Я люблю тебя

Закончив "принимать ванну", Юнги завернул в полотенце Чимку и посадив на диван, одел боксёры, спортивки и сказал: – Я пойду приготовлю завтрак. А ты можешь пока переодеться и закинуть постель в стиралку. А, можешь ещё, пожалуйста, открыть окна для проветривания? – Да, конечно. Всё, иди уже, – улыбнувшись, Юнги поцеловал в лобик омегу и спустился на кухню.       Тем временем Чимин открыл шкаф и достав толстовку Юнги, одел её и подошёл к зеркалу. Его волосы были ещё мокрыми от воды и небрежно падали на лоб. Толстовка была большой для него и открывала вид на сексуальные ключицы и шею, полностью покрытые засосами, укусами и кровоподтёками.       Спустившись на кухню, он увидел, как Юнги что-то готовит. Подойдя сзади, он обнял его торс и улыбнувшись, вдыхал запах истинного. – Ты что будешь пить: чай или кофе? – не отрываясь от готовки спросил Юнги. – Чай. Мятный. – Тебе что, меня не хватает? Нюхай мой запах сколько угодно. – Я не спорю, твой запах охуенный, но я чай с мятой – моя любовь. – Эй, эй, я ведь могу и отшлёпать за такие словечки. Твоя любовь – я. Больше никто, – повернувшись к омеге лицом, Юнги шлёпнул по попке Чимина и посмотрел в глаза, – Ты меня понял? – Дурак, – тихо пробубнел под нос омежка. – Чего? – Да, да, понял, – смеясь ответил Пак и сев за стол, начал ждать завтрак. – Мы теперь типо встречаемся? - спросил Чимин, наблюдая за каждым движением альфы, а точнее за его руками. Сексуальными руками. При каждом движении венки на руках выпирали и это делало их ещё сексуальнее. А пальцы, так это вообще отдельная тема. Такие длинные и тонкие, прямо и хочется, чтобы он его ими.. – Не типо, а так и есть. Ты теперь - только Мой, – вырывая омегу из своих непреличных фантазий, сказал Юнги и поставил перед омегой тарелку с завтраком и чай с мятой. Себе он сделал кофе. – Кстати, после того, как ты со свои другом спасли омег моих друзей, я вас везде искал. Хотел попросить тебя и твоего друга вступить к нам в Мафию, а затем я тебя встретил на гонке. Не думал, что ты – тот, с кем я буду соревноваться. Как тебе моё предложение? – Юн сел напротив омеги и начал завтракать. – Я даже не знаю. Надо Тэхёна спросить. Мы ведь команда, и он мой лучший друг. – Хорошо. Тогда давай заедем за ним, а потом вместе поедем ко мне в штаб и там мы все всё обсудим? – Да, хорошо.       Позавтракав, они пошли переодеваться. Чимин одел чёрные джинсы, облегающие его сексуальные ноги. Сверху он накинул чёрную толстовку, что была ему по бёдра и нацепил цепочку на джинсы. Надел серебряные серёжки, сделал лёгкий макияж, быстро причисался и побежал к входной двери, где его уже ждал Юнги. На нём были классические чёрные брюки и белая рубашка с галстуком. Пиджак он решил не надевать, так как было жарко. На ногах были чёрные лакированные туфли. – Ну зачем же так официально одеваться? М? Ты же не на собеседование идёшь, – обучая свои чёрные кроссовки, произнёс Чим. – Я по-другому не могу. Поехали.       Они вышли из дома и пройдя мимо охраны, сели в машину и поехали за Тэ по адресу, который продиктовал Чим. Тэ был одет в синие джинсы, белую рубашку, заправленную в них, белые кроссы и серёжки.       Они поприветствовали друг друга и поехали в штаб Юнги. Это было огромное здание за городом, примерно в 30 этажей. Зайдя в здание, они прошли в лифт и поднялись на самый верхний этаж. Пройдя по коридору, они остановились возле кабинета и вошли в него. Там уже кто-то был: трое альф и двое омег. Услышав звук открывающейся двери, всё повернули головы в сторону входа. – Привет Юнги, - поздоровались все присутствующие. – Да, привет, – пройдя к своему столу и сев на его край, он сказал, – Я бы хотел вас познакомить, – он показал на Чиму, – это Пак Чимин, либо Король Улиц, а также теперь мой омега и истинный. Рядом с ним его друг и напарник, Ким Тэхён. – Они омеги?! – прокричали всё от удивления. – Да они берутся и управляют оружием лучше любовного альфы, включая нас, – произнёс русоволосый альфа. – Короче говоря, давайте продолжим, – сказал Юнги, – Это – Ким Намджун, а рядом с ним его муж и истинная омега – Ким Сокджин, – показал Юнги на альфу, который тут же приветливо улыбнулся и на щеках появились милые ямочки, и сидящего рядом с ним широкоплечего омегу, – Это - Чон Хосок и его омега и муж – Чон Ёнджун, – на этот раз он показал на альфу с каштановыми волосами и такой яркой улыбкой, что казалось, что тут сидит солнышко, и омегу рядом с ним, – А это – Чон Чонгук, – показал на чёрноволосого альфу. – Приятно с вами познакомиться, – хором сказали Тэ и Чим. – Нам тоже очень приятно. – Что же. Давайте приступим к делу, за которым я их и привёл. Хотите ли вы вступить в нашу банду? - спросил Юнги, посмотрев на омег. – Я изначально был согласен, но я не могу принять полного решения без моего друга, – Чим посмотрел на Тэ и ожидал его ответа. – Я не думаю, что в этом есть что-то плохое, поэтому с радостью соглашусь, – немного помолчав, Тэ улыбнулся своей квадратной улыбкой, что показалось очень милой чёрноволосому альфе. – Вот и прекрасно. Чон были ли какие-то новости во время моего отсутствия? – задал вопрос Юн. – Кстати да. Об этом нам нужно серьёзно поговорить, – серьёзным взглядом посмотрев на Мина, сказал Гук, – Наш склад подорвали 2 дня назад, и украли оружие. Что будем делать? – И да, почему ты не отвечал на звонки? Мы звонили тебе что раз, а ты не отвечал. Чем таким важным ты был занят? М? – Нам недовольно посмотрел на Юнги и сложил руки на груди, ожидаю ответа на свой вопрос.       У Чимина сразу всплыли воспоминания о том, чем они занимались и почему у Юнги не было времени на звонки, и сразу покраснел, как помидор. Стыдно то как.       Все это сразу заметили и рассмеялись. – Теперь понятно ЧЕМ ты был занят, – с новой волной смеха, сказал Хосок. А Чимин покраснел только ещё сильнее. – Эй, всё хватит. Можно подумать вы этим не занимаетесь. У нас вообще-то проблема и нужно её решить, – мельком посмотрев на всё ещё красного Чимина, сказал Мин. – Слушай, раз такое дело, что я и Тэ теперь состоим в твоей команде, то мы можем тебе помочь. Ведь так? – сказал Чим, подхватив слова Юна и посмотрев на Тэ. – Я тоже так думаю. Вы сможете удостовериться в нашей профессиональности, а мы выполним наше первое совместное задание. – Я даже не знаю. Думаю, что нет. Это опасно, – сказал Мин, посмотрев обеспокоенным взглядом на Чимина. Он только обрёл своё счастье, и он не может им рисковать. Ещё раз потерять дорогого человека он не может. – Что?! Почему?! – Чим протестующе топнул ножкой. Видно он подумал, что это будет устрашающе, но все присутствующие с этого умилились. – Да не парься ты. Я уверен, что у них всё получится. Ты же сам видел, как они берутся и управляют оружием, – Хосок не мог понять, почему Юнги не хочет им разрешать идти на задание, сразу получая за сказанные слова в бок от Ёнджуна. Посмотрев на него и потирая ушибленное место, он только глазами спросил «За что?» – На месте Юнги ты бы отпустил меня? Нет? Вот и Юн не хочет, – прошептал Ёнджун. – Всё, всё. Молчу. – Я согласен с Юном. Это опасно, – поддержал Юнги, Чонгук. – Но это не честно. Зачем мы тогда вообще согласились? – также возмущённо посмотрев на Гука, сказал Тэ, но сразу отвёл взгляд, встречаясь с глазами антрацитового цвета, в которых отражалась вся Вселенная. – У вас будут другие задания. Потом, – сказал Юнги, сам не зная, правде он сейчас сказал или нет. – Ладно, окей, – сказал Тэ, а у обоих друзей в мыслях: «Ага, не дождётесь». – Нам, можешь посмотреть камеры с видеонаблюдения, на нужно знать, кто это сделал, – Юнги посмотрел на Намджуна и сел на диван возле Чимина. – Да без проблем..       Они почти весь день просидели в том кабинете. Когда наступил вечер, все решили разойтись по домам.       Чимин и Юнги решили поехать в ресторан поужинать, так как было лень готовить.       Семейные парочки поехали домой, а Тэхён уже начал идти пешком в сторону дома, как его окликнули: – Тебя подвезти? - Чонгук стоял возле своей машины и ждал ответа от от Кима. – Не знаю. Если не трудно. – Конечно не трудно, – Чонгук улыбнулся и сел в машину. Ким прошёл к пассажирской двери, а Тэхён про себя отметил, что у того безумно красивая улыбка, и когда он улыбается, то похож на кролика.       Тэ прошёл и сел в машину, продиктовал адрес, а внутри уже начиналась паника: «Блять, зачем я только согласился? У меня же сегодня течка должна начаться. А если он меня изнасилует? Хотя я не против, если это будет он. Чонгук красивый, видно, что мускулистый и от него так приятно пахнет кофе, так и хочет его нюхать и нюхать всю жизнь. Стоп! Что за мысли? – мысленно дал себе по лбу, – Очнись, Ким Тэхён, ты же его совсем не знаешь, а говоришь такие вещи. Да кому я вру? Я же влюбился в него по уши, когда увидел его»       Поток мыслей прервал приятный бархатный голос. – Тэхён, ты меня слышишь? Я говорю, что мы приехали.       Повернув голову на источник звука, он просто утонул в этих глазах, в которых было его отражение. Они настолько глубокие, что он тонет в них и задыхается в своих же чувствах, что ощущает к этому альфе с кроличьей улыбкой. Запах ванили начинает усиливаться, а штаны промакать от смазки. Живот начинает скручивать от боли, а в глазах напротив появляется возбуждение, и почти невидимые зрачки начинают увеличиваться. Отведя взгляд от глаз, Тэ невольно посмотрел на губы, обладатель которых, облизывать их каждую секунду. Ноздри быстро расширялись, вдыхая запах ванили, а стояк остро чувствовался.       Чон быстро вышел из машины, обошёл её и открыл дверь со стороны омеги. Посмотрев на Гука, Тэ не ожидал, что его возьмут на руки. Чон одной рукой заблокировал двери машины. Тэ быстро обхватил шею Чона руками, а ногами крепкий торс и начала жадно вдыхать его запах, от которого всё внутри скручивались и приятное тепло разливалось по телу. – Какой номер квартиры? – 2 этаж, 37 квартира.       Зайдя в подъезд и подойдя к квартире, он начал прощупывать карманы у Тэ, и нашёл нужный ключ. Открыв квартиру, он закрыл дверь и сразу припечатал омегу ко входной двери, целуя в эти манящие долгое время губы. Грубо сминая, он кусал их, сразу слизывая капли крови и прорываясь в рот языком, нашёл другой и сплёл их в бешеном танце. Омега неумело отвечал, ведь совсем не умел целоваться. Улыбнувшись в поцелуй от такой невинности младшего, Чон оторваться от губ и посмотрел в карамельные глаза, наблюдая возбуждение, но и растерянность. – Чего ты боишься? – Чонгук поцеловал уголок губ. – Я не знаю. Я так хочу тебя, но.. – Что "но"? – Я так долго искал истинного. Зная слухи про тебя, что ты ещё худший бабник, чем Юнги, я не хочу быть омегой на одну ночь. Я хочу быть с тобой вместе навсегда. Ты мне нравишься, – с мольбой посмотрев в глаза Чона, сказал Тэ. – Я тоже давно искал истинного. И когда я тебя увидел, то сразу захотел никуда не отпускать. И ты не будешь омегой на одну ночь. Никогда так больше не говори, – поцеловав омегу, сказал Чон.       Оторвавшись от таких сладких губ, он припал к шее и начал оставлять свои метки, как бы говоря, что Тэ принадлежит только ему и никому другому. С губ Тэ сорвался первый вздох, почувствовав, как на нём разрывают рубашку. Пуговицы звонко приземлились на пол и покатились в разные стороны. Проделав то же самое с рубашкой Чона, Ким поцеловал ключицы любимого, тоже оставляя свои метки принадлежности. Грозно прорычав, Гук перевернул омегу, припечатав Кима лицом к стене и снял с него это блядские джинсы, что так сексуально обтягивали тонкие бёдра.       Приставив два пальца к пульсирующей дырочке, он ввёл оба, от чего омежка зашипел, но не предпринял ничего. Начав двигать пальцами внутри омеги, Чонгук наслаждался такими сладкими стонами. Добавив третий палец, альфа начал двигать ими уже быстрее и глубже, в разных направлениях. Проводя руками по телу и доходя до сосков, он начал теребить их пальцами, не непереставая двигать фалангами внутри. Придвинувшись ближе, он начал покрывать спину омеги засосами, вдыхая любимый запах ванили, заставляя стояк болезненно упираться в ширинку джинс. Омега заметил, что его альфа вытащил пальцы только тогда, когда услышал звук звякнувшей пряжки ремня. Надавив на спину омеги, чтобы он опустился ниже, альфа резко вошёл полностью, от чего у Тэ из глаз прыснули слёзы, а сам он болезненно простонал и попытался слезть с члена, но Чонгук крепко сжал бёдра омеги и сделав толчок, насадил его по самые яйца. – Чонгуук больно. Вытащи, п.. пожалуйста. Мне больно. – Расслабься. Ты меня сжимаешь, – Чонгук шлёпнул по одной из половинок.       Шмыгнув носом, Тэ попытался расслабиться, хотя было действительно чертовски больно для девственника. Через 5 минут Чонгук сделал пробный толчок, получая вслед стон боли, смешанным с наслаждением. Медленно и плавно двигаясь в разных направлениях, Чон будто бы извинялся за свою грубость и нетерпеливость. Наконец прошёлся по заветному комочку нервов, заставляя омегу выгнуться в спине до хруста и сладко простонать. Начиная двигаться на быстрой скорости, через мгновенье он уже бешено двигался в омеге, каждый раз проходя по простате. У Тэ ноги подкашиваются от наслаждения: так прекрасно он никогда себя не чувствовал. И если бы не крепкие руки Чонгука на бёдрах, то он бы уже упал. Быстро выйдя из омеги он перевернул его к себе и подняв на руки, резко вошёл так глубоко, насколько мог, доставая до матки. У Тэ звёздочки перед глазами, когда Чонгук входит так глубоко. Пальцы на ногах сжимаются, а короткие ногти впиваются в плечи, в отместку за такую неожиданность. Губы раскрываются в немом крике наслаждения. Кончив, омега так и не прикоснулся к себе, а альфа продолжал быстро двигаться. Ещё раз раскрыв губы в крике, когда член Чонгука почти вошёл головкой в матку, Чон словил его губы и начал его целовать.       Сделав последние толчки, он быстро вышел и посадив омегу на колени, надавил на челюсть, чтобы тот раскрыл рот, и омега понял, что нужно сделать. Он обхватил головку губами и в него тут же полилась горячая сперма. Послушно всё проглотив, омега поднял взгляд на Чона.       Чонгук взял Тэ на руки и понёс в спальню. Положив омегу на кровать, Чонгук прошёлся языком по ключицам, доходя до впалого живота. Альфа резко перевернул Тэ на живот и шлёпнул по одной из половинок. Тэ простонал в подушку, удивляясь своей реакции, ведь он никогда не был мазохистом. – Лежи и не двигайся. Я сейчас приду, – Чон скрылся в проёме спальни, оставляя омегу одного в комнате, в холодной кровати, которая ещё не успела нагреться от таких разгорячённых тел. В комнате темно, что придавало некой романтичности и только сильнее порождало интерес, гробовая тишина, которая разбавлялась лишь копошением в коридоре и тяжёлым дыханием Тэ. Сзади послышались шаги, и постель прогнулась под весом ещё одного тела. Лёгкие мурашки прошлись по телу, почувствовав на запястьях кожаный ремень. В тот же момент, возле уха послышалось чужое горячее дыхание, от которого крупные мурашки пробежали по телу, и голос, такой бархатистый, с хрипотцой, заставляющий приятное тепло разливаться внутри, доходя до самых кончиков пальцев: – Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я сделал.       Не получив ответа, Чон отстранился и посмотрев на Тэ сверху вниз, замахнулся рукой и смачно ударил ею по одной из половинок. – Это наказание за то, что не ответил, – и ещё несколько раз прошёлся по сладким половинкам, оставляя красные следы от больших ладоней.       В ход вступили пальцы. Вторую руку он завёл за голову и поднёс их ко рту Тэ. – Оближи их.       Тэ послушно начал облизывать со всех сторон, старательно обсасывая каждую фалангу. Чон засадил пальцы глубже, от чего Ким чуть не поперхнулся. Он поставил пальцы под язык и нажал, заставляя слюну обильно вытекать изо рта, стекая по подбородку и капая на подушку. – Хороший мальчик. Молодец, – Чон гладил по раскрасневшимся половинкам ладонью, неожиданно начиная бить с новой силой. Чувствует задница Тэхёна, что завтра он не то что нормально ходить не сможет, но ещё и сидеть. Он бы обязательно накричал на этого наглого альфу, но не в этой ситуации, не сейчас.       Пятая точка уже вся красная, в синяках и кровоподтёках и Чону это наконец надоело, ведь ещё чуть-чуть и омега бы кончил лишь от того, что его отшлёпали. Перевернув рывком омегу на спину, он поднял его ноги над головой и резко вошёл, начиная двигаться на бешеной скорости. От неожиданности омега сжался, но получив по пятой точке, расслабился. Наклонившись, Чон не прекращал бешено втрахивать омегу в кровать, начал оставлять болезненные засосы на медовой коже. Проходя по сексуальным ключицам и тонкой шее, и доходя до губ. Гук целовал нежно, что никак не соответствовало тому, как он безжалостно вбивался в него прямо сейчас. – Помедленней, Чони~, – Тэхён прошептал прямо в губы.       Проигнорировав слова истинного, Чонгук начал входить в него ещё глубже и ещё быстрее, лишь бы слушать эти стоны, что сносят крышу к чертям. Голова кружится, а перед глазами только Тэ, который в порыве удовольствия запрокидывает голову назад, открывая вид на лебединую шею, которая покрыта засосами и укусами. Не сдержавшись, альфа опять припал губами к мокрой, от пота шее и втянул кожу, оставляя пока розовый засос, который на утро станет бордовым.       Почувствовав разрядку, он ускорился и сжал омежий член у основания, не давая тому кончить. Омега дрожащими и всё ещё затянутыми ремнём руками, потянулся к ладоням альфы, желая убрать их, чтобы почувствовать разрядку, но вместо этого, его руки подняли вверх, к изголовью кровати. – Чони~, Чон, Чонгук, пожалуйста, я тебя прошу, отпусти, – голос был сорван от многочисленных стонов, поэтому получилось сказать это только шёпотом. – Попроси правильно. Я же знаю, что ты можешь, – Чон начал двигаться быстрее, в этот раз проходясь головкой по простате.       Омеге от этого крышу сносило. Казалось, что он сейчас потеряет сознание от перевозбуждения, глаза от наслаждения закатывались, но сказать это было слишком стыдно. Альфа начал надрачивать омеге в такт своим толчкам и когда почувствовал, что тот скоро кончит, опять сжал основание, наслаждаясь, как омега под ним хнычет от желания, и сам насаживается на член всё глубже. – Папочка, дай своему малышу кончить. Пожалуйста, – заглядывает в его затуманенные от возбуждения глаза, своим не менее возбуждённым взглядом. Смотрит так умоляюще, будто от этого зависит его жизнь.       Чон на это лишь ухмыльнулся и сделав последние толчки, глубоко излился в омегу, быстро выходя из него, избегая сцепки. Отпустив член Тэ, он отсел на край кровати и наблюдая за тем, как омега тянет связанные руки к органу и начинает надрачивать, но разрядка не приходит, он пытается пальцами пролезть в дырочку, но это тоже не получается. Омега обессиленно опускает ноги и руки и умоляюще смотрит на альфу, часто дыша, и выгибясь в спине. Пододвинувшись ближе к Тэ, Гук поцеловал его в губы, а руками проводил по быстро вздымающейся груди, проводя по впалому животу и доходя до члена, начиная играть с его яичками, резко вставил сразу три пальца, от чего омега промычал в поцелуй и до крови прикусил губу Чона. Тэ поднял руки и придвинул альфу к себе за шею, целуя глубже, и самостоятельно насаживаясь на пальцы.       В голове каша, а Тэ даже уже не соображает, что в нём не просто три или четыре пальца. Гук всунул в него целую руку, пальцами массируя простату. Тэ даже не помнит, сколько раз он уже кончил. Перед глазами только прекрасные чёрные глаза, в которых он видит своё отражение: мокрые волосы, в глазах только желание, которое растёт с каждой секундой. Чон наслаждается таким Тэхёном. Эта ночь ещё не закончилась и длиться будет долго. (П.А.:Эх, бедные соседи)

***

      Первым утром проснулся Тэхён от жуткой боли внизу живота, в пояснице, в тазу и в руках. Голову медленно начали заполнять воспоминания из прошлой ночи. Напоминанием также служит чужое присутствие на второй половине кровати и рука, обвивающая его талию. Немного полежав и вспомнив также о вчерашнем недолгом разговоре возле двери, на лице появилась дурацкая улыбка. Аккуратно, чтобы не разбудить альфу, Тэхён убрал его руку и с лёгким шипением от боли, пошёл в ванную. Он помылся и быстро заскочил в комнату, чтобы переодеться. Далее он решил приготовить завтрак, потому что в его желудке уже завывают киты. Как они ещё не разбудили Чона?       Медленно разлепив глаза, Гук тут же их закрыл из-за яркого света, что заполнил комнату. Повернувшись на спину, он попытался медленно открыть глаза и обнаружил, что это не его потолок. Чон нахмурился и начал вспоминать, что вчера было. лучшем сексе в его жизни вернулись быстро и повернувшись на бок он хотел обнять омегу, что по идее должен был лежать тут, но его там не оказалось, а только холодная постель. Встав с кровати, Чонгук уже хотел искать по всему дому, но прекрасный запах еды из какой-то комнаты его остановил. В спальне была ещё одна дверь и как догадался Чон, это была ванная. Быстро приняв душ, он не знал, что ему одеть, поэтому просто пошёл на запах еды с одним полотенцем на бёдрах.       Квартира была небольшая. Пройдя по коридору, альфа сразу увидел проход в кухню, украшенный большой аркой. На кухне он обнаружил Тэ в серых спортивных шортах и безразмерной майке, что явно была ему велика, и открывала вид на его ключицы и шею, которые были полностью усыпаны следами вчерашней ночи. – Доброе утро, Чони~ – Доброе утро тигрёнок, – Чон подошёл к Тэ и обнял его со спины, поставив голову на плечо омеги и наблюдая за всем, что он делает, – Как ты узнал, что я здесь? – Сложно не почувствовать твой запах, когда ты так рядом, – Тэ повернулся в кольце рук и поцеловал его в губы, – Садись за стол, я приготовил завтрак. – Хорошо, – Чонгук тоже поцеловал его, только это был не невинный чмок, а долгий поцелуй. Наслаждение друг другом прервал входящий звонок с мобильника Тэ. – Я пойду подниму трубку. Вдруг что-то важное, – Тэ нехотя оторвался от Чоновых губ и взяв свой мобильник из спали вернулся на кухню, – Это Чимми~. А вдруг что-то случилось? – Тэ обеспокоенно посмотрел на черноволосого. – Ну так ответь. Он тебе уже третий раз трезвонит, – Чон сел за стол и начал уплетать завтрак.       Ким провёл пальцем по экрану, принимая вызов, и поднёс телефон к уху: – Алло? Продолжение следует...