Я люблю тебя

      Перед глазами темнота: такое ощущение, будто он находился в комнате без окон и освещения. Ни одна часть тела не ощущалась. В один момент, где-то вдалеке, Чимин увидел вспышку света. В панике он начал бежать к свету, потому что оставаться он тут явно не хотел. Когда он приближался к свету, Чим услышал голос, правда он не могу разобрать то, о чём он говорит, поэтому лишь побежал быстрее. Казалось, что он бежит уже два часа. Этот свет был близко, но он не мог к нему приблизиться, сколько бы не бежал. От столь долгого бега Чимин обессиленно упал на колени. Он слышал, что его кто-то зовёт и голос исходил из источника света, но он так устал. Хотелось просто прилечь и уснуть, дабы восстановить свои силы, но взяв себя в руки, он поднялся и продолжил идти. В один момент, яркая вспышка ослепила его, и больше он ничего не видел: лишь темнота.       Тело сильно болело, особенно в районе живота, но на удивление, Чимин не чувствовал ног, что его немного напрягло. Во всём теле ощущался холод, но лишь левая рука отдавала теплом. Было такое ощущение, будто его кто-то держит. В ушах стоит этот уже ненавистный звук пищащих приборов. В воздухе витал запах медикаментов и лишь чуть-чуть он мог отличить другие, еле слышимые запахи. Чимин догадался, где он находится, но глаза открыть не смог. Слева послышалось копошение и недовольное мычание, а затем прозвучал до боли знакомый голос. Flashback – Чимин! – омега обессиленно упал на пол, закрывая свои карамельные глаза. Юнги, отдал Тэхёна на руки Чонгуку и подбежал к своей омеге, под которым начал образовываться лужа крови. Он упал возле него на колени. – Нет, нет, нет, Чимин, любимый мой, очнись. Прошу тебя, – Юнги трясущейся рукой начал убирать пряди волос с лица Чимина. Подняв голову, он увидел, как один из избитых людей Вундже победно ухмыльнулся, опуская руку с пистолетом и закрывая свои глаза. – Блять!       Юнги быстро снял с себя разорванную рубашку и приложил ткань к месту пулевого ранения, стараясь остановить кровотечение. Серая от пыли рубашка быстро начала окрашиваться в бордовый. – Держись, мой хороший. Всё будет хорошо. Чего встали? Несите Тэхёна вниз, – Юнги посмотрел на застывших друзей. Те сразу же очнулись и побежали вниз.       Юнги аккуратно взял Чимина на руки, шипя от боли, ведь одно его плечо было прострелено. Послав боль на фиг, он побежал вслед за ребятами. На улице было темно, но не сильно, благодаря лунному свету и включённым фарам машин ребят. Найдя рядом свою машину, он аккуратно, придерживая здоровой рукой Чимина, пытался достать ключи от машины из кармана. – Давай я помогу, – Хосок вышел из своей машины и взял на руки Чимина. Чонгук на свое машине начал отъезжать и поехал в больницу, ведь ждать больше не может: Его истинному плохо, поэтому он не имеет права медлить. – Спасибо, – Юнги передал Хосоку в руки Чимина и начал искать ключи в кармане. Как и ожидалось, он их посеял, пока дрался. – Чёрт! – Юнги начал осматриваться и заметил машину Чимина. Он побежал к ней и сделал попытку открыть её. Слава всем Богам: они настолько торопились, что не закрыли двери. – Хорс! Иди сюда! – Сейчас! – Хосок подбежал к Юнги и помог ему положить Чимина на заднее сиденье. – Спасибо, – Юнги быстро сел в машину и захлопнул дверь. Нажав на кнопку для запуска двигателя, он нажал на педаль газа ногой и выехал на дорогу, сразу набирая бешеную скорость.       Следом за ним уже неслись две машины. Каждые пять секунд он смотрел в зеркало на заднее сиденье, с каждым разом всё сильнее сжимая руль в руках и вжимая педаль газа в пол, ведь Чимин начинал бледнеть, а рубашка, прижатая к ране была уже полностью в крови.       Через десять минут они уже были в городе и ещё пять минут потребовалось для того, чтобы доехать до центральной больнице, которая принадлежала Мину. Не паркуясь, Юнги выбежал из машины, и открыл дверь пассажирского места. Аккуратно достав Чимина, он взял его на руки, и побежал в здание больницы. – Помогите, пожалуйста! У омеги пулевое ранение в живот. Он потерял много крови! – к Юнги тут же подбежали врачи с носилками.       Положив его на носилки, врачи побежали к операционной. Юнги хотел вместе с ними забежать, но его не пустили, вытолкнув за дверь. В ушах звенит, а перед глазами пелена из слёз. Мгновенье, и слёзы уже текут по его щекам, не желая останавливаться. Он обессиленно падает на пол возле стены и поджав колени к груди, зарывается руками в волосы и сжимает их, чуть-ли не отрывая. К нему подбежал Намджун. – Как Чимин? – Намджун помог Юнги сесть на стул. – Я.. я не знаю. Он в машине начал бледнеть. Я сильно испугался. А что, если он не выживет? Что будет, если он умрёт? – Юнги заплаканными глазами посмотрел на друга. Тот даже опешил: он никогда не видели Юнги в таком состоянии – глаза красные от слёз, которые не переставая текут по его щекам, дикое переживание в глазах за своего омегу, который прямо сейчас может умереть прямо на операционном столе. – Не переживай. Я уверен, что всё будет хорошо. Чимин сильный омега, поэтому он так запросто не умрёт, – Намджун сел рядом с Юнги, по-дружески похлопав его по плечу. – Спасибо, Нам, – Юнги конечно не перестал волноваться от слов Джуна, но потихоньку начал успокаиваться. – Где Хосок? – Он пошёл к Чонгуку. Тэхёну тоже проводят операцию. – Лучше бы они вообще не приходили, – Юнги встал с места, ударяя кулаком в стену. – Если бы они не пришли, то этого всего бы не было и он был бы сейчас рядом со мной! – Юнги не говори так! Они знали на что идут, ведь они бы так просто не пришли нам на помощь. Они спасли нас, а ты говоришь такие вещи! Приди в себя! Если бы не они, то все мы лежали бы сейчас там на заброшке с пулей во лбу! – Намджун встал со своего места, беря Юнги за грудки и говоря ему эти слова.       А ведь Джун прав: если бы не эти двое, то они сейчас были бы мертвы. Юнги стыдливо опустил взгляд, не желая смотреть Наму в глаза. Джун всё таки отпустил Юнги, отходя от него в сторону. – Тебе, да и нам всем нужно обработать раны, если не хотим занести инфекцию. И никаких отказов. Не думаю, что Чимин был бы рад, если бы ты не захотел беречь своё здоровье. – Но я не могу его оставить. А если что-то случится, а меня рядом не будет? – Юнги всё же посмотрел на Намджуна. – Мы быстро. Раны нужно продезинфицировать. Всё, пошли. Нам всё обработают и ты вернёшься сюда, – Намджун пошёл вперёд, а Юнги пошёл следом за ним. – А кстати, нам нужно ещё к Чонам сгонять. – Окей.       Нам и Юнги поднялись на второй этаж, где проходила операция у Тэхёна. Чонгук был в таком же состоянии, что и Юнги, когда к нему подошёл Намджун. Он не могу усидеть на месте и постоянно ходил туда сюда, разбавляя повисшую тишину цокотом туфель, что очень сильно раздражало. Юнги не выдержал первый и опустил руку на его плечо, но Чонгук тут же её отбросил. – Эй мелкий. Вообще страх потерял? А ну успокойся! – Юнги вновь взял Чонгука за руку. – Да отвали от меня! У меня омега в операционной лежит, а ты мне успокоиться говоришь?! – Чонгук уже срывался на крик, как ему тут же прилетело кулаком в челюсть, от чего он отлетел к стене. Юнги в мгновенье оказался рядом с Чонгуком и взяв его за ворот порванной рубашки, прошептал ему прямо в лицо: – У моей омеги пулевое ранение в живот и он потерял много крови. На вид можно сказать, что я спокоен, но внутри я просто сгораю от переживаний. Но я не истерю как пятилетка, у которой мишку отобрали. – на этих словах Намджун не выдержал и прыснул от смеха в кулак, получая в ответ злобный, прожигающий до костей взгляд. Он сразу перестал смеяться, а Юнги отвернулся и продолжил. – Будь достойным и веди себя как мужик, а не тряпка, – Юнги отпустил Чонгука и встал на ноги. – Мы сейчас все идём обрабатывать раны, а затем вернёмся. И чтобы никаких истерик, – посмотрев на Чонгука на последнем предложении, он повернулся и пошёл на выход из этого корпуса. Чонгук, Хосок и Намджун шли следом за ним, не нарушая тишины. Спустя час       Альфам уже обработали раны и они направляются обратно к операционным. Время два часа ночи, но ни Чонгук, ни Юнги не собираются уходить. А вот Хосок и Намджун сразу после обработки ран отпросились домой под предлогом, что их дома уже наверняка заждались их горячо любимые мужья. Юнги всё понимал, поэтому без колебаний отпустил обоих. Те пообещали, что завтра вернутся и навестят их.       Ну а Чонгук сейчас сидит возле операционной и ждёт. С того момента, как он вернулся после обработки ран, которых у него на теле кстати было не мало, прошло 15 минут. Наконец, табличка с надписью: "Ведётся операция! Пожалуйста, соблюдайте тишину." погасла и оттуда вышел врач. Чонгук тут же подлетел к врачу, хватая его за плечи. – Как Тэхён? Он жив? С ним всё будет хорошо? У него же не серьёзные ранения? – Чонгук буквально завалил вопросами врача. – Успокойтесь, молодой человек, – врач убрал руки Чонгука со своих плеч. – Для начала: Кем Вы приходитесь пациенту? – хирург посмотрел на Чонгука, который прожигал его взглядом, как бы говоря, что ему необходимы ответы на все его вышеперечисленные вопросы. – Я его альфа. Чон Чонгук. А теперь ответьте мне на все вопросы. Он ведь не сильно пострадал? – при упоминании и воспоминаниях о том, в каком состоянии он привёз сюда омегу, Чонгук сразу погрустнел. – Хорошо, Господин Чон. Меня зовут Пак Богом. На данный момент Ваш омега находится в стабильном состоянии. У него многочисленные гематомы по всему телу. Некоторые рёбра сломаны, а также одна рука. Лёгкое сотрясение мозга. Некоторые органы пострадали, но это не смертельно, и соответственно у него было внутреннее кровотечение. Вам повезло, что Вы вовремя привезли его к нам. Если бы Вы замедлили хоть на минуту, то мы бы не смогли его спасти, так как некоторые осколки от отломившихся рёбер задели лёгкие. – Я.. я могу его навестить? – Чонгука от услышанного бросило в дрожь. Его бедный малыш сейчас страдает от боли. Он обязательно найдёт этого придурка Вундже. – К сожалению, навестить Вы сможете его только завтра, когда мы переведём его в палату, потому что нам нужно понаблюдать за его состоянием всю ночь, и если ничего не измениться, а состояние омеги будет в норме, то уже завтра я Вам позвоню и скажу, когда Вы сможете подъехать. На этом всё. Спокойной ночи, Господин Чон.       Чонгук не успел ничего ответить, как доктор просто обошёл Чона и двинулся вперёд по коридору. Ещё раз посмотрев на двери операционной, он вышел из этого корпуса, направляясь к лестнице и спускаясь вниз к Юнги, который нервно перебирал пальцы. Чонгук молча сел рядом с Мином и стал ждать вместе с ним.       Прошло 10 минут, 30 минут, 1 час, 3 часа. Чонгук благополучно заснул у Юнги на плече, а вот у Мина не было сна ни в одном глазу. Посмотрев на время, Юнги устало вздохнул, ведь на часах уже было 5 часов утра. Наконец, из операционной вышел врач с окровавленными перчатками, которые он тут же выкинул в мусорное ведро.       Юнги убрал голову Чона со своего плеча и подошёл к врачу: – Сынхён, прошу, скажи, что с ним всё в порядке, – доктор устало посмотрел на него, опуская голову, чем сильно напряг Юнги, но тот пока держался. Бета поднял голову и посмотрел на него. – Юнги, я сделал всё, что было в моих силах, но понимаешь.. – бета запнулся, но тут же продолжил. – Пуля не задела жизненно важные органы, но он потерял много крови и ему необходимо переливание. У него есть трещина в одной руки. Пока я его оперировал я нашёл ещё пару пуль, кроме той, которая была в животе. Две из них были в правой руке, а ещё одна находилась в ноге. Так случилось, что в том месте, куда прилетела пуля, мышечные ткани порвались и не думаю, что он теперь сможет ходить. Прости меня, Юнги. Я делал всё, что мог, я пытался, но... – доктора перебил Юнги, который положил руку на его плечо, смотря на него по-доброму, без злости или холода. – Ты не виноват в этом. Я найду лучших врачей, чтобы вылечить его. На данный момент встаёт вопрос о переливании крови. Моя ему подойдёт? – Я не знаю. Нужно сделать экспертизу на совместимость и только тогда мы сможем сделать переливание. Но для этого ты должен сдать кровь и... – Сынхён. Я проверял информацию о своём омеге и знаю, что у нас одинаковая группа крови, поэтому моя ему точно подойдёт. Пошли. Нельзя терять ни минуты.       Пусть снаружи Юнги был спокоен, но внутри был просто ураган эмоций, сердце болезненно сжалось, а грудную клетку сдавливало так, что казалось будто рёбра медленно ломают. Его малыш, его лучик света, его душа.. пострадал. Это он не уследил за ним. Это он позволил своему малышу пострадать. Это из-за него он находится на грани жизни и смерти. Это из-за него он больше не сможет ходить. Это.. полностью его вина. Но он обязательно поможет Чимину ходить. Его малыш обязательно будет ходить. Обязательно..       Сынхён провёл его в операционную и пододвинул ещё одну кушетку для Мина, устанавливая её рядом с кушеткой, на которой лежал Чимин. При виде его сердце опять болезненно сжималось. Такой бледный, почти сливается с белыми простынями. Половину прекрасного личика занимала кислородная маска, в вены на руках были вколоты разные иголки, вокруг пищали приборы. Взглянув на кардиомонитор он увидел, как медленно бьётся сердечки его малыша.       Он лёг на кушетку, приготовленную Сынхёном и не переставая смотрел на Чимина, пока доктор возился рядом и устанавливал всякие приборы. Запястье пронзила секундная боль, от чего Юнги зашипел и был вынужден оторвать взгляд от своего чуда. Бета вколол ему в вену иголку. Проверив ещё раз, что всё исправно, он покинул палату, оставляя Мина и Пака одних.       Юнги аккуратно встал и пытаясь не задеть ничего, включая иглу в его руке, он придвинул свою кушетку почти вплотную к кровати Чимина и также аккуратно улёгся обратно, поворачиваясь на бок, лицом к его омеге. Рука потянулась к бледному личику Чимина, и Юнги большим пальцем, почти невесомо погладил его по щеке. Привстав на локтях, он пододвинулся ближе лицом к омеге и чуть-чуть убрав кислородную маску, оставил лёгкий поцелуй на его губах. Поправив маску, Юнги смотрел на его малыша. Такой невинный, такой милый и беспомощный – так и хочется спрятать его от всего мира и никому не показывать, такой красивый: только начинающие появляться лучи солнца, освещали прекрасное личико омеги, пышные чёрные реснички слегка подрагивали. Подняв руку, он убрал за ушко пряди пшеничных волос, которые небрежно упали на лоб. Юнги устало улыбнулся уголком губ, и поправил одеяло. Он хотел обнять омегу за талию, но вовремя вспомнил, что там ранение, поэтому просто взял его за ледяную руку, делая пометку у себя в голове, что нужно будет прихватить тёплый плед из дома, когда омежку переведут в палату. The end Flashback       Слева послышалось копошение и недовольное мычание, а затем прозвучал до боли знакомый голос: – Доброе утро, Чимин~и. Продолжение следует...