться и показывать пальцами. Снова. — Да, — дрогнувшим голосом еле слышно ответил он. Сириус и Джеймс глубоко вздохнули и снова переглянулись. Питер же откровенно не понимал, что происходит и о чём говорят его одноклассники. Он, сведя брови к переносице, переводил взгляд с одного на другого. — Вы о чём? — наконец решился спросить Петтигрю. Сириус хмуро на него посмотрел, не говоря ни слова, и отвернулся. Ремус набрал побольше воздуха в лёгкие и, стараясь ни на кого не смотреть, тихо сказал, глядя в стену рядом с собой: — Я оборотень. Глаза Питера расширились от испуга, он, как рыба, то открывал, то закрывал рот, не произнося ни слова. Когда он полностью осознал сказанное, то, указывая на Ремуса и заикаясь, прошептал в полной тишине: — Ты… ты оборо… — не договорив предложения, он побледнел и грохнулся в обморок. Благо, кровать не слишком узкая и он не свалился на пол. Сириус и Джеймс посмотрели на него и вздохнули, а Ремус обречённо опустил голову и снова закрыл лицо холодными руками. — Почему ты нам раньше не сказал? — фраза прозвучала немного обиженно, совсем по-детски, будто родители не сказали, что купили новую игрушку. На удивление Люпина голос Джеймса прозвучал без злости и отвращения, а с некоторой озабоченностью. «Этого не может быть, мне просто показалось» — тут же отогнал от себя эту мысль Люпин. Он обнял себя за плечи и судорожно втянул носом воздух. Это было слишком хорошо, чтобы длиться долго… Мальчишки, переглянувшись, тут же подскочили к нему. Джеймс сел рядом с ним на кровать и приобнял за плечи, а Сириус устроился на полу перед друзьями, подогнув под себя ноги и выжидающе смотря на друга. — Рем, ну ты чего? — спросил Джеймс, легонько тряся друга. — Рем… Сириус привстал и попытался заглянуть в глаза друга. — Когда мне собирать вещи? — тихо спросил тот. Ребята непонимающе уставились на Люпина и одновременно произнесли: — Зачем? Ты куда-то уезжаешь? Ремус мельком глянул на них, а затем, рассматривая пол, пробормотал: — Вы ведь теперь не захотите общаться с таким, как я. С полминуты в спальне стояла оглушительная тишина. Мальчишки переглянулись, начиная понимать, почему так себя вёл их друг. Они несколько секунд осмысливали сказанное и пребывали в некотором шоке. Они об этом даже и подумать не могли и не хотели. Ведь Люпин — это самый добрый и честный человек, которого они знали. И, разумеется, их лучший друг. Они, естественно, не догадывались, какие мысли и страхи терзали Люпина, когда он говорил каждый месяц друзьям о больной маме, и возвращался после полнолуния, облегчённо выдыхая, что друзья не догадались о его болезни. Потом эту оглушающую тишину нарушил целый поток фраз, которые Люпин уже и не ожидал услышать от своих друзей: — Да как ты об этом мог подумать? — Такой — это какой? — Ты наш друг, и мы тебя никогда не бросим… — Если ты на время полнолуния становишься зверем, это не значит, что ты — плохой человек. — Ты самый лучший из всех кого я знаю… — А ещё ты шоколадный оборотень, а они не могут быть плохими. — И ты любишь делиться сладким. — Кстати, у тебя шоколад с собой? Наперебой закричали Сириус и Джеймс. Ремус не мог поверить в услышанное. Они не оттолкнули его, приняли таким, какой он есть. Хотя, они и так знали ещё с первого курса, какой он. Какой искренний, бескорыстный, понимающий и добрый. А то, что они теперь узнали секрет его загадочных исчезновений не изменит ровным счётом ничего. «Всё-таки чудеса на свете случаются», — подумал Люпин и поглядел на друзей, которые смотрели на него, как и всегда, тепло, и искренне улыбались. На душе стало легко и свободно, напряжение отступило. Рем улыбнулся сквозь слёзы и достал из складок мантии большую плитку молочного шоколада. — Это очень больно? — спросил через несколько минут Сириус. Они вчетвером сидели на кровати Люпина и доедали последние куски шоколада. Ремус делал шарик из обёртки, а Питер всё ещё боязливо на него поглядывал. — Да, — сглотнув, тихо ответил оборотень, — кажется, что все кости разом ломают. Ребята сочувствующе на него посмотрели. Поттер глубоко вздохнул. Он никак не мог смириться с тем, что Ремус, такой потрясающий человек, один из его лучших друзей, вынужден каждое полнолуние страдать. — Это можно вылечить? — спросил Джеймс. — Нет. — А уменьшить боль? — немного подумав, произнёс Сириус. — Выпить обезболивающее перед трансформацией? Ремус только покачал головой. — Это ужасно! — тихо сказал Поттер. На несколько минут в комнате повисла тишина, нарушаемая только шуршанием обёртки и криком птиц за окном. — Рем, я обещаю, мы найдём способ помочь тебе, — негромко, но твёрдо сказал Сириус. В доказательство, Блэк положил свою руку на плечо друга. Люпин невесело усмехнулся. — Если до этого никто ничего не смог сделать, то у вас тем более не получится, — сказал он. Мальчишки лишь упрямо на него посмотрели. — Если я решил взяться тебе помочь, то не отступлюсь и доведу это дело до конца. И да, меня бесполезно отговаривать. И спорить. Только зря время потратишь, — продолжил Сириус, заметив, что Люпин собирается возразить. — Друзья друг друга в беде не бросают, — тепло улыбнулся Джеймс и похлопал Ремуса по плечу.***
— Господа Мародёры! У меня идея! — Воскликнул Сириус, подходя к столу, где сидели друзья. За окном светило тёплое солнышко, легонько дул свежий ветерок. И трава уже начинала зеленеть. В общем, весна вступила в свои права, попрощавшись с холодными метелями и крепкими морозами зимы. В библиотеке было не очень много народу. В основном, это были старшекурсники, которые готовились к предстоящим экзаменам. За одним из свободных столиков устроилась самая весёлая компания Хогвартса, не дающая покоя ни учителям, ни завхозу, ни слизеринцам, да и самому замку, в том числе. Мадам Пинс, практически ни разу не видевшая Блэка и Поттера в своём скромном помещении, теперь косо на них поглядывала. Услышав громкий возглас Сириуса, она строго его отчитала, и что-то ещё пробурчав себе под нос, вернулась к своему прежнему занятию. Сириус подвинул стул ближе к друзьям и наклонившись к ним, прошептал: — Я кое-что нашёл. Мой план сумасшедший и практически нереальный, но всё же я хочу им с вами поделиться. Пойдёмте! — Сириус! Нет, нет и ещё раз нет! Даже если это у вас и получится каким-то немыслимые образом, то я вам не позволю рисковать жизнями в полнолуние ради меня! — кричал Ремус, метаясь из угла в угол в спальне мальчиков. — Рем, ты читать умеешь? — закатил глаза Сириус, и взяв книгу в руки, пробежал глазами по строчкам, находя нужный абзац. — «Оборотни представляют опасность в полнолуние только для людей. Животным же зверь не причинит большого вреда, если поблизости нет человека. Укус оборотня им также не страшен». Это означает то, что мы сможем быть рядом с тобой в полнолуние, если станем анимагами. Ремус остановился и, бросив взгляд на друга, покачал головой. Оборотень устало опустился на кровать и провёл руками по лицу. — Мне бы твой оптимизм, Сириус, — хмуро отозвался он. — Да забирай, мне не жалко! Ремус раздражённо закатил глаза. — А если кто-то из вас не сумеет вовремя превратиться, что будет тогда? Я же не перенесу, если с вами из-за меня что-то случится, — серьёзно сказал Люпин. — Рем, мы сами несём ответственность за свои поступки, — не менее серьёзно произнёс Джеймс. — И если мы решили это сделать, то в случае чего, в добрый час сказать, в худой промолчать, только мы будем виноваты. — Мы сейчас делим шкуру неубитого медведя, — вздохнул Люпин, не желая продолжать этот разговор. — Вы даже ещё анимагами не стали. А это не выходит по щелчку, или по вашему желанию. Захотел — и через секунду уже умеешь превращаться в животное. Так не бывает. Очень немногим удалось стать анимагами, это невероятно долгий и сложный процесс, не под силу даже взрослым магам. А мы всего лишь второкурсники. — Рем, не будь занудой, — отмахнулся Блэк. — Спорю на что угодно, но я постараюсь осуществить этот план к пятому, максимум шестом курсу. — Вот увидишь, у нас получится, — подбадривающе улыбнулся Джеймс. — Пит, ты с нами? — Д. Да… — запинаясь, после некоторых раздумий ответил Петтигрю.🔹🔹🔹
— Ребят, все помнят, что надо будет сделать? — спросил Сириус, когда они стояли с мародёрам и на вокзале Кингс-Кросс. Только что они закончили второй курс и теперь отправлялись на каникулы. — Да, если ещё погода нам в этом поможет я буду просто счастлив, — воскликнул Джеймс. Им предстояло этим летом узнать свою анимагическую сущность. И все надеялись, что им не придётся долго с этим возиться. Ведь процедура не из приятных, да и держать во рту целый месяц лист мандрагоры не вызывает положительных эмоций. Хоть бы им повезло, и полная луна была бы ясной, без облаков, а потом гроза. К тому же, все махинации нужно провести, чтобы никто не узнал. Но несмотря на все сложности, мародёры решили во что бы то ни стало закончить начатое.🔹🔹🔹
— Всем привет! — радостно закричал Джеймс, заходя в купе, где уже устроились остальные мародёры. Начался новый учебный год, и ребята были рады встретить друг друга. — Я олень. — Доброе утро! Я очень рад, что ты это наконец признал! — похлопал его по плечу Блэк. Джеймс смерил его недовольным взглядом. Сириус улыбнулся, закусив нижнюю губу, Питер захихикал, а Ремус прыснул в кулак. — Да я не о том. Вот, Сириус, ты кто? Блэк удивлённо поднял вверх брови и скептично уставился на друга. — Маг. — Оригинальный ответ! — наигранно закатил глаза Джеймс. — Я про наш эксперимент. — Большая чёрная собака. Ремус нахмурился, словно что-то вспоминая. Он прикусил губу, и вдруг, его осенило, и он щёлкнул пальцами. — Гримм! — пораженно воскликнул он. Остальные недоумённо переглянулись и вопросительно уставились на друга. — Гримм — большая чёрная собака, предвестник смерти, — пояснил он. — Вау! — с ухмылкой на лице протянул Сириус. — Буду Макгонагалл пугать и профессора по прорицаниям. Питер, а ты кто? Петтигрю, услышав своё имя, вздрогнул, словно не ожидая этого, и заикаясь, произнёс: — Мышь или крыса. Я точно не понял. Ребята переглянулись…🔹🔹🔹
— Тьфу ты! — выругался Сириус. — Сколько же тут коридоров?! — Много, — ухмыльнулся Джеймс, осматриваясь стены. — Как остроумно! — закатил глаза Блэк. Мародёры только что успели насолить Филчу, а точнее его кошке, которая усилиями ребят теперь ходила с разноцветной шерстью и бантами. В довершении всего она через каждые десять секунд икала, шипела и подпрыгивала. И где-то в соседнем коридоре бродил злющий и ругающийся завхоз, намеревающийся отловить проказников и хорошенько их наказать. Спасаясь от старика, четверокурсники забежали в какой-то неизвестный коридор и теперь внимательно осматривались. — Господи! Почему никто не придумал сделать карту школы, чтобы не путаться в этих ходах? — возведя глаза к потолку, простонал Сириус. — Может, потому что никто не знает полностью замок? — предположил Ремус. Вдруг Джеймс, у которого появились лукавые искорки в глазах, хлопнул в ладоши и весело воскликнул: — А это идея! — Какая? — устало вздохнул Люпин, опираясь на стену. — Мы можем сами сделать карту! Видя, что до друзей дошёл смысл сказанного, и они тоже воодушевились, Поттер продолжил: — Мы знаем уже больше половины замка и три тайных хода из него. — А когда у нас получатся превращения в анимагическую форму, то сможем беспрепятственно изучать окрестности Хогвартса, — закончил за друга, широко улыбаясь, Сириус. Поттер и Блэк, не сговариваясь, победно вскрикнули, а Ремус на них шикнул. — Вы что, с ума сошли? В гостиной всё обсудим, — громким шёпотом воскликнул он, пытаясь скрыть улыбку. — Сюда сейчас припрётся Филч. Давайте искать выход из этого коридора. — Итак! — торжественно воскликнул Джеймс. — Господа Мародёры, мы собрались здесь для того, чтобы обсудить наше новое и потрясающее изобретение: карту всего Хогвартса! У кого есть предложения, как она будет выглядеть? Четверо главных шутников замка находились в выручай-комнате, расположившись в больших удобных креслах цвета Гриффиндора. Да и вообще вся комната была под стать гостиной их факультета, разве что здесь не было лестниц в спальни мальчиков и девочек. Ремус с задумчивым выражением лица разглядывал окружающую обстановку, наклонившись немного вперёд и опираясь локтями на колени. Сириус вальяжно полулежал, полусидел, сцепив руки в замок и чуть-чуть раздвинув ноги. Если бы его в таком положении увидела мадам Блэк, страшно было бы представить, какой разнос она бы ему устроила… Но Вальбурга, к счастью, здесь не появится, ни при каких обстоятельствах. Если конечно она вообще хоть раз видела эту комнату. Но о ней не будем… Джеймс, пока размышлял, окидывал взглядом всех мародёров и остановился на Питере. Тот грыз ногти и нервно обегал глазами притихших однокурсников. Сириус как-то сказал Поттеру, что хоть Петтигрю и является их другом, но что-то в нём настораживает. Джеймс тогда лишь отмахнулся на его слова. Да и мародёры сами не знали, как получилось, что этот незаметный мальчик, являющийся их полной противоположностью, оказался в их шумной компании. Возможно, они просто привыкли, что их четверо, и с ними вечно таскается Петтигрю. Он редко вставлял реплики в их разговоры, иногда лишь что-то скромно предлагая, учился отнюдь не хорошо… Из размышлений Джеймса отвлёк голос Ремуса, который решил прервать затянувшуюся тишину: — С помощью заклинания склеивания бумаги можно сделать карту многослойной, — задумчиво произнёс он. — Таким образом, на ней будут видны все этажи Хогвартса вместе с башнями и подземельем. Но нужно всё точно высчитать, потому что я в какой-то книге видел очень интересное заклинание. Оно очень помогает при перенесении плана местности на бумагу, — тут он, нахмурившись, задумался, пытаясь вспомнить, что было написано ещё в этой книге. — Например, если это план деревни, то на обычный пергамент поместится столько, сколько позволяет это размер бумаги. А вот если это многоэтажное здание, то нужно брать склеенные пергаменты, слой на слой, — Ремус положил левую ладонь на правую руку, а затем наоборот, наглядно показывая, — но так же надо учитывать форму здания, его пристройки и башни. — Рем! — присвистнул Джеймс. — Да тебе нужно преподавать здесь. Не думал о таком варианте? Люпин невесело усмехнулся и закатил глаза. — Ты ведь знаешь, Джим, что такому, как я, почти все пути в выборе профессии закрыты, — тихо сказал он. — И не спорь! — добавил оборотень, заметив, что Поттер хочет возразить, а затем перевёл тему: — у остальных какие мысли насчёт карты? Всё отрицательно покачали головами, а Блэк, нахмурившись, спросил: — Если это так просто, как ты сказал, то почему никто не додумался сделать карту? Ремус ожидал, что такой вопрос к кому-нибудь в голову, поэтому не замедлил с ответом: — Понимаешь, Сириус, получается внести на пергамент только то, где ты был и можешь с точностью, до мельчайших деталей, себе представить. Допустим, если в Хогвартсе есть ещё какие-то классы, о которых ты не знаешь, они на карте не появятся. Но потом можно будет их добавить. Поэтому, если человек не исследует этот замок и знает только основные коридоры и классы, ему нет смысла составлять карту. — Хорошо! — весело воскликнул Сириус и потёр друг о друга ладони. — мы с Джеймсом — за пергаментами, а вы с Питером — в библиотеку. — Раскомандовался тут! — наигранно возмутился Джеймс с весёлыми искорками в глазах. — А ты хочешь в библиотеку? — усмехнулся тот. — Боже упаси!..🔹🔹🔹
— Представить себя оленем, я олень, я олень! — как заколдованный, повторял Джеймс, шагая из угла в угол Выручай-комнаты. Ремус сидел за столиком, так услужливо предоставленным ему этим необычным помещением. Парень писал эссе по трансфигурации и изредка бросал взгляды на маячившего перед глазами друга. Оборотень лишь скептично усмехался и закатывал глаза, глядя на старания Поттера и слушая его фразы заезженной пластинки. Честно сказать, Люпин не очень верил в успех их затеи. Почему? Взрослые маги десятками лет трудятся воплотить в жизнь этот сложный раздел трансфигурации и советуются с экспертами. А эти самонадеянные парни вот уже третий год пытаются и верят, что именно в ближайшие месяцы, а может и дни у них всё получится. А сколько было предпринято попыток их переубедить? Просто бесчисленное множество! И всё без толку! Вот же твердолобые бараны! Но, возможно, им скоро надоест этим заниматься, они поймут, что у них ничего не выходит, они не всесильны, и решат забросить это дело. Но зная их уже четыре с половиной года, этого не произойдёт никогда. Если им в головы пришла какая-то безумная идея, и они заинтересовались ею, они не успокоятся, пока не добьются своего. — Джеймс! — простонал Ремус, — перестань мельтешить перед глазами. — Я олень… — Тоже мне! Открыл Америку! — саркастично фыркнул Блэк. — Это мы знаем уже довольно давно! — Как и то, что ты блохастая псина, — парировал Джеймс. И не дав другу вставить слово, продолжил: — Господи, как же сложно сосредоточиться на звуках и ощущениях! Поттер закрыл глаза и представил, что он находится в лесу, где щебечут птицы и стремительно проносятся между деревьев, кто-то ступает на сухие ветки, и неподалёку журчит река. А где-то рядом растут яблони, с которых падают спелые, сочные плоды. И вдруг он остро ощутил на какое-то мгновение все эти запахи, тысяча разных смешались, но если всё тонко прочувствовать, можно понять, что этот запах клёна, другой — дуба, третий — сосны. Его идиллию оборвал поток не самой красноречивой непечатной конструкции от Сириуса. Открыв глаза, Джеймс увидел очень интересную картину: трое остальных мародёров справлялись с лесом его фантазий. — Джеймс! — кричал Сириус, пытаясь отбиться от кружащейся вокруг него птицы. — Ты, этакий тупоголовый олень, мог придумать более дружелюбный лес?! Или тебе друзей совсем не жалко, и мы тебе не нужны? Джеймс, закусив губу, смотрел на происходящее и улыбался. Да. Похоже он и вправду немного переборщил. На Питера всё время норовили упасть яблоки. Хоть это и была иллюзия, так как комната категорически отказывается давать еду, плоды были достаточно тяжёлые и, к тому же, не съедобные. Ремус же пытался осторожно вернуть себе из клюва птицы пергамент с эссе. Джеймс вернул комнате прежний облик, а точнее копию гриффиндорской гостиной. Остальные выдохнули с явным облегчением и недовольно уставились на друга. Тот виновато улыбнулся и запустил руку в волосы, но вдруг резко отдёрнул её. Он несколько испуганным взглядом оглядел мародёров. — Что случилось? — тут же встрепенулся Ремус. Джеймс посмотрел на него каким-то отчуждённым взглядом и нерешительно отправился в сторону зеркала. Дойдя до него, Поттер раздвинул свою лохматую шевелюру и обнаружил на голове маленькие рожки. Он с минуту широко распахнутыми глазами глядел на своё отражение, а затем повернулся к друзьям, которые были озадачены его поведением. У них, как по команде, поднялись вверх брови и открылись рты. Через некоторое время Сириус начал хохотать, за что получил от Джеймса недовольный взгляд. Ремус, отойдя от шока пытался скрыть смех за кашлем, но губы то и дело расползались в весёлой улыбке. Питер же сидел, как громом поражённые и не знал, что как на это реагировать. — Вам смешно! — недовольно и обиженно ворчал Джеймс. — А мне- то что теперь с этим делать? Долго держать серьёзное выражение лица у него не получилось, и его губы начали растягиваться в улыбке. — Прости, — сквозь смех сказал Ремус, — это просто выглядит очень комично. Но ситуация страшная. Я абсолютно не имею понятия, что предпринять и как тебе помочь, — уже более серьёзно закончил он. — Остаётся надеяться, что они не будут расти, — после этих слов Сириуса охватил новый приступ немного истеричного хохота, а Джеймс продолжил: — Да хватит ржать! Сириус, мать твою, Блэк! Я вот тоже посмеюсь над тобой, когда у тебя хоть что-то выйдет! Блэк немного успокоился через минут пять и, ничего не говоря, показал друзьям раскрытые ладони. На удивление остальных кожа на них порозовела и теперь больше походила на подушечки лап зверя. — Я же говорил, что у меня получится к пятому курсу! — гордо воскликнул он, весело поглядывая на Ремуса. Тот лишь закатил глаза. — Да я ещё в более завидном положении, — присвистнул Поттер. — Я хоть лохматый шевелюрой могу закрыть это недоразумение. — Это не недоразумение, а раздвинутые вилы, Сохатый, — нервно усмехнулся Блэк. Только что придуманная кличка легко слетела с губ, словно давно уже была известна. — И это мне говорит Бродяга, у которого вместо ладоней мягкие подушечки как раз для того чтобы почесать мои рога, — не остался в долгу Поттер. Блэк уже было хотел что-то вставить, открыл рот, но… — Значит, Бродяга и Сохатый… — задумчиво проговорил Ремус, улыбаясь, и перевёл тему, — Питер, ты ничего странного на себе не заметил? Петтигрю лишь грустно покачал головой, с завистью смотря на Поттера и Блэка. Но те этого не заметили. Прошло несколько недель… — Ребята! — испуганно прошептал Питер. — К…кажется, у меня что-то получилось…. Петтигрю повернулся спиной к мальчишкам, и через несколько секунд оглушительной тишины стены выручай-комнаты сотряслись от весёлого смеха. У Питера сзади виднелся длинный розовый хвост. — Ну что, Хвост, поздравляю! — похлопал товарища по плечу Блэк, немного успокоившись. — Его хвост очень походит на червяка, — криво ухмыльнулся Джеймс. — Теперь и у тебя кличка есть! Остался наш Лунатик. Джеймс сам не заметил, как назвал друга. Остальные весело переглянулись, наблюдая за Люпином. — А мне нравится! — усмехнулся тот.🔹🔹🔹
— Ребята! — крикнул Ремус, вбегая в спальни мальчишек пятого курса гриффиндора. — Только что я был… — В библиотеке, — закончили за него хором двое темноволосых парней. — Да, не перебивайте же вы! — воскликнул Люпин, пытаясь отдышаться от быстрого шага. — И когда я писал на завтра эссе, то в одной энциклопедии случайно натолкнулся на одно интересное заклинание. — Ну же, Лунатик, не томи! — тут же, заинтересовавшись, начал подгонять его Джеймс. — Это заклинание сможет сделать нашу карту ещё оригинальнее, — пропустив реплику друга мимо ушей, продолжил воодушевлённый Люпин. — С помощью него на карте можно отследить, кто находится в данный момент в Хогвартсе и в каком направлении движется. Только там довольно сложная формула, поэтому я не знаю, правильно ли всё получится. — Так чего ты сразу не сказал? — вскочил с постели Сириус, улыбаясь и быстро что-то соображая. — А ты специалист по древним и длинным формулам, Бродяга? — Да фиг с ней, с этой формулой, разберёмся. Я не про неё, — нетерпеливо отмахнулся Сириус. — Это же просто гениально! Мы теперь беспрепятственно сможем бродить ночью по замку, следя за Филчем и не боясь, что он нас поймает. Это потрясающе! — восхищался он, прохаживаясь туда-сюда по комнате. — Хвост, доставай карту. Питер полез в ящик прикроватной тумбочки и достал оттуда большой белый пергамент с надписями. Он протянул его одноклассникам так, словно это была самая драгоценная вещь в мире. — Рем, ты записал формулу? — спросил Джеймс, хитро улыбаясь и беря в руки свою палочку. — Обижаешь, Сохатый…🔹🔹🔹
Ремус с Сириусом зашли в спальню как раз в тот момент, когда Джеймс что-то искал, раскидывая в разные стороны всё, что попадалось под руки. Бардак в комнате был такой, какого ещё никогда не было, несмотря на то, что в спальне всё время было что-то раскидано то на полу, то на кроватях. Ещё, пожалуй, больший хаос они устраивали только при бое на подушках. Ремус оглядел помещение и пришёл к выводу, что, если бы они были магглами, им пришлось бы убираться здесь как минимум целый день. Потому что все вещи, не только Джеймса, но и остальных, до этого аккуратно сложенные на полках в шкафу, теперь были разбросаны повсюду, по полкам с книгами будто пронеслась стая пикси, на кроватях лежали скомканные одеяла и простыни, на которых были разбросаны какие-то мелкие вещички. Люпин тихо закрыл дверь и начал наблюдать за однокурсником. Тот, не обращая на них внимание, продолжал рыться в вещах, что-то бормоча себе под нос. — Что ты потерял? — наконец спросил Ремус, устало подперев плечом дверь. Он пристально оглядывал друга, который резко обернулся и виновато взлохматил макушку. И так обычно непослушные волосы теперь представляли из себя настоящее гнездо, галстук где-то валялся посреди всего хаоса спальни, рубашка не заправлена в школьные брюки. Видно Джеймс долго и тщательно обыскивал всю комнату в поисках вещицы. — Только не говори, что карту, — угрожающе прошептал Сириус. Джеймс перевёл на него взгляд и закусил губу. — Я не знаю, что с тобой сделаю, если мы её не найдём. Поттер повторил свой фирменный жест, глубоко вздохнул и присел на край кровати. — Здесь её нет, — вздохнул Поттер, отводя глаза в сторону. Сириус хмуро сложил руки на груди, потом устало провёл ими по лицу и кинул свою сумку в самый центр барака. — Мы такие молодцы, что наложили чары, чтобы нельзя было использовать «Акцио» — покачал головой Люпин, обдумывая план дальнейших действий. — Ладно, я в гостиной поищу. Ремус скинул с плеча сумку и вышел на лестницу, захлопнув за собой дверь. Он спустился вниз и оглядел комнату. На удивление, народу там практически не было: только несколько младшекурсников и Лили Эванс, которая как раз что-то увлечённо рассматривала. Ремус не обратил на это никакого внимание и уже отвёл взгляд, как вдруг резко обернулся и уставился на руки старосты. Она держала большой пергамент со всевозможными разворотами и какими-то чернильными надписями. То есть, их карту. Ремус ошеломленно застыл, не решаясь ничего предпринять. Он, честно говоря, не очень надеялся на успех, и ему очень было досадно и жалко их творение. Слава Богу, что именно Лили нашла её, а не кто-нибудь другой. Иначе бы пропала бы такая уникальная работа. Люпин облегчённо выдохнул и подошёл к девушке. — О, Ремус! — Улыбнулась она другу. — Ты что-то хотел? Оборотень ответил на улыбку и спросил: — Лили, скажи мне, где ты нашла эту карту? Лили опустила взгляд на пергамент и махнула рукой в сторону кресел около камина, где обычно любили сидеть мародёры. — Она лежала на полу. Я сначала думала, что это кто-то обронил свой пергамент, но, когда я его развернула. Это же гениально! Создать карту Хогвартса. Об этом ещё никто не додумался. Ума не приложу, кто мог такое сделать… Стоп! А откуда ты о ней знаешь? — её вдруг пронзила необычная догадка, и она неверяще и восторженно прошептала, — так это ты её сделал? — Не только я: ещё Джеймс, Сириус и Питер, — также тихо ответил Люпин. Ремус приложил палец к губам и хитро, с некоторой гордостью улыбнулся. Лили восхищённо ахнула и пошла за Люпином в их спальню. Как только она вошла в комнату мальчиков, и ребята увидели, что у неё в руках, Джеймс кинулся её обнимать и целовать. — Поттер, отстань, — пыталась отбиться от однокурсника девушка. — Поттер! Немедленно прекрати! Совсем обнаглел! То, что я нашла вашу карту, не повод ко мне приставать! Джеймс наконец оторвался от неё и радостно воскликнул: — Лили, ты спасла наше творение, я же должен был тебя отблагодарить! — Ты меня отблагодаришь, если не будешь лезть к Северусу и доставать меня каждый день фразами: «Эванс, пойдём в Хогсмид!», «Эванс, пойдём со мной на свидание!» — передразнила она однокурсника под смешки его товарищей. — Я перестану говорить тебе эти фразы только после того, как ты согласишься! — парировал он с довольной улыбкой. — Даже не мечтай! — отрезала она и тут же с хитрой улыбкой сменила тему, — Вы поведаете мне историю создания карты? Ребята удивлённо переглянулись, а Сириус воскликнул: — Только если ты будешь хранить всё это в тайне. — Разумеется, но после этого, Блэк, перестань называть меня занудой. — Хорошо, зануда! — ухмыльнулся парень. Поттер влепил другу со всего размаху подзатыльник и произнёс: — Если ты ещё раз назовёшь Лили занудой, я тебя… — Всё, всё, понял, — поспешно перебил его с улыбкой Сириус и поднял вверх руки. А потом ухмыльнулся, — в присутствии тебя не буду, договорились. В Сириуса тут же прилетела подушка, метко запущенная Поттером в хохочущего друга. Джеймс взял из рук Эванс карту и достал пергамент и палочку. — Но перед тем как рассказать, нам нужно скрыть эту уникальную вещь от чужих глаз. С этими словами он соединил новый пергамент с картой и проводил над ними палочкой, что-то шепча себе под нос. Внезапно все линии и надписи исчезли и через секунду Поттер держал абсолютно чистый пергамент. Увидев обращённые на него удивлённые и испуганные взгляды, он объяснил: — Карта не будет видна для тех, кто не знает пароля. Поэтому, нам нужно придумать его, а ещё то, что будут видеть те, кто попытается открыть карту. Предлагаю использовать наши клички. Так что у нас есть время хорошенько это продумать. Итак, Лили, слушай…🔹🔹🔹
Профессор Люпин грустно улыбнулся воспоминаниям, глядя на потрёпанный годами пергамент. Господа Хвост, Лунатик, Бродяга и Сохатый навсегда останутся в его сердце. Несмотря на то, что уже двенадцать лет нет их великой дружбы, о которой до сих пор ходят легенды. Несмотря на то, что его уже давно никто не зовёт Лунатиком или просто Ремом. И что прошло уже много лет, с тех пор, как в его жизни появились двое весёлых парней и застенчивый полноватый мальчишка. Неужели никто так и не узнает их секрет?.. — Клянусь, что замышляю только шалость! — прошептал Ремус, легко касаясь волшебной палочкой карты.
