all mine, only mine

Тебя снова не было в баре. Как и вчера. И позавчера. И ещё несколько дней до этого. Ты была неактивна на портале видеоигр, в которые вы вдвоём рубились; не принимала подарки, что он посылал; не отвечала на сообщения. Он тебе целое письмо накатал, даже несколько, но безуспешно. Ни ответа, ни извинений, ни даже тупой шутки или смайлика, чтобы подавить разрастающийся внутри него гнев. Курогири буквально чувствовал исходящие от Шигараки волны недовольства и раздражения, пока последний нервно дергал ногой, снова и снова царапая шею острыми ногтями и разрывая тишину, стоящую в пустующем баре, этими нервирующими звуками. Таинственный злодей знал Томуру уже достаточно давно, чтобы сделать довольно правильное предположение, почему его подопечный был так расстроен. Но всякий раз, когда он пытался обсудить этот вопрос, молодой человек ядовито рявкал на него. Эмоциональный взрыв наступил только спустя пять дней, когда они вдвоем сидели в баре и лидер Лиги Злодеев без предупреждения швырнул пустой бокал на пол. – Где она, блять?! Эта заносчивая сука! Неблагодарная шлюха! В крике сквозила неутихающая тревога, поэтому Курогири решил держать язык за зубами. – Она что, вдруг решила, что слишком хороша для меня?! Тупая потаскуха! Долбаная бездарь! Он и не пытался угомонить бушующую в груди ярость, и даже Курогири не мог припомнить, когда в последний раз парень был настолько разъярён. Злодей выпил лишнего, да, но всё же было в этой ситуации что-то такое, отчего он был… особенно недоволен. Это трепетное чувство, что возникало у Томуры всякий раз, когда ты крутилась где-то рядом, вдруг исчезло, и ему на смену пришло горькое омерзительное ощущение брошенности и боли, что кололо не хуже заржавелого ножа. Его это выбешивало. Просто выводило из себя. Гадко. Отвратительно. Где ты была?! Какое право имела так внезапно сбежать, даже не предупредив?! Неужели он был тебе настолько противен? – Курогири! – злодей постарше внутренне дернулся от грубого и громкого голоса своего юного подопечного. – Перенеси меня к тому магазину, что на востоке отсюда. Не так далеко для тебя. Раз так хочет поиграть со мной, я сам за ней приду! Дыхание парня было рваным, даже лихорадочным в какой-то степени. Он покачал головой. – Нет, нет… Сначала перенеси ко мне в комнату. Нужно кое-что взять. Сначала обладатель причуды варп-врат решил отказаться, даже позвать Хозяина, Все За Одного, чтобы разрядить обстановку, но один только взгляд, брошенный на дикие, залитые кровью глаза Шигараки, заставил в секунду изменить решение. Поэтому он позволил своему телу рассредоточиться в пространстве. Томуре от него была нужна лишь молчаливая покорность. Тёмная фигура парня в капюшоне топала по переулку; Шигараки варился в собственном раздражении и непринятии. Он провожал тебя до дома только раз или два, но, если на это уйдёт целый день, неделя или месяц, он всё равно найдёт тебя, а когда найдёт… Ох, когда руки доберутся до тебя, он… С каждым шагом парень становился только злее. Что-то внутри приносило физическую боль. Им двигала твёрдая решимость. Меньше часа ушло на то, чтобы вспомнить путь к твоему жилому комплексу. Парень тащился по лестнице; сердце периодически падало в пятки, пока он обдумывал различные варианты развития событий. На его пути оставалась лишь дверь, и он начал долбиться в неё кулаком. Ничего. Он снова ударил по преграде с такой силой, что она даже затрещала. Томура мог поклясться, что услышал что-то внутри. Звуки, похожие на плач. Пугающий страшный плач. – Проваливай! Это уж точно была ты; Шигараки, более ожесточённо стуча по двери, буквально чувствовал, как теряет рассудок. – Проваливай, я сказала! Сдохни! Оставь меня наконец одну, ты, мерзкий уродливый фрик! У Томуры душа ушла в пятки. Он резко выдохнул, не веря своим ушам. Как ты могла ему такое сказать?! Какого хера вообще?! Ты что, всё это время притворялась и обманывала его?! Парня затрясло от бешенства, а взгляд упал на руки, облачённые в перчатки без пальцев. Ох и влипла же ты. Томуру потряхивало, но он постучал. Последний раз. Это последнее предупреждение. Последнее предупреждение, прежде чем он сделает что-то очень, очень… Раздалось щелканье; друг за другом открылись задвижка, замок и цепочка. – Почему ты просто не можешь сдохнуть и отстать от меня, чёрт тебя побе… Ты резко замерла, когда ваши с Шигараки взгляды пересеклись. Он тяжело дышал и был готов убить тебя прямо там. Смог бы? Убил бы? Нет, скорее всего. В груди даже что-то болезненно сжалось от самой мысли. Но в то же время боль от твоих слов тоже не утихала. Ты никак не могла исправ… – Томура… Мужское имя слетело с твоих губ так мягко и тихо. Сквозившие в этом слове нежность и явное облегчение стрелой пронзили парня. Ты тут же расплакалась, цепляясь пальцами за переднюю часть его худи. – Как же я рада, что ты здесь. Шигараки застыл на месте. Челюсть отвисла от шока. Была ли это… Была ли это очередная уловка? Он знал, что не очень любишь прикосновения, но сейчас так крепко прижималась и обхватывала руками, неразборчиво бормоча ему в плечо. – Мне-мне было так страшно! Я не знала, что делать! Я-я думала, что он вернулся! Это точно не уловка. Во-первых, ты была не настолько способной, чтобы разыграть всю эту сценку, а во-вторых, цеплялась за него как испуганный ребёнок. Если бы он не был так растерян и, по правде говоря, обеспокоен, голодный до прикосновений злодей получал бы удовольствие от ощущения твоего тела. Он неуклюже прошёл вглубь квартиры, всё ещё удерживая тебя, и захлопнул дверь, создавая некое подобие приватности и с трудом сглатывая. – О чём... Что за хрень ты несёшь? Объясни нормально. Ты с трудом отлипла от своего друга и немного отступила. Стало трудно дышать, пока ты обдумывала, как он отреагирует. Ему будет противно? Начнёт тебя презирать? И что это было за выражение лица, когда ты открыла дверь? Что за смесь ярости и ненависти, от которой волосы на голове зашевелились. Боже, ты же произнесла такие грубые слова, ошибочно полагая, что твой обидчик вернулся. Ты сделала ошибку. Обидела его. Вина тяжелым грузом легла на плечи. И так находясь в эмоционально-нестабильном состоянии, ты ещё сильнее заплакала. – Я-я думала, это не ты за дверью, – отчаянно пыталась оправдаться. С каждым словом дышать становилось всё сложнее и сложнее. – Прости меня. Я бы не…Я бы никогда не сказала тебе что-то настолько ужасное, Томура! Ты снова начала всхлипывать, громко и не больно красиво, но контролировать это не могла. А у Шигараки что-то заныло в груди, но в этот раз по-другому. Он не привык видеть тебя такой. Никогда ты ещё не была настолько расстроена, даже близко. На сердце было тяжело, и ему просто хотелось, чтобы ты прекратила плакать. Смятение, любопытство, злость и печаль боролись внутри него, а юный злодей словно потерял дар речи. А потом он заметил их. Футболка с длинным рукавом прикрывала твоё тело, но недостаточно. На запястьях красовались синяки, а на шее и ключицах были заметны тёмные кругловатые пятна. Внезапно Шигараки понял, что ты последняя, на кого стоило сердиться. Эти ужасающие невыносимые ощущения предательства и гнева по отношению к тебе исчезли, словно в одно мгновение растворились в воздухе. Злодей был умён и внимателен, поэтому мог сказать наверняка, что твоё поведение было искренним. Внезапно он ощутил себя дураком, решившим, что ты будешь пакостить ему. Уж слишком хорошей ты была для такого. Слишком особенной. А потом, разобравшись с одним вопросом, он перешёл к другому. – Кто это сделал? Из Томуры вырвался гневный шёпот, а рука, закрытая перчаткой, начала поглаживать твою шею. Ты резко отвернулась; на лице отобразилась смесь страха и стыда, пока пыталась прикрыть засосы на шее ладонями. Казалось, ты хотела заговорить, но неконтролируемые всхлипы мешали. – Я не хотела, – голос дрогнул. – Я говорила ему «нет», умоляла остановиться. Я не была… Я не смогла… Шигараки резко схватил тебя за плечи и грубо тряхнул, чтобы привести в чувства. Тёмно-красные глаза сверлили в тебе дыру. – Кто. Что. Сделал? Ты буквально захлёбывалась; обхватила себя руками, не смея поднять на него взгляд. Низко свесила голову и, желая, чтобы этот кошмар быстрее закончился, без лишней воды выдала всё как есть. – Даби. О-он… Он изнасиловал меня. В этот момент ты окончательно сломалась, оседая на пол. Ноги потеряли силу и более не держали. – Я не знала, что делать, – плакала ты. – Не знала, к кому можно с этим обратиться. Он ещё и телефон мой забрал! И-и я не могла вернуться в бар. Вдруг он бы был там? Шигараки ничего не ответил. Сгорая в собственном стыде, ты была не в силах поднять глаз и услышать лихорадочное скрипение ногтей о кожу. Ты лишь билась в истерике, глотая воздух при каждом слове и чувствуя себя самой грязной шлюхой в этом мире. – Я-я была недостаточно сильной. Он сказал, что… Что подожжёт меня, если не буду делать, как он прикажет! Ты захлёбывалась собственными застрявшими в горле словами, что больно царапали его. Ты сильно закашляла, чувствуя, что ещё чуть-чуть и вырвешь. Но всё же нашла в себе силы перевести взгляд на парня, что расчёсывал шею. Выражение его лица было невероятно… Злым? Озабоченным? На шее выступила кровь. – Перестань! Вскочив на ноги, ты подалась к нему навстречу и схватила за руки, отрывая их от чувствительной тонкой кожи. Переплела пальцы, чтобы он уж точно снова не потянулся обратно. Ты слишком хорошо знала этот его способ снять стресс и хотела уберечь его от причинения ещё большего вреда самому себе. Не понимая, что делать, ты просто держала его ладони и сжимала. Томуру чуть не вырвало от разгоревшегося внутри гневного пожара, но твоё прикосновение… успокоило его. Руки были теплыми и мягкими. Его дыхание постепенно пришло в норму, и здравый смысл наконец вернулся. Пальцы слегка дрожали. Он неловко сжал их и обхватил твои ладони. Было хорошо. Приятно. И просто правильно. А это щемящее чувство, без которого он так страдал, вдруг вернулось и разгорелось с новой, невиданной ранее силой. Он был рад, что надел перчатки. Не хотел дать этому чувству вырваться наружу и случайно уничтожить эти прекрасные ручки. Поглаживая кожу большими пальцами, злодей пребывал в состоянии эйфории. Но он сумел снова начать трезво мыслить. Парень не был ярым фанатом всех этих слащавостей, но твои слёзы… О, они просто не оставили ему выбора. Вообще никакого. – Я с этим разберусь, – спустя, казалось, вечность молчания, сказал Томура. Твои тяжкие стоны теперь превратились в жалкие тихие всхлипы и шмыганье носом. Ты покачала головой. – Н-нет, он опасен. Он ранит тебя! Я не… Я того не стою! Шигараки сильно хотел, чтобы Даби вдруг оказался там. Хотелось избить его до потери сознания, схватить за горло и применить причуду, чтобы смотреть, как он подыхает. А потом отрезать его жалкое подобие члена и затолкнуть глубоко в глотку. Но всё это могло подождать. Его ярость отошла на задний план, а на передний вышло другое, более сильное, какое-то нереальное чувство. Он отпустил руки и прижал тебя к груди, на этот раз являясь инициатором объятий. От волос исходил приятный аромат фруктового шампуня. Своей грудью он чувствовал твою, вздымающуюся и опускающуюся при дыхании. Руки были сцеплены за его широкой спиной. Шигараки даже захотелось засмеяться от того, насколько глуповато и по-домашнему вы выглядели, стоя там и прижимаясь друг к другу. Томура не мог вспомнить, когда последний раз его кто-то так обнимал. И правда, когда? В детстве? Он почувствовал себя идиотом от мысли, что ты была совершенно иной частью его эгоистичной и отвратительной жизни. Ты была другая. Бесценная. Это вдруг стало особенно ясно. – Пошли со мной, – внезапно заговорил злодей, отстраняясь. – Эта мерзкая тварь знает, где ты живёшь, да? Потрескавшиеся губы растянулись в коварной хитрой улыбке; ты ещё не знала о его скрытых намерениях. – Я знаю место, где ты можешь спрятаться, пока я со всем этим разбираюсь. Этот мудак не сможет найти тебя. У меня и видеоигры есть, можем поиграть. Правда звучит здорово? Немного колеблясь, ты оглядела свою квартирку. Она была небольшая, но зато с любовью обставленная недорогой мебелью и украшенная всякими милыми безделушками. Но именно здесь на тебя напали. Сюда Даби пообещал вернуться. Целую неделю ты не могла уснуть на этой кровати; предпочитала запертую на замок ванную, где жалко сворачивалась под душем и выкрикивала всю внутреннюю боль. Губы Шигараки растянулись в ещё более широкой улыбке, когда ты наконец кивнула, вытирая лицо рукавом. – Ладно. Подождёшь, пока я соберу кое-что? Только одежду и некоторые вещи. Можешь пока посмотреть мои диски. Может, найдёшь что-нибудь новое. Ох, и как после такого тебя нельзя было назвать идеальной? У Томуры сердце буквально сжалось в восторге и предвкушении. Он кивнул, приковывая к тебе взгляд багровых глаз. Ты приоткрыла несколько ящиков, чтобы парень мог порыться в коллекции видеоигр. Не очень хотелось уходить, на самом деле. Но в данной ситуации это было единственным верным решением. Тем более, это ненадолго. Ты могла вернуться, когда напишешь заявление в полицию или когда герои поймают Даби. Да и провести больше времени с Томурой было бы не так плохо. Конечно, он иногда был вспыльчивым и недовольным, но вы всё равно отлично ладили. Вам было комфортно друг с другом. Общие увлечения и интересы только сплачивали. А иногда тебе даже удавалось его рассмешить. Парень всегда так хорошо к тебе относился. Действительно, что плохого могло быть в этом переезде? *** У Шигараки была… интересная квартира. Типичная холостяцкая берлога с кучей мусора и разбросанных грязных вещей. Холодильник был набит не особо полезными блюдами, которые нужно было только разогреть в микроволновке. Теперь стало понятно, почему друг был таким долговязым и тощим. Но вам было весело вместе. Смотрели аниме, отпуская шуточки и перемывая кости персонажам, что вам обоим не понравились; рубились в приставку. Шигараки умилительно дулся всякий раз, как ты выигрывала. Один раз выпили парочку бутылок алкоголя, пока смотрели исекай-аниме всю ночь напролёт. Томура напился и завалился спать, и тебе пришлось нажать на паузу, чтобы укрыть его одеялом. Шигараки получал удовольствие от такого нового образа жизни. Теперь он даже понимал, почему люди заводят домашних животных. Было так…приятно возвращаться домой, где ждал кто-то живой и внимательный к нему. Одним вечером он завалился в коридор, весь раздражённый и заведённый, и учуял приятный запах. – С возвращением! – ты подарила ему одну из своих радостных и восторженных улыбок. – Решила сделать тебе что-нибудь приятное и приготовила ужин! Ты голоден? Он практически облизывал тарелку. Парень оценил твоё желание приготовить домашний здоровый вариант той ерунды, что лежала в морозильнике. Было приятно наблюдать, как ты буквально светилась от каждого небольшого комплимента. Шигараки даже вдруг стал размышлять, какого это – иметь пару. Тебя, в качестве пары. Такие мысли приносили радость. Ни за что на свете он бы не позволил этому закончиться. Желание лишь усилилось одним вечером, спустя две недели после переезда к нему. – Томура, – начала ты тихонько. Ему жутко не понравилось это взволнованное выражение твоего симпатичного лица. – Ты что-нибудь слышал о… нём? Господи, опять за старое. – Ты же знаешь, я не могу продолжать брать отгулы на работе. Да и аренду за квартиру скоро придётся платить, – нервно продолжала ты, теребя рукав рубашки. – Да, ты сказал, что там небезопасно, но вдруг он… свалил? Ты его нигде не видел, да и сомневаюсь, что получится выследить его без помощи полиции или геро… – Тебе не понадобиться помощь героев! Не смей недооценивать меня, – Шигараки буквально выплюнул эти слова, а ты немного отстранилась. – Да, город большой, но у меня есть связи. Кстати говоря, сегодня появилась новая зацепка. Так что завтра, к этому часу, он будет уже мёртв. Эта новость вызвала смешанные чувства. Хотелось, что Даби расплатился за совершённое, но… ты не особо хотела его смерти. Вы с Томурой обговаривали это тысячу раз, но ты никак не могла переубедить его; наоборот, приходилось ещё и успокаивать впадавшего в бешенство друга. – Хорошо, – ты смягчила тон голоса, что звучал слабо и неуверенно. – Я доверяю тебе, Томура. Шигараки заулыбался. Твой голос был так приятен, и особенно то, как ты произносила его имя. Он даже пообещал себе заставить тебя спеть как-нибудь. *** – А у меня для тебя сюрприз, – нараспев, произнёс Шигараки, а ты недоумённо захлопала глазами. Удивление лишь утроилось, когда ты бросила взгляд на предмет, лежавший на его протянутой ладони. – Мой телефон! – шок и радость отразились на лице, когда ты взяла свой девайс; на нём было несколько новых царапин, но он всё ещё работал. Но радость вдруг превратилась во что-то непонятное. Одежда Томуры была местами порвана и выглядела более потрепанной, чем когда он уходил; царапины и порезы украшали его тело. Голос дрогнул, когда ты попыталась заговорить, а глаза налились слезами. Было невыносимо задавать этот вопрос. – С ним… покончено? Садистская улыбка расползлась по лицу Шигараки, и он кивнул. Ты сделала резкий полный облегчения выдох и расплакалась, подаваясь навстречу парню, который был более, чем счастлив, прижать тебя к себе. – Спасибо, – всхлипывала ты, впервые чувствуя себя в безопасности после этих бессчётных часов паники и мучений. – Спасибо, Томура… Спасибо. Слёзы запятнали его кофту, но для злодея это была самая настоящая награда. Он был так счастлив наконец избавиться от этого надоедливого поджигателя, который забрал что-то, что принадлежало Шигараки. Как-то выпив лишнего, ты призналась, что Даби лишил тебя девственности. И, хотя Томура этого не показал, но он просто бушевал от ярости. Его не покидала мысль, что если бы не этот подонок, то он был бы единственным, кому удалось услышать твои сладкие вскрики и увидеть выражение удовольствия на лице. За выпивкой и играми остаток вечера прошёл как обычно, но настроение было более радостное и праздничное. По крайней мере, так было, пока ты вдруг не решила открыть рот. – Обещаю, мы будем так проводить время, даже когда я вернусь домой, – произнесла ты с пьяной улыбкой на лице. – Можем и у меня повеселиться. Будем играть и есть всякую дрянь. Томуру, казалось, парализовало. Ты недоумённо приподняла брови, а выражение его лица изменилось, на нём отобразилось что-то… другое. Но парень быстро выдавил из себя улыбку, ты и понять не успела, что она была фальшивой. – Да, да, разумеется. Мы можем сделать кучу всего вместе. Для тебя в этих словах не было ничего такого. Как и не было ничего подозрительного в его предложении выпить ещё стакан. Ты его с радостью приняла. Просто не знала, что он задумал сделать. Шигараки следил за каждым твоим движением, за каждым глотком. Он даже почувствовал небольшой укол вины, глядя, как ты пьянеешь всё сильнее и лениво растягиваешь слова. И даже когда ты окончательно вырубилась и тихо посапывала, он продолжал смотреть. Ему не впервой было наблюдать, как ты спишь. Разница состояла только в том, что теперь он поспособствовал этому сну, хорошенько напоив. Любопытству лидера Лиги не было предела; Шигараки не удержался и провёл пальцами мягкой коже, волосам, лицу и губам, которые так сильно влекли его. Ты была не в том состоянии, чтобы запротестовать, когда он прижался к твоему рту своим. В груди слишком сильно что-то сжалось, и он только углубил поцелуй. Если даже в отключке ты пробуждала в нём такие чувства, то как же потрясающе будет сделать подобное в адекватном состоянии. Злодей тешил себя этой мыслью, пока жар растекался по каждому участку его тела. Он медленно потянулся к своему телефону. *** Голова гудела, когда ты очнулась. Сказать, что ты была удивлена, – ничего не сказать. Ты даже не помнила, как провалилась в сон, но это была наименьшая из всех проблем, ведь окружающая тебя обстановка казалась совсем чужой. Там не было ничего, кроме дешёвой алюминиевой кровати, матраса и двери. Голые бетонные стены давили со всех сторон, и ты медленно села. Губы приоткрылись в немом шоке; в горле было сухо. – Кто-нибудь? – растерянно позвала ты. Было тяжело даже спустить ноги с кровати; всё вокруг, казалось, крутится. – Томура? Т-ты здесь? Раздалось еле слышное шуршание, а потом позвякивание ключей, и несколько щелчков в замочной скважине. Показалось знакомое лицо, испещренное шрамами. Ты была ещё больше сбита с толку, если, конечно, эта фраза полностью описывает твоё состояние в ту минуту. – Я что… – голос дрогнул; ты нахмурилась, заставляя себя соображать, но волнение, полностью охватившее тело и разум, мешало. – Я что, была заперта здесь? Что происходит? Шигараки промолчал, еле сдерживая улыбку и подходя ближе. Без малейшего колебания он протянул руку и впутал пальцы в твои волосы. – Я попросил моего подчинённого найти нам это место, – обыденно заявил твой друг, улыбаясь всё шире. – Наше маленькое убежище. Только для тебя и меня. Тут не совсем уютно, но мы всё обустроим, правда? – Что хрень ты несёшь? – твой запас терпения иссяк. Не осталось ничего, кроме паники. Он немного нахмурился из-за твоего явного страха, но тут же отмахнулся. – Не стоит переживать. Я собираюсь хорошенько о тебе позаботиться. Я же не какой-то мерзкий фрик с daddy issues, по которому никто не будет скучать, – судя по его ухмылке и короткому смешку над собственной шуткой, ты предположила, что он ссылался на Даби. – Больше нет, по крайней мере. Особенно теперь, когда у меня есть ты. У тебя не было ни малейшего желания слушать его, так что ты быстро соскочила с кровати и дёрнула головой в сторону двери. Но Шигараки оказался быстрее. Он толкнул тебя обратно на матрас и уселся сверху, прямо тебе на ноги. – Хэй, вообще-то я не договорил. Не будь такой, блять, грубой, детка. – Детка? – недоумённо переспросила ты. Снова попыталась вырваться, но вдруг Томура достал что-то из кармана и показательно поднял. Ты замерла, чувствуя, как горлу подкатывает желчь. Жуткие картинки прошлого снова возникли перед глазами. Щёлкающие звуки камеры. Эта отвратительная ухмылка. Шигараки неловко удерживал телефон Даби четырьмя пальцами. Он заметил, как ты напряглась, и не смог не заулыбаться. – Знаешь, было весьма противно смотреть, что он сделал. Видеть твою милую мордашку всю в слезах и тело в его… мерзкой сперме. – Фотографии, – подавив рвотный рефлекс, тихо выдавила ты. Шигараки улыбался, словно кот, загнавший в угол мышь. – Знаешь, я так разозлился, увидев, как ты была напугана. Скажу больше: я был чертовски расстроен, – он говорил всё громче, а ты испуганно дёрнулась, на что парень лишь засмеялся. – Но я почти благодарен Даби, этому уродцу. Он помог мне осознать что-то очень важное! Что-то, чего я сам не понимал! Ты только представь! Переполненная ужасом, ты всё же выдавила слабую кривую улыбку, тайно надеясь, что она как-то его успокоит. – Ч-что ты осознал, Томура? Парень не улыбался. Теперь это было больше похоже на оскал. Шигараки возвышался над тобой, так низко наклоняясь к лицу, что носы практически соприкасались. – Он помог понять, что ты мне нравишься, моя сладкая, милая, наивная подружка. Думаю, я бы даже смог полюбить тебя. Он поднял руку, и тебя почти затрясло; злодей обхватил всеми пятью пальцами мобильный, что за долю секунды посерел и словно высох, превращаясь в пыль. Ты чуть сознание не потеряла, когда он протянул руку, быстро перебирая в воздухе пальцами и радостно, почти шаловливо, захихикал. И только теперь до тебя дошло, что все эти замашки, которые ты ранее оправдывала чудаковатостью, всё это время должны были быть для тебя чёткими, кричаще-красными предупреждающими знаками. И внезапно он перестал быть просто своеобразным замкнутым молодым человеком, задолбанным жизнью. Теперь он стал психопатом с садистской жилкой и необузданным рвением исполнять свои желания во что бы то ни стало. – Хэй, солнышко, – слова Томуры оставляли приторно-сладкое послевкусие, пока он сам укладывал тебя на спину. Ты вся сжалась от испуга, а глаза вообще стали размером с блюдце. – Ты же будешь моей послушной девочкой, да? Не хочу ругаться так сразу. Мы ведь только вывели наши отношения на новый уровень. Возникло такое чувство, словно в комнату проник морозный вихрь. Тебе было холодно, так сильно холодно и так одиноко, пока Шигараки утыкался лицом в твою шею и губами в кожу. – Выкинь все переживания из своей маленькой милой головки. Я ведь сказал, что ты мне нравишься, не так ли? Каким же любящим парнем я буду, если обижу тебя? Шигараки сжал пальцы в кулак, чтобы случайно не навредить, обхватил твоё тело и утянул в безумные больные объятия. Твоим ответом служили всхлипывания. Новое предательство беспощадно поразило и без того израненное сердце. Томура был таким же, как Даби. А тебе лишь хотелось повернуть время вспять и сделать всё возможное, чтобы ни за что не встретить человека, которого когда-то считала другом.