А Леголаса-то и не спросили.

Леглас достает из тумбочки пару чистых листов, бросает Линдиру и придвигает ему чернильницу с пером - Эээ, Леголас, и зачем мне это? - Буду повышать твое мастерство ценителя прекрасного. Вчера услышал, как гномы к своим девушкам подкатывают. Цитирую: "твои глаза, как бездонные колодца в глубине горы, в которых сверкают прекрасные алмазы. Твои губы, как рубины, такие же прекрасные и холодные. Твои волосы, как густая лава, в которой гибнет мое сердце". Ну что ты ржешь? Щас с кровати свалишься... Ну вот, а я же предупреждал - Лаааааас, это шедевриально. А я-то все о звездах и птичках. - А я о чем, расширяй кругозор. - Думаю, наши эльфийки не оценят. - Тауриэль походу нравится. - Да ладно, серьезно? - Ну, меня они заметили, когда я к самой камере подошел. И поверь, как воспитанный эльф, не имеющий привычки подслушивать, я старательно шумел, как дикобраз в период свадебных игрищ. - Ха, ты мне такое же сказал, когда я в охране арсенала стоял, и ты меня сзади в мягкое место мечом кольнул. - А нечего на службе стихи сочинять. За пределами дворца, ты в первую очередь воин, а только потом менестрель. - Да понял я уже, понял. Я о том говорю, что то, что для тебя "шумно", для других "легкий шелест". Минутная пауза, пока Линдир наполняет бокалы. - Ну, значит подшелестел я к ним, вежливо так поздоровался. Фразы гнома, типа "ушастый, зачем приперся" и "вали на свои деревья" я высокомерно проигнорировал и забрал Тауриэль из этого мрачного места камня и тишины. - Леголас, а в тебе есть задатки менестреля. - Только никому не говори, я их старательно скрываю. - И отлично, мне только конкурентов не хватает. Давай рассказывай, что дальше? - А дальше очень долгая и проникновенная речь, которая сводилась к мысли о том, что я - "бесчувственный чурбан", "в пауках разбираюсь лучше, чем в эльфийских девах", "этот гном за пару часов сказал больше ласковых слов, чем я за последнее столетие". Ну что ты опять ржешь? В комнате пару минут раздается истерический смех, который заканчивается метким попаданием подушки в голову Линдира. Вечер плавно перетекает в ночь, а утреннее солнце обнаруживает друзей, мирно спящими в ветвях огромного дуба, где была спрятана заначка уже менестреля, в виде двух бутылок гномьего самогона.