Мальчик-Который-Кусается

Лето после второго курса для Поттера тоже проходило вполне неплохо, но лишь до момента прилёта его тёти Мардж. И хоть ему хотелось загрызть её, но делать этого он бы не стал, ибо боялся, что у той вместо крови жир и бренди. Заместо этого он договорился с дядей, что он уедет жить до конца лета в гостиницу за свой счёт. В день перед отъездом, он попрощался с опекунами и тётей, а затем вызвал автобус, про который ему рассказала Гермиона. И буквально с того дня бульдог Мардж, который раньше пытался создать неприятности Гарри, стал делать всё это для своей хозяйки, а Дадли тому помогал, разве что гадить в туфли позволял себе только пёс. Когда поездка на автобусе закончилась, то Поттер отлепил себя от стекла, собрал свои вещи и вышел с гордо поднятой головой, но споткнулся на выходе, ибо держать осанку и задранный нос был не приучен. На его счастье этого никто не видел, ибо другие пассажиры тоже были в плохом состоянии после поездки. Только водила и кондуктор были довольными, словно специально издевались над пассажирами. — Почему в мире магии такой отстойный транспорт и средства доставки писем и посылок? Единственное камины ещё более-менее… Поттер не был даже против мётел до того момента, как не попробовал прикрутить велосипедное сиденье к нему и понял, что волшебники мазохисты, ведь их мётлы были просто деревяшками. А в квиддич играть приходилось без этого сидения, ибо то было не по правилам, словно те, кто их составляли, намеренно их писали, чтобы игроки страдали и подвергали себя опасности и боли. А может чтобы вытеснить парней таким образом и сделать спорт женским? Этим летом письма от друзей Гарри получал, но выглядело это как издевательство, ибо они писали, как им хорошо отдыхается на курортах, покуда он ни разу на них не был. Но подарки от них заставили его простить их, до того момента, как не был распакован подарок Хагрида… — Я говорю тебе, Гермиона, Хагрид, как и директор, лишь притворяются добрыми! Да Снейп куда меньший злодей чем они! — Не говори глупостей! Хагрид бы никогда не причинил вреда детям! — Может ты и поверила, что это не его Арагок убил плаксу Миртл, но я думаю, что даже если бы и так, то его паукан бы рано или поздно кого-то бы захавал! Ты сама помнишь, что он предложил нам самим расспросить его! Да он же нас ему на обед почти отправил! — Между прочим, это я тебя от этого отговорила, а то ты даже Рона, который пауков боится, сумел уговорить! — Не смотри на меня так, я сам не знаю, как так вышло… Я даже шарма или гипноза не использовал… Наверное, мир магии и на нас действует отупляюще… — На нас? — Да, на всех нас! Или ты забыла свой план с оборотным? И то как ты… — Не смей вспоминать про это! — Ладно-ладно… Кисуля… — Поттер улыбался виду подруги, которая была рассержена ровно до тех пор, как та не запустила в него своей личной книгой по чудовищам. В отличии от парней, она быстро нашла с ней общий язык, ибо книга быстро смекнула, что когда Гермиона бьёт кого-то книгой, то и книге от этого прилетает, потому теперь книга знала своё место и на кого раззявливать пасть не стоит. Гарри свою всё же позже тоже подчинил, как и эту в последствии, но ему пришлось показать ей, что и он умеет кусаться, чтобы вытащить свои бедные пальцы. Одного монстра девочке оказалось, видимо, мало, и она приобрела не слишком красивого и молодого кота, который был для неё неотразим, а для Рона и его крысы кошмаром. Рон на том разговоре не присутствовал из-за того, что при нём было бесполезно и даже вредно упоминать директора и лесника в плохом ключе. Когда наступило время ехать в школу, то купе, в котором они всегда ехали, оказалось занятым… — Ну, давайте всё равно тут сядем… — Рон, ты что не чуешь? Тут же воняет псиной! Даже от моей тёти так не воняет… А я раньше думал, что она со своими собаками спит… — Дети посмотрели на загадочного человека, который по предположению Грейнджер станет их профессором, а потом тихо вышли из купе, личная жизнь преподавателя и его сексуальные пристрастия их не касались. — Так ты говоришь, его зовут Люпин… — Так было написано на его чемодане. — Гермиона подтвердила свои слова. — Мы знаем, что каждый год меняют преподавателя по защите и тот каждый год хочет меня убить… — Я не верю, что профессор Гилдерой… — Мы знаем! И он уже не профессор. — Гермиона зло посмотрела на Рона и потянулась к книге, тот умолк. — Ладно, опустим это, но если я прав, то этот нас… то есть меня, попытается убить, а потому надо быть настороже и подготовиться. А ещё лучше готовиться к тому, что он сообщник Блэка, его мы тоже не можем исключать, а то тролль на первом, чудовище Слизерина на втором… — Ты слишком преувеличиваешь, Гарри, Хогвартс — самое безопасное… Угкх… — Рона прервал поезд, который слишком резко стал тормозить. — Что ты там такое говорил, Рон? — Эм… Может это просто совпадение и нам ничего… Ух… Чувствуете, что стало как-то холодно… У Гарри и Гермионы в головах появилась мысль, что может Рона используют втёмную, и он работает на тех, кто хочет убить Гарри? А что, ведь с таким другом и врагов не надо, а втёмную, потому как тот точно спалился бы, если бы что-то знал… Вскоре в купе пришли Невилл и Джинни с подругой, чтобы спрятаться и переждать. Следующий же гость был не человек. Тварь в чёрном плаще словно пылесос стала втягивать всю радость у детей, и Гарри отрубился… — Где я? — Не бойся, Гарри, ты в безопасности. — Тогда почему я голый и привязан к стулу, Гермиона? И зачем ты рисуешь на мне маркером? — Привязан, чтобы ты себя не поранил… Вот я и закончила разметку… — Девушка надела маску с защитой лица прозрачным спецпластиком и достала циркулярку. — Пора приступить к вскрытию и проверить физиологию вампиров… Не бойся, ты не умрёшь сразу благодаря живучести и клизме из крови, а потому сможешь долго служить на благо науки… — Ааа… — Гарри к его счастью проснулся от кошмара, насланного дементором и обнаружил себя на полу в кругу друзей. Он потрогал себя и с радостью откинулся продолжать лежать, ведь он не испачкал штаны. Однако, слухов о его обмороке это не отменило. — Всё хорошо, Гарри, дементор ушёл… — Нев и Рон помогли подняться избранному и пояснили, что это было. — Гермиона его прогнала… — Все дети испуганно и при этом восхищённо уставились на девушку. — А как? — Гарри тоже посмотрел на неё, но с опаской и интересом. — Она его сожгла! Каким-то… Налампмом? — Напалмом! — Откуда у тебя напалм, Гермиона? — Я на каникулах читала про Вьетнам, а ещё слышала, что вампиры боятся огня… — Кхм… Так-то все боятся огня, он даже если не убьёт, то будет очень больно. — Ну и это тоже, Гарри… Больше никакая тварь типа тролля мне так просто не навредит! С того дня, больше никому не хватало смелости лезть к Гермионе, а Малфою хватило ума не называть её грязнокровкой, а то после прошлого обзывательства он получил кастетом в нос, а теперь же ему было вдвойне боязно, ведь напалм был явно не хуже адского пламени, хоть и не мог так же разрастаться без подпитки. К ужасу многих, не только преподаватель ЗОТИ сменился, но и по Уходу назначили Хагрида, но хоть того многие и любили, но все понимали, что любитель таких книжек явно не осознаёт того, что не все такие же. Закономерно, что на первом же уроке появилась первая жертва, а именно Малфой. — Наверняка Хагрид хотел, чтобы гиппогриф напал на меня, а я просто оказался достаточно умён, чтобы не спугнуть его! А то был бы на месте этой моли… — Гарри, не мне это говорить, я и сама этим похоже страдаю, но у тебя паранойя и мания преследования! — Даже если и так, Гермиона, то это не значит, что меня не пытаются убить, вспомни моё детство! Меня пришли убивать ещё в младенчестве! — Ты прав… Но я слышала теории, что ты ещё больший ужас, чем Сам-Знаешь-Кто, а потому он хотел превентивно устранить конкурента… — Я же не настолько плох! Между прочим, это тебя все боятся! — И это странно, я же защищалась! — А поезд пришлось чинить, и пожар тушить. — Я извинилась… — Ладно, забудем… С этого года у троицы начались уроки не только по Уходу, но и прорицания, вот только способностей к этому ни у кого не наблюдалось, кроме Рона, но все просто не замечали этого. Гарри заметил, как и Гермиона, но списали, что он просто так сливает ту инфу, что подслушал о планах против Гарри. — Гермиона, ты же была уже на прочих своих предметах? — Да, Гарри. — Среди них есть полезные? А то смотря на прорицание, я думаю, что оно мне точно не пригодится, а Магловедение… — Гарри от такого урока прорицаний даже стал думать, что лучше бы он стал учить Руны или Нумерологию… — Да, я тоже видела, как волшебники одеваются… Но к несчастью, полезных уроков среди них нет. Древние Руны — это просто вымершие языки, никакой пользы от них, если ты не переводчик, нет. А Нумерология, так это почти как гадание, только с цифрами и их сакральный смысл. Я в такое верить не хочу, а то стану как другие волшебники. Уверена, что они такие тупые из-за того, что не любят нормальные точные расчёты и полагаются на пророчества и прочий бред, который они сами не понимают, но почитают в ущерб логике. — Ты поэтому отказалась от других предметов? — Нет, я не отказалась, просто решила, что сдам их сама в конце года, для них не надо ходить на уроки. — Кто ты и куда дела настоящую Гермиону? — Не смешно… Вообще, я это не сразу решила, а лишь когда профессор Макгонагалл предложила мне маховик времени… — Чего она предложила? — Это как машина времени… — Она тебе предложила машину времени?! — Не кричи, а то мадам Пинс выгонит, либо Рон отойдёт от твоего гипноза, а потом сразу сбежит играть! — Прости… — Да, мне предложили то, что перенесёт меня в прошлое, вот только пользователи его, если будут неосторожны, могут пострадать. Я, конечно, приняла бы его раньше, но теперь… Я тут почитало кое-чего магловского… В общем, скорее всего это не машина времени, а машина перехода в другой мир, который отстаёт по времени от нашего, а в свой старый ты не вернёшься. Туда попадёт обитатель другого мира, который также перенёсся будто бы обратно в прошлое. А тот, кто начал эту цепь переносов навсегда покидает родной первый мир. — Можно попроще? — В общем, в первом использовании всегда кто-то исчезает из мира. То есть всегда есть вероятность, что в куче миров другая Гермиона пропала навсегда, а может и не только она. — То есть даже магия не может изменить прошлого? — Да, но она научилась обманывать людей так, что они в это верят. Вообще я много читала и пришла к выводу, что магия — это технология, которая настолько далеко ушла вперёд, что мы не способны её понять. Магия не обходит законы мироздания и не нарушает, это как фокусы у маглов, всё дело в том, чтобы запутать зрителя. — Знаешь, ты убила моё детство и словно опустошила меня… Как теперь жить, когда больше не веришь в чудеса? — Это тебе за всё, что мне пришлось из-за тебя пройти! Я сама себя так же ощущала и теперь не одна страдаю! — Ты злая… — Не злей тебя. Настал первый урок у Люпина. На нём поставили задачу встретиться с боггартом, который должен принять очертания страха владельца. — Этот не нашёл ничего лучше, чем выставить наши страхи на всеобщее обозрение? Я бы не хотел, чтобы такое все видели… — Согласен, Гарри. — Рон, ты хоть знаешь, чего боишься, я вот не представляю. — И я… Первым шанс встретиться со страхом выпал Поттеру… Из ящика, где был этот боггарт, вышел человек в красном плаще со здоровенным серебряным крестом, с серебряными и осиновыми кольями, арбалетом за спиной, в красной большой шляпе с полами, с безумной улыбкой и сигарой в зубах. В руках у него был огнемёт. — Никто не ждал испанскую инквизицию?! — От этих слов в обморок упал не только Невилл, а многие пришли в ужас. — Я — тот самый легендарный Арбраксас Ван Хелсинг! Гений, красавец, богач, доктор, философ-метафизик и специалист по оккультизму! Я пришёл сюда пожевать чеснока и сжечь всю нечисть и ведьм. И чесноком я уже закусил… Вжух. Струя пламени чуть не поджарила детей. Огонь оказался настоящим, ведь боггарты могли копировать способности тех, чей облик они применяли. Дети в панике срочно выбежали из кабинета, а Гарри проследил чтобы те, кто потерял сознание, тоже, аки зомби, вышли, после чего запер дверь на ключ, который там торчал. — Остались лишь мы с тобою… — Хелсинг повернулся к застывшему Люпину. Тот так напугался, что его фобия улетучилась и образовалась новая, как и у всех в классе. А палочка вылетела из рук, когда он уворачивался от напалма. Люпин не был трусом, он был гриффиндорцем, а потому он собрал всю волю и смелость в кулак и сиганул в окно, разбивая стекло своим телом, ибо храбрость и суицидальные наклонности — это разные вещи, а выжить ему проще от падения. Хоть и есть истории о том, как маги шутили над маглами, давая себя сжечь, только что-то никто из волшебников не знал, как это повторить. Быть может такие и были, но в Хогвартсе такому не учили, иначе бы дети зимой от мороза бы сами в огонь засовывали ноги и в огне бы сидели. В итоге никто не умер и не зажарился, кроме самого боггарта и класса, где он сидел. Никто правда не осмелился после того случая снова подпускать к Поттеру боггарту, как и к другим детям, которые наслушались рассказов про того самого Ван Хелсинга. А Гарри решил поучиться тому, как тушить такой огонь, а заодно сам такому подучиться, чтобы отбиваться от дементоров и боггартов. Свои десять баллов от Снейпа он получил, когда его оставили после урока. — Ставлю галеон, что сегодня в замке объявится Сириус Блэк! — Гарри сделал ставку прямо за завтраком. — Что ты несёшь, Поттер? — Малфой, если ты думаешь иначе, то давай ставь против меня! — Мы будем букмекерами! — Близнецы были тут как тут. — Букмекером буду я! — Гермиона выглядела очень серьёзно, и никто не стал возражать, тем более репутация у неё была безупречной в сравнении с близнецами, а она и сама могла стать бы телохранителем, так что никто не сомневался, что деньги у той не отожмут. — С чего ты так захотела стать букмекером, Гермиона? — Мне на мои гаджеты и прочее денег не хватает. — А тебе помощник не нужен? — Хм… Думаю я не откажусь от помощи, Гарри… Только без Рона, а то… — Не… Он не станет воровать! — Я не про это! — Ааа… Согласен, ныть про то, что хочет денег, он будет точно… Так что тут без него или… — Нет, если ты его постоянно будешь гипнозить, то он точно станет как робот. — Ладно. Вечером же оказалось, что Гарри был прав, а ещё, что Люпин помогал Блэку, ибо их обоих нашли в капканах. — Капканах? — Рон посмотрел на Гарри и Гермиону. — Вы знали и ничего мне не сказали? — Нуу… Мы предположили, что он может быть где-то в замке и близнецы нам одолжили кое-что, что помогло нам сделать ловушку в местах, где он мог появиться. У нас был план и мы решили, что… — Отмазаться не получилось и теперь уже Рон обиделся на друзей. Позже у него пропала крыса, и он не смог её отыскать. Даже забрёл в Запретный лес в полнолуние. Так он и был покусан оборотнем. — Рон, знаешь, ты, похоже, заразился очень редким проклятьем, оно превращает не в оборотня, а в собаку, почти как анимагия, ты даже научишься это контролировать со временем… — Гермиона смотрела на здоровую рыжую псину и пыталась её подбодрить. — Гав. — «Теперь я как героиня женского романа могу выбирать между вампиром и оборотнем… Только оборотень подкачал, а вампир мелкий и тощий… Да и вообще, оборотни — это почти фурри…» — Мы же тебя предупреждали, а ты не верил, что Люпин оборотень! Мы тебе даже дали дробовик и показали, как им пользоваться. Повезло, что ты отбился, и эта тварь тебя не сожрала… Эй! Фу! Не смей нюхать наши задницы, Рон! Не веди себя как собака! Чуть позже за крысой приходил директор и очень огорчился, что она исчезла. Гарри же и Гермиона были уверены, что побег Люпина и Блэка подготовил директор… Но про это никому не сказали. В его историю про то, что предателем был Петигрю, они не верили. Люпин и Блэк же решили, что возвращаться в Британию им не хочется и нет ради кого, ибо про Гарри они хоть и помнили, но жили без него, и тот тоже жил нормально, а потому навсегда поселились там, где их не достанут.