Лучше бы тебя не существовало.

Юра пришёл домой почти поздним осенним вечером и был слегка удивлён, не обнаружив Уткина дома. Первая мысль, которая пришла в голову, то что Дима мог задержаться или может... Хованский начал посмешно писать смс'ки Юлику, но тот кажется будто и не отвечал, лишь читая сообщения и молча при этом. Но вскоре ему надоело получать уведомления от Ховы, и он решил ответить. Юлик: У меня он, у меня. Только ты нам помешал сейчас доснять скетч и теперь придётся делать всё заново! Юре кажется резко стало неловко и тот решил извиниться и уже слегка успокоился, но всё же очень хотел убедиться в том, что Дима не шатается где-то с другими. Решив, что оптимальным решением будет подождать своего парня, он разместился в гостиной на диване и принялся думать, чем заняться в столь скучное время. Было на самом деле много вариантов, но кажется все они были скучными и неинтересными. Даже алкоголь не вариант ускорить время, хотя вполне мог оказаться хорошим, но Юра почему-то не хотел. Время шло медленно, и каждые пять минут проходили, будто не пять, а целые тридцать. Хованский двинулся в сторону кухни и решил посидеть там. Может, смена обстановки поможет, хотя можно было не надеяться. Рэпер уже начинал нервничать, прошёл почти час, а его парня всё нет и нет. Тот даже уже успел выпить несколько кружек кофе, немного смешав с алкоголем (однако, такую смесь пробовать не стоит). Тогда Хованский уже сам решил написать сообщение Ларину и почему-то начал ругать себя, за то что не сделал этого раньше. Взяв телефон в руки, Хова принялся печатать текст и после дожидаться ответа. Но время снова шло, и никто не отвечал, даже мать его вашу не брал трубку! «Агх, как придёт, я ему такое устрою!» — Юра начинал злиться, а когда Юра злится - это не к добру. Он ударил рукой по столу, так и не дождавшись ответа, и уже были подозрения на что-то плохое, о чём Юра постоянно думал, когда Ларина долго не было или он глупо шутил. В общем с шуток всё и началось. Сначала они были безобидные, потом уже более жесткие по мнению Ховы. Тот пытался закрыть на это глаза, но не очень получалось, с каждой его тупой шуткой злости накапливалось всё больше и больше, и вот дело дошло, до пощёчин, слабых ударов, а потом ещё и этот укус в шею. Юра начал обдумывать, как проучить Дмитрия в этот раз, чтобы он понял, что лучше не опаздывать, а в случае измены, навсегда запомнить, что так делать и шутить про это нельзя. «А может и вовсе запретить ему шутки? Хотя думаю ему такое не запретишь. Думаю ему хватит того, что я с ним сделаю, если он не вернётся хотя бы через час.» — мужчина будто уже разговаривал сам с собой, кажется переживания действительно переросли в настоящую злость. Юра зашёл в свою комнату и открыл кладовку, где хранилось много хлама, но там он нашёл кое-какую вещь, которую раньше использовал, чтобы отпугивать от себя дворовых собак — электрошокер, причём самодельный, но выполненный хорошо. Можно было переключать режимы, как на слабый удар током, так и на сильный. Также глаза Юры обратили внимание на чёрную ткань с шоу, где он это взял. Кажется, это был небольшой рулон латекса, и как его применить Хова уже знал. «Хм... Как я давно не смотрел сюда, а тут столько интересных вещей, да и для моей суки тоже найдётся» — пробормотал Юра странно улыбаясь, уже предвкушая, как поиздевается над Уткиным. С подготовленными вещами Юра уже направился в ванную комнату, оставив вещи в раковине. Он уже потихоньку начал заполнять ванну водой, что-то себе фантазируя в этот момент. «Что ж, я хорошо отыграюсь и отомщу тебе » — рэпер корыстно хихикал и выключил воду, когда та достаточно наполнила ёмкость. Вот, через 15 минут послышалось как открывается дверь. Юра быстро подошёл к двери, кажется слегка улыбаясь, но тут же агрессивно направил взгляд на только вошедшего и очень усталого Диму, тот будто сначала и не заметил впереди стоящего злого Юру и спокойно снял ветровку, чуть потянув шею. На ней невооруженным взглядом были заметны синяки. Хова почувствовал себя даже опустошённым. — Отвечай, мразь, где ты сука был?! — Юра вспылил, даже не поприветствовав запоздалого блоггера. — Я? Я был у Дани, а что? — голос Дмитрия звучал спокойно и совсем бесстрашно, уверенно. Кажется, Поперечный заставил того поверить в себя и попробовать дать отпор такому ревнивому наглецу, что посмел тронуть Диму. — Я знал, поэтому знаешь, что? — Ну и? Снова уку... — Уткин не успел договорить как по его головушке прошёлся сильный удар, который заставил потерять того сознание и погрузиться в тьму. По спине в этот момент пробежал холодок, а Юра почти бессчувственно смотрел на тело, а после вновь садистически улыбнулся. Когда Дмитрий очнулся, то сразу ощутил тёплую, уже почти остывшую воду, что была почти по горло. Это напрягало, но не так сильно, как связанные руки и ноги, на которых он еле держался, ещё не отойдя от удара. Голова гудела, а перед глазами абсолютно ничего, дышать можно было только ртом. Глаза и нос были полностью закрыты латексом, так же и руки были крепко связаны им и потихоньку начали отекать. Ларин нервно дышал, ему стало страшно, наверно он зря так дерзил Хованскому и уже жалел о том, что наделал и то, что задержался, винил Поперечного, но на деле был виноват сам. Будучи полностью без одежды, Дима почувстовал, точнее четко ощущал человека сзади, а после и голос. — Ну что, утёнок, доигрался? — чуть ли не над ухом прозвучали эти слова. Дима слегка задрожал, даже не от тёплой воды, а снова от страха. Его, что, собираются топить? «Н-нет, на такой Ю-Юра не способен, в-ведь так?» — подумал про себя Дмитрий, пытаясь утешить, а сам не мог, к сожалению, произнести ни единого словечка. Вроде часом ранее всё было нормально, но теперь он тут, в западне, в ловушке, из которой наверное уже и не выбраться. Придётся ожидать, что будет дальше. Действия Юры не заставили себя долго ждать. Сначала нежно он начал трогать его шею, почти полностью покрытой засосами, что оставил Даня. Поначалу лишь гладил шею, а после обвил руками и начал несильно сжимать. Чуть наклонившись к затылку Ларина, тот потихоньку начал душить того. Слабо-слабо... А потом грубо, сильно, почти со злостью и маленьким азартом делая это. Дима хрипло дышал ртом, уже задыхаясь, так как не успел задержать дыхание и заметно бледнел. — А ведь это только начало, Уть. Что же ты не улыбаешься и молчишь, а? — Юра немного издевался, что было выражено даже будто «змеиным тоном». Юра ослабил хватку на шею, а после и вовсе убрал руки, разместив их на талии Димы. Тот всё ещё не мог отдышаться и каждую минуту задерживал дыхание, но это не сильно помогло при следующих действиях. Хованский прищурился, запав на пятую точку провинившегося, и без каких-либо предупреждений и смазки вошёл в него почти сразу, всей своей длиной полового органа. Слегка туго, но ничего, ещё есть время разработать. Дмитрию это вовсе не понравилось, тот было уже хотел даже не простонать, а закричать от такой резкой боли, но резко был схвачен за волосы, погрузившись в воду, а после резко вновь ощутил воздух. Вода немного попала в дыхательные пути, и Ларин кряхтел, пытаясь взмолить о пощаде, но вместо этого, что-то несвязно прокряхтел, часто дыша. — Нравится? Мне вот да. Ты должен был знать, что с тобой может случиться за такой проступок, Дорогуша. Юра начал постепенно двигаться в Ларине, постепенно набирая обороты. Но из-за воды, было немного трудно набирать темп, да ещё и было очень узко, что не давало нормально ускориться. Дима пытался дышать, но каждый раз оказываясь в воде, не мог это делать нормально, и уже стал бледнее бледного, но всё ещё старался держаться, пытаясь не сдаваться еле держась на ногах и дёргался, пытаясь выбраться, но из-за этого лишь выливалось на пол небольшое количество воды. К его лицу резко, что-то прислонилось, а точнее Юрина рука, пока ещё не плотно закрывающая на распашку открытый рот. Он наклонился вновь к его шее, всё ещё продолжая двигаться, но чуть медленнее, и сильно укусил за уже давно образовавшиеся синяки на шее. Ларин вскрикнул, но тут же его единственный путь к воздуху был плотно закрыт ладонью Юрия. Грудь обессиленно подымалась и опускалась, не имея возможности поплонить запасы кислорода, да и силы уже покидали Уткина. Тот потихоньку начал слабеть и уже не мог нормально держаться на конечностях, в глазах темнело, кружилась голова, боль уже чувствовалась притуплённо, а внешние звуки смешались воедино. Раздался чуть тихий стон Хованского, а после и его тяжёлое довольное дыхание. Он отпустил Ларина, после чего тот ослабленно рухнул в воду, но Юра сразу же вытащил его, вытащив из ванны и приводя в чувства. В гостинной комнате полностью мокрый, измученный, голый он лежал у кровати и боялся вдохнуть, ибо думал, что сейчас снова ему в трахею попадёт вода. Хова, уже немного приодетый, подошёл к нему, вновь взяв за столь тонкую бледную шею, чуть приподнимая того. В другой руке находился электрошокер. Повязки на глазах не было, а онемевшие руки слабо ощущались. В зрачках был заметен страх и отражение насильника, что, кажется, и сейчас продолжит издеваться. Подставив электрошокер к груди Дмитрия, откуда почти слышно доносилось биение сердца и тяжёлое дыхание. Юра наконец, после издёвки приступил к ещё одной воспитательной части. — А теперь скажи мне, ты будешь ещё раз так делать, а?! — Юра повышал тон, будто разговаривал с Димой как с сыном, что совершил плохой проступок, хотя почти так и было. Уткин, всё ещё неспособный связать между собой слова после пережитого, ответил еле слышное «Нет». — Говори громче, сука! — Хованский ударил Дмитрия слабым током, от чего тот вновь сильно задрожал, будучи всё ещё мокрым. Ток прошёлся по всему телу, Дима всё больше уходил в себя, но кажется смог нормально что-то ответить. — П-прос.. П-прости... Я б-больше т-т-так не б-буду... П-пожалуйста, не б-бей боль-больше в м-меня т-током, — Дмитрий хотел заплакать, но не мог, он сдерживал себя, направив взгляд в пол, в глазах было пусто, что-то похожее на отчаяние пронзило его. — Вот так, умница... — Юра отбросил электрошокер и, кажется, полностью остыл, поздно поняв, что натворил, — ох.. д-думаю ты не простишь меня после этого, но... мгх... Хованский обнял чуть тёплое тельце и начал просить прощения, почти рыдая. Ларин же ни о чём не думал, глаза были такими же отчаянными и пустыми. Чуть прикрыв их, он незаметно начал проваливаться в сон, но не мог полностью это сделать. Юра уложил Дмитрия на кровать и подумал, что пока что стоит оставить его одного, но всё же решил лечь с ним. Неожиданно для него Уткин приобнял уже сонного и печального Юру, сказав на ухо:«Я прощаю тебя, Юр. Я заслужил.» Хова тяжело вздохнул и сам обнял Ларина, совсем нежно, грел своим теплом. Так они и уснули вместе.